Съешь меня

Всё оставшееся время Картман сверлил Кайла взглядом и если бы такое было возможно то в спине у рыжего была бы дырка. После последнего урока Марш сразу, не дожидаясь Кайла, бежит на свою тренировку, а Кенни обычно убегает клянчить сигареты. Но сегодня ему не повезло. Почти сразу после того как МакКормик съел эту самую конфету, его сбил грузовик. Нет, конфетка была не виновата… почти. Ещё одной причиной его смерти была девушка. Бежав за Бебе, которая решила свалить пораньше с уроков, МакКормик хотел подкатить к блондинке, потому что было вообще невтерпёж. Глаза ярко горели у блондина, и тело покраснело, покрываясь мурашками. Его внезапно обуяло невыносимое возбуждение, и что бы хоть как-то унять это горячее чувство, ему нужна была девушка. Кенни отдался инстинктам и потерял свою обычную человеческую бдительность. А потому, выбежав на дорогу, даже не посмотрев по сторонам, он был сбит грузовиком. Глупая и нелепая смерть – впрочем, как и всегда. А Кайл всегда копошился дольше всех, аккуратно складывая учебники. В любой другой день Картман бы поглумился над аккуратностью Кайла, но сейчас он ей был даже рад. Благодаря этому, они наконец-то остались наедине. Обойдя парту, Картман встал около Кайла и тот с усталостью обернулся, подняв два изумруда глаз. Сегодняшний тест выжал Кайла, и на подколы жиртреста явно не было времени, впрочем, как и сил. Очевидно, Картман считал по-другому. - Чего тебе? - Да ничего, знаешь. В последнее время мы очень мало разговаривали, - начал блистать красноречивыми словами Эрик, - и я подумал, почему мы ведём себя с друг другом как два козла… - Что ты задумал? – скептически сцепил руки на груди Кайл. Выражение его лица нисколько не изменилось, рыжий лишь выжидающе приподнял бровь. - Ничего. Я просто хочу наладить с тобой отношения, - тоже не сдавался Картман, сохраняя каменное спокойствие. Кайл долго смотрел ему в глаза, стараясь уловить хоть тень какой-нибудь лжи, но Картман уже в свои девять мог самозабвенно и убедительно врать. А к семнадцати это качество только прогрессировало. Хуже всего в этом было то, что жиртрест не редко сам верил в эту свою ложь. - Да кончай мне на уши лапшу вешать! – вспылил Кайл. – Домой я пошёл, короче. - Ладно, иди, но прежде чем уйти я бы хотел с тобой поделиться конфетой. - Конфетой? Поделиться? Нет, вот тут ты себя точно раскрыл, жиртрест. Картман протянул конфету в серебристой обёртке и Кайл посмотрел на неё больше с брезгливостью, чем с интересом. - Она наверняка отравлена. Я всё ещё помню как ты, под видом заинтересованной интеллигентности прошёл в наш дом и «нечаянно» пролил мышьяк в суп. - Нечаянно, - подчеркнул Картман. – Да ладно, смотри, я даже сам могу её съесть. - Дерзай. Картман, не сводя взгляда с Кайла, пожал плечами и, развернув обёртку, закинул конфету в рот. - Видишь, всё хорошо. Будешь? У меня ещё одна есть, - но когда рука Эрика начала ощупывать только пустоту в кармане, он вспомнил, что одну конфету съел Кенни, а вторая, сейчас в его рту и, похоже, тот препарат действительно действовал, раз Кенни с катушек съехал и погнался за Бебе. - А нет, дома забыл. - Слава богу. Пока. «Блин, ну раз так, тогда придётся брать всё в свои руки» - нахмурился парень. Успев сориентироваться, Картман схватил Кайла за руку и резко развернул к себе, кольцом сцепив свои руки вокруг тела и рук рыжего. Кайл и понять ничего не успел, пока Картман не впился в его губы глубоким поцелуем, протискиваясь в его рот своим языком. Кайл злобно замычал, и его лицо покраснело от ярости и негодования. Внезапно Эрик языком протолкнул конфету в рот Кайла и тот задёргался ещё сильнее, стараясь выбраться. К горлу поступал приступ тошноты, а скользкий язык Картмана заставил кожу позеленеть от ужаса. К счастью для Эрика шоколад уже начал таять, а просто взять и вытолкнуть конфету Брофловски не мог, потому что ему и в голову не приходило протискиваться языком в рот другого парня. Выждав определённое количество времени Картман оторвался и посмотрел на взбаламученного Кайла, которого реально чуть не выполоскало прямо на пол школьного кабинета. Оттолкнув Картмана Кайл начал яростно вытирать свой рот и плеваться шоколадными слюнями. - Ты чё, блять, охуел? – нахохлился Кайл и сделал шаг, собираясь заехать жирному по морде. Но вдруг живот у него свело странной судорогой и от него по телу разнеслось странное приятное тепло. Уставившись в одну точку, Кайл долго не мог понять, что вообще происходит, пока штаны не стали ему тесными в области паха, а ноги не задрожали, как у новорождённой газели. - Чё за херню ты мне дал? – спросил Кайл у Картмана. Тот уже успел нацепить хищную улыбочку, собираясь купаться в лучах триумфа. - Чё, круто дало, да? Готов поспорить, что тело у тебя изнутри разрывается, ноги дрожат и хочется удовлетворить себя. Да, Кайл, наверное, ты уже догадался, что это афродизиак. Правда, круто? - Ты псих конченный, - попытался сказать зло Кайл, но вместо этого свой же горячий выдох испугал его самого. Схватившись и навалившись на стол, Брофловски постарался глубоко и медленно дышать, но препарат слишком сильно действовал: руки затряслись в настоящей ломке, и голова закружилась от безумной неги, к которой хотелось ужасно прикоснуться. - Давай, Кайл, потрогай. Это так приятно. - За-заткнись! – срываясь, выкрикнул Кайл и задышал глубже, но уже не по собственной воле. Тело всё обдало жаром и единственной мыслю было раздеться. Снять с себя всю эту муторную одежду и удовлетворить внезапно такую сильную потребность. Картман сел напротив Кайла и просто наблюдал, как у того прогрессирует эта самая реакция на афродизиак. Это на самом деле было весело, но похоже Картман тоже чуть проглотил этого препарата, а потому лёгкая тёплая волна разносила возбуждение. Хотя, трудно было сказать, от чего именно Картман возбуждался: либо от препарата, либо от Кайла, который покраснел, как рак и дышал так громко и часто, что Картман отчётливо его слышал. Насколько же могла быть гнетущей неудовлетворённость, что яркие «зайчики» запрыгали у Кайла перед глазами, и закружилась голова. Терпеть такое было просто невозможно, и Кайл, долго не решаясь, медленно приложил руку к заметной выпуклости, выдав глубокий стон. - Ооо, - заворожёно протянул Картман. – Приятно? А теперь подвигай рукой вверх-вниз – тебе понравится! Кайл, не в силах сопротивляться своим инстинктам, задвигал рукой по зелёной ткани и даже под ней он чувствовал, как пульсировало его тело. Он закусил губу и не решался дальше смотреть на Картмана. Его смущала вообще вся эта ситуация, но чтобы взять и убежать Кайл не мог. Ноги на месте-то его еле держали, а бежать они попросту не смогут. - Какой молодец… Картман медленно подошёл к столу, на который навалился Кайл и взялся за язычок замка на куртке, потянув вниз. - Чтоб ты сдох! – обозлился рыжий, вцепившись в края стола. – Скотина! Мразь! Тварь! Ненавижу тебя! – процедил Кайл, вложив в свой взгляд всю злость, на которую он сейчас был способен. Его длинные рыжие ресницы подрагивали, но этот взгляд Картману нравился. Лишь усмехнувшись Эрик поцеловал Кайла куда-то в скулу, тихо зашептав не менее горячим голосом. - Ты ведь хочешь, чтобы я сейчас поцеловал тебя в шею, страстно прикусил бы её, а затем спускался бы вниз по твоему телу, пока не дошёл бы до твоего еврейского члена. – Картман резко схватился за выпуклость у Брофловски в штанах и задвигал рукой, сжимая сильнее кулак. Кайл вцепился в плечи Картмана и громко застонал, двигая бёдрами и поддаваясь на встречу. – Ты хочешь этого, Кайл. Ты хочешь этого сильнее, чем я сейчас. Картман специально ускорил темп, приближая сладостное освобождение, а затем просто резко остановился и убрал руку, чтобы ещё больше подразнить Кайла. Это рыжего не только подразнило, но и разгорячило ещё больше. Жгучее чувство неудовлетворённости быстро возвращалось, и как бы противно не было осознавать, но рука Картмана была сейчас как раз кстати. - Ты хочешь ещё, Кайл? – рычит на ухо Кайлу Картман и тот закусывает нижнюю губу, тихо щебечет: - Да… - Я не слышууу, - специально тянет Картман и завлекающе кусает мочку уха, от чего Кайл опять мычит и закрывает глаза. Конечно, в другой любой бы раз ему всё это было бы противно, но сломляющий гордость афродизиак словно переворачивает все чувства Кайла, заставляя получать удовольствие. Хотя, сейчас ему даже стол покажется сексуальным. - Да, очень, хочу! Это было сигналом. Картман сам знал, что долго держаться не будет, а потому скинул с Кайла куртку и повалил того на стол, впиваясь в губы страстным поцелуем. Тут же их языки переплелись и стыда, как и здравого смысла Кайла, больше не было. Афродизиак, в первую очередь, пробуждает инстинкты, а какой инстинкт будет подчиняться смыслам? Обхватив руками и ногами тело Картмана Кайл начал медленно терять рассудок. Пусть в его голове и кричали остатки логики, но тело было сильнее. Этот жар был сильнее. Картман посасывал его язычок, между делом раздевая еврея. Ощупывая довольно тонкое, но сильное тело Кайла, Картман предполагал, что и отпор он не смог бы дать, если бы не этот препарат. Чудодейственное средство! Даже Кайла Брофловски перевоспитает! Как и обещал, Эрик впился в бледную шею Кайла, начав её покусывать, целовать и полизывать, задирая белую футболку. Кайл лишь дрожал и стонал настолько, насколько это было возможно – почему-то держаться не хотелось и все сдержанные стоны вызывали лишь боль и головокружение. Рука Картмана направилась вниз, а его губы вновь припали к шее. Чувствуя, как большие пальцы возятся с расстегиванием ширинки, разгорячённое желание начало пожирать сердце и набирать обороты. Ещё чуть-чуть и он прикоснётся там. Ещё чуть-чуть и этому кошмару придёт конец. Из горла Кайла вновь вырвался стон наслаждения и Картман спустился с шеи до плеч, а оттуда уже вниз до торса. Дразняще покусывая живот, Картман водил рукой по члену рыжего сквозь тонкую материю трусов, пока вовсе не стянул их вниз. - Подумать только, у тебя даже тут волосы рыжие, - улыбнулся Картман и провёл рукой по еврейскому члену, рассматривая его вблизи с хищной улыбкой. – Ты только посмотри, настолько возбудился, что членом можно гвозди забивать. – Он провёл рукой по медного цвета, волоскам и лизнул головку члена. Кайл, жаждущий этого прикосновения, выгнулся, вцепившись руками в парту. Обхватив губами головку члена, Картман начал работать языком, а затем опустил голову, слушая, как стонет Кайл. «Вот же шлюха, - ухмыльнулся Картман, - а строил из себя недотрогу». Двигая головой, Эрик старался всячески доставить рыжему наслаждение, но кончить он тому не дал. Стоны Кайла неимоверно возбуждали, и сам Картман был на пределе. Потому, резко встав, он расстегнул свою ширинку, поднял правую одну ногу Кайла, и направился к его заднему проходу. - Эй, что ты… - испуганно поднял голову Кайл, но Картман и не думал слушать. - Заткнись, я не железный и я хочу тебя. - Нет-нет, не надо, у меня ещё не было! Ах! Картман ухмыльнулся: - Ты смотри, как хорошо пошло, - он сделал короткий толчок, чуть протискивая во внутрь головку члена. – Я же тебя не насилую, ты возбуждён, а потому будет легко. Ох, блин, как горячо. Короткими толчками он входил в парня, пока тот вскрикивал то от боли, то от наслаждения и от руки Картмана на его члене. Наконец, головка оказалась полностью внутри и Эрик мог свободно двигаться, но было ужасно туго, а Кайлу больно почти до слёз. Но и держаться сил не было, потому Картман начал почти сразу двигаться. - Прекрасно, Кайл. Тебе же тоже нравится? Не нравилось бы, не пыхтел так. Кайл посмотрел на него сквозь томно прикрытые глаза и ресницы, с ужасом осознавая, что Картман прав. До безумия жгло внутри и его резкие движения задевали ту самую точку, от которой, как по ниточке расходились электрические разряды. Быстро двигаясь, Картман притянулся к губам Кайла и тот вовсе обвил Эрика ногами, выпуская приятные стоны сквозь поцелуй. Язык Картмана давно перестал быть противным и тошнотворно скользким. Ведь всё, что тот выделывал им, сводило с ума и приносило незабываемое наслаждение. Но так Кайл думал до того момента, пока не кончил, а Картман продолжал двигаться. - Нет, стой я больше не могу, - прошептал он, обвивая его шею руками. - Заткнись, я ещё не кончил, - рычит Картман, ускоряя темп. - Нет, не надо, пожалуйста… - Я сказал, заткнись. Пока Картман двигался в Кайле вновь проснулось только сошедшее чувство и им уже не двигал афродизиак. Внизу живота вновь возросло желание, и прежде чем кончил Картман, сделав ещё несколько толчков, Кайл достигнул пика ещё раз. Наполняя Кайла горячей жидкостью, Эрик сбивчиво и тяжело дышал и, поцеловав рыжего ещё раз, он просто встал, застегнул ширинку и направился к выходу. Кайл так и остался лежать на столе. Действие афродизиака сошло, но приятная нега, которая прибыла к нему после того, как он кончил во второй раз не опускала его. Присев на парте, он достал из рюкзака бумагу и вытер ею последствия после Картмана. Затем надел штаны и нашёл куртку, валяющуюся в проходе ещё через два-три ряда. Ходить было больновато, и голова всё ещё кружилась, но выйдя на улицу, он как-то по-новому ощутил холодный воздух, и это его окончательно освободило, забыв о том чувстве препарата.

***

А где-то в столовой за столом сидел Баттерс и напевал песню, стуча кулачками перед собой: - Сижу один, в тёмной столовой, уже часа четыре… Эрик не приходит… - перестав тихо напевать, он перешёл в режим злого котика и прошептал. – Почему-то я думаю, что он меня опять надул…