Вызови демона

Для одного из сильнейших мечников Ада, Абигора, Вызов не стал неожиданностью. Он ведь один из сильнейших мечников Ада, и всегда найдутся люди, желающие воспользоваться его услугами. И щедро, очень щедро заплатить. Демон никогда не соглашался на такую мелкую цену, как, например, кровь. Это другим подойдёт, послабее и посговорчивей. Или тем, кому немного надо — инкубы, например, уходили весьма сытыми и довольными даже без дополнительной платы. Абигор же брал только души. Для одного из первых, последовавших за Люцифером, для того, кто сошёл в Ад не ради выгоды,а лишь из-за глубочайшей преданности и дружбы, принести больше пищи и энергии было делом чести. Хотя сам Дьявол ни разу не потребовал от него отчёта о добыче, или приносить ему две трети полученных душ. Эти требования существовали для тех, кто решил встать на сторону сильного — ушедшие за слабейшим имели немыслимые привилегии. И ни один не спешил ими воспользоваться. Коротко усмехнувшись, мечник последовал за Зовом и угодил в отлично прорисованную пентаграмму вызова. С тройной линией защиты. Наверняка, её строил мастер — решил демон, поднимая глаза. И удивленно приподнял бровь, увидев напряжённо стоящую прямо около разделительной границы молодую, лет семнадцати, девушку. Она была немыслимо для любого хоть сколько-нибудь опытного демонолога близко, любой достаточно сильный демон был способен коротким рывком затащить вызвавшего внутрь пентаграммы. Тем более, Абигор. Он не стал этого делать именно потому что мог — такие игры для только доросшей до нового уровня молодежи. Осознающим же свою мощь вовсе не нужно каждый раз её доказывать. Поэтому демон, склонив голову набок, ждал. — Здравствуйте, — тихо прошелестела девушка. — Вы ведь Абигор, да? — А кого ещё ты ждала здесь увидеть? — недовольно рыкнул мечник. Девушка явно смутилась, даже немного покраснела: ну совсем ребёнок. Ей-то кого понадобилось убить? — Извините… Я впервые вызываю… — она беззащитно улыбнулась. Ещё одна ошибка, отметил Абигор. Нельзя говорить, что ты зовешь в первый раз. Обманут легко и без затей. Впрочем, она явно понимала, кого звала. В кругах демонологов мечник был славен тем, что всегда честно выполнял условия сделки, в отличие от того же Ваала. — И что тебе нужно? Учти, я высоко беру. — Я… Я вас не совсем для этого вызвала, — нервно пожала плечами девушка. — Садитесь..? Полупредложение-полупросьба прозвучала так, словно ему было куда сесть. Демон даже оглянулся назад, и его брови поползли вверх: в пентаграмме, ближе к одному из лучей, стояло кресло. Абигор опустился в него, и девушка, как-то облегченно вздохнув, села прямо на пол, обняв руками колени. Теперь, когда мечник присмотрелся к ней, он мог видеть болезненную бледность и худобу. Видимо, ей было непросто стоять. Да и на пентаграмму нужно немало крови. — Ну и зачем я тебе понадобился? Беру я в любом случае стандартную плату. Девчонка закусила губу: — Понимаете… Я не думала расставаться с душой, — Абигор угрожающе поднялся, готовый схватить сидящую неосмотрительно близко девушку за шкирку, но она быстро затараторила: — Я просто поговорить хочу! Всего лишь! От вас ничего не требуется, просто немного разговора, и всё! Если оплата не душой для вас неприемлема… я вас не держу. Вы вольны уйти в любой момент. В её глазах блеснули слёзы, и она быстро опустила ресницы, словно надеясь обмануть его таким по-детски простым жестом. Хотя, может, она и вправду думала, что демон не заметит, что она плачет?.. Хмыкнув, мечник проверил: и правда, девчонка воспользовалась редким типом пентаграммы, позволяющим вызыванному уйти самому. — Ты мне можешь внятно объяснить, зачем тебе понадобился демон для разговоров? — пророкотал Абигор. — Интересно… — Интересно — и всё? Тогда я ухожу. — Нет! — девушка вскочила на ноги, опасно покачнувшись, и посмотрела прямо в глаза демону, что считалось величайшей ошибкой: — Не уходите… Пожалуйста… Я умру скоро… Демон раздражённо закатил глаза: — Я не продляю жизнь! — Я и не прошу, — всё ещё не отводя взгляд, тихо прошелестела девчонка, и, обессиленная, опустилась на пол. — Просто разговор… Это разве много? Я вам всю энергию своей жизни отдам, когда вы уходить будете. До капли. Даже если вы сейчас уйдёте — только предупредите… Абигор помотал головой. Что здесь вообще происходит?! — Хорошо. Мы поговорим… Девушка, радостно вскинувшись, перебила его: — Спасибо! Демон скривился, как от зубной боли: — А вот этого не нужно. — Ой… Простите… Я просто уже привыкла так говорить, но я буду следить, правда! — Да тихо ты… Дитё... Девчонка улыбнулась, словно такое обращение было ей приятно. — Задавай вопросы. Отвечу. Она кивнула, и замолчала минут на пять. Потом подняла на него извиняющийся взгляд: — Понимаете… Я не думала, что у меня получится. Ну, и… — Ты не знаешь, что говорить, — раздражённо констатировал демон. — Простите… Ну… Вобщем, мне казалось, что если получится, то темы найдутся сами собой. Абигор не ушёл только потому, что своё обещание отдать ему жизненную силу девчонка явно вознамерилась выполнить во что бы то ни стало, а честь демона не давала ему просто принять столь щедрый дар. Вся жизнь, до капли — это почти как душа. Она и так отдает её даром, за простой разговор. Поэтому мечник кивнул: — Тогда вопросы задам я, — девушка согласно улыбнулась. — Почему ты вызвала меня? В Аду есть много мастеров слов, а моё дело — смерть. — Потому и не вызвала. Я не хочу разговаривать с существом, которое любит водить глупых девчонок вроде меня за нос… А вы не станете мне врать. Вам это просто не нужно. Мечник хмыкнул: — Интересная позиция. Мне нравится. Ну хорошо, пусть так. Как тебя зовут? — Леся… Ну, Олеся, то есть, — девчонка улыбнулась, теперь не так испуганно и неуверенно, словно согласие демона дало ей силы. — И почему ты умираешь? — задал мечник главный вопрос. — У меня рак, — пожала плечами девушка. — Я сейчас героином накачалась. Но умирать всё равно буду долго, долго и больно. Надеюсь, это будет равноценный обмен… — Нет, это не будет равноценно, — покачал головой мечник. Девушка замерла, вскинув на демона полные горечи и надежды глаза. Абигор четко продолжил, не отводя взгляд: — Ты не представляешь, сколько я буду тебе должен. Глаза Леси изумленно расширились: — Но… — Ты мне за разговор жизнью платишь. Тебе что, с сородичами не судьба пообщаться? — демон раздражался ещё и из-за этого долга, грузом повисшего на плечах. — Я же бомба, — хмыкнула девушка. — Я ведь в течении пяти лет уже неизвестно когда умру. А месяц назад мне сказали, что мне осталось не больше двух недель. Раньше хоть кто-то приезжал… теперь - нет. Никто не хотел мою смерть видеть, — девчонка снова спрятала слёзы. — Но я пять лет последних как отшельник — всё время одна… Ну, медсестра приходит, но ей не до разговоров. А я так не могу больше! Тем более раньше боролась, а теперь чувствую – всё. Демон думал почти пять минут, молча, и Леся даже вдохнуть боялась. — Я сейчас уйду, — подвел он итог, и услышал тихий судорожный вздох. — Подойди. Девчонка медленно приблизилась, криво улыбаясь. Мечник провел рукой по её щеке: — Сильная девочка, — мягко сказал он. — Не бойся. — Я не боюсь, — вздохнула Леся. — Можно сесть? Абигор кивнул, и девушка опустилась у его ног действительно совершенно без страха. Демон положил руку ей на голову. — Мне не становится хуже, — через пару минут сказала девчонка, и мечник изумился её честности. — Мне даже лучше. Так и должно быть? — Да. Ещё через несколько минут мечник закончил. — Все, вставай. Ты теперь здорова. — Ч…что?! Но как? Почему?! Взвившаяся на ноги девушка облокотилась на подлокотники кресла, сильно приблизив лицо к лицу Абигора. Он с улыбкой погладил её по щеке: — Просто ты очень сильная девочка. И ты мне понравилась, — повинуясь сиюминутному порыву, мужчина быстро коснулся ее губ в лёгком поцелуе и чуть не рассмеялся, наблюдая за её стремительно алеющими щеками. — Зови на чай, — зачем-то сказал он. И уж совсем глупо добавил, исчезая: — Я люблю с жасмином. Понятно ведь, что Абигор, один из лучших мечников, свою задачу выполнил. Девчонка скоро очнётся, осознает, кто пытался напроситься в гости, и выкинет всё из головы. Может, даже кошмары сниться будут. Да и заплатила она намного больше, чем стоило — впервые за последние тысячелетия мечнику было тепло.