Сhapiteau

«– Это что вообще такое?! – ДэХен просто в ярости, он сжимает руки в кулаки и готов разорвать парней на части. – Кто вам вообще позволил подобное?! – Позволил? – искренне не понимает Пума, но злость накрывает его эмпатической волной ДэХена, которую тот не смог сдержать»... ЧонОп открывает глаза, хотя он не помнит, когда заснул или закрыл их. Помнит грохот, шипение, вспышку света, ладонь ДэХена в своей... Что было дальше - для него это тайна, покрытая мраком, которую цирк не позволяет открыть. Акробат осматривается, с удивлением понимая, что он находится на полу, который заволокло белым дымом. Он не видит стен, потолка, только чувствует под собой пол, который также не видно. Эти бескрайние просторы белизны находятся в тишине, нет ни одного существа, которое могло бы объяснить, что происходит. Перед парнем появляется белое облако; он не понимает, как он заметил его на белом фоне и как вообще он еще не ослеп от такого яркого света. Облако начинает мерцать, и на нем появляется рябь, словно кто–то пытается настроить канал телевизора. Пума хмурится, ничего не понимая, а перед ним, в облаке, начинает появляться картинка - ДэХен. Парень сидит в своем трейлере и держит в руках цветок с посланием акробата. Нежно, трепетно он касается его, и тихо вытирает слезы, не позволяя рыданиям вырваться наружу. Это было, когда ДэХен чуть не задушил его на арене, отшвырнув телекинезом так сильно, что Пума подумал, что в него влетел грузовик. Чон разглядывает цветок, но, резко кинув его в сторону, направляется в ванную. Умывается и смотрит на себя в зеркало; ЧонОп не понимает, зачем ему это смотреть, но сильно удивляется, когда на маленькой полочке, рядом с одеколоном и зубной щеткой видит притаившуюся маленькую, стеклянную пуму. Фигурка, как и сотни других, которые сотворил ДэХен, но только ни одна из них не появлялась из ящика, в который их "заточил" мастер. Чон осторожно касается пальцами морды животного и, улыбнувшись, направляется к рабочему столу. На экране словно появляется функция перемотки, и движение видео ускоряется в несколько раз. Останавливается запись, только когда в руках ДэХена появляется стеклянный бархатный ирис со словами признания ЧонОпа. Он ставит его в стеклянную вазу и улыбается, снова сквозь слезы... Изображение исчезает. – Значит, ты тоже чувствовал боль от своего поступка. Может, ты не такой, каким хочешь казаться. Хотя я мало в это верю... «...Пума летит вниз, не успевая сориентироваться. Он падает в темноту, туда, где не горит свет, и кто–то из них уже хочет рвануть на помощь, но в этот момент на арену, в кромешную тьму, вылетает ДэХен...» Пума сжимается, вспоминая, как стало страшно в роковую секунду – цепь не выдержала его. Она разорвалась, как нить, и он полетел вниз, а ведь тогда, от ужаса, он даже вскрикнуть не мог. Падая в темноту и ожидая, боясь боли, он почувствовал руки ДэХена, которые поймали его за считанные сантиметры от тьмы ужаса. Он помнит, как чувствовал стук сердца ДэХена, мимолетно касаясь его груди. Тогда, от того страха, который ЧонОп увидел в глазах ДэХена, он забыл про свой собственный. За кулисами ребята обнимали его, смеялись, благодарили телепата за спасение. А Пума стоял в объятиях ДэХена и боялся отойти хотя бы на шаг. Один единственный шаг - и ему казалось, что пустота и темнота снова завладеет его телом и разумом. ЧонОп вцепился в ДэХена, и, крепко обняв за талию, не заметил, как оба спрятались под невидимым телепатическим полем. Теперь оно всегда охраняет Пуму: стоит ему выйти из трейлера, как он чувствует приятное покалывание на коже, тепло от каждой частицы силы Дэ. Администратор постоянно охраняет его, несмотря ни на что. Перед Пумой снова появляется экран, и он видит, как ДэХен сидит у его кровати и говорит о том, как ему сложно и больно. А затем - уходит... ЧонОп открывает глаза и тихо шепчет в темноту, что его достала бессонница. Мун отчетливо помнит этот момент, но до падения он не верил ни одному слову Чона: уверенность в том, что тот играет, не оставляла. А сейчас… А сейчас он, возможно, не играет. *** ЁнДжэ открывает глаза и вдыхает прохладный воздух, ложится на живот и приподнимает попу – кошачья привычка. Машет хвостом и зевает, понимая, что вокруг все белое, любимого льва нет, нет и родных ребят, которые обычно спят рядом. Кот резко садится и тихо рычит; глаза вспыхивают ярким золотым пламенем... Он ничего не понимает, не чувствует. Медленно поднявшись, сделав несколько сальто и поняв, что тело полностью готово к "бою", начинает крутиться, осматриваясь. Все - белое: пустота, белоснежный дым и экран. Экран, который мерцает, и на нем медленно начинает появляться маленький мальчик с черными волосами, которые чуть–чуть прикрывают симпатичные алые рожки. – Бес? Даже не верится, что когда–то этот пошляк был таким милым, – Джоко касается пальцами экрана, но они проходят сквозь изображение. Малыш куда–то бежит, улыбается своей кроличьей улыбкой, хохочет, играя с большим кинжалом, а когда у него появляется хвост, он начинает кружиться, пытаясь поймать его. Рядом с ним появляется красивая женщина с такими же особенностями, как у ребенка... Она берет маленького иллюзиониста на руки и качает его на руках, а затем направляется к большому шатру цирка. Сажает малыша Беса у входа, у самых ворот и, поцеловав в макушку, исчезает с громким хлопком. ХимЧан смешно чихает от запаха серы, улыбается и продолжает крутить кинжал в руках... Вскакивает и начинает разглядывать все вокруг – где же мама? Но она не появляется, а из цирка выходит красивый юноша в одних джинсах. Он берет малыша на руки и несет его в цирк. Вот так просто и легко Ким ДжиА отдала своего сына ХимЧана в проклятый цирк. – Дрянь, – Джоко хмурится, видя, как маленький Бес плачет и вытирает слезы кулачками. Оказывается, он лгал о том, как попал в цирк. Экран снова начинает мерцать, и блондин видит взрослого ХимЧана, который стоит на арене цирка, а по его щекам текут слезы. Он смотрит, как ЁнГук целуется с ДэХеном. Хвост опущен, глаза горят тусклым алым светом... Он шмыгает носом и исчезает в облаке дыма. Появляется в своем трейлере и разносит его, снося все на своем пути... Изображение снова меняется, и он видит картину, как ДэХен представляет их всей труппе, и над экраном появляется надпись: "неделю спустя". – Вот как получается... Мы появились и стали для него спасением... Какой же ты дурак, Бес. Настоящий дурак. ЁнДжэ садится на пол и смотрит на экран, который вновь и вновь повторяет момент их прибытия в цирк. Звериные взгляды встретились, и они не могли оторваться друг от друга. Тогда за спиной Джэ появился хвост, и он угрожающе помахивал им. Увидев что–то родное, близкое по духу, ХимЧан снова начал оживать, понимая, что у новенького такие же дикие повадки, как и у него. Раздается противное шипение, и рядом с блондином появляется Бес, взъерошенный, растрепанный. Он сразу подбегает к ЁнДжэ и крепко обнимает его, обвивает его талию хвостом и целует в лоб. Ю осторожно обнимает в ответ и кладет голову ему на плечо, дышит запахом серы, одеколона и просто ароматом Кима. – Ты солгал, иллюзионист. Я знаю, как ты появился в цирке. ХимЧан вздрагивает, но только крепче обнимает дрессировщика, молча кивает и гладит кончиком хвоста по позвоночнику. – Я никому не говорю правду, не хочу, чтобы кто–нибудь знал. Я помню все, что тогда произошло, и каждую ночь мне снится этот сон... Как она оставляет меня, – просто говорит Бес, и его глаза снова чернеют... появляется алый огонек. – У меня, кроме ЧонОпа и ЧжунХона, вообще никого нет, а родителей я не помню. Эй, щекотно же, балда с рогами, – Джэ довольно улыбается, чувствуя мягкий кончик хвоста, который успел скользнуть в его волосы. – Мне уже плевать на это, мне не больно, – на лице брюнета снова появляется наглая ухмылка, и он подмигивает кошаку. – Котенок, ты же пожалеешь меня? Милого и очаровательного чертенка? ЁнДжэ складывает руки на груди и с облегчением улыбается, понимая, что этого ненормального демона не сломит ничто и никто. Он крепко обнимает брюнета и целует его в щеку, прижимаясь к наглому иллюзионисту как можно крепче. *** ЧжунХон крепко спит, лежа на чем–то мягком и теплом, всем телом прижимаясь к неизвестному созданию, которое сжимает его в объятиях. Клоун вцепляется в сильные плечи и довольно жмурится во сне. ЁнГук просыпается от легкой боли и видит, что от кончиков пальцев клоуна к его плечам тянутся алые нити. Каждую секунду по ним идет разряд силы младшего, и он по частицам взрывает огнеглотателя. Банг не чувствует дискомфорта, просто легкое покалывание... скорее, его сковывает шок – он выдерживает силу этого ребенка без стальной оболочки. ЁнГук начинает осматриваться только через пару минут, когда понимает, что белоснежное "небо" очень странное, да и не похоже, чтобы они вместе с младшим заснули на свежем воздухе. Перед парнем появляется странное облако, на котором начинает появляться изображение, и он вздрагивает, видя ЧжунХона, которого заталкивают в грязную клетку и начинают избивать палками, из которых торчат гвозди. Клоуну хватает нескольких ударов, прежде чем его спина превращается в кровавое месиво, и он теряет сознание от боли. ЁнГук в ярости сжимает руки в кулаки и сверкает глазами, медленно выпуская способности на волю. Металл скользит по его телу, переходит на ЧжунХона и растекается по нему потоком серебряной воды. Через минуту пара становится неуязвимой для всех. – Убью. Картинка меняется, и Банг видит их цирк, шатер и Беса, который, вися вверх тормашками, держит над входом веточку омелы. Брюнет довольно щурится, когда в его ловушку попадают именно те, о ком он думал. Все в снегу, недовольные, разрумяненные, но они все равно целуются, обнимая друг друга так крепко, что Бес начинает волноваться – не сломают ли они друг другу кости. Но, убедившись, что оба живы, здоровы, он дожидается, пока они оторвутся друг от друга, и исчезает, виртуозно взбираясь по тонким стальным канатам. ЁнГук улыбается, видя, как запись повторяется вновь и вновь: они целуются, обняв друг друга. Изображение медленно меняется, и появляется Банг несколькими годами ранее: волосы еще фиолетовые, в глазах - страх и ужас: его способности не слушаются его. Огнеглотатель превращается в стальную статую и для окружающих металлических предметов становится живым магнитом. В него летит все, что находится в радиусе пяти метров: железные прутья, небольшие балки, цепи, кинжалы, мечи, пики, штанги, гантели. ЁнГук дергается, пытается спрятаться от этих жутких предметов, которые в обычной жизни являются стандартными атрибутами шоу. Вся эта огромная масса металла сбивает парня с ног и придавливает его к полу. ЁнГук зажмуривается и тихо выдыхает, словно сейчас также больно и тяжело дышать. Изображение снова меняется, и на экране снова появляется Банг... всего три года назад. Он не может контролировать свои способности, и, сидя за столом, держит дрожащими руками ложку. Не проходит и секунды, как еда и столовый прибор попадают под воздействие его силы. Рис становится металлическим и приклеивается к ложке, становясь с ним одним целым. Дотрагивается до бокала - и стакан тут же становится куском металла, чай мгновенно превращается в жидкий металл, а затем и вовсе застывает в бокале. Он не может есть и пить. Так было неделями: Банг не позволял кормить себя, а сам, свернувшись в клубок, прячась в своем трейлере, выл от боли, которая сковывала мышцы – металл черпал силу из его мышц, из его тела, а подпитки от еды не было. Умереть от собственных способностей больнее, чем кажется. – Я буду тебя кормить, – сонно бормочет ЧжунХон, глядя на изображение. Он чувствует, что его тело очень необычное и, разглядывая металлические пальцы, улыбается. – Красиво, не правда ли?