Две луны

Глаза, как две луны - серебряного огромного тела, которого она так боится - устремлены вверх, на темное небо, покрытое черными тучами. Они проносятся стремительно мимо, повинуясь порывам ветра. Сегодня ночью холодно. Так холодно, что почти не чувствуются пальцы рук. Пока что человеческие длинные пальцы. Хината выходит из тени деревьев и лунный свет освещает блестящий водопад длинных иссиня-черных волос и нежную бледную кожу. Девушка на минуту будто растворяется в черной дымке, и на след от человеческий ноги наступает черная с синими переливами волчья лапа. Глаза - все такие же прекрасные две половинки планеты - пристально смотрят на существо, притаившееся на ветке дерева. Оскалившись, волчица недовольно трясет головой и уходит прочь, мягко ступая по мокрой земле. Существо спрыгивает вниз и ухмыляется. Саске Учиха выглядел как человек: растрепанные черные волосы, ониксовые глаза, бледная кожа. Из одежды джинсы, кроссовки и толстовка с капюшоном. Ухо исколото пирсингом, на шее видна татуировка. И лишь клыки белоснежных зубов говорят о том, что юноша вовсе не человек, а существо, сотканное из мрака и холода. Хьюги и Учихи – оборотни и вампиры. Два враждующих клана, наконец, должны были объединиться и покончить с войной. Правда, ни Саске – высшего вампира, ни Хинату – дочь вожака, это не устраивало. Лучше вечная война двух волшебных миров, думали они, чем вечная связь с ненавистным отродьем. Хьюга была крупнее всех других волков. Умные человеческие глаза выдавали в ней разумное существо, а не машину для убийств. Хината никогда не охотилась. В конце каждого месяца во время полнолуния, которое длилось три дня, девушка превращалась в волчицу и убегала далеко в лес подальше от сородичей и людей. Саске стал наблюдать за будущей невестой не так давно и совсем не скрывал этого. От нее веяло запахом псины вперемешку с человеческим. Бледная кожа, тем не менее, была настолько горячей для вампира, что Учиха едва ли смог бы к ней прикоснуться. Саске замер у глади воды. Люди в эту часть леса не ходили, даже охотники. Про это место ходило много разных слухов и совсем не зря. Лес находился недалеко от города, где вели нормальную жизнь оборотни, вампиры и люди. Вдруг по водоему прошла рябь. Земля едва заметно задрожала, заставив Учиху отступить от воды. Черная волчица повалила Саске на землю, наступив одной лапой ему на грудь. Хината зарычала, приблизив мохнатую морду к лицу вампира. - Совсем сдурела? – скинув с себя оборотня, оскалился вампир. В черных глазах полыхнул огонь. Саске пригнулся к земле, ожидая следующей атаки, но ее не последовало. Казалось, Хината обуздала свой гнев и находящегося внутри нее зверя. Почувствовав это, Учиха выпрямился и принялся непринужденно отряхивать толстовку от листьев и прочей грязи. – Знаешь, я тоже не в восторге, что мне придется жить с псиной, но я не впиваюсь тебе в шею… Пока что. Лицо Саске тронула насмешливая улыбка. Он предвкушал тот момент, когда его клыки проткнут плоть, а горячая кровь девушки коснется его языка. Единственное, что радовало Учиху – это возможность отомстить волчице и лишить ее звериной сущности. Ведь пока он не сможет ее коснуться – союзу не быть. Хината станет вампиром, и время до этого рокового дня утекало, как песок сквозь пальцы. Хьюга сощурилась. Этого холодного монстра никогда и ничего не исправит. Со стороны отца было жестоко лишать ее огня волчьей крови. Но сейчас она не могла выговорить ни слова. Лишь сдавленный рык вырвался из пасти, и волчица скрылась в лесу.

***

Пристанище вампира было полно света. Коттедж с видом на озеро на окраине города. Кругом лишь лес и запах ели. Хината остановилась во дворе и опрокинула голову назад. Вот и все, осталась лишь неделя, когда луна станет полумесяцем и выйдет из облаков. Неделя с привычным ощущением тепла и второй половинки ее души. Хиаши решил, что дочери будет полезно пожить под одной крышей вместе с Саске. Свыкнутся с запахом опасности и холода его кожи. Попытаться увидеть плюсы в жизни кровопийцы. Девушка печально вздохнула, поправив на плече рюкзак. Ноги хотели унести ее далеко от этого злополучного места, но Хината осталась стоять, всматриваясь в большие окна коттеджа. Ее вторая сущность словно чувствовала, что скоро придет конец, а потому сердце то и дело щемило от боли. - Ну и долго ты собираешься здесь торчать? – мимо девушки гордо прошел Саске, едва задев ту плечом. Учиха был выше ее на целую голову. Хьюга поморщилась, вспоминая свой уютный дом, который она делила со своей семьей. Волки живут стаями, а вампиры предпочитают жизнь в одиночестве. - Надеюсь, ты позавтракал, Учиха… - со всей злобой процедила Хината, последовав за юношей в его дом. Саске обернулся и коснулся кончиком языка тонких губ, будто вспоминая вкус крови очередной жертвы. Ответ пришел сам, и от этого Хьюге стало не по себе. - Хината, я ведь тоже не в восторге от того, что придумали наши кланы. Я бы с удовольствием перегрыз глотку любому волку, но… сейчас я должен терпеть этот ужасный запах псины! - Кто еще кому что перегрызет, кровосос! – вскипела девушка, оскалившись. - У нас будет чудесная совместная жизнь ближайшую неделю, Хьюга, - ничуть не смутившись, Саске открыл стеклянную дверь, пропуская в дом Хинату. Сердце оборотня стучало так быстро, что Учиха не мог не уловить этот ритм. Волшебный для уха вампира, он буквально оглушил Саске. Сглотнув, юноша проследил, как сжимающая изо всех сил кулаки Хината прошла в дом. Даже запах зверя вдруг перестал казаться зловонным, но лишь на секунду. - Где я буду жить? – буквально выплюнула слова Хьюга, стянув с себя конверсы. Она была одета весьма просто – синие узкие джинсы и черная облегающая майка. Волки не мерзли. Лишь за исключением той ночи в полную луну, когда человеческое обличье уступало звериному. Тогда оборотни становятся слабы, чтобы набрать силу перед трехдневной жизнью волка. - Комната на втором этаже, вторая справа, - удаляясь на кухню вальяжной походкой, ответил Саске. На самом деле, он еще не завтракал и его организм сильно изголодался по крови. Из-за наблюдений за Хинатой и изучением ее жизни, Учиха теперь ел не часто. Хьюга тяжелой походкой поднималась по лестнице. На душе было противно, а сердце неприятно ныло. Глаза покрыла пелена слез. Сморгнув ненужную влагу, девушка глубоко вздохнула. Нельзя показывать свою слабость. Она – волчица и справится даже с таким испытанием. Хината все еще надеялась избежать тяжкой участи расставания со своей подругой с блестящим черным мехом. Она любила это мохнатое тело, любила скорость и прогулки по ночам. Любила солнце, которое редко появлялось из-за туч. И всей душой отторгала от себя холод, который веял от вампиров. Все еще не верилось, что отец пошел на такой шаг. В реальной жизни все было куда сложнее, чем в сказках, придуманных людьми. Сколько выпущено разных сериалов, фильмов и книг, а все равно это все оставалось лишь плодами фантазии. И никто не догадывался, что шла реальная война между двумя кланами. И, что глаза, похожие на две луны, могли темнеть и сиять в ночи, устрашая даже самых опасных хищников на земле. Комната была оформлена в светлых тонах. Ничего лишнего: большое окно с балконом, телевизор и кожаный диван. Кинув рюкзак на пол, Хината поспешила спуститься вниз. Стоило прояснить всего одну деталь: - И на чем я буду спать? – девушка влетела на кухню и замерла у порога, прикрыв ладонью рот. Саске держал в руках пакет с донорской кровью. Растаявшие капли покрывали его пластмассовую оболочку. - У тебя там есть диван, разве нет? Чуть ли ни единственный во всем доме, так что не стоит благодарности, - снисходительно улыбнулся Учиха, ловким движением протыкая пакет трубочкой. -Мне нужна кровать, Саске. С одеялом и подушкой! – настаивала Хината, пытаясь не смотреть на красную жидкость, которая потянулась вверх в рот вампира. - Извини, но такого здесь нет… - девушка подняла бровь. Правда, удивление тут же сменила радость: нет кровати, значит, нет и первой брачной ночи. Касаться Саске… эта мысль вызывала рвотный рефлекс. Конечно, Учиха был красив, но это была злобная, холодная, чуждая оборотню красота. – Ты что же, прямо как человек спишь? Нехорошо. Ты слишком человечна. Даже запах псины мешается с… - Заткнись, Учиха! – перебила вампира Хината, сделав шаг вперед. – Могу обойтись и без кровати. Я все равно не мерзну! - Ошибаешься, - вдруг серьезно ответил Саске, оторвав взгляд от пакета с кровью. – Ночью тебе холодно. - Ч-что?... Откуда ты?... – широко распахнула глаза девушка, беспомощно опустив руки. Этого никто не знал. - Твоя волчья сущность угасает. Она знает, что оборотнем тебе быть всего ничего. Я вампир, я многое вижу, Хината, - с этими словами Саске отвернулся и продолжил потягивать багровую жидкость. Но эта кровь казалась мерзостью по сравнению с той, что текла в венах Хинаты. Чистокровной королевы оборотней…

***

Девушка упрямо сидела в отведенной ей комнате и смотрела в стену. Балкон был открыт, впуская в помещение запах леса и прохладный ветерок. Хьюга упорно пыталась побороть голод и жажду, но в итоге урчащий живот повел ее вниз. Открыв холодильник, девушка увидела лишь пакеты с кровью. Там были различные группы, даже цвет немного отличался. Захлопнув дверцу, Хината с шумом выпустила воздух. На улице был вечер, а до ближайшего магазина ехать целый час. Но даже машины у девушки не было, а делать одолжение ненавистному Саске и просить его о помощи было слишком низко. - Где вся еда? – заслышав шум шагов, громко спросила Хината. Ее звонкий голос прозвучал скорее как рык и ударился о стены. - Я предпочитаю кровь, - ухмыльнулся Саске. Кажется, это вошло в его привычку. Учиха переоделся: теперь на нем были спортивки и черная, обтягивающая мускулистое тело футболка. Хьюга смерила вампира презрительным взглядом. Он играл с ней. Реакция девушки была предсказуема, и она это знала. Серые глаза, казалось, стали темнее. - Саске, послушай, давай прекратим эти пререкания, иначе я просто не выживу здесь, - собрав волю в кулак, спокойно произнесла девушка. Ее голос был властным, но сочетал в себе спокойствие и ровный тон. Красивый голос, отличающийся от любого другого. Но внутри у Хинаты все кипело, а невидимый зверь скреб когтями по ребрам. Сердце бешено стучало, предупреждая – опасность! - Ну, хорошо, - уступил Учиха, выдержав небольшую паузу. – Пошли, купим тебе еды. Саске развернулся, плавной походкой направившись к выходу. Хината не могла видеть его победной улыбки: усмирить волчицу оказалось не так трудно.

***

Черная машина была начищена до блеска. В салоне - идеальный порядок. Хьюга устроилась полулежа на кожаном сидении, поджав к себе колени. Саске недовольно покосился на невесту, но промолчал. Взревел мотор и, выехав из гаража, Учиха помчался по дороге. Юноша нагло превышал скорость и на красный свет не обращал никакого внимания. Хината же смотрела в окно, провожая глазами яркие фонари. Девушка привыкла к скорости, а потому скорее наслаждалась, чем боялась. Внимательный Саске был превосходным водителем. Вот только его то и дело сбивал звериный запах. Жилка на шее девушки часто пульсировала. Учихе даже казалось, что он снова слышит удары сердца. Юноша сглотнул, чувствуя, как изменяют форму клыки. Не может вампир мирно сосуществовать с врагом. Хината продолжала смотреть в окно. Свернувшись клубком на мягком сидении, она старалась не заснуть. Но скорость успокаивала Хьюгу, а ее кожа источала приятное живое тепло. - Хината… - Саске прокашлялся. Его голос стал более грубым. Девушка встрепенулась и покосилась на вампира. Серые омуты расширились, сонливость ушла. Снова внутренний голос стал кричать: опасность! – Так-то лучше. Не надо здесь устраивать комнату отдыха. - Ты проголодался, Учиха? – вжавшись в сидение и прикрыв волосами шею, спросила Хината. Конечно, она смогла бы противостоять Саске какое-то время. За поясом она всегда носила кинжал, но нет ничего опаснее голодного вампира. А Хьюга не могла стать волком произвольно. - Чем напоминать мне об этом, лучше бы отвлекла, - вжав педаль газа до упора, прорычал Саске. - Тебе же не приятен запах зверя… - не унималась Хината. Что происходит с Учихой? Она догадывалась, что жить неделю в его доме будет не безопасна для нервов, но никак не для шеи. - Приехали, - с этими словами Саске припарковался и выскочил из машины на свежий воздух. В нос ударил запах дождя и городских выхлопов. Асфальт был мокрым и его кроссовки хлюпали по лужам. Отойдя как можно дальше от машины, Учиха закрыл глаза. Жажда отступала, клыки снова приобретали форму человеческих зубов. Послышался хлопок. Хината вышла из автомобиля и направилась к Учихе. Она передвигалась плавно, осанка была прямой. Саске не мог не признать, что волки – весьма красивые существа. Пройдя несколько метров, девушка повернулась направо и пошла к магазину. Это было небольшое помещение с яркой вывеской. В основном здесь продавалось все, что нужно было для удачного пикника. Магазин уже собирался закрываться, когда его порог переступила Хината. Кивнув продавцу, девушка стала смотреть на товар. Желудок требовательно заурчал, и волчица невольно смутилась. Да, она сильно проголодалась за целый день. Хьюги всегда отличались хорошим аппетитом. - Так-так-так… - послышался позади Хинаты грубый мужской голос. Девушка обернулась и сощурила глаза. – Кто это к нам пришел? Неужели, юный оборотень? Хината сделала шаг назад. Вампир явно не выказывал радушия и добрых намерений. Зверь внутри девушки грозно зарычал, и Хьюга угрожающе оскалилась. Молодой парень с каштановыми волосами и голубыми глазами двинулся на Хинату. - Да это же всего на всего волчонок!... – улыбнулся вампир. Взгляд его метнулся куда-то поверх девушки. Секунда – и Хьюга почувствовала на своей шее кольцо крепких мужских рук. Продавец, явно знавшийся с вампирами, но имеющий человеческое происхождение, был на стороне голубоглазого хищника. Еще секунда – и вампир стоит прямо перед ней, хищно улыбаясь, обнажив белоснежные клыки. Нависнув над Хинатой, он потянул руку к ее лицу. Холодные пальцы коснулись бледной кожи… Вампир зашипел и одернул руку. Слишком горячо! - Убрал бы ты от нее лапы… - послышался знакомый бархатный голос. Недолго думая, Хината вырвалась из рук человека и перекинула его через себя. Послышался хруст. Мужчина с грохотом упал на пол и глухо застонал. Оборотни сильнее людей в два раза. Хьюга довольно улыбнулась, глянув на Саске. - Как видишь, я и сама неплохо справляюсь. - Точно, - хищно улыбнулся Учиха. В мгновение ока он оказался позади враждебного вампира. Тот, почуяв запах Высшего, стоял, не двигаясь. Его ясные глаза бегали из стороны-в сторону, ловя детали обстановки, которую он видит в последний раз. Хината отвернулась. Звук, когда клыки входят в живую плоть и хлюпающей во рту крови оглушили Хьюгу. - Просто увези меня отсюда, когда закончишь… - прошептала волчица. На ватных ногах пройдя мимо Саске и его жертвы, девушка вышла на свежий воздух. Он отрезвлял. Слегка пошатываясь, Хината направилась к машине, одиноко стоящей на обочине. На улице шел моросящий дождь и его капли стекали на траву по длинным волосам. По щекам текли слезы, которых Хьюга не замечала. Быть частью одной из сказок было настолько мучительно, что иногда, смотря на огни многоэтажных домов, девушка задавала себе вопрос: какого это, быть нормальной?

***

Война началась спонтанно и неожиданно. Вампир напал на оборотня и понеслось. Целых три года две расы бились друг с другом, неся большие потери. Оборотни слабее в человеческом обличии, но к ним почти невозможно прикоснуться. Сотни вампиров возвращались со страшными ожогами, покрывающими их бледную кожу. Они, вопреки всему, заживали невыносимо долго. Вампиры выигрывали до тех пор, пока не наступало полнолуние… За эти три дня мощные клыки и острые когти волков сносили головы тысячам врагов. Потери за потерями, и так три года… Красные глаза угрожающе блеснули в темноте. Острые клыки касались тонких алых губ. Скрестив руки на груди, Саске стоял у порога в комнату Хинаты и молча наблюдал. После потасовки в магазине, девушка, не говоря ни слова, взлетела по лестнице и скрылась в своей обители. Казалось, ее что-то напугало. Но ведь оборотень должна была привыкнуть к повадкам вампиров. Какое-то время она даже сражалась с ними. Что же произошло в том злополучном здании? Проведя языком по клыкам, Учиха прикрыл глаза. Он убил и продавца, и того вампира, после чего сжег магазин. Его одежда до сих пор носила запах гари вперемешку со свежестью, которую несла кожа Учихи. Открыв красные омуты, Саске глянул на Хинату. Она лежала на диване, согнув ближе к себе ноги. Грудь вздымалась в такт ровному дыханию, волосы разметались в разные стороны. При свете фонарей за окном они отливали синим блеском. На самом деле, Хьюга нравилась Учихе. Никогда и ни за кем он так не наблюдал. Вот только признать себе этого Саске не мог. Проще было надевать маску, играя в презрение. Осталось чуть меньше недели, когда прекрасная волчица станет кровопийцей. Но Учиха сомневался в готовности Хинаты. Она никогда не убивала людей, а запах горячей крови буквально сводил ее с ума. - Что-то забыл? – вдруг раздался тихий, но твердый голос. Девушка проснулась и теперь смотрела своими светящимися в темноте половинками луны прямо на Саске. Парень ухмыльнулся и оторвал свою спину от стены. - Ты странно повела себя сегодня. - Знаешь, почему на самом деле закончилась война? – сев на диване и, поджав под себя ноги, спросила Хината. Пальцы коснулись атласных волос, и девушка завела их за спину. Саске молча ждал продолжения. Ответ был очевиден – он мало, что знает и никогда не интересовался. Юноша даже ушел из клана, жил в этом прекрасном, полном света доме, и никто его не трогал. А потом пришел отец и заявил, что теперь он – жених. Что его обязанность – спасти вампиров и оборотней от вымирания. – Солнечное затмение и красная луна. Впервые за пять лет. Время, когда оборотни будут сильны, как никогда. Целую неделю они будут скитаться по лесам. Это наше время, Саске. Неделя оборотня, - Хината выразительно посмотрела на Учиху. Она видела в темноте так же хорошо, как и он. - Вы бы скосили нас всех, а потом вампиров поглотило бы пламя, - догадался Саске. Поняв, что разговор будет тяжелым, а ночь впереди длинная, Учиха сел на край дивана и с интересом посмотрел на Хьюгу. Он знал, что его красота, голос и даже запах сводят с ума всех: людей, вампиров… Только не ее, хотя даже она, будучи по поведению почти человеком, не могла устоять перед этим идеальным телом, силой и оглушающем запахом мяты. - Я не выйду за тебя, Учиха… Только не через неделю. - Я ждал подобного, - прикрыв глаза, ответил Саске. - Нет, ты не понял, - поспешила объяснить все Хината. На ее лице вспыхнул румянец. Такая нежная и одновременно колючая. – Я согласна выйти замуж и закончить войну навсегда. Это закон стаи. Я делаю все на благо ее процветания, но… Я не стану вампиром! Во время затмения и красной луны. Через две недели я почти потеряю свою силу. Вожаки отдают ее другим волкам. Ты сможешь меня коснуться, но я не потеряю сущность оборотня. Таковы мои условия или союзу не быть! Серые глаза решительно блеснули в темноте. Учиха ухмыльнулся, почти рассмеялся. Ему никогда не понять оборотня, который так сильно цепляется за своего волка. Он ожидал сопротивления, и он его получил, пусть и в более мягкой форме. Эта девушка просто не могла подчиняться кому-то. Если бы не было войны и приказа, поступившего от клана, Саске бы, возможно, самостоятельно начал бы «охоту» за Хинатой. Он бы наблюдал, был бы сдержан и холоден, одновременно применяя все свое обаяние и красоту. Учиха бы влюбил в себя девушку, при этом никогда не говоря о словах любви и лишь изредка позволяя себе нежности. Он бы мучал ее и истерзал бы свое холодно сердце, но никогда не признал себе, что влюблен. Никогда не сказал бы это ей в лицо. Был всегда спокоен, иногда ревнив. Она бы не ушла, лишь интуитивно понимая, что Саске нуждается в ней. В Хинате. Но все обернулось совсем по-другому… - Я все понял. - Твои будут против. Вампиры хотели, чтобы я перестала быть оборотнем, - перебила Хьюга. Ее явно это тревожило. Идею о затмении она вынашивала не одну ночь. И это был не единственный ее план. Саске сжал зубы, понимая, что Хината думала сбежать от него. - О них не беспокойся. - У тебя ведь есть брат… - Хьюга, неужели, тебе захотелось поговорить? Как интересно. Раз так, это будет долгий разговор. Поднимайся и пошли на кухню, - последние слова прозвучали, как приказ. Хината скривилась. Саске не мог без издевок, подколок и льда. С ним жизнь никогда не будет нормальной и тихой. Девушка прикрыла глаза: ссоры и драки между ее братьями тоже утомляли. Но для девушки родным было лишь тепло, а не холод и запах мяты, исходящие от Саске.

***

Чай был на удивление вкусным. Горячий, с легким дымком, клубящимся над чашкой, он согревал и придавал сил. Остатки сна улетучились, и веки больше ничего не сковывало. Одев кофту, Хината двумя руками сжимала кружку и изредка поглядывала на Саске. Красный свет сошел с глаз, и теперь они были привычного черного оттенка. Клыки не исчезли и постоянно притягивали взгляд. Учиха короткими глотками пил виски, но Хьюге не предлагал. - Знаешь, в чем главный прокол твоего плана, Хината? – вдруг задал вопрос Саске, чуть затуманенным взглядом глянув на волчицу. - И? – подняла бровь девушка, делая вид, что ей интересно. Проведя подушечками пальцев по виску, Хьюга убрала непослушные пряди за ухо. - Важен не сам брак. Важно то, что из него выйдет. Результат. Тебя никогда не примут вампиры, будь ты хоть трижды холодным монстром. И оборотни тебя отвергнут. Верно. Этим союзом Хината сломает себе все: прошлое, будущее, настоящее. Свою жизнь, свою свободу и вольное сердце. Она сама пошла на это, лишь в мыслях строя планы побега. Да и то никогда не доводила их до конца… - Значит, надо постараться, Саске. Из-за тебя я не потеряю волка, - серые глаза угрожающе блеснули. Она смеялась, но больше это звучало как угроза. Учиха сжал зубы: неужели, Хината хочет его унизить? Вампир злобно оскалился, и девушка опустила глаза. Теперь он точно постарается и от этого становилось не по себе. – Из тебя выйдет отвратительный отец. - А из тебя весьма неплохая мать, - пригубив остатки виски, ответил Саске. Хината удивленно покосилась на собеседника. Ожидая гадость, получила комплимент. Учиха был непредсказуем, и это пугало. То он уступчив, то гневен и тверд. Что же прячется за этой маской отчужденности? - Что анализируешь, Хината? - К нам гости, - известила девушка и двумя глотками осушила кружку. Чай обжег горло и приятное тепло разлилось по телу. Саске же застыл, все еще держа в руках пустой стакан: «к нам». Теперь «они» – это «мы». Может, неосознанно, но, испытывающая неприязнь к вампиру Хината, одним словом связала их в семью. Теперь они живут вместе. Учиха как будто почувствовал облегчение. Значит ли это, что приказ клана больше не является для него цепями или обузой? Теперь они оба согласны связать себя друг с другом. Саске нахмурился. В таком случае он хочет касаться Хьюгу тогда, когда ему захочется, а не только перед полнолунием или раз в пять лет во время затмения. Учиха не хотел зависеть от злополучной планеты. Не хотел видеть свою будущую жену в образе волка. - Кого пригнало сейчас? – сжав бокал с такой силой, что он рассыпался на множество осколков, Саске встал и в один миг уже стоял у порога входной двери. Мышцы его тела были напряжены, глаза покраснели. Девушка осталась сидеть на кухне, удивленно смотря на прозрачные остатки рюмки. Взяв один кусочек, Хината провела по нему пальцем. Учиха был слишком силен. Не заметив тонкий срез, девушка едва заметно дернулась. На стол упала багровая капля крови. Ее запах наполнил чуткий нос Хьюги. - Черт! – по руке побежали красные дорожки. Порез неприятно пощипывало. Бросив стекло, Хината стала метаться по кухне: «Мне срочно нужна аптечка… Хоть что-нибудь!». Девушка не знала, куда податься, а кровь все текла из пальца, и порез расширялся, образованный маленьким осколком, который ушел под кожу. Краем глаза Хьюга заметила промелькнувшую у входа на кухню тень. Саске схватил девушку за кофту, принуждая остановиться. Губы его были изогнуты в хищном оскале, глаза выражали лишь жажду крови. Хината испуганно уставилась на вампира, готовая в любой момент применить спрятанный кинжал или вырваться из сильной хватки Учихи. - Ну что ты, как маленькая… - вдруг на удивление спокойно проговорил Саске. Покачав головой, принуждая к полной покорности, юноша подвел Хьюгу к раковине и включил воду. Чувствуя, как участился пульс Хинаты и, как напряжены мышцы, Учиха усилием воли разжал пальцы. Сквозь толстовку кожа оборотня не обжигала, но жар все равно был неприятен. Ладони слегка покалывало. Отвлекшись на эти ощущения, Саске пытался успокоиться и унять жажду. Кровь забирала холодная вода. Хината сжимала зубы, но терпела. Осколок уходил все дальше под кожу и приносил сильную боль. - Почему к-кровь… - Саске сглотнул. Одно это слово уже вызывало в нем бурю эмоций. Инстинкты брали вверх, – не останавливается? - Осколок остался, - ответила девушка, прикрыв глаза. Тело ее все еще было напряжено. - Да расслабься ты! Не видишь, мне итак тяжело? – повысил голос юноша, прижав пальцы к переносице. Он полусидел на столе, второй рукой до боли сжимая его край. - Спасибо, - опустив глаза, все еще держа палец под краном, произнесла Хината. Она вдруг расслабилась, и сердце перестало биться так часто. Саске держался и весьма хорошо, учитывая царапающую горло жажду крови. - Из-за тебя пришлось временно устранить того пришедшего, - рассмеялся Учиха. Почувствовав запах крови раньше посыльного, Саске просто свернул тому шею, бросив мертвое тело на траву. Вампиров, которые служили его ковену и тем более тех, кто в нем состоял, ничто и никогда не сдерживало. Они убивали все живое ради утоления своих потребностей. Убийства лишь ради наслаждения. Поэтому Саске покинул свой клан и обосновался на окраине города. Он умел сдерживаться, пусть и делал это не часто. Убивал ради поддержания сил, ради потребности и почти никогда не наслаждался. Игра в кошки-мышки ему порядком надоела. Хината выключила воду и посмотрела на порез. Кровотечение уменьшилось, но не прекратилось. Пузырек крови становился все больше, готовясь превратиться в струю и окрасить бледную кожу. Опьяненный ее ароматом, Саске все же решился посмотреть на причину своих страданий. - Надо вытащить осколок, - решительно произнес вампир. Хината недоверчиво уставилась на него: что может знать о порезах тот, в жилах которого кровь давно застыла? За один день она узнала о Саске больше, чем за целый месяц подготовки ее к жизни вампира. - Пинцет у меня в рюкзаке и спирт. - Учиха тут же ретировался. Он был рад чем-то заняться, это сдерживало зверя внутри него. Хината же осела на пол, держа перед собой дорожающую руку. Воображение рисовало страшную картину. Она могла бы быть уже мертва. Могла быть лишена сил и крови. Неужели, отец не понимал, на что обрекает свою дочь? Саске вернулся. Потянувшись к Хинате, Учиха встретился с невидимой преградой протеста: - Я и сама могу… - но девушку грубо перебили. Саске снова ухватил ее за запястье. Красные глаза внимательно уставились на порез. Кожа, мышцы, кости и манящая кровь – Учиха видел все. Подушечками пальцев раздвинув стенки пореза, юноша аккуратно вытащил осколок. Бросив пинцет и окровавленный предмет, Саске уставился на свои пальцы: на них красовалась коричневатая отметина. Ожог от горячей кожи Хинаты. Неожиданно горло стало раздирать с удвоенной силой. Красные глаза потемнели, приобретя бардовый оттенок. Клыки, казалось, стали длиннее. Вся человечность вдруг куда-то ушла, оставив лишь животный оскал. Глухо зарычав, Саске повалил Хинату на пол. Нависши над ней, Учиха с силой придавил запястья к полу, буквально вжимая Хьюгу в гладкую плитку. Девушка застонала. Послышался хруст. Саске переломал ей кости, лишь сжав их одной рукой. Волчица заскрежетала зубами. Серые глаза потемнели, белки покрылись красными сосудами. А Учиха все нависал, совсем не боясь ожогов. Его вела жажда, потребность отведать столь желанной крови. - Прекрати! – Хината пыталась вырваться. Запястье горело. Это была ускоренная регенерация. Рассудок затуманился от этой жгучей боли, температура резко подскочила. Девушка закричала, извиваясь на полу. Больно, слишком больно! Саске отскочил от Хьюги. Ожоги теперь красовались и на ладонях, постепенно увеличиваясь. Учиха встряхнул головой. Вампир желал крови, но не мог ее получить. Опустив руку, Саске уставился на пол, где только что корячилась Хината. Но ее не было. Секунда – и глаза закрылись, больше ничего не видя. Тяжелое тело упало на пол. Шея была свернута под неестественным углом. Хьюга тяжело дышала. Боль поедала ее руку, но постепенно успокаивалась. Кости сращивались. У вампиров все происходило куда быстрее и без страданий. Крепкий сон, а на утро Саске проснется как новенький.

***

- Сломать мне шею?! – качая головой из стороны в сторону и хрустя костями, возмущался Учиха. Он очнулся на полу и все тело безумно ломило. Воспоминания о вчерашнем дне обрушились на голову вампира, как ведро ледяной воды. И Саске был зол. Не только на Хинату за такое пренебрежение к нему, но и на себя. Руки его все еще покрывали коричневые отметины, которые неприятно жгли кожу. - Сколько с оборотнями возни! - Молчал бы, - пренебрежительно фыркнула Хьюга. Глаза ее предательски слипались: девушка не спала всю ночь, сидя на полу и пытаясь перетерпеть регенерацию. Теперь ее рука была вполне здорова, вот только сил ни на что не хватало. – А, и хочу тебе напомнить: во дворе вот-вот очнется вампир, которому ты тоже свернул шею. - Черт! – выругался Саске. – Живо доедай завтрак и марш в свою комнату! Сегодня ночью состоится прием у моих родителей. То еще веселье! Приказ. Четкое распоряжение с пояснением сих действий. Хината отвернулась, прикрыв лицо волосами. Как вожак и чистокровная наследница оборотней, она не могла позволить кому-либо так обращаться с ней. Но Саске делал это снова и снова, не обращая внимания на злые взгляды или сжатые до боли кулаки. Быстро допив свой чай, Хьюга прошла мимо Учихи. Пусть так, но она еще скажет свое слово. Этой ночью у нее явно было преимущество.