Пигменты и Пентаграммы

Питер просматривал товары в запасе, когда обнаружил, что у него заканчивались 14-е иглы. Сделав пометку у себя в голове, чтобы заказать их при встрече с поставщиком, он продолжил изучение своего ассортимента. За этим занятием его застал колокольчик открывающейся двери, поэтому Питер отложил в сторону недосчитанные товары, и направился в приемную встречать посетителя. Стоявший у дверей парень был одет в джинсы с порванными вставками и красные высокие Конверcы, которые носила большая часть молодежи, так что было затруднительно определить его конкретный возраст. Повернувшись спиной к Питеру, он просматривал журнал с дизайнами тату. Питер сел за стеклянный прилавок с украшениями для пирсинга и стал наблюдать за парнишкой. - Что-нибудь подсказать? - спросил Питер, улыбаясь, когда тот подпрыгнул от неожиданности и подтянул плечи до ушей. Молодой человек усмехнулся и повернулся на голос, но улыбка быстро погасла, когда он увидел Питера. Оборотень увидел ярко выраженный ужас на лице юноши, когда тот вышел из тени. - Какого черта ты здесь делаешь? Скрыв удивление под маской полного безразличия, мужчина выдавил из себя дежурную улыбку. - Это мой салон, - ответил он приторным голосом, - Стайлз. - Ты помнишь меня? - медленно произнес Стайлз, как будто бы он не был испуган, но Питеру все же удалось услышать ускорившийся пульс. - Как я мог забыть? - наклонив голову, ответил Питер. Возможно, уже прошло довольно много времени с тех пор, когда он видел Стайлза и остальных подростков, связанных с его племянником, но он никогда не сможет забыть, как мальчишка противостоял ему над измазанной кровью Лидией. Или пульс Стайлза, когда он предложил ему укус. Стайлз всегда интересовал Питера, особенно, когда тот поджег его коктейлем Молотова. Ну, попытался. Питер не надолго задержался в городке после того, как он умер и воскрес. После превращения Джексона в ящерицу, он решил, что он сыт по горло Бейкон Хилс и всем тем дерьмом, что там творится. Он уже отомстил Кейт, а Дерек и так не был особо рад его обществу, поэтому он переехал на юг, в Пало Альто к его альма-матер. Там он открыл тату-салон и вернулся к своей страсти. Помимо сарказма и манипуляции, конечно. В конце концов, глубокая до костей необходимость в стае постепенно превратилась в тупую контролируемую боль. Стайлз просто пялился на него с открытым ртом, пока Питер не прочистил горло. - Так ты хочешь татуировку? - Да, - медленно произнес Стайлз, прежде чем прищуриться, - Но я не уверен, что хочу, чтобы ее делал ты. Это задело мужчину, хотя он знал, что ему должно быть наплевать на мнение этого ребенка. Он выдержал пустой взгляд, как будто бы он не был обеспокоен этим замечанием. Вместо того, чтобы выдать свой фирменный сарказм, он повернулся, чтобы взять толстую папку, и с хлопком опустил ее на прилавок. - Это то, чем я занимался с тех пор, как покинул Бейкон Хилс. Все еще подозрительно смотря на мужчину, Стайлз подошел к нему. Он медленно открыл папку, опуская взгляд на первую татуировку. Его брови тут же взлетели вверх, и Питер не мог отказать себе в наслаждении от триумфа. - Чёрт возьми, - произнес Стайлз, когда просматривал страницу за страницей. Татуировки сменялись другими, без контуров, выполненные лишь мазками кисти - узкими и широкими, придавая форму татуировкам. - Они выглядят как акварельные рисунки, - выдохнул он, проводя кончиками пальцев по пластиковой обложке. - Какой тип татуировки ты хочешь? - спросил Питер, глядя на тонкие пальцы Стайлза, пока тот не убрал руку с папки. Мужчина перевел взгляд на его лицо. - Я не знаю, - произнес Стайлз и моргнул огромными карими глазами. Питер уставился на него с пустым выражением лица. - Ты издеваешься? Стайлз, должно быть, тренировался, чтобы выглядеть таким робким, как у него получалось сейчас. – Я просто знал, что я очень хочу татуировку. Я думал, что если приду сюда, то смогу выбрать, что мне приглянется из ассортимента, - он бросил быстрый взгляд на фотографии с татуировками. Какими-то одному Богу известными силами, Питеру удалось не закатить глаза к потолку. - Я не собираюсь убеждать тебя, что первая татуировка должна иметь какой-то неведомый смысл. Куча людей набивают то, что они думают выглядит мило и красиво, и довольны своим выбором. Но у тебя должна быть хоть какая-нибудь идея, чего ты хочешь, перед тем, как идти в салон. – Он закрыл папку и положил ее обратно на полку. - А сейчас выметайся отсюда и подумай получше, – он не обратил внимания на вытянутую в протесте руку Стайлза, – Не трать мое время попусту. Стайлз фыркнул, скривив губы в некое подобие улыбки. - Знаешь, для того, кто имеет 100% позитивных отзывов на Yelp, со своими клиентами ты ведешь себя, как мудак, - произнес он, идя к двери. - Извините, у меня мягкая манера убеждать, - не остался в долгу Питер, и Стайлз просто махнул ему через плечо, выходя за дверь. ________________________________ На следующий день, когда Стайлз зашел в салон, Питер объяснял маленькой девочке и ее матери, что из себя представляет прокол ушей. Он кинул взгляд на Стилински и папку в его руках, махнул на диван, и продолжил общаться с клиентами. Девочка была просто умницей: просто сидела на столе и ела карамель, которую дал ей мужчина, чтобы отвлечь от пистолета для пирсинга. Она даже не обратила внимания, когда он проткнул ей ушки и вставил маленькие гвоздики. - Все готово, - дружелюбно улыбаясь, сказал он, когда вся работа была сделана, и девочка радостно улыбнулась в ответ. Стоило ей увидеть себя в зеркальце, которое поднес к ней Питер, чтобы она оценила новые украшения, как ее улыбка стала еще шире. - Здорово! – сказала она, спрыгивая со стола и подбегая к матери, чтобы показать ей новые аксессуары. Питер взял брошюру "Уход за пирсингом" и передал ее матери, после чего посмотрел вниз на малышку. - Убедись, что прокручиваешь сережки 2 раза в день, но перед этим мой руки, договорились? – девчушка кивнула, и Питер улыбнулся ей, а после посмотрел на ее мать. – Можете поменять сережки через 8 недель. А пока на этом все. - Спасибо, - ответила женщина, улыбаясь. - Сколько с меня? Расплатившись, женщина взяла девочку за руку и повела ее на выход. Малышка помахала Питеру на прощание, а Питер помахал ей в ответ. Когда дверь за уже бывшими клиентами закрылась, хозяин данного заведения посмотрел на юношу, который уставился на него с огромными глазами и раскрытым ртом. - Что? – спросил Хейл, протягивая руку в немом жесте и требуя тем самым папку с эскизами. Стайлз дернулся вперед и передал ее оборотню. - Никогда не видел, чтобы ты был так мил с кем-либо, - сказал он, засовывая руку в карман толстовки. - Я боялся, что ты ее съешь. - Какой бы у меня был бизнес, если бы я ел своих клиентов? – ответил Питер, открывая папку. – Более того, я предпочитаю младенцев. Он ехидно улыбнулся парню, получая от него недоверчивый косой взгляд, после чего перенес свое внимание на идеи мальчишки. На всех листах были либо изображения, либо фотографии татуировок лисиц. В его выборе не было никакой концепции, все лисы были разнообразных форм, стилей и цветов: коричневые и оранжевые, серебристые и черные, даже синие, фиолетовые, зеленые и радужные. Татуировки были сделаны на разных частях тела: на предплечьях, плечах, груди, бедрах, и даже на пояснице. Питер старался вздохнуть не слишком глубоко, поднимая глаза к мальчишке, который наблюдал за ним. – Хорошо, какая твоя любимая? Стайлз опустил взгляд на рисунки, начиная просматривать каждый. Казалось, что это его самое трудное решение: он то хмурился, то угукал себе под нос, пытаясь решить. Через какое-то время он просто бросил все рисунки на прилавок и закрыл лицо руками. - Я не знаю, - произнес он, признавая поражение. Питер хотел повторить жест юноши и молиться на спасение, но он просто посмотрел на Стайлза. - Моё терпение не бесконечно, - сказал он тихим голосом. - Извини, - ответил Стилински, приглушенным голосом, - Я провел всю ночь, в поисках татуировки лисы, и они... Они все мне нравятся, но чувства, что это «моё» нет! Понимаешь? - он жалобно завыл и указал на распечатки. Питеру мальчишка напоминал щенка, который врезался в стену, потому что не успел вовремя затормозить. Он был очарователен в самом жалком смысле. Мастер начал выпрямлять фотографии и складывать их на поверхности стола. - Ты хотя бы знаешь, где ты её хочешь? - произнёс волк. - Может, над бедром? – сказал Стайлз, подняв рубашку и рисуя дугу по коже чуть выше тазовой кости. Что за пушистая «счастливая дорожка». - Как насчет того, чтобы я нарисовал что-то оригинальное для тебя? – предложил мужчина, притворяясь, что это будет ему только в тяжесть. Но на самом деле, он не хотел ничего больше, чем видеть на клиенте личную марку - что-то более постоянное, чем укус или синяк. - Ты нарисуешь для меня татуировку? – широко распахнув глаза, спросил Стайлз. - Не бесплатно, - ответил мужчина, не сумев подавить в себе желание закатить глаза. - Ах, да, да. Конечно, - сказал мальчишка, потирая шею и проходясь пальцами по волосам. - Возвращайся в пятницу. К этому времени все будет готово, – наказал ему Питер, желая поскорее избавится от парня. У него, Питера, возникло острое желание обнять это суетливое недоразумение. Но пока что такой порыв удавалось сдерживать. Надо было срочно искать выход из ситуации. - Хорошо, - сказал Стайлз. Он кивнул, пару раз прошелся костяшками по столешнице и ушел. ______________________ Питер провел остаток среды, рисуя эскиз за эскизом, пока он не был доволен своей лисицей. В четверг, когда он приступил к раскраске рисунка, Стайлз опять зашел в салон. Мужчина выпрямился и скинул своё творение с прилавка, чтобы тот не увидел его раньше срока. - Я думаю, твой календарь тебе врет, - сказал волк, покачивая ручку в пальцах и выразительно смотря на парня. - Я здесь не для этого. Хочу сделать пирсинг. – Стайлз засунул руки в карманы и посмотрел на Питера прямым взглядом, хотя его сердце все равно сбилось с ровного ритма. – Я подумал, что хочу прочувствовать боль от пирсинга перед тем, как делать тату, понимаешь? - В этот раз ты хотя бы знаешь, что хочешь проколоть? – мужчина изогнул бровь. Стайлз не казался оскорбленным сарказмом. Он захихикал и помотал головой. - Я хочу индастриал. Прочитал тонну информации про него. - То есть ты знаешь, что это один из самых болезненных проколов? – спросил Питер, вытаскивая форму согласия. Под возбужденный кивок Стайлза, он передал ему ручку. – Заполни это. У тебя есть удостоверение? - В то время как юноша пытался вытащить его из глубин своих карманов, мужчина поинтересовался, - Сколько тебе лет? - Девятнадцать, - ответил тот, передавая водительские права Питеру. Мужчина взглянул на них. Адрес на них был все еще Бейкон Хилс. - Ты в колледже? – он поднялся из-за прилавка. - Ага, - ответил Стайлз, читая и заполняя форму. – Стендфорд**. На очном. Психология и развитие ребенка. Он начал отмечать соответствующие места с его инициалами. В это же время мужчина пошёл делать фотокопию водительских прав, размышляя, где же остальные щенки из стаи Дерека. Все они были уже взрослыми и, скорее всего, сами сбежали из этого городка. Остался ли Дерек один? Питер не мог решить, заботит ли это его или нет. Он схватил права и копию, направляясь обратно в приемную. Стайлз был уже готов ко всему. Питер еще раз взглянул на права парня перед тем, как вернуть их владельцу. - Сюда, - сказал он, подзывая клиента к себе пальцем. Мужчина постучал по поверхности стола, и Стайлз запрыгнул на стол, перекрестив ноги в ожидании. – Ложись. Расскажи мне о своей учёбе. - О, это ещё что-то, - произнес Стайлз, когда лег на поверхность стола, и повертелся немного для удобства. Питер пошёл мыть руки в маленькой раковине недалеко от рабочего места. – Я решил взять утренние занятия, потому что был не в своем уме. У меня психология в 8 утра и это хорошо, что биологическое начало поведения настолько интересное. Да и мой профессор оказался приличным мятежником, что позволяет мне приходить к нему в пижаме, наполовину проснувшемуся с огромной чашкой кофе. Питеру пришлось приложить усилие, чтобы сдержать улыбку, когда он на мгновение представил эту картину. - Что ты планируешь делать после универа? – спросил он, надевая пару фиолетовых латексных перчаток и беря пару дезинфицирующих салфеток. - Хочу работать с детьми, у которых ограниченные способности в обучении, – произнес Стайлз, когда мужчина начал дезинфицировать внутри и снаружи ушную раковину, – Я знаю, каково это, когда твой мозг делает все, кроме того, что тебе нужно. - Понятно, - сказал Питер, представляя хаотично двигающегося Стайлза с кучей таких же хаотично двигающихся детей. Он отметил маркером место прокола, открыл упаковку с иглой и повернулся к парню. Лицо того можно было запечатлеть на камеру. Мужчина фыркнул: - Похоже, ты не подготовил себя к некоторым деталям? - Иголка просто огромна! – с округлившимися от шока глазами произнес парнишка. - Да не очень, - ответил оборотень, подходя к столу. – Лежи смирно и поверни голову в противоположную от меня сторону. - Я отключусь. Боже мой, - бурчал под нос Стилински, крепко зажмуриваясь. - Нет, все будет хорошо, - сказал Питер, беря его за ухо левой рукой, – Дыши. Мы сделаем это на счет три. Он подождал, пока Стайлз перестанет сдерживать дыхание, и начал считать, подставив иглу к помеченному месту. - Один… - Питер продавил иглу через кожу и хрящик, слыша громкий визг мальчишки. Стайлз сделал пару глубоких вздохов и засмеялся. – Ты сукин сын, - фыркнул он, - Ты сказал на три. - Я солгал, - беспечно ответил тот, улыбаясь парню. - Это было не так больно, как я думал, - со вздохом произнес мальчик, пытаясь следить за движениями Питера краем глаза. Но больше он не напрягался. - Подожди до тех пор, пока увидишь, сколько из тебя вылилось крови, - промурчал Хейл, не отказывая себе в удовольствии следить за попытками Стайлза увидеть свое собственное ухо. – Я не буду обманывать тебя в этот раз. Глубоко вдохни и выдохни. Питер надавил на иглу для второго прокола после того, как Стайлз сделал дыхательное упражнение. В этот раз тот не произнес ни звука. - Почти все готово, - сказал мужчина, беря в руки саму сережку. Он продавил иглу до конца и втащил серьгу в два прокола. Закрутить шарик на открытом конце и всё - пирсинг готов. Он выкинул иглу в мусорку и дал парню пару бумажных полотенец. Питер вытер кровь внутри и вокруг уха Стайлза как только мог, чтобы не побеспокоить свежий прокол. - У тебя будет еще немного идти кровь, - объяснил Питер, когда он махнул мальчишке, давая знак, что тот может сесть. Стянув перчатки и бросив их к игле, он взял зеркало и поднес его к подростку, чтобы тот смог осмотреть новое приобретение. - Мило, - сказал мальчишка благоговейным голосом, поднимая руку. - Старайся не трогать ухо, пока не помыл руки, - сказал ему Питер. Он говорил это так много раз, что это произносилось уже на автомате. Стайлз тут же опустил руку. Мужчина забрал зеркало и повел его, парня, в приемную, на ходу рассказывая все советы по уходу. - Купи раствор и протирай пирсинг два раза в день, даже если не моешься. - Хорошо, - сказал Стайлз, стоя по другую сторону прилавка и проглядывая брошюру по уходу. - Возьми это, - Питер отошел и взял с полки антибактериальный спрей, - После каждой промывки наноси это на ушную раковину и давай высохнуть. - Хорошо, - опять сказал обладатель пирсинга перед тем, как сделать шаг назад. - Ну, спасибо. Полагаю, увидимся в пятницу? – он сделал еще один шаг в сторону двери. - Конечно, - ответил Питер прищурившись, - После того как ты заплатишь мне пятьдесят долларов. Глаза Стайлза почти выскочили из орбит перед тем, как он стукнул себя по лбу. – Черт, извини. Я не пытался убежать или что-то в этом роде. Просто забылся на секунду. Он полез в невероятно глубокий карман джинс за кошельком. Питер мог бы сказать многое о потенциальных моментах для… чего-либо, но воздержался. Он принял деньги, когда мальчишка протянул их ему. Десять долларов чаевых, как мило. - Увидимся в пятницу, Стайлз, - сказал он, улыбаясь ему слегка приподняв уголки губ. - Конечно. Увидимся, - ответил Стилински с искренней широкой улыбкой перед тем, как исчезнуть за дверью. ______________________________ Шесть дней в неделю Питер открывал свой салон в 4 дня и закрывал его в 2 утра. В понедельники салон был закрыт, потому что Питер отсыпался. Обычно он просыпался в 3. 30 дня, чтобы забрать почту или проверить электронку. Салон находился в двух кварталах от его квартиры: короткая бодрящая прогулка ему была обеспечена каждый день. Когда он подходил к рабочему месту в пятницу днем, Питер заметил кого-то сидящего у входной двери. Подойдя ближе, он совершенно не удивился, когда увидел Стайлза. Тот в наушниках читал книгу на айпаде. Хозяин салона подошел к входной двери, ожидая хоть какой-то реакции, но когда его появление осталось незамеченным, он пнул бедро парня ногой. Стайлз подскочил, как будто бы его ударили шокером, поднимая взгляд и вытаскивая наушники из ушей. - О, привет, я не заметил тебя. Читал. - Молодчина, - протянул Питер, прежде чем тот помахал рукой. – Отодвинься, мне надо открыть дверь. Стайлз прижал все свои вещи к груди и поднялся на ноги, уходя с прохода. Отперев замок, Питер кинул ключи в свой карман, открыл дверь и вошел внутрь со Стилински на пятках. Найдя три конверта на полу, он поднял их и кинул на прилавок. Затем пошел по кругу зала, включая освещение и оставив Стайлза в приемной засовывать свои вещи обратно в сумку. У Питера было огромное желание просто посидеть за прилавком, просматривая почту, наслаждаясь этим процессом по полной, но взгляд побитой собаки по имени Стайлз ему точно не позволит это сделать. Мужчина вздохнул и отложил почту на второй план, прикидывая, когда он сможет разобраться с ней. Взяв папку с татуировкой Стайлза, он положил ее на прилавок. Стайлз, почти сбивая все на своем пути, поспешил к Питеру, чтобы открыть папку и взглянуть на дизайн, что хранился внутри. С улыбкой на лице и распахнутыми глазами он посмотрел на эскиз: лиса вытянула лапки с черными кончиками, как будто бы потягивалась; наклонив голову, она с бумаги смотрела на Стайлза; длинный хвост распушился над гибким телом; черты тела животного были подчёркнуты тонкими чёрными мазками кисти и раскрашены в яркие красные и оранжевые цвета. - Чёрт возьми, - выдохнул он, проводя кончиками пальцев по контуру лисицы. - Нравится? – небрежно спросил Питер, как будто бы не мечтал показать свое творение Стайлзу и купаться в его похвалах. Это было бы слишком просто. - Безумно, - ответил Стайлз, все еще уставившись на рисунок в задумчивости. – Это… это просто потрясающе, это то, что надо. Питер прочистил горло, когда его Эго немного успокоилось. – Тело будет на твоем бедре, а хвост пойдет чуть выше тазовой кости. - Он замолчал, проводя пальцем по бумаге. Стайлз решительно кивнул, еще шире улыбаясь. – Когда мы можем начать? – спросил он, перекатываясь с пяток на носки. Откидываясь назад, Питер посмотрел на часы в телефоне. – Ну, технически мы закрыты еще 20 минут, – сказал он в пустоту. – Ну, пожалуйста! – заскулил Стайлз, продолжая подпрыгивать от переполняющего его возбуждения, как щенок. Питер смотрел на него еще тридцать секунд, ожидая, пока его возбуждение спадет, вздохнул и повернулся на стуле. – Хорошо, – сказал он, хватая рисунок и направляясь в заднюю часть салона со Стайлзом, почти наступающим на пятки. Как знал, что такое произойдет. Поэтому он уже сделал трафарет. Питер вообще не был уверен, что Стайлз умеет ждать. - Снимай рубашку, - поручил мужчина и взял тонкую бумагу со свежим эскизом татуировки. Он наблюдал, как Стайлз почти вырывает пуговицы с мясом, а после аккуратно приложил трафарет на кожу юноши и тщательно перенес чернила. Отлепив бумагу, он улыбнулся. - Иди, посмотри. Он указал на большое зеркало на стене. Стайлз чуть ли не вприпрыжку побежал к нему. Он закусил губу и начал усердно осматривать рисунок, переведенный на его тело. - Все круто, – сказал он, поворачиваясь к Питеру, широко скалясь. - Хорошо, забирайся на стол. – скомандовал мужчина и пошёл мыть руки. Мальчишка вскочил на стол и лег, ожидая дальнейших указаний. Питер был поражен дискомфортной мыслью: в течение нескольких дней он перестал раздражаться от присутствия Стайлза и даже получал какое-то удовольствие от этого. Тихо вздохнув, он смыл мыло с рук. - Как твой пирсинг? – спросил Питер и натянул перчатки. Он начал наполнять небольшие чашечки разными цветами чернил, от черного до всех оттенков желтого, оранжевого и красного. - Нормально. Мне пришлось приучить себя не крутить его. У меня вышло только после пятидесятого раза, - ответил Стайлз, наблюдая за мужчиной. - Он должен перестать болеть примерно через неделю, - ответил Питер, ногой цепляя свой стул и подкатывая его к столу. Выставив все чашечки с разными цветами в удобной ему последовательности, он проверил тату-пистолет и пододвинул ближе педаль. Вставив иглу, Питер проверил скорость машинки. Стайлз дернулся от резкого звука машинки, и нервно прокомментировал: - Она гораздо громче, чем я думал. - Ты привыкнешь, - произнес Питер и опустил иглу в черную краску и набирая ее в резервуар. Он положил руку на бедро Стайлза, наблюдая как тот затаил дыхание. – Дыши Стайлз, будет лишь немного больно. Он опустил взгляд на лицо парня, который внутренне весь сжался. - Я начну здесь, - предупредил он Стилински, дотрагиваясь до части хвоста. Он не пытался успокоить мальчишку, просто показывал свои действия. – Дыши, - сказал он вновь, поднимая машинку. Он поднес иглу к коже, делая небольшую линию, так сказать, на пробу, затем отодвинул ее, глядя на лицо Стайлза. - Ну как? Юноша моргнул, смотря на потолок. - Хм, - в конце концов подал голос он, опуская глаза к Питеру, - Это было не больно. Не хуже кошачьей царапины. - Ну что я говорил, - фыркнув, произнес мастер. Улыбаясь, Стайлз снова закрыл глаза, глубоко вдыхая и выдыхая. - Знаешь, Скотт хотел сделать тату, и я пошел с ним, – выдохнул он, - я отключился. Губы Питера выгнулись в улыбке. - Почему-то я очень хорошо себе это представляю. - Он начал работать над более сложными линиями. - Так Скотт сделал тату? - Ага, и она сошла через десять минут. - Как очевидно. - не без иронии в голосе прокомментировал мужчина, - это и печально, и смешно в одно и то же время. - Это было смешно до того, как мы узнали про услуги Дерека. - Стайлз фыркнул. - О боги, только не говори, что Скотт прошел через это? – Стайлз ощутимо вздрогнул от воспоминаний, что Питеру пришлось убрать иглу с кожи. - Это была проверка моих сил: отключусь ли я или нет, когда Дерек вытащил тот баллон. - Звучит пугающе, - сказал Питер, продолжая работу над контуром. – Итак, как поживает мой любимый племянник? – спросил он, когда начал работу над телом лисы. – Как Бейкон Хилс в целом? Какие-нибудь сверхъестественные события, о которых я должен знать? - Тебя это и вправду волнует? - Не особо, - ответил Питер, нацепив маску беспечности, отстаивая свою вечную репутацию бездушного ублюдка. Его иногда беспокоило, что однажды он получит письмо о том, что Дерек был растерзан оборотнем-тигром или съеден людоедом. Он тайно беспокоился за семью, но ни на секунду не показывал этого. – Я всего лишь хочу отвлечь тебя от боли. - Оу, ну ладно, - ответил мальчишка перед тем как прочистить горло. - Ну, мы столкнулись с несколькими ребятами с тех пор, как ты уехал. Например, со сборищем орущих вампиров, с парочкой фей, которые устанавливали свои стоянки прямо посреди заповедника, и, ох, зомби. Да, было весело, – сарказм Стайлза мог соревноваться с Питеровским, - и мои любимчики - стая альф. Питер поднял голову. - Стая альф? Это то, о чем я думаю? - Да, стая полностью состоящая из альф. Питер нахмурился, пытаясь представить это в голове, но сам мозг бунтовал против такой идеи. - Как они вообще сосуществовали? Динамика полностью ужасает. - Я не знаю, чувак. Эта была группа альф, которые замочили свои стаи и эмиссаров, и объединились под началом чувака по имени Девкалион. - Это имя я узнаю, - пробурчал Хейл, поднимая брови, когда он заполнил толстую черную линию. - Просто Королева драмы. Вы бы были друзьями - не разлей вода, - произнес Стайлз с небольшой насмешкой. - Грубо, - сухо ответил мужчина. - Да не очень. Он звал себя Смерть, Разрушитель Миров и Демон-Волк. Это заставило Питера рассмеяться. - Звучит, как будто он фанат Бхагавадгита. - Или Дж. Роберта Оппенгеймера, - кивком поддержал мысль Стайлз. - Только настоящий Нарцисс будет сравнивать себя с атомным взрывом, - Питер был почти впечатлён. - Только было не всегда смешно. Альфы схватили Эрику и Бойда, и мы еле-еле вытащили их с того света. Мы даже спасли младшую сестру Дерека, о которой мы даже не знали. Я говорю «мы», но меня оставили сидеть на месте, потому что я человек, и все в этом духе. Едва услышав последнее предложение, разум Питера мог зафиксироваться только на одном. - Кора жива? – спросил он пустым недоверчивым голосом. Он оплакивал ее смерть наряду со смертью Талии, его шурина и родителей, нескольких двоюродных братьев и… Лоры. Он пил бурбон с аконитом, пока не переставало болеть сердце. Это был единственный механизм выживания в этом пустом для него мире. - Да, - ответил Стайлз, даже не подозревая Питера в переживаниях, не видя его лица, - Она была в Бразилии или где-то там. Без понятия. Она не очень разговорчивая. Прямо как Дерек. Кора раньше была просто солнышком, не такой разбитой и замкнутой как Дерек. Но это было перед пожаром. Раньше и Дерек был более открытым и отзывчивым, если сравнивать с настоящим временем. И Питер не всегда пускал в бой сарказм. Не имея желания отвечать мальчишке, мужчина просто промолчал. - Большинство альф покинуло Бейкон Хилс после большой бойни в ночь лунного затмения, – продолжил Стайлз, после чего повернул голову. – Ох, угадай, кто сейчас альфа? – он улыбнулся и, не давая Питеру и слова вставить, выпалил, - Мой бро, Скотти. Питеру пришлось выключить машинку и выпрямиться для того, чтобы обработать эту информацию у себя в голове. Скотт убийца? – Чью силу он забрал? - Ничью. Он истинный альфа. - На лице мальчишки появилась гордая улыбка Питер задержал дыхание и поднял уголки губ в предполагаемой улыбке. – Ну конечно. - Он поднял машинку и продолжил заполнять полосы на коже. Контур был почти закончен. - Да, так что в стае два альфы, и это… работает, более или менее. Стая функционирует намного лучше, чем с одним альфой. У всех все отлично. Скотт и Элиссон недавно отпраздновали свою трехлетнюю годовщину. Лидия в MIT***. И похоже она оказалась банши. Мы почти уверены, это твоя вина. Хмыкнув, Питер поднял взгляд на парня. - Я знал, что у нее иммунитет по какой-то причине. Укус должно быть разблокировал ее силы, – Его взгляд вернулся к работе, - Вы все должны благодарить меня. - Ох, закрой рот, - сказал Стайлз, на что мужчина просто улыбнулся. После того, как он закончил с черным контуром, Питер сел и посмотрел на татуировку. – Сейчас все выглядит хорошо, – сказал он, после чего вытер остатки краски и крови. – Сейчас будем разукрашивать. Тебе нужен перерыв? Стайлз поднял локоть, смотря на лису в то время, когда мастер менял иглы и краски. Пока что это был плоский контур, но скоро он заиграет яркими цветами и пигментами, которые Питер нанесет на кожу. - Нет, я в порядке. – сказал парень, откидываясь назад и закидывая руку на голову. Питер начал заполнять татуировку мазками оранжевого и красного, придавая рисунку объем и естественность. Парень не подавал никаких болезненных звуков в начале, продолжая болтать о друзьях и о времени, когда им пришлось выгонять вендиго из города. Но потом внезапно замолчал, что заставило мужчину отвлечься от работы, чтобы проверить того. Лицо парня было искажено болью. - Ты в порядке? – спросил Питер, убирая машинку с кожи Стайлза. Юноша резко выдохнул через нос. - Ага, - сказал он, процеживая слова через сжатые зубы. - Может быть, устроим перерыв? - А можно? – почти захныкал Стайлз. – Всего на минутку. Разукрашивание намного больнее, нежели контур. - Сделав несколько глубоких вдохов, он тихо произнёс, - Наверное, я худший клиент. - Это вряд ли, - ответил Питер, когда выпрямился и положил тату-пистолет на стол. – Ты не орешь, как будто бы скоро копыта откинешь. И ты не отключался. - У тебя кто-то терял сознание? - Пару человек. Иногда клиент так долго терпит боль, что потом отрубается. Это потому что падает кровяное давление, – В глазах Стайлза были искорки заинтересованности, поэтому мужчина продолжил. – Два года назад мужчина пришел ко мне в салон. Он был просто огромный, под два метра, мускулы на мускулах. Сказал, что хочет сделать свою первую татуировку и дал мне довольно обычный симметричный племенной узор. Я поинтересовался, где он хочет сделать тату, а он снял шляпу и провел рукой по лысине. Ужас, который читался на лице Стайлза, заставил Питера улыбнуться. - Да, помимо век, скальп считается наиболее болезненным местом для тату. Там нет жировой прослойки, нет мышц, только кость. – Мужчина вспомнил свои усилия, чтобы отговорить клиента от места татуировки, но не препятствовал, когда клиент отчаянно хотел сделать ее на своем скальпе. Питер знал, что мужчина скоро пожалеет о своем упрямстве. -Он был в порядке, пока я делал контур. Даже не морщился, не двигался и не произносил ни звука. Но потом я начал заполнять внутреннюю часть со множеством тонких линий. Через четыре часа я уже закончил половину, когда он вдруг перестает шуметь и ругаться. Я смотрю: у него глаза закатились, и руки дрожат. Стоит ли говорить, что я не продолжил с ним работу. - С ним все в порядке? – искренне беспокоясь, спросил мальчишка. Питер никогда не понимал обеспокоенность за людей, которые не были частью твоей жизни. - Он очнулся примерно через 10 минут, - ответил мужчина с ухмылкой. – Я дал ему апельсиновый сок и шоколадку, поэтому с ним все отлично. Улыбка всплыла на лице Стайлза. - Это был твой обед, что ли? - Нет, я всегда держу немного шоколада и сока для детей, если случится примерно такая же ситуация, – ответил Питер, указывая над головой парня на мини-холодильник, прикрепленный на стене в углу рядом с корзиной миниатюрных шоколадных батончиков. Стайлз повернул голову назад, чтобы посмотреть на указанное, в то время предоставляя Питеру для обзора длинную изящную шейную линию. Хейл уже давно принял свои маленькие извращенские фетиши. Он был оборотнем, в конце концов. - Да, это довольно умно, - подал голос Стайлз, как будто бы не доверял мужчине полностью, за что еще больше начинал нравиться Питеру. - Что я могу сказать? Я отличный парень, – сказал оборотень с обольстительной улыбкой, за что Стайлз уставился на него, всем видом показывая, что он не поведется на это еще раз. - Как ты себя чувствуешь? - спросил он, тыкая парня в бок. - О, да, - ответил мальчишка, выглядя, как будто бы он забыл, что они делают, - Все в порядке, я готов продолжить. – он откинулся на спину и расслабился. - Отлично, – сказал Питер, поднимая тату пистолет и опуская его в краску. Стайлз снова замолчал, шумно дыша через нос. Он двигал пальцами руки перед тем, как сбросить ее вниз и начать со всей силы сжимать ладонь в кулак. Он повторил это движение несколько раз, как будто бы сжимал невидимый стресс-мячик. Питер наблюдал за этим в течение нескольких секунд, прежде чем он взял машинку в другую руку и схватил кулак Стайлза свободной рукой, опуская его ладонь себе на колено. – Сжимай так сильно, как хочешь, – сказал он, и парнишка бросил на него удивленный взгляд, кивая. Чувство, когда пальцы мальчишки впивались в его бедро, пока он работал над последними штрихами, не было таким уж отвлекающим, как он предполагал. Это было больше похоже на массаж. Что больше привлекало его внимание, это лицо Стайлза с влажным ртом от постоянных облизываний юрким языком, резкое дыхание и капельки слез в уголках глаз. Какое же лицо будет у него оттраханного, если уже сейчас оно было довольно соблазнительное? Через некоторое время Питер откинулся, чтобы осмотреть свою работу. - Готово, – произнес он, откладывая машинку и беря бутылку с раствором воды и жидкого мыла. Он щедро распрыскал его по татуировке. Стайлз дернулся от неожиданности и засмеялся. – Холодная! Питер усмехнулся и вытер татуировку от крови и остатков чернил. - Можешь посмотреть, – сказал он, повернувшись к своему столу, чтобы начать собирать все приборы и материалы. Краем глаза он наблюдал, как Стилински спрыгнул со стола и подбежал к зеркалу, подняв руку над головой. -Боже мой, Питер! – сказал Стайлз, оборачиваясь к нему с сияющим лицом. – Она офигенная! Теплое чувство расцвело в груди Питера. Так случалось всегда, когда клиенту нравилась его оригинальная работа. Это было очень приятно. – Я рад, что тебе нравится. – сказал он, будучи на 100% честным в этот раз. Затем подозвал Стайлза пальцем, – Дай мне перевязать тебя. Пока Питер перевязывал свежую татуировку, он объяснял, как ухаживать за ней: не мочить; промывать два или три раза в день с антибактериальным мылом; не чесать; шлепать, если чешется; не использовать скраб, чтобы снять кожу, которая будет шелушиться возле рисунка на третий - четвертый день; пытаться держать татуировку все время покрытой заживляющей мазью. Мужчина отошел и дал ему тюбик Аквафора для начала. Стайлз взял его и положил в сумку, затем захватил свою футболку и натянул ее на себя. - Так почему у тебя нет татуировок? – спросил он, когда рылся в рюкзаке. - У меня не сложилось с огнем. – ответил Питер, стягивая перчатки. - А пирсинг? Питер был немного подозрительным к любопытству Стайлза, но он был подозрительным ко всему, о чем вообще разговор. – У меня есть один, – загадочно произнес он. - Где? – Догадайся. - Губы Питера медленно расползлись в улыбке. Стайлз моргнул янтарными глазами, и его взгляд упал на промежность Питера. – Оу. Улыбка Питера превратилась в хищную ухмылку, когда лицо и уши Стайлза побагровели. – Очень смешно. – пробурчал мальчишка. Прочистив горло, парень протянул толстую пачку наличных. – С-Сколько я должен тебе? – спросил он, встречаясь с мужчиной взглядом и краснея еще больше. Оборотень подумал, что Стайлз ему нравится, поэтому он даст ему скидку. После оплаты, включая приличные чаевые, Стайлз закинул на плечо рюкзак и пошёл к двери. Он остановился на выходе и оглянулся через плечо, приторно улыбаясь. - Спасибо еще раз, – сказал он с кивком, после чего вышел из салона. - До скорого, Стайлз, – сказал Питер в пустоту. У него была уверенность, что это последний раз, когда он видит мальчишку. Как же он ошибался.