Покой нам только снится

Утро для Люциуса Малфоя началось не с пения птиц, а с бесконечно повторяющегося: «Папа, папа, папа, папа…» Люциус застонал и накрылся подушкой — наследник отличался настырностью и необычно длинным шилом в пятой точке, которую иной раз так и хотелось проверить на крепость, но рука на любимого и единственного сына не поднималась, а тот, это чувствуя, готов был усесться отцу на голову. Вот и сегодня Драко снова пробрался в спальню родителей и настойчиво давал понять, что утро уже настало, он выспался и хочет играть. «Папа, папа, папа…» — с назойливостью магловской дрели голосок сына ввинчивался в мозг. Люциус, который вчера поздно вечером, точнее, сегодня рано утром, вернулся с вечеринки, устроенной партнёрами по бизнесу, решил не сдаваться и, вцепившись в подушку, изобразил глубокий сон. Он даже попытался захрапеть, за что получил пяткой в бок от Нарциссы, которая с выражением лица, достойным истинной Блэк, тоже делала вид, что спит, повернувшись к ним с Драко спиной и разметав по подушке гриву роскошных белокурых волос. «Папа, папа, папа!.. Ну, папа!..» — Люциус почувствовал, что наследник пошёл в наступление, карабкаясь на кровать, с явным намерением попрыгать на отце, который игнорировал тот факт, что Драко скучно. Старший Малфой, уже смирившись с тем, что поспать не удастся, с тяжким вздохом запустил подушку в сторону жены и, перехватывая сына, чтобы тот не свалился с кровати, повернулся на спину, тут же начав щекотать маленького паршивца. Минуту спустя и Нарцисса, откинув прилетевший в неё пуховый снаряд, присоединилась к весёлой битве, устроенной мужем и сыном. Хохот Люциуса и визги Драко распугали птиц, которые, только проснувшись, собирались приветствовать своими трелями начинающийся день…