Victus

С момента окончания столь насыщенных зимних каникул прошло два долгих месяца. За это время произошло множество событий. И сейчас Люциус Малфой, сидя в удобном кресле с бокалом легкого десертного вина в руках, пытался понять, что же не дает ему покоя, подтачивая уверенность в контроле над ситуацией. Так… как будто он упускал нечто, что приведет к катастрофе. Логично предположить в данном случае, что это нечто будет связано с Тёмным Лордом. Люциус, как и было велено (приказ был подкреплён и Круцио), немедленно по прибытии доложил своему господину о том, что Редклиф вернулся в Хогвартс к началу обучения. Довольный сообщением Волдеморт приказал не спускать с него глаз и постараться вывести парня из замка, например, на прогулку в Хогсмит. Посовещавшись, партнеры сошлись во мнении, что стоит рискнуть, но не выполнять распоряжение. Они решили постараться убедить Лорда в резком охлаждении со стороны беглеца по отношению к ним после всех известных событий в Малфой-Мэноре. Сказать, что теперь Ред стал более скрытным и больше не доверяет, как ранее, Малфою и Снейпу, даже накладывает на все свои вещи, включая кровать, мощные защитные заклинания. Поэтому юношу очень сложно заставить или уговорить куда-либо выйти. А сам он замок покидать не намеревался, опасаясь, что приспешники Темного Лорда могут ему навредить. Для подтверждения выдвинутой ими версии они даже продумали и реализовали несколько ссор «на публику» к удовольствию «всех заинтересованных сторон». Выслушав отчет, Темный Лорд вспылил и жестоко наказал Люциуса так, что Ред и Северус несколько дней наотрез отказывались отходить от его кровати, пытаясь самостоятельно поднять его на ноги, попеременно дежуря. Но, как позже решили ребята (вернее, Северус и Люциус убедили в этом Реда), наказание все же было малой платой в сравнении с последствиями выполнения приказа. В тот раз, после того, как Лорд успокоился, он дал распоряжение своим юным последователям до конца года заслужить доверие Редклифа и возобновить с ним старую дружбу. Именно тот результат, на который они и рассчитывали. Это давало ребятам хоть небольшой, но перерыв, который пришелся как нельзя кстати. Дамблдор. Вторая возможная причина неосознанного беспокойства блондина. Старик в последнее время весьма усердно взялся за дело. После предупреждения гриффиндорцев, которые несказанно удивили своим поступком всех, кроме, наверное, Реда, директор постоянно следил за слизеринцами, не упуская возможности поговорить в своей характерной манере с поеданием долек и чаепитием. Ритуал, надоевший им хуже горькой редьки. Но Дамблдор был не глуп и после нескольких таких «вечеринок» больше не приглашал всех троих к себе на «ковер», а исключительно их зеленоглазую занозу в… хм, не будем о местах. В конце концов, их места - что хотят, то и делают. Ред ПРИНАДЛЕЖИТ им! Юноша после таких «милых» посиделок всегда возвращался с неизменной головной болью, так как старик не гнушался постоянных попыток пробить его блок, не говоря обо всех остальных «шалостях». Как результат, ему, кроме обезболивающего зелья, приходилось глотать и различные антидоты. Что только директор не подливал в чай: и зелье доверия, и внушения, и даже темное зелье, которое было сродни Империусу, только в жидком варианте. Северус с впалыми от усталости щеками дневал и ночевал в лаборатории, готовя зелья, которые могли понадобиться в следующий раз. Вот в такой веселой атмосфере и прожили два мучительно-длинных месяца слизеринцы. Помимо директора и Темного Лорда, им так же постоянно приходилось терпеть внимание со стороны еще нескольких весьма опасных личностей. Первой была Белла Блэк. Она уже получила метку, и, скорее всего, Лорд приказал ей шпионить за всеми троими. Ребятам приходилось постоянно следить за собой, стремясь ничем не выдать свои отношения. Очень выматывающая как морально, так и физически ситуация. Причем, согласно их легенде, Ред при посторонних должен был быть холоден и отстранен по отношению к партнерам, так что они теперь не могли общаться как друзья. В то же время они должны были демонстрировать попытки сблизиться. Тонкая игра, где невозможно допустить ни единой фальшивой нотки под пристальными взглядами сокурсников и Дамблдора. Люциус за прошедшие дни не раз и не два зарекся посещать театры. Игра актеров будет пресной и горькой на вкус после собственной буффонады. Лишь только в своей комнате и в личной лаборатории они могли позволить упасть своим маскам. Сразу после каникул они переговорили со Слагхорном, попросив объявить всем, что по его решению Люциус Малфой должен присоединиться к проекту по зельям к паре Снейп-Редклиф. Самым удивительным оказалось то, что профессор с удовольствием пошел им навстречу, разыграв маленькое представление перед всеми учениками и преподавателями. Так что теперь ребята на вполне законных основаниях проводили чуть ли не все свое свободное время в лаборатории. Подумав об их проекте, Люциус снова нахмурился. Может статься, причина его беспокойства имела отношение именно к нему? Нет, с проектом все было в порядке, по-другому и быть не могло, ведь Северус - гений. Впрочем, они с Редом тоже вполне сносно разбирались в зельеварении. Блондина беспокоило то, с каким нетерпением и серьезностью подходил Ред к поставленной перед ними задаче. Такой энтузиазм можно было бы ожидать от Северуса с его любовью к зельям, но никак не от их «ходячей неприятности». Редклиф, как точно знал Люциус, не очень любил данный предмет. Однако Ред постоянно подгонял их в экспериментах, брал на себя очень много работы по расчетам формул. Каждую свободную минуту читал, пытаясь выяснить, что же они делают не так. Неожиданно, после длительного периода отсутствия результатов, дело пошло: у них уже несколько раз получалось довольно сносное зелье. Но Реду постоянно казалось, что что-то было не так. Люциус поначалу шутил над активностью любимого, потом начал сердиться, иногда даже зло ерничал. Но на все его действия юноша с невозмутимым видом лишь пожимал плечами и снова брался за дело. Когда терпение блондина уже подходило к концу, и он был готов кинуть все к Моргане, неожиданно Северус поделился с ним кое-какой информацией. Как оказалось, давно, еще в начале года, когда им только дали задание по зельям, и Северус с Редом обсуждали, какой проект выбрать, Ред непрозрачно намекнул, что стоит остерегаться змей. Даже не змей, а именно фамильяра Темного Лорда. А всем известная Нагайна была не простым представителем пресмыкающихся, а их магической разновидностью. Именно тогда, после состоявшегося разговора, Люциус наконец понял, что всегда не устраивало Реда в готовых вариантах зелья. Ни один из образцов не смог бы защитить от укуса Нагайны. После такого тревожного открытия вставал вопрос: почему еще до знакомства с Лордом Ред опасался его возмездия? Иногда, рассуждая в столь рискованном, даже опасном направлении, Люциус ловил себя на странных мыслях. Ему в голову даже закралось подозрение, а не провидцем ли был Ред? Поначалу мысль показалась ему бредом. Но, наблюдая за поведением и словами Редклифа, Люциус все больше и больше уверялся в ее логичности. И вот сейчас, сидя в лаборатории и отдыхая он с легкой улыбкой наблюдал за двумя склоненными друг к дружке темноволосыми головами, пытаясь понять: измененное поведение Реда - это действие увиденного будущего? Что точно изменилось, Люциус осознать никак не мог, но это произошло. Наверное, именно поэтому Малфой чувствовал необоснованный страх и нервозность, которые не отпускали его уже столько времени. Ред после соединения всегда очень хорошо к ним относился. Его любовь чувствовалась в каждом, даже мимолетном, движении, в словах, интонациях. Но после зимних каникул он стал более трепетным и нежным по отношению к своим партнерам. Конечно, все можно было списать на ту опасность, которая висела над ними, но интуиция Люциуса просто вопила, что причина была не только в известных событиях. Было еще что-то. Может быть, это из-за взглядов, которые кидал на них Ред? Нет, он хорошо умел их прятать, но Люциус все равно замечал. Во взглядах таились печаль и боль… И если на него он смотрел так, как будто им придется вскоре расстаться, и тут Люциус сразу вспоминал слова Нарциссы, которая утверждала, что Ред уедет после окончания учебы, то при взгляде на Северуса у Реда иногда становилось такое лицо, как будто он еле сдерживает себя, чтобы не разрыдаться. А это пугало. Очень. Вообще, у них все как-то странно завелось. По молчаливому соглашению они решили не поднимать вопрос по поводу окончания учебы. Конечно, сразу после каникул и он, и Сев несколько раз затрагивали столь животрепещущую тему, но Ред тут же уходил в глубокую оборону, замыкаясь в себе. После нескольких неудачных разговоров Северус и Люциус негласно условились пока оставить тему временно открытой. Ведь все равно конец учебы не за горами, и все решится… так или иначе. Люциус неспешно сделал маленький глоток, снова с любовью взглянув на самых дорогих ему людей. Вот Северус низко наклоняется, что-то показывая Реду в ранних, уже сделанных расчетах. Распущенные волосы падают Северусу на глаза, и Ред нежным движением убирает их, завязывая в хвост. После чего проводит рукой по открывшейся шее любовника. И снова знакомый взгляд: зеленые глаза наполнены болью, затаенной горечью. Люциус пристально наблюдает, подмечая все детали. Да, плюс ко всем странностям Реда, тот с недавнего времени постоянно стремится касаться их. Пытается ненароком взять за руку, провести пальцами по груди, при этом глядя на них так, что создается впечатление, будто он хочет запомнить каждую черточку их лиц, каждую деталь тела. Словно… прощается? Даже простое предположение вызывало у Люциуса страх. От чего такое поведение? Что ждало их в будущем? Что же со всеми ними произойдет? - Люц, хорош бездельничать! - вырвал его из мрачных мыслей голос Северуса. - Не всем же дано быть гениями в такой точной науке, как Зельеварение. Не у всех столько неуемной энергии, - саркастично кривя губы, нагло произнес блондин. - Ну, ты и нахал! - с восхищением в голосе встревает Ред, задорно улыбаясь. Затем подходит к Люциусу, нагло усаживается у него на коленях, и, отобрав бокал, делает немалый такой глоток. - Неплохо, - даёт заключение зеленоглазое недоразумение. - И кто тут из нас нахал? - чуть приподнимая бровь, с деланным возмущением восклицает Люциус, отнимая обратно вино. - Вы, оба! - перебивает их грозный голос Северуса. - Так, встали! Люц, следи за временем и не забудь добавить порошок скарабея. А ты, - Северус выразительно указал пальцем на улыбающегося Реда, - тащи свою задницу обратно и доведи свои вычисления до конца! - Есть, сэрррр! - Ред шутливо отдал честь, вскакивая с колен блондина, потом обернулся к Люциусу и «тихим» шепотом заговорщицки сообщил: - Он ревнует, - и под смех Люциуса двинулся в сторону юного зельевара. А Люциус снова невольно отмечает странные перепады в настроении их зеленоглазого чуда. Ред придуривается, шутит, а в глазах нет-нет, да и появляются совершенно несоответствующие моменту эмоции. Позже, сидя в общей гостиной и делая домашнее задание, Люциус поймал обеспокоенный взгляд Северуса. Вопросительно подняв бровь, он неуловимым взмахом руки подозвал к себе любовника. На общем совете они решили постоянно делать уроки именно в общей гостиной, дабы создавать вид, что все так же, как и раньше, помимо школьного проекта, их троих ничего не связывает. - Что случилось? - чуть слышно поинтересовался Люциус. Хотя, наверное, шёпот был лишним: в общей гостиной стоял такой гвалт, что вряд ли их кто-нибудь услышал. - Он опять ушел. - И? - Что «и»? - почти зарычал Северус. - Он постоянно где-то пропадает! - Сев, окстись! Что ты наводишь панику, наверное, опять встречается с гриффами. - У них тренировка по Квиддичу сегодня, - не хотел униматься юноша. - Ну, Эванс же не в команде… вот он, наверное, с ней, что ты беспокоишься? Или ты ревнуешь? - не смог удержаться от подколки Люциус. - Да нет же! - Северус устало потер лицо. - Люц, хорош из себя идиота строить, я же знаю, что и ты заметил его странное поведение. И тебя тоже волнует, где он постоянно пропадает. - Хорошо! Ты заметил! Тебя волнуют его исчезновения! А дальше что? - резко растеряв все свое спокойствие, сквозь зубы зашипел блондин. - Что ты предлагаешь? Следить за ним? Пытать? Ред все равно ничего не скажет! - уже с горечью закончил он. - Но… надо же что-то делать! - Прекрати! - Люциус скривился, недовольно посмотрев на партнера. Его иногда просто поражало, как Ред действует на всегда невозмутимого Северуса. Если речь заходила об их обожаемом недоразумении, то маска, как по мановению палочки, слетала с него, а все показное спокойствие шло мантикоре под хвост. А в это время Ред возвращался из Выручай-комнаты, посещение которой вошло в привычку. Страшную, горькую, пахнущую предстоящей разлукой привычку. В последнее время он часто там пропадал, особенно когда чувствовал, что невозможно больше притворяться и смотреть в глаза любимым. С каждым днем его медальон нагревался все сильнее, неизбежно напоминая о приближении дня X. Стремительно, неумолимо. Несколько раз в неделю ему приходилось прятаться от всего мира в Выручай-комнате. И там, смотря по настроению, он либо вымещал свою боль на манекенах, отрабатывая всевозможные заклятия, которые он только знал, либо часами сидел перед камином и не отрываясь смотрел на огонь, вспоминая прошлое и анализируя настоящее. А буквально две недели назад Мародеры рассказали, что директор вновь спрашивал у них о Реде. Когда те что-то невнятно ответили, всех удивил Питер. Мерзкий крысеныш неожиданно взял слово, поведав директору про то, что сами парни не замечали. А именно - про странный медальон на шее у Реда, который гаденыш с удовольствием нарисовал директору. Подробно. С деталями. Откуда только талант выискался! Новость просто ошеломила Реда. Он и предположить не мог, что директору станет известно о медальоне. И теперь с каждым днем он все больше замыкался в себе. Если Дамблдор доберется до сути, то… он даже боялся себе представить последствия. Вдобавок ко всему, на одном из «чаепитий» старик почти открыто заявил, что знает об «уникальности» их тройственного союза и не желает, чтобы такая сила оказалась на стороне врага, поэтому он, директор, сделает все возможное, чтобы не допустить выступления ребят на стороне Лорда. «Интересно, можно ли считать заявление Дамблдора объявлением войны?» - вспоминая слова директора, невольно подумал Ред. Редклиф прекрасно понимал, что ведет себя подозрительно, но совладать с собой был не в силах. Не мог он уверить директора в своей преданности Свету, боясь разрушить свои отношения с любимыми, так как предполагал, что на слово Дамблдор явно ему не поверит, настоит на принесении клятвы верности или придумает еще какую-нибудь гадость. «А вдруг он потребует как-то навредить Севу и Люцу? Еще до того, как я пропаду из этого времени? Что будет с ними тогда? Не хочу им вредить… нет, нет! Никогда!..». Реда даже передернуло от страшных мыслей. Так, за невеселыми думами, юноша почти дошел до подземелий, когда неожиданно при повороте на кого-то наткнулся. При столкновении масса тел была не равна. Ред со всего маха шмякнулся на задницу, при этом больно ударившись. - ****, - ругнулся парень сквозь зубы и поднял глаза. - Ох, простите, профессор, - тут же скороговоркой выдал он, стремительно поднимаясь. - Вы же совсем молодой человек, а так ругаетесь. Нехорошо, - пожурил его Слагхорн. - И почему после отбоя не в своей гостиной? - было видно, что грузный профессор совершенно не злится. - Э, я… - Ред судорожно думал, что же такое ответить, как вдруг его неожиданно посетила гениальная идея. - Понимаете, сэр, мы уже давно бьемся над одним экспериментом, но никак не можем понять, что делаем не так. И вот сегодня я, как обычно, задержался в библиотеке, изучая все доступные мне материалы. - Экспериментом? Как интересно. Давайте, пожалуй, пройдем ко мне, где вы все расскажете. Быть может, я смогу вам помочь? - Слагхорн расплылся в довольной улыбке, даже что-то запел себе под нос. Вообще, у Реда было двоякое отношение к профессору. Там, в пору Гарри Поттера, он был уверен, что Слагхорн - лишь честолюбивый мерзавец, который всегда окружал себя только полезными ему людьми. С другой стороны, во времена Риддла, будущий Темный Лорд именно к нему пошел за советом о крестражах, а данный факт говорил о многом. Пробыв здесь более полугода, Ред так и не понял, нравится ли ему старый зельевар или нет, да и что вообще у него на уме. Но профессор всегда им помогал. И это заслуживало уважения. Войдя вслед за профессором в его апартаменты, юноша удобно расположился в мягком кресле напротив Слагхорна и выждал, пока тот разольет вино по бокалам (да-да, профессор никогда не предлагал своим ученикам чай, всегда исключительно вино). - Профессор, как вы помните, мы ведем проект по зельям. Наша группа решила изобрести противоядие от яда змей. - Но, помилуйте, юноша, различных противоядий уже тьма тьмущая! - удивился Слагхорн. - Да, верно, но мы решили найти противоядие от магических змей… - осторожно выдал Ред, пристально глядя в глаза учителю. Слагхорн сразу же насторожился, весь подобрался. - Что вы говорите… И как ваши успехи? - с деланным безразличием спросил он, но по настороженным глазам было видно, насколько ему важен ответ. - Экспериментальное зелье прошло все стадии приготовления, застопорилось в самом конце: мы не можем найти ингредиент, чтобы стабилизировать кровь Растопырника. - Вот как, очень интересно… - пробормотал Слагхорн и надолго задумался. Прошло более пяти минут. Ред уже начал подозревать, что профессор тупо уснул, но тут мужчина встрепенулся. - Так, юноша, уже поздно, и вам пора, - Слагхорн первым встал и пошел к двери, чем очень разочаровал Реда. В нем до последнего жила надежда на подсказку со стороны зельевара. Уже выходя, он услышал шепот мужчины: - Вам стоит обратить внимание на аналогию противоядий именно магических существ, - и был таков. Когда смысл слов дошел до Реда, позади него уже захлопнулась дверь, и он остался совершенно один в пустом темном коридоре. «Что имел в виду старый морж? Мы и так по аналогии уже все просчитали! Ничего не вышло… Пффф, зря потратил время!» - злился парень, быстрым шагом идя до покоев Слизерина. Только при пересечении темной гостиной Реда как водой окатили. Он застыл на месте, взгляд его стал отрешенным. «Аналогия, аналогия… волшебных существ… Ах ты, хитрый лис… ах, слизеринец!» - с восхищением думал Ред, вспоминая своего профессора. Юноша почти бегом добрался до спальни, вломился туда, громко хлопнув дверью. Его всего трясло от нетерпения. Он просто горел желанием поделиться всем со своими партнерами и совершенно не обратил внимания, что в комнате нет света, а на общей кровати (сразу после каникул ребята соединили свои постели, превратив их в огромное ложе) его любовники уже давно спят. - Редклиф! Имей совесть, или что там у тебя за нее! Мало того, что шатаешься где-то весь вечер да полночи, так и нам еще решил не давать спать! - раздался очень злой голос Северуса. - Ой, простите… - сразу замямлил Ред, приходя в себя от эйфории открытия. До него, наконец, дошло, что уже глубокая ночь. - Какими новыми неприятностями нам грозит завтрашний день? Рассказывай уж, несчастье наше, - уже более миролюбиво подал голос Люциус, приподнимаясь на кровати и смотря в просто светящееся лицо их чуда. - Я придумал, как решить нашу проблему! - плюхаясь с разбегу на постель, выдал Ред. При падении юноша (конечно же, не специально!) удачно приземлился на Северуса, чем вызвал новый шквал ругательств и недовольства. Когда Северус выдохся, Люциус с плутоватой улыбкой снова спросил: - Которую из проблем ты решил? - Я по поводу зелья! Точнее, это не я догадался, а мне подсказали. Короче, дело в том… - и юноша выдал все, что придумал. Уже на середине рассказа Северус полностью проснулся, заинтересованно смотря на Реда, а к концу встал и начал одеваться. - Куда ты? - удивленно глядя на партнера, поинтересовался Люциус. - Надо все проверить, - отстранено отозвался юноша. Было видно, что его мысли уже далеко отсюда, он весь уже в работе. - О, Мерлин! Послал же ты мне партнеров! - горестно вздыхая, Люциус тоже начал одеваться. К утру, после некоторого количества кружек кофе, многочисленных расчетов, десятков просмотренных книг, у троицы была готова окончательная формула расчета создания зелья. Осталось лишь его сварить и провести тесты. Конечно, сказать на все сто процентов, что оно будет действовать, ребята не могли, так как у них просто не было яда Нагайны, но существовало много различных способов и тестов, позволяющих гарантировать эффективность зелья. После той ночи события потекли с огромной скоростью. Все свободное время юноши так и проводили в лаборатории, варя зелья. Ред все так же иногда пропадал в Выручай-комнате, но уже видя собственный проект в действии. Призрачная, но надежда. Подумав, он решил, что открывать общественности антидот против укуса Нагайны было бы не совсем разумно в связи с тем, что Лорду тут же донесут. И Ред вспомнил, что Гермиона рассказывала, будто Снейп именно на последнем курсе придумал начальную формулу Аконитового зелья. Ред решил заняться им. В свое время он изучил все материалы, связанные с этим зельем. И сейчас по памяти легко мог написать начальную формулу и список ингредиентов, чтобы Северусу потом было легче его сварить в случае, если Ред уже исчезнет из этого времени. А что именно так и случится, парень был уверен. С тех пор, как они вывели окончательную формулу противоядия, его амулет стал очень горячим, а не тёплым, как было до этого. Вспомнив прочитанное об этом артефакте, юноша сделал вывод, что, скорее всего, его забросило именно в данный временной промежуток для того, чтобы он смог придумать противоядие и соединиться со своими партнерами, пока они еще не превратились в ярых Пожирателей Смерти. В душе поселился маленький проблеск надежды. Если все сделано правильно, и у него все получилось, то, быть может, Северус тогда выжил? Ведь отсутствие тела в Визжащей хижине говорило в пользу данного варианта. Но до конца юноша боялся поверить, боялся обмануться… Вслед за этим пришла мысль, что необходим сосуд, который был бы постоянно с ребятами, и который было бы невозможно потерять. Немного подумав, Ред вспомнил, как в детстве смотрел разные исторические фильмы, а там герои хранили яд в кольцах. Идея ему очень понравилась, поэтому он решил посоветоваться. - Нарцисса? - позвал Ред девушку, обнаружив ее в библиотеке. Дело происходило через неделю после начала приготовления зелья, которое нужно было варить еще около двух недель. - Привет, - Цисси оторвалась от пергамента и ласково улыбнулась другу. В последнее время им редко удавалось пообщаться, так же, как и с Люциусом. Девушка понимала, что друзья заняты чем-то действительно важным, поэтому совершенно не обижалась на них. - Рада тебя видеть, Ред. Как ваши дела? - Я тоже рад, очень. Прости, что в последнее время не уделяю тебе внимания… - Все хорошо. Не переживай, я видела, насколько вы заняты чем-то очень важным. Закончили? - девушка с любопытством посмотрела на друга. - Да, как раз об этом я и хотел с тобой поговорить… - Ред рассказал Цисси об исследовании. Он сам до конца не понимал, почему настолько откровенен, но решил, что Нарцисса обязательно должна все знать. Также рассказал о втором своем проекте, который потом надо будет выдать за их работу, и, конечно, посоветовался насчет колец. - Хм, хорошая идея. Но надо обязательно заказать магические кольца, чтобы антидот не испортился со временем. К тому же на них надо наложить множество чар, таких, как чары сбережения, чтобы мальчики не смогли их потерять. Еще, наверное, стоит добавить неснимаемые чары… ну, и так, по мелочам. - А ты знаешь, где найти такого мастера? - юноша с мольбой в глазах посмотрел на подругу, чем вызвал ее смех. - Конечно же, я знаю, - высокомерно задрав свой красивый носик, выдала мисс Блэк. - Так и быть, помогу тебе, сирому и убогому, - снова рассмеялась девушка. Ред смотрел, как смеется Цисси, а в душе его растекалось тепло. Она стала для него так же близка, как и Гермиона, поэтому он очень надеялся, что там, в будущем, даже несмотря на разницу в возрасте, он хоть иногда будет иметь возможность встречаться с ней и вот так просто сидеть, вспоминая прошлое и подшучивая друг над дружкой. - Я сегодня же отправлю сову своему ювелиру. Он - потрясающий мастер. Будь уверен, все пройдет, как надо. Кстати, а у тебя есть пожелания по поводу внешнего вида колец? - Хм, даже не знаю… надо такие, чтобы не привлекали к себе внимания… может, просто с инициалами? - Почему нет? Пусть будет так. Ребята еще немного пообщались. Ред рассказал, как показывал свою аниформу партнерам, чем вызвал шквал смеха и подтруниваний. Нарцисса похвасталась, что получила письмо от Стена, в котором он ругает безответственного Реда, ведь тот так и не написал ему еще ни разу. Кстати, ворон Реда, Север, уже давно облюбовал себе девичью спальню, а именно кровать Нарциссы Блэк, и чуть ли не считал ее полновластной хозяйкой, так как девушка чаще вела переписку, и Северу было с ней интересней, чем с нерадивым хозяином. Ред в отличном настроении спускался в подземелья. «В принципе, все складывается хорошо. Кольца Цисси закажет, противоядию осталось вариться две недели. Схемы Аконитового зелья Северусу я уже показал… Вот только интуиция не дает мне покоя… или Том что-то вытворит, или директор. Кстати, что-то он подозрительно весел и не вызывает меня больше на ковер. Может, и не так плохо, что он узнал об амулете, возможно, он успокоился? Решил, что я сам пропаду, и проблема исчерпает себя?» - рассуждал парень. Но вдруг, когда он уже подошел к последней лестнице, ведущей в сторону гостиной, его тело скрутила боль! Такая резкая и невыносимая, что парень не удержался и полетел с лестницы. Падая, он чувствовал каждый удар, слышал, как ломаются его кости, а медальон на шее нагрелся так, что обжёг кожу, к которой он прилегал. Из-за боли юноша не слышал, что происходит вокруг него. Он не видел, как со стороны подземелья к нему неслись бледные как смерть любимые, выкрикивая его имя, не видел, как со стороны входа четверка Мародеров и Лили Эванс, увидевшие его падение, также бежали к распростертому телу. Не видел, как Люциус, Северус, Лили, Джеймс закричали и потеряли сознание… Как Сириус, упавший рядом с его телом на колени, пытался привести его в сознание, дикими глазами осматривая бессознательные тела вокруг, как вскоре Блэк сам, схватившись за голову, с вскриком рухнул рядом. А в это время в тишине огромного зала библиотеки юная Нарцисса Блэк так же, как и ее кузен Сириус, схватившись за голову, лишилась сознания. * * * Пока профессора и учащиеся Хогвартса метались по коридорам замка, пытаясь понять, что же случилось сразу с несколькими учениками двух таких неугомонных факультетов, как Слизерин и Гриффиндор, директор школы Альбус Дамблдор, довольно жмурясь и что-то весело напевая себе под нос, в одной из комнат огромного замка избавлялся от остаточной, совсем не светлой, магии недавно проведенного ритуала.