Демоны отражаются в зеркалах

      Вергилия уже ждали. Кощей вернул на лицо свою маску строгого и жесткого учителя и, Вергилий подозревал, что именно это его настоящее лицо, доказать только не мог. Да и не хотел.       Третьего участника их трапезы он бы не смог назвать даже молодым человеком, настолько он был юн. Скорее, он дал бы ему на вид лет пятнадцать, не больше. — И как давно ты стал брать в ученики детей? — не смог он сдержаться, садясь напротив.       Юный ученик даже не улыбнулся, зато Кощей позволил себе смешок. — Мой друг, как ты думаешь, сколько Вальдемару лет? — Пятнадцать? — А мне? — Ты не хочешь знать ответ на этот вопрос, — Вергилий хмыкнул, приступая к трапезе. — С того момента, как мы впервые встретились, ты не капли не изменился, а прошло, без малого, сотни лет. — Вальдемар — высший вампир, из клана Стропикаро. Он так юн по одной причине — обратили его в малом возрасте, но, как ты знаешь, высшие вампиры получают это звание не за красивые глаза. — Клан Стропикаро… Я бы пообщался с главой. Есть у меня знакомый, в котором течет кровь такого вампира. — А ты удивляешь меня все больше, — Кощей склонил голову. — Когда твоя миссия завершится в Англии, я бы хотел видеть вас с Данте и тем потомком вампира у себя. — Я учту.       Юный вампир за время их неспешного разговора не проронил не слова, но Вергилий чувствовал, что его пытаются прощупать. Тем интереснее было наблюдать за истинным ужасом в глазах ученика, когда он нащупал то, что искал. Демона. — Сир… Ваш гость, он… — обеспокоенно начал он. — Все верно, это мой гость и мой друг, — Кощей кинул взгляд на ученика, после которого вампир сжался на своем месте и больше не решался заговорить до самого окончания ужина.       После трапезы, Кощей и Вергилий перебрались в кабинет хозяина, где уже их ждала бутылка прекрасного рома со столетней историей. — Рассказывай, мой юный друг, как вас с братом занесло в Англию? — Ветром попутным, — Вергилий не стал углубляться в детали. — У меня к тебе два дела. — Я весь твой. Спрашивай, — Кошей повел рукой, разрешая задать вопрос. — Не стану ходить вокруг да около. Мы столкнулись с очень неприятным фактором нашего существования в мире магов. — А, все-таки маги, — хозяин замка улыбнулся. — Тогда, возможно, я догадываюсь о втором твоем вопросе. Но не будем ускорять события. — Ты нас изучал, и достаточно долго. Так вот вопрос: мог ли язык демонов перекочевать в мир магии так, чтобы мы об этом не узнали? Маги называют этот язык парселтанг — способность понимать змей. И дан он не всем. И пошел, судя по всей истории, от Герпия Злостного. Но, так же я допускаю тот факт, что в те времена любая магия была для многих лишь иллюзией, а сам язык берет свое начало от Салазара Слизерина. — Герпий не говорил на вашем языке, — Кощей отрицательно качнул головой. — Я знал Герпия лично, ничего общего с демоническим языком или, как ты его назвал, парселтангом, он не имел. Ты верно сделал вывод, что в его время магия для всех была темным направлением, за нее сжигали на костре, но в нем демонической крови не было. А вот Слизерин… — тут Кощей резко поднялся с кресла, отходя к обширной библиотеке. — Есть у меня фолиант, в котором, возможно, ты найдешь ответы. Ты на неделю ко мне? — он резко развернулся, сканируя Спарду взглядом. — На неделю, верно. Ты успеешь прочесть, — с этими словами он стянул с полки огромный фолиант, толщиной в три ладони Вергилия, и положил его на близ стоящий стол. — Я расскажу тебя историю, — Кощей вновь расположился в своем кресле. — В Англии я те века не присутствовал, но, как ты сам знаешь, мои вороны собирают информацию везде. Ее просто нужно верно отфильтровывать. Так вот… — он побарабанил пальцами по подлокотнику. — Слизерин должен был умереть по всем канонам инь и ян. Это был не его мир, не его век, ни его тело. Он даже не должен был быть зачат. Но в тот миг, когда произошло зачатие, Смерть и Жизнь, главные богини равновесия, были в ссоре. Я это знаю, потому что моя мать, сама Смерть, разрушала город за городом, а я, твой верный слуга, ей в этом активно помогал, о чем, периодически жалею… — он тяжело вздохнул и перевел взгляд на огонь.       А Вергилий впервые заметил, как почти бесцветные глаза друга изменили свой цвет на непроглядную тьму без зрачков. Про эту сторону жизни Кощей им никогда не рассказывал, поэтому сейчас он ловил каждое его слово. — Салазар родился в семье исключительных магистров магии, которые бросили все свои силы и ресурсы, чтобы спасти единственного ребенка. Но младенец угасал на глазах, магия была бессильна. Ровно как и травы, снадобья, кровь. Ему оставалось жить считанные дни, и Смерть уже стояла на пороге… Но в ночь, когда его сердце должно было перестать биться, все изменилось. Смерть ушла ни с чем, а Салазар стал прославленным магом… Я не знаю, что случилось в ту ночь, но, возможно, ответ ты найдешь в книге. Либо ответы будут там, откуда ты сейчас ко мне прибыл. В том самом замке. — Занимательно, — Вергилий перевел взгляд на фолиант. — Я тебя услышал. Мне никто не помешает? — Отнюдь, — Кощей улыбнулся ему, слегка склонив голову к плечу. — Самый любознательный из близнецов и жадный до знаний. Этот кабинет — твой. Ты только есть не забывай. Даже демонам нужны силы и отдых. — Ты все так же волнуешься… — Вы с братом стали для меня семьей, как бы это сейчас не звучало. Для меня вы дети — сколько бы вам не было лет. Я волнуюсь. — Кто бы мне сказал раньше, что повелитель смерти станет о нас волноваться… — Ой, не смущай меня, — молодой человек легко рассмеялся. — Твой второй вопрос, Спарда? — Гарри Поттер.       Кощей вмиг перестал улыбаться и даже как-то подобрался, словно перед прыжком. Его изучающий и ошеломленный взгляд был лучшей эмоцией на лице. — Нет, не может быть, — он сжал подлокотники пальцами до побелевшей кожи. — Последний Певерелл? — Последний, — подтвердил Спарда. — Он возрадил Пендрагон? — Верно.       Кощей внезапно замер в кресле, невидящим взглядом уставившись на дверь. Его губы беззвучно шевелились, взгляд изменился на благоговейный, а потом он устало откинулся в кресле и прикрыл глаза ладонью.       Вергилий ощутил, что в комнате стало намного холоднее, но он не смел обернуться. Кажется, в тот момент в комнате присутствовала та, с кем он бы не хотел встречаться. — Да, я возьму его в ученики, — отозвался в итоге Кощей. — Но при условии, что он выдержит. Перед тем, как стать моим учеником, ему предстоит пройти не одно испытание. Если он будет готов, я сделаю из него мастера. — Она была здесь? -Вергилий передернул плечами. — Да, сама мать за него просила. Певереллы — одни из самых влиятельных родов в нашем деле. Некромантия — это то, чем они живут. Это самый старый род с покровительством самой Смерти. Есть поверье, что именно она дала им жизнь. Дала жизнь первому Певереллу, когда еще принимала вид человека. И то, что у рода есть потомок — многое меняет… Особенно, что это твой друг. Эта сила в нем проснулась? — Не могу сказать наверняка, — Вергилий пожал плечами. — Его перстни скрывают силу. — Да, да, разумеется, — Кощей вздохнул. — Сколько ему сейчас? Шестнадцать? Переход в юношество, сильные сторонники, оживший Пендрагон… Мерлин, он силен. Когда он может прибыть? — После войны. — Да, война… — протянул Кощей, словно что-то просчитывая в голове. — Решено. Раз моя мать за него просила, передай ему, что с таким покровительством и с такими друзьями, он может переступить мою территорию. — Я рад это слышать, мой друг.