Victus

       Люциус Малфой остановился перед большими двухстворчатыми дверьми викторианской эпохи, глубоко вздохнул и, нацепив на лицо свою самую холодную и надменную маску, уверенно вошел в большой зал для приемов. Ровно посередине зала на небольшом постаменте стояло величественное удобное кресло, которое даже можно было принять за трон. Молодой человек стремительно подошел к нему и уважительно поклонился сидящему в нем человеку. - Мой Лорд! - поприветствовал он. - Здравствуй, Люциуссс. Какие новости ты мне принес? - Мой Лорд, как вы и приказывали, я постоянно следил за новичком и хотел вам рассказать о недавней дуэли, которая произошла между Редклифом и Беллой Блэк. - Беллой? Чем не угодил ей этот мальчишка? Надеюсь, Белла его не очень потрепала, я бы хотел на него еще взглянуть, - с ехидством спросил Темный Лорд, а в его глазах зажглась гордость. Все знали, что Белла была его любимицей за свою фанатичную преданность. - Кхм, к сожалению, Мой Лорд, но пострадала на дуэли именно Белла, и сейчас она находится в Больничном крыле, - с опаской произнес блондин, уже мысленно готовясь к Круцио. - Да-а-а? - задумчиво протянул Лорд. Тут он сузил глаза и порывисто встал, быстрым движением схватив молодого человека за подбородок и приподняв его лицо, он устремил пронизывающий взгляд в глаза блондина. - Покажжжиии мнеее… - прошипел он. Первым порывом было отвернуться от этого ужасного взгляда, но Люциус знал, что стоит лишь на секунду закрыть глаза, и расплата за опрометчивый поступок не заставит себя ждать. Он лишь успел усилить старые щиты, а воспоминания о дуэли вытолкнуть на поверхность сознания, чтобы Лорд, не дай Мерлин, не увидел того, чего ему не следовало знать. Через несколько минут вторжение прекратилось, и Люциус со стоном опустился на колени перед своим господином. По его лицу тек пот, а все тело содрогалось от недавней боли. Темный Лорд Судеб не берег сознания своих поданных, а просто вламывался в их разум, принося довольно ощутимую боль. Когда молодой человек через несколько минут пришел в себя, его хозяин, о чем-то сильно задумавшись, сидел в кресле в расслабленной позе. - Что ж, я доволен. Малыш хорош. Мне нравится его сила, - последние слова Волдеморт протянул с таким намеком, что даже развратному наследнику дома Малфоев стало неловко. - Ты должен добиться его доверия! И я надеюсь увидеть мистера Редклифа на балу в Малфой-Мэноре на Рождество! - это был даже не вопрос, это был приказ. - Да, Мой Лорд! - Можжжешшшь идти. Люциус еще раз поклонился своему господину, развернулся и быстрым шагом направился к двери. Уже взявшись за ручку двери, он услышал позади себя новый приказ: - Да, Люциус, твоего друга Северуса я тоже надеюсь увидеть! - Люциус не оборачиваясь, пробормотал привычную фразу «Да, мой Лорд!» и быстро вышел за дверь, а внутри него все заледенело. * * * Сириус Блэк был зол. Нет, он был в ярости! Вот уже двадцать минут он метался по Выручай-комнате и взрывал манекены. В последнее время Блэк часто проводил тут свои свободные часы, и комната всегда принимала вид зала для спаррингов и дуэлей, а все его манекены были на одно, такое ненавистное для него, лицо Реда Редклифа. Почти с первого же дня этот новенький его безумно взбесил: во-первых, он попал на Слизерин, а это значит - он враг! А во-вторых, Джеймс и Лили начали уделять этому выскочке безумно много внимания. Он просто не понимал, что в этом новеньком такого, что с ним все так носятся? Ладно, Лили: она всегда жалеет всех убогих (Блэк скривился, вспомнив Снейпа), но куда смотрит Джеймс? Все это не укладывалось у него в голове. Сириус познакомился с Джеймсом Поттером в первый же день учебы в Хогвартсе, а точнее, еще в Хогвартс-экспрессе. Там, зайдя в свободное, как ему показалось, купе, он встретил мальчишку в такой же дорогой мантии, как и у него, который держался чрезвычайно уверенно, и было видно, что он тоже из чистокровного рода. На нем были смешные круглые очки в очень дорогой оправе, и Сириус в уме уже сравнивал его с новым знакомым, которого ему представили родители, а именно - с Люциусом Малфоем. Но в эту минуту парнишка улыбнулся шаловливой улыбкой, и в его глазах заплясали так знакомые Сириусу чертики. Точно такое же хитрое выражение лица он часто видел в зеркале, когда задумывал дома очередную шалость. И эта улыбка решила все. С тех пор не было друзей преданней друг другу, чем Сириус Блэк и Джеймс Поттер. Сириус прекрасно знал, что все Поттеры учатся на Гриффиндоре, и ради этого удивительного парня пошел против семьи, он просто уговорил Распределяющую шляпу отправить его на «огненный факультет». С течением времени к их компании присоединился тихий и мирный Рем Люпин, к нему Сириус тоже привязался и очень его уважал. И в довершение, четвертым в их команде стал Питер Петтигрю. Его Блэк, в принципе, не воспринимал как друга, так… мальчик «принеси-подай», а вот его отношение к Джеймсу было совсем не таким, как к остальным в их компании. Поначалу это была сильнейшая дружба. Его просто безумно тянуло к этому милому мальчику с его шаловливой улыбкой и вечным бардаком на голове. Но где-то на четвертом курсе он понял, что таких отношений ему мало. Что-то, что он испытывал к Джеймсу, было совсем не похоже на дружеские чувства. Ему хотелось подойти к нему, обнять и никогда не отпускать. В волшебном мире гомосексуальные отношения были, в принципе, нормой, в этом никто ничего страшного не видел, главное - родить наследника, а остальное не важно. В некоторых чистокровных семьях сексуальное образование являлось традицией, и ровно в 14 лет отец отвел его в лучшее заведение в Лондоне, где можно было провести ночь с партнерами обоих полов на любой вкус. Поэкспериментировав, Сириус пришел к выводу, что ему понравилось как с девушками, так и с мальчиками. Его отец по-настоящему гордился им. После этого опыта в душе у юноши заискрилась надежда, что Джеймс ответит ему взаимностью, но Сириусу было страшно намекать на свои чувства, а вдруг Джеймс все-таки отвергнет его? Что будет тогда с их дружбой? И он терпел, изнывая от желания, но не мог признаться Поттеру. В конце концов в начале пятого курса он не выдержал и со всей своей гриффиндорской смелостью открылся Джеймсу в своих чувствах. Нет! Поттер не убежал от него с воплями, он был хорошим другом, однако просто и прямо сказал, что ему очень жаль, но мальчики его совсем не привлекают. Это был крах всего! Тогда, сидя возле него в комнате и не зная, куда от смущения деть глаза, Сириус просто молил Мерлина убить его на месте. Но если отказ Джеймса, быть может, со временем он еще смог бы пережить, то жалость - никогда. А решившись поднять взгляд на своего верного друга, именно жалость он увидел в его глазах. Это просто убило его! И все же не зря Блэки всегда были Темными магами и многое вложили в умы своих потомков. Сириус, не раздумывая, применил к Поттеру заклятие забвения. Жалость он бы не смог пережить. Нет. Никогда. И с тех пор у них все было замечательно, как раньше, лишь тихими ночами Блэк позволял себе помечтать о Поттере и выплескивал в подушку всю горечь, накопившуюся в его сердце. Время шло, Блэк немного успокоился, он менял партнеров обоих полов так часто, что к шестому курсу уже оттрахал половину Хогвартса, пытаясь этим заглушить свою боль. В начале шестого курса Поттер наконец добился внимания Лили Эванс, и это стало новым испытанием для бедного сердца Бродяги. Поначалу он отказывался ее воспринимать, часто хамил и грубил девушке, но Лили Эванс - удивительный человечек, она так добра, нежна и отзывчива, что Блэк просто не смог ее возненавидеть, тем более, он видел, что его друг безумно влюблен в рыжеволосую красавицу, а та отвечала ему взаимностью. Со временем Лили стала ему так же дорога, как и Лунатик. А тут, когда он уже думал, что переболел Джеймсом, в школе появляется этот недоносок Редклиф! Сначала Блэк даже не понял, что происходит, а потом, когда заметил, какие взгляды бросают Джеймс и новенький друг на друга, ему просто стало плохо! Он почувствовал себя преданным! Он не понимал - почему?! Если Поттера, оказывается, могут интересовать мужчины, почему, Мерлин его за ногу, он отказал ему?! Блэк знал, что он красив! Да, и вообще, он - его лучший друг! Это должен быть он! А не этот поганый слизеринец! Вся надежда была на Лили, что та заметит все эти взгляды и устроит Поттеру скандал. Блэк даже сам ей намекал об этом, но девушка лишь отмахнулась от него! Дурочка! Какая же наивная дурочка! Но, нет! Он не позволит отнять у него Джеймса, он не отдаст его этому выскочке, он докажет, что он лучше! На этой мысли Сириус разнес очередной манекен «Бомбардой» и выбежал из Выручай-комнаты. * * * Ред сидел в библиотеке, когда его нашла Лили. Девушка вся сияла, и с ее лица не сходила довольная улыбка. - О, привет, и чем это наша львица так довольна? - ухмыльнулся парень. - И тебе привет. Наша львица надрала задницы одним непревзойденно-глупым котятам! - девушка просто светилась от гордости и радовалась своим достижениям. - И по поводу? - Ред вопросительно приподнял одну бровь. - По поводу нашего прошлого разговора. И знаешь, что? - Что? - На выходных я всех троих, то есть Джеймса, Сириуса и Сева, собрала в одном классе и сказала, что пора им вырасти, ну… короче, я много чего наговорила, и они… - девушка замолчала, как бы обостряя момент, - они, можно сказать, подписали «пакт о ненападении» до конца года! - Ну, ты даешь! Что же такого ты им сказала? Мне даже жалко их, но совсем чуть-чуть, - Ред, увидев, как покраснела Лили, и вообще представив себе всю эту картину, не выдержал и рассмеялся в голос. И через какое-то время девушка, видимо, вспомнив, как учила уму-разуму своих друзей, тоже расхохоталась. Но ребятам пришлось быстро угомониться, так как вездесущая библиотекарша тут же на них зашипела не хуже миссис Норрис. Когда молодые люди успокоились, Ред серьезно спросил: - А ты, Лили? Ты поговорила со Снейпом? - Да. Я хорошо обдумала твои слова и, знаешь, ты был прав, - девушка грустно ему улыбнулась, - я поступала неправильно. Я, конечно, понимаю, что былой дружбы с Севом не вернуть, но мне стало намного легче, когда мы поговорили. И, быть может, со временем мы начнем общаться, как и прежде. Ред попытался ободряюще улыбнуться, но у него не вышло: он-то знал, что времени у них очень мало, и от этой мысли ему снова стало больно. Но, нет! Он запретил себе думать о том, чего он не сможет изменить, и просто приказал себе наслаждаться каждым днем общения со своими родителями. Ребята еще немного поговорили, и Лили убежала в свою гостиную. Редклиф собрал вещи и спокойно отправился в подземелья искать Цисси. На завтраке его подруга получила письмо из дома и была очень задумчива после его прочтения, а потом попросила о встрече вечером. И Ред просто изнывал от любопытства, ему не терпелось узнать, что же случилось. Зайдя в один из коридоров подземелья, Ред совершенно абстрагировался от окружающего мира, так погрузившись в свои мысли, что даже не заметил, как сзади к нему подобрались. Очнулся он только тогда, когда его затащили в одну из ниш и со всей силы приложили затылком об стену. Сильные руки неизвестного при этом ощутимо сжали его горло и приподняли над полом. В глазах потемнело от боли, Ред начал задыхаться, и ему ничего не оставалось, кроме как схватиться за эти руки и попытаться ослабить хватку. Через минуту борьбы удавка на шее немного ослабла, и его еще раз тряхнули, да так, что он снова ударился затылком. - Что ты ей наговорил? Откуда у тебя информация?- раздался низкий и очень злой голос. Сначала Ред даже не понял, кто это. Только через мгновение пришло осознание, что это Снейп. - Снейп! Придурок, отпусти, - прохрипел бедный парень, уже почти теряя сознание. Тут же хватка исчезла, и Ред с диким кашлем сполз вниз по стеночке. Он несколько минут пытался прийти в себя, вытирая набежавшие слезы. А когда он наконец поднял свой взор на Снейпа, тот глядел на него, как на насекомое, с брезгливым выражением лица. - Снейп?! Ты с ума сошел? Какая мантикора тебя укусила?- пытаясь встать, набросился на него парень, но был снова отправлен на пол одним точным ударом. - Редклиф, повторяю вопрос в последний раз: что ты наговорил Эванс? Откуда ты знаешь о нашем общении? - рыкнул на него темноволосый слизеринец. О, его тон был очень знаком Гарри: когда профессор Снейп говорил что-то таким тоном, то даже его любимые змейки забивались в свои норы и боялись высунуть оттуда нос. Реду давно не было так страшно. Он чувствовал, что побледнел, а по позвоночнику пробежал холодок. Нет, он не боялся расплаты, он опасался, что такой умный человек, как Снейп, может разгадать его тайну. Немного подумав, он решил, что если уж прикидываться валенком, то до конца. К побоям ему не привыкать. - Снейп, еще раз повторяю: я не понимаю, о чем ты говоришь! - Не лги мне, - снова угрожающе зарычал Снейп. - Я слышал вашу беседу в библиотеке! И Эванс сказала, что после вашего разговора она пошла общаться со мной и своими придурковатыми друзьями! Откуда ты вообще это все знаешь!? Ред судорожно думал, что ответить. И решил сказать полуправду: - Она сама мне рассказала о вашей дружбе и о том, чем это все закончилось, а я просто дал ей совет! И все! Я ничего не знал! - парень чувствовал себя ужасно унизительно: он сидел в ногах у Снейпа, весь красный, со следами слез на щеках, да еще и приходилось оправдываться! Но он ничего не мог поделать. Все же перед Снейпом, даже в этом времени, он часто чувствовал себя каким-то ущербным недорослем и постоянно терялся. Снейп постоял над ним еще какое-то время, молча хмурясь, а потом резко развернулся и удалился. А Ред еще минут пять сидел, восстанавливая дыхание и сердцебиение, и пытался осознать, что произошло. В этот вечер Ред так и не дошел до гостиной Слизерина. Ему совсем не хотелось снова видеть Северуса. Он поднялся в Выручай-комнату и долго приходил в себя. Нет, не от неожиданного нападения своего одноклассника, а от собственной реакции на эту атаку. Во-первых, ему было неловко за свою слабость перед Снейпом, а во-вторых, он был просто в шоке оттого, что будучи прижатым к Снейпу и чувствуя всем телом, как играют мышцы оппонента, Ред начал возбуждаться, совершенно забыв о боли. Даже больше: эта боль придавала страсти ситуации, адреналин будоражил кровь, и это пьянило еще сильнее. И, да, его это пугало. После связи со Стэном он уже нормально смотрел на однополые отношения, и они ему понравились. Но! Это же Снейп! И эта мысль никак не давала покоя юному волшебнику. Где-то часа через два Цисси нашла его все в том же шоковом состоянии. - Ред? Ты чего тут сидишь? Я тебя уже обыскалась, мы же договорились поговорить, - девушка вопросительно посмотрела на него и присела на только что появившееся кресло. - Э, да так. Подумать захотелось. Прости. А что случилось? - Ред сам не понял, почему, но ему совсем не хотелось делиться своими переживаниями с подругой. - Во время завтрака мне пришло письмо из дома, помнишь? - блондинка замолчала и горестно вздохнула. - Меня выдают замуж за Паркинсона! - убитым голосом закончила она. - И? - не понял парень и вопросительно взглянул на нее. Зря он это сделал. Все спокойствие и обреченность разом слетели с девушки. Она, как фурия, вскочила с кресла и начала просто орать на бедного юношу. Редклиф был в шоке. Такую Нарциссу он еще не видел. - И? - прокричала она в ответ. - И?! Да этот толстый, противный, мерзкий… - а потом Ред осознал, что, оказывается, и благочестивые аристократки умеют ругаться, да притом так, что парень еле сдерживался, чтобы не достать пергамент и не начать записывать весь этот арсенал отборных аристократических выражений. - Он смотрит на меня, как на кусок мяса! Его похотливые глазки вечно как будто раздевают меня! Я даже не могу с ним находиться в одном зале, не передергиваясь! - Так! Цисси, сядь! - парень просто устал слушать ее крик. - Я не понимаю. У вас же помолвки заключаются еще в детстве. Разве ты не знала, за кого должна выйти замуж?! Девушка еще несколько раз вздохнула и уже почти нормальным голосом ответила: - Да, это так. Я должна была выйти замуж за герцога Ле Берже, он француз, я его никогда не видела. Но он умер в прошлом году, и мои родители стали искать мне нового мужа. И я надеялась, что им будет Малфой, - с обреченностью закончила она. Как только девушка договорила, Реда как молнией ударило, он даже подскочил на месте. «Ой, дурак, конечно же, Малфой! Тогда причем тут Паркинсон?» - Редклиф совсем запутался. - А почему ты так думала? - осторожно задал он вопрос. - Понимаешь, у наших отцов была договоренность, что одна из дочерей выйдет замуж за Люциуса Малфоя, но не оговаривалось, какая именно дочь. Я не знаю, почему раньше они не провели помолвку между Беллой и Люциусом. Ведь с Ле Берже договорились, когда мне было 13 лет. Но факт остается фактом – помолвки не было. И я очень надеялась, что Малфои выберут меня. Как-никак, у них в семье никогда не было брюнетов, и Белла явно им не подходит. А тут маман пишет, что Абраксас Малфой изъявил желание провести помолвку на рождественских каникулах, и они выбрали Беллу, так как она старшая сестра! - вид у девушки был удрученный, и Ред видел, что сдерживается она из последних сил. «Мерлин! Я обязан как-то помочь! Нельзя, чтобы история пошла не так!» - Цисси? Тебе так сильно нравится Люциус? - Что? - Нарцисса удивленно посмотрела на юношу. - При чем тут это? - Ну, ты так сильно хочешь за него замуж, - Ред под конец немного замялся. - Нет, он, конечно, очень обаятельный и привлекательный, и настоящий аристократ, но это тут совершенно ни при чем. - Не понимаю,- Ред никак не мог разобраться в логике своей подруги. - О, Мерлин! За что мне это? - рассмеялась девушка. - Редклиф, ты иногда бываешь таким наивным! - увидев, что парень все равно не может вникнуть в смысл ее слов, она решила объяснить: - Ладно, слушай… * * * На следующий день Люциус Малфой, проходя между секциями со стеллажами в библиотеке, услышал интересный разговор: - Понимаешь, Ред, моя пра-пра-прабабушка была вейлой, и с тех пор в крови каждого потомка хоть немного проявляется сущность вейл. Но так сложилось, что в этот раз кровь вейл досталась только мне одной. У моих старших сестер ее нет ни капли. И из-за этого я никогда не смогу полюбить мужчину… как мужчину. Я смогу его любить либо, как мать любит свое дитя, либо как друга, и я никогда не предам его. Вейлы созданы для наслаждения. Я могу дарить себя, и мужчинам это понравится, но я никогда не буду моногамна. - Все равно не понимаю, при чем тут Малфой? - задал вопрос такой знакомый голос. Люциусу стало еще интереснее: мало того, что тут такая пикантная тема, так еще и что-то про него говорят. - Люциус Малфой - настоящий аристократ, - услышав это, блондин самодовольно хмыкнул, - и я уверена, что он с уважением относился бы к своей жене. А этот Паркинсон? Он - зверь! Он - противный боров! Ах, как мне жаль, что Малфои выбрали Беллу. Бедный Люциус, ему в жены достанется моя безумная сестрица. - Ну, что ты, Цисси? Да, у Беллы ужасный характер, но вдруг она будет хорошей женой? - не очень уверенно спросил Редклиф. А блондин все слушал, и с каждой новой фразой на его лице проявлялось все больше недовольства и озабоченности. - Белла? Хорошей женой?- воскликнула блондинка, - Ред! Ты ее просто не знаешь! Она даже о детях ничего слышать не хочет. И она никогда не позволит собой управлять, а такому юноше, как Люциус, нужна спокойная жена, которая будет уважать его решения. Нет! Это точно не про мою сестру. Тем более, я не просто так говорю, что она не в себе. У нас в роду это иногда проявляется по материнской линии. Многие в нашей семье сходили с ума! Слава Мерлину, на мне это никак не отразилось! - радостно закончила девушка. Люциус не знал ее лично. Но догадался, что эта малышка - Нарцисса Блэк. Внимательно присмотревшись к девчонке, он отметил, что она хороша и изящна, а вот все то, что она говорит, совсем не радовало его. Только недавно отец сообщил ему, что пора выбрать себе жену из сестер Блэк, и если честно, то Люциус как-то спустил эту ситуацию на тормозах. Он знал о договоренности между своей семьей и семьей Блэков и все решения предоставил отцу. Но сейчас, слушая рассказ Нарциссы, он задумался - а хочется ли ему, чтобы Беллатрикс Блэк стала его женой? Люциус хорошо ее знал и замечал, что иногда она безумна и чрезмерно жестока. И это ее поклонение Темному Лорду совсем его не радовало. Нет, он тоже за своего повелителя, но такой фанатизм его пугал. Послушав разговор еще немного и поняв, что ничего нового он больше не узнает, молодой человек решил удалиться, пока его не заметили. И с мыслью, что надо срочно написать письмо отцу, он чуть ли не выбежал из библиотеки. Малфой, конечно, не заметил, как хитро переглянулись Редклиф и Цисси, едва только он вышел из своего укрытия. Их план удался. Дело оставалось за Люциусом. * * * Время шло, наступил долгожданный Хэллоуин. В Большом зале состоялся праздничный ужин, где подавали самые любимые и изысканные блюда, а после него все студенты разошлись по своим гостиным, где у каждого факультета была запланирована «своя» вечеринка, и Слизерин не был исключением. Ред сидел в темном углу в удобном кресле с бокалом сока в руках. К нему уже несколько раз подходили его сокурсники и предлагали выпить с ними, но здраво рассудив, что пить в этом серпентарии - не очень хорошая затея, он постоянно отказывался. С каждым часом народ становился все веселее. То тут, то там раздавались взрывы смеха. Младшекурсники уже давно были отправлены по своим спальням, а все студенты с пятого по седьмой курс развлекались вовсю. Ред оглядел толпу, ища свою подругу. Цисси обнаружилась легко. Вокруг нее всегда была большая толпа, и в основном это были мальчики. Юноша не стал подходить к ней и портить ей вечер. «Пускай развлекается», - подумал он. Редклиф уже собрался идти в спальню, когда его окликнули по имени. Он повернулся и увидел девушку с шестого курса, которая, мило улыбаясь, направлялась к нему. Кажется, ее звали Агата, и она была ему симпатична. - Привет, Ред, - она призывно на него взглянула, - ты уже уходишь? - Эмм, да. Уже поздно, да и скучно как-то, - Ред никогда дольше пары минут с ней не общался и теперь не знал, что сказать. - Знаешь, мне тоже тут скучно. Может, пройдемся немного? - если честно, то парню никуда идти не хотелось, но заглянув в эти большие глаза, которые так умоляюще на него смотрели, он просто не смог отказать. Молодые люди дошли до Астрономической башни, болтая ни о чем, так, на общие темы. Чем дольше они разговаривали, тем больше Ред не понимал - зачем Агата затеяла это все? - Может, выпьем? - неожиданно задала вопрос девушка. - Эмм, ты где-то под юбкой прячешь коллекционное вино?- решил сострить Ред. Девушка рассмеялась на его реплику и тут же вызвала домовика, который уже держал на подносе два бокала вина. Парень сразу понял, что все это спланировано. Немного подумав, он решил, что травить его точно никто не будет, а от бокала вина плохо еще никому не становилось. И вообще, если девушка хочет романтики, кто он такой, чтобы этому мешать? Тем более, ему начало нравиться вести ни к чему не обязывающий разговор, да и собеседница была на удивление мила. За беседой парень почти не заметил, как допил свой бокал. И тут их прервал такой холодный и знакомый голос. - Так-так, и кто это у нас тут? - на башне появился Люциус Малфой во всей красе. - Ой, Люциус, привет. А мы тут мило общаемся с Редклифом. Ты же не будешь снимать баллы со своего факультета? - девушка чуть ли не стелилась перед блондином. Малфой окинул их подозрительным взглядом и как-то нехорошо усмехнулся. А Ред уже несколько минут не мог понять, что происходит: у него в ушах шумело, перед глазами все расплывалось, он молчал, но не оттого, что ему нечего было сказать, а он просто не мог говорить. Ум пока еще работал четко, и юноша понимал, что что-то не так. Не мог же он захмелеть после одного бокала вина! Когда Ред немного пришел в себя, подняв при этом все блоки мыслезащиты и пытаясь хоть немного сбросить наваждение, как от Империо, он понял, что на башне уже давно стоит тишина, Агаты нет, а Малфой, облокотившись на стену напротив, изучает его очень внимательным взглядом. - Редклиф, а ты действительно силен, - задумчиво произнес Люциус, при этом медленно подходя к нему. - У тебя хватило сил распознать, что что-то не в порядке, и ты пытаешься сбросить морок, - молодой человек говорил так, что становилось понятно: он не ждет ответа, а просто рассуждает вслух. Паника заполняла разум Реда, он уже осознал, что Агата что-то подсыпала в вино, и он никак не мог понять, что именно. Но это был точно не яд! Это оказалось единственным, чем мог успокоить себя парень. Шум в ушах так и не прекратился, он слышал и понимал Малфоя, но как будто через слой ваты, и очень хотелось ответить ему что-то дерзкое, однако язык отказывался повиноваться. В какой-то момент Ред понял, что мантию он давно скинул, а в данный момент уже развернул галстук и верхние пуговицы рубашки. Да, к Моргане все! Он не мог нормально дышать! Он весь взмок, а длинные волосы прилипли к вискам. Вдруг он почувствовал просто безумный зуд по всему телу, и ему захотелось, нет, ему стало жизненно необходимо, чтобы до него дотронулись! Это напугало его еще больше. А наглый блондин уже стоял рядом с ним, и его горячее дыхание обжигало щеку юноши. - А сейчас ты чувствуешь зуд по всему телу, - тихо прошептал Люциус, разглядывая Реда, как очень интересный результат эксперимента, - хочешь, чтобы до тебя дотронулись, так? - Малфой поднял руку и очень нежно, почти не касаясь, очертил пальцами его подбородок. Как только юноша почувствовал эту почти невесомую ласку, он был готов застонать в голос. Ред понимал, что все это неправильно, это действие зелья, но ничего не мог с собой поделать. Когда рука Малфоя зарылась в волосы и начала ласкать его голову, потягивая за длинные локоны так, чтобы он смотрел ему в лицо, Ред не сдержался и закрыл глаза от удовольствия, которое пронзило его тело. - Смотри мне в глаза! - это был приказ, которого Ред не мог ослушаться. Как только он взглянул в эти омуты цвета расплавленной стали, он понял, что даже если бы и смог сбросить с себя морок от зелья, то отказаться от продолжения был бы все равно не в силах. И сам не до конца понимая, что творит, он потянулся к губам блондина. Ред успел только расслышать удовлетворенное хмыканье Малфоя, а потом просто утонул в ощущениях, которые поглотили его целиком и полностью. Все звуки пропали, были только горячие, жаркие руки, которые брали, не спрашивая, сжимали его в объятиях; настойчивые губы, которые поглощали его, как бы доказывая, кто тут главный и кому надо поклоняться. Ноги Реда уже не держали, и он бы упал, если бы Малфой не прижимал его к себе так сильно, что юноше казалось, что он слышит хруст своих ребер. Редклиф еще какое-то время пытался контролировать свои мысли, чтобы понимать, что творится вокруг него, и как только Люциус освободил его губы из захвата, он хотел потребовать, чтобы его отпустили: - Хва… - но ему не дали договорить. Снова горячие губы и подавляющий поцелуй, который заставлял забыть все на свете. Ред почувствовал, что блондин что-то вытащил из кармана и тихо прошептал какие-то слова. Мгновение, и знакомый рывок… «Портключ», - как-то обреченно подумал парень, и его поглотила темнота. Когда Ред пришел в себя, то понял, что лежит на чем-то очень мягком, и его постепенно раздевают: - Нет! - он попытался оттолкнуть блондина, но тело не подчинялось ему. - Тшшш, - его нежно поцеловали в висок, - зачем ты сопротивляешься? Расслабься, все будет хорошо, тебе будет очень приятно, - нежно, воркующе прошептал Люциус, осыпая его лицо короткими поцелуями. И под этими настойчивыми руками, которые уже почти раздели его, Ред просто плавился от новых ощущений. Блондин, не переставая, что-то шептал ему, продолжая раздевать и целовать. Реду казалось, что руки Малфоя просто повсюду, тело горело и требовало еще и еще. - Ты такой красивый, сладкий… - от этих слов Реда бросало в дрожь. Он почувствовал, как палец входит в него, и попытался отстраниться, распахнув глаза от страха, но увидел потрясающую картину: Малфой был обнажен, его тело было прекрасно, а в глазах горел огонь желания. Это напугало Реда, он уже соображал и чувствовал, что морок почти отступил. Видя это, Люциус снова склонился над ним и настойчиво вовлек его в поцелуй: - Все хорошо, малыш, все хорошо, доверься мне, я буду нежен, - шептал этот змей-искуситель. И Ред перестал сопротивляться, поняв, что уже просто не сможет остановиться. Потом были жаркие поцелуи, сильные и нежные руки, которые ласкали его тело, боль, но за болью пришло наслаждение, возносящее его к самым вершинам. Громкие стоны и крики не прекращались всю ночь, пока усталые и изможденные молодые люди просто не провалились в сон.