Избранная фальшь

      Как я уже говорил, я обожаю океан. Я всегда любил его, но и не представлял, что буду лелеять его еще больше. Сейчас я на берегу своего любимого океана со своей любимой девушкой. Что может быть лучше? Она спит на моей груди, но мне вовсе не тяжело, напротив, какая-то неописуемая легкость. Не могу описать словами, что со мной происходит. Может, любовь?       Открыв глаза, я понимаю, что счастлив еще больше, хоть это и невозможно. Она улыбается и смотрит на меня такими по-настоящему детскими глазами, что и не вериться, что это Киса. Но как только эта девочка открывает свой дерзкий рот, то все сомнения пропадают.       - Ты так смешно дергаешь носом во сне, - она приподнялась на локтях на моей груди.       - Жаль, что я не успел посмотреть за тобой во время сна, но надеюсь, что я еще успею, - я потянулся к ней для поцелуя, но она отвернулась и поднялась с меня.       Она слегка потянулась вверх, надела мою шляпу, которая валялась в песке, и улыбнулась, когда шляпа упала ей на глаза. Она резко вновь села на песок и посмотрела на меня, снимая шляпу.       - Хватит лежать, поехали домой, я хочу в душ, - произнесла она, ложась параллельно мне.       - Только если вдвоем, - ухмыльнулся я, а она толкнула меня в бок, хихикая. – Что ты смеешься? Ночью меня уже проденамила, пора возвращать должок.       - Я тебе ничего не должна, Харрингтон. И я не виновата, что считаю секс на пляже грязным, - Кота показала мне язык, а затем встала и пошла по песку по направлению к дороге.       Мне пришлось тоже встать, чтобы не упустить ее. Не хочу ссориться в первый же день наших отношений.       Через десять минут мы уже были в такси. Водитель закатывал глаза, когда смотрел на заднее сидение, потому что мы там целовались, не прекращая. Я бы уже давно взял ее прямо здесь, но Киса ведет себя как приличная девочка. Кого она хочет обмануть? Я влюбился в стерву, которая ничего не боится. Что с ней стало?       - Хочешь, я куплю билет в кино таксисту? – прошептал я, прикусывая мочку ее уха.       - М-м-м, звучит заманчиво, но думаю, что сейчас нет хороших фильмов в прокате.       - Разве не все равно?       - Мне будет неудобно перед таксистом, если ему не понравится фильм, - она потянулась к моим губам, но я отвернулся.       - С такими не целуюсь, - с наигранной иронией проговорил я, но в следующую же секунду присосался к ее шее.       Доехали мы довольно быстро, и это как раз, кстати, ведь мне уже не терпелось попробовать этот «цветок». С огромной скоростью мы поднялись на наш этаж.       - Как насчет немного поиграть? – я скольжу пальчиками по ее бедрам, а она ехидно улыбается.       - Думаю, что я не настроена на игры, - Кота убирает мои руки и скрывается за дверью своей комнаты.       Что, черт возьми, это сейчас было? Нет, я реально ее не узнаю. Может, она меняется, когда становиться зависимой от кого-либо? Ну, нет. Это же Киса. Хотя… Нет, не может быть. Я слишком хорошо знаю эту стерву, она не поменяется за одну ночь. Она просто не готова еще, вот и все. Но Господи, я уже на пределе! Я слишком долго хочу эту девушку и больше ждать не намерен!       Я принял душ, надел лучшие шмотки, уложил волосы и вылил на себя литр любимого одеколона Коты. «Чувак, ты неотразим», - сказало мне мое отражение в зеркале, и я с ним согласился. Да, я знаю, я слишком сильно себя люблю. Но разве это плохо?       Я заканчивал последние приготовления в ванной, как вдруг услышал, что входная дверь скрипнула. В общаге двери скрепят так громко, что это просто было нереально не услышать. Первая мысль, которая появилась у меня в голове – это Трент. Все же я не один живу в этой комнате, поэтому я не предал этому значения. Но через секунду я вспомнил, что мой сосед уже неделю на стажировке в Лондоне. Еще один человек, который мог пройти в комнату – это Киса. Но зачем ей приходить? Я решил больше не гадать и выйти посмотреть на гостя. Это была девушка лет двадцати с белокурыми локонами и слегка смуглой кожей. По ее виду было ясно, что она не ожидала меня увидеть. Но зачем тогда она пришла? Не успел я и слова сказать, как она бегом выбежала за дверь. Что, твою мать, это было?       Мой взгляд переместился на постель, и я заметил небольшой клочок бумаги. Видимо, эта девушка его оставила. «По-моему, кто-то хотел поиграть?»       Что это? Зачем эта девушка оставила мне эту записку? Я перевернул листок и увидел, что это вырванная страница из книги, которая принадлежала Кисе. Она очень любит Шекспира. Не теряя времени, я пошел к Коте, ведь эта незнакомка начинала меня напрягать.       - Харрингтон, твою мать! Что ты тут делаешь?! – вопила Саванна, прикрываясь простыней, а рядом с ней лежал довольный Бред.       - Сав, можешь не прикрываться. Что я там не видел? – с сарказмом сказал я, за что получил подушкой по морде.       - Чувак, реально, какими судьбами? – Бреда, по-моему, вся эта ситуация напротив веселила, когда Саванна краснела с каждой секундой все больше.       - Где Кота?       - Вы разминулись. Она вышла отсюда пять минут назад, я как раз только пришел.       - М-м-м, так я как раз вовремя, - засмеялся я, подмигивая другу.       - Придурок, - в меня полетела вторая подушка, после этого я решил, что пора уходить.       После того, как я вышел на улицу, я получил сообщение от незарегистрированного пользователя. «Пупсик, жду тебя в парке. Надеюсь, ты еще хочешь поиграть?»       Не раздумывая, я отправился в парк. Странно, я выполняю требования какой-то девки, которую даже не знаю. Черт, я даже не знаю, что она от меня хочет! Как бы то ни было, в парке я нашел еще одно письмо. В котором был написан адрес. Здесь-то моя сучка и раскололась. В конце было написано: «Твоя Киса». Теперь я летел на место встречи буквально на крыльях. Я не знаю, зачем нужен был весь этот цирк, но надеюсь, что все было не напрасно.       - Мистер Харрингтон, - портье поприветствовал меня, как родного, - вам на седьмой этаж, так вас проводят.       Я один в лифте, и он поднимается очень медленно. По лбу стекают холодные капельки пота. И что это со мной? Наконец, двери лифта открываются, и меня под руку берет какая-то девушка в униформе горничной. Она провожает меня до комнаты номер сто пятнадцать, а затем за мной резко закрывает дверь.       Немного придя в себя, я начинаю осматривать данное помещение. Это обычный двухкомнатный номер гостиницы, правда, я не могу его хорошо осмотреть, так как свет выключен, а выключатель почему-то не работает. На журнальном столике стоит ведерко с шампанским, и также во льду лежит записка. Я подношу листочек к носу и четко слышу аромат духов Кисы. Что ты затеяла за игру, родная? «Вижу, ты все же пришел. Располагайся. Номер в твоем распоряжении. Твоя К.».       Что значит располагайся? Она не придет? Стоп, в такие игры я не играю. Я направился к двери, но, к моему удивлению, она была заперта. Супер! План «Б» - звоним портье. Телефон отключен. Кто бы сомневался! Скинув пиджак, я присел на диван и откупорил бутылку шампанского. Не люблю я это пойло, но что делать. Отхлебнув с горла немного напитка, я приблизился к большому окну. Вид был неплохой, прямо на главное шоссе.       От нечего делать, я начал смотреть за людьми, которые выходили из отеля. В основном это были какие-то богатые мужики лет так за сорок с молодыми девушками, предположительно проститутками. Но мне ли их осуждать? Эскорт услуги моя любимая вещь! Хм, была когда-то, когда я был в Лондоне. Также я увидел у входа девушку лет семнадцати. Она плакала, сидя на корточках у дороги. Я могу только гадать, что с ней случилось. На шлюху она не похожа, но и на скромницу тоже. Возможно, она влюбилась в какого-то парня, который держал ее ради секса. А когда получил свое, вышвырнул ее на улицу. Скорей всего так оно и было. Но не сама ли она виновата? Зачем открывать сердце тому, кто тебя не любит? Может, конечно, я не понимаю всех женских штучек, но я думаю, что некоторые вещи девушки принимают близко к сердцу.       Неожиданно я услышал, как хлопнула входная дверь. Какая-то часть меня радовалась, а какая-то была насторожена.       - Я играл по твоим правилам, но ты привела меня в тупик, - я даже не обернулся, просто знал, кто это.       - Неужели? Ты мог отсюда уйти, - с легкой усмешкой в голосе проговорила она и кинула на пол рядом со мной ключи, - ты знал, что ключи были на горлышке бутылки, но решил остаться.       Улыбка тронула мои губы. Она была права. Я почти сразу заметил ключи, но мне было интересно доиграть в ту игру, которую она затеяла.       - Ты знал, что я приду, - она подошла ближе, и я смог почувствовать ее бархатное дыхание у себя за спиной.       - Ты не имела права не явиться сюда. Ты слишком любишь игры, - я слегка закатил глаза, но у нее не было шанса увидеть это, я был все также отвернут от нее.       - Но разве не это привлекает тебя во мне? – я улыбнулся и промолчал. – Мы оба знаем, Джейк, чего ты сейчас хочешь, но я не хочу спешить.       - Разве эта игра не для этого?       Я услышал легкий смех, который немного потупил мой разум. Я начал сомневаться в ее намерениях.       - Я люблю твою наивность, - каким-то образом я знал, что она сейчас облизала губы. – Я хотела тебе показать, кто главный, Харрингтон. Сам подумай, ты мог бы сейчас делать, что угодно. А вместо этого целый день искал подсказки, подчиняясь моей воле.       - А ты уверена, что подчинялся я, а не ты? – я усмехаюсь, и слышу, как она набирает в легкие воздух. POV Дакота.       Я стою за его спиной в ожидании объяснений. «А ты уверена, что подчинялся я, а не ты?» - эти слова не вылетают из моей головы. Они разносятся эхом, все сильнее заставляя меня сомневаться в моих намерениях.       - Я дал тебе понять, что ты главная, а на самом деле все это время ты была марионеткой в моих руках. Как ты думаешь, почему я не ушел? – я слегка щурюсь, разжимая и сжимая кулаки в тонких сетчатых перчатках. – Ты подкидывала мне подсказки, а я шел. Только ты думала, что я иду к тебе, но на самом деле, ты шла ко мне, - за секунду он поворачивается ко мне и засасывает в поцелуе.       Я, словно кукла, подчиняюсь его воле, растворяясь в его объятиях. Но он отталкивает меня и идет к двери. Я без сил падаю на диван, ведь он слишком сильно толкнул меня, и смотрю на него. Свет с коридора освещает его. Его рубашка расстегнута, и я вижу, как пот стекает по его груди. Я слегка облизываю губы, ведь соблазн слизать каждую капельку все больше и больше. Но меня снедает та мысль, что он манипулирует мной, как хочет. А что, если он и сейчас это делает? Заставляет меня поверить в то, что все это время играл мной.       - Ты прав, Джейк, - обреченный вздох, - ты можешь уйти, - я отвожу глаза, а затем поднимаюсь и смотрю на него. На моих губах играет усмешка, а взгляд, будто кошачий, прожигает его насквозь, - но ты ведь этого не сделаешь, - он в недоумении, и я спешу пояснить, - я – девушка твоей мечты. Я – твой идеал. Я – твоя дневная доза героина. Я – та единственная, кого ты хочешь. Во мне нет изъянов, я – совершенство. Но также я – чертова проблема. И ты это знаешь, Джейк, - капелька холодного пота стекла по его лбу, но Джейк не спешит ее вытереть. Он просто смотрит на меня, поедая. – И знаешь, что? Тебе нравиться быть моей игрушкой, - я произношу это с такой подачей, что он звереет на глазах.       Со всей силы он закрывает дверь и буквально подлетает ко мне. Джейк кидает меня на диван, но больше ничего. Он вновь улыбается, когда я без звука открываю рот.       - А знаешь, что я знаю о тебе? – я не успеваю ничего сказать, он уже накрывает губами мои губы. Я тут же отвечаю, зарываясь пальцами в его черных локонах. – Когда бы я тебя не поцеловал, ты всегда ответишь, ведь не можешь сопротивляться, - перенося поцелуи на мою шею, говорито он. – Ты думаешь, что это твоя воля, но нет. Так хочу я.       Это было последнее, что он сказал, перед тем, как распахнуть мое пальто, под которым было красное кружевное белье. Он совершенно спокойно берет пальто и вешает его на вешалку, когда я лежу на диване почти голая, изнемогая от желания.       - Знаешь, Харрингтон, у тебя не получается показывать безразличие, - я усмехаюсь, - стоит мне сделать вот так, - я медленно засовываю руку в трусики и издаю сдавленный стон, - как у тебя просыпается гнев.       Джейк тут же подошел ко мне и схватил мои запястья.       - Только я имею право доставлять тебе удовольствие, - рычитихо он, глядя мне прямо в глаза, а я завожусь с каждой минутой все больше.       Его руки скользят по моей спине, слегка приподнимая мое тело чуть с дивана. Я тянусь к его губам, но вместо поцелуя получаю засос на шее. Я всегда знала, что голая шея – его слабость. Я вижу взгляд Джейка, он хочет истязать мое тело, как разбойник. Ну, что ж, я согласна, мальчик.       Поцелуи переносятся на грудь, которая все еще скрыта за кружевом бюстгальтера, но его это не волнует. Парень с помощью колена раздвигает мои ноги, и садиться между ними, положив ладошку на мое заветное местечко.       - Ты медлишь, - подмечаю я, а он слегка усмехается.       - И чего же ты хочешь, Киса?       Несколько секунд я молчу, а затем поднимаю его голову за волосы и смотрю в глаза.       - Оближи меня так, будто сворачиваешь косяк, - его улыбка озаряет комнату, а затем он медленно проходится языком по моему животу.       - Ты грязная сучка, - легкий удар по ягодицам, а затем глубокий поцелуй в губы.       Я стону. Мне мало его. Я хочу больше. Еще больше. Я тянусь к его рубашке и тяну ее на себя, пока не лопаются пуговицы. Пару металлических кружочков закатились мне в лифчик. Но Джейк во время сориентировался. Он проник языком под чашку бюстгальтера и начал искать пуговицы. Через несколько минут на моей груди больше не было метала, но язык Харрингтона все так же покоился у меня на груди.       Пальцы на ногах сжимаются и разжимаются от напряжения. Я хочу еще. Тянусь к поясу на его джинсах и тяну, пока пряжка сильно не ударяет меня по руке.       - Ау, - произношу я, поднося руку к губам.       - Чтобы не лезла, куда не надо, - Джейк отрывается от моей груди и ехидно улыбается.       - Именно это мне и надо, - я притягиваю его к себе, а затем меняю наши роли.       Теперь я восседаю сверху него, а он покорно лежит подо мной. Мои пальчики блуждают по его груди, будто нечаянно задевая чувствительные соски. Я завожу руки ему за голову, удерживая запястья.       - Даже так? – он смеется.       Я ничего не отвечаю. Просто начинаю целовать каждый кубик его пресса, обводя язычком.       - Ох, малыш, ты такой плохой мальчик, - шепчу я, смотря на него из-под ресниц, закусывая кожу на его груди.       - Не хуже тебя, детка, - сквозь стон говорит он, закатывая глаза от блаженства. – Ты сводишь меня с ума, - повторяет он вновь и вновь, когда я специально ерзаю на нем, трясь об его возбужденную плоть. Я только собиралась избавить Джейка от штанов, как он вновь каким-то образом оказываешься сверху.       - Я хочу видеть сверху, как ты кончишь, - сквозь зубы твердит Джейк, а затем избавляет меня от лифчика.       Мужские ладони обхватывают мои выпуклости, а язык аккуратно слизывает макияж. Я кричу от удовольствия, и мне плевать, что меня может кто-то слышать. Джейк пытается избавиться от своих штанов, но теряет равновесие, и мы летим на пол. Теперь у нас пространства намного больше. С помощью меня он оказывается в одних трусах. Что греха таить? Меня отделает от него лишь тонкое красное кружево, которое уже мокрее не куда.       Его язык обводит мой правый сосок, а рука кружит вокруг промежности. В один миг Джейк вводит в меня два пальца прямо через кружево. Для меня это небольшое потрясение, так как девственностью я не славюсь, поэтому я лишь наградила его улыбкой и вновь оказалась сверху, насаживаясь на пальцы глубже. На наших лицах блаженство, но я знаю, что это лишь меньшее, что он может мне дать. Так оно и есть.       Я на пределе, и он это видит, поэтому ускоряет темп. Я изливаюсь прямо на него, а Джейк резко высовывает пальцы, проводя ими по моим губам. Не знаю, что это со мной, но мне нравится эта грубость в действиях. Не успев опомниться от первого оргазма, он срывает с меня остатки нижнего белья, надевает «резинку» и толчком входит в меня. Я отзываюсь громким стоном, а также подаюсь навстречу ему. Слегка покачивая бедрами, я намекаю на то, чтобы он вошел глубже, но Джейк не торопится. Он совершенно не движется, просто замер, будто привыкая к ощущениям. Черт, Харрингтон, ты же не девственник!       - Харрингтон, или ты меня сейчас трахнешь, или я тебя убью! – кричу я, смотря на его блаженную морду.       - Я ждал этих слов, Киса, - его губы расплываются в сексуальной улыбке, затем он одну руку кладет мне на бедро, а вторую на грудь. Джейк начал двигаться.       Я схватила его за волосы, и начала активно подаваться к нему навстречу, но он лишь рычал на любые мои действия. Я попыталась «оседлать его», но за это он потянул меня за волосы, притягивая ближе к полу. Не знаю, сколько прошло времени, но мы кончили. Теперь я ждала расплаты. Я резко встала с пола, хотя это было не просто из-за того, что я сейчас пережила, и начала толкать его в сторону кровати, но он никак не хотел подчиняться. Вместо кровати мы очутились на подоконнике. Моя голая попа впечаталась в окно, а Джейк, закинув мои ноги себе на бедра, вновь вошел в меня. Я вскрикнула, а Джейк засунул мне два пальца в рот. Я же не растерялась и сильно укусила его, на что он отозвался горловым стоном. Второй оргазм миновал, и я была готова на третий. Но до кровати мы вновь не дошли.       Третий раз мы отметились на журнальном столике, снеся бутылку шампанского. Но также мы нашли лед. Харрингтон взял один кубик льда в рот и начал водить им около моего лобка. Я же притягивала его голову ближе к себе. Вскоре от перепада температур у меня наступила третья разрядка, а затем и четвертая на этом же столике.       Когда мы уже были почти у цели – у кровати, нас отвлек письменный стол. Недолго думая, я решила показать свои умения Джейку прямо на нем. Я толкнула его к столу, а затем нависла над ним. Буквально через мгновения я насадилась на «него» по самые яйца. Джейк сдавленно застонал, впиваясь ногтям в мои бедра. Он не мог ничего сделать с моим доминанством, так как сейчас мой звездный час. После пятого оргазма мы, наконец, достигли кровати. Но уже были совсем без сил. Тяжело дыша, мы плюхнулись на кровать безумно довольные.       - Кота, - позвал меня мужской голос.       - Да?       - Это моя лучшая ночь, Киса, - засмеялся непонятно от чего Харрингтон.       - И моя, придурок, - я не удержалась и обозвала его, но после этого засосала в поцелуе. Возможно, мы все же порвем за эту ночь еще пару рекордов.