Серое небо +36

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Агата Кристи

Пэйринг и персонажи:
Вадим Самойлов, Глеб Самойлов
Рейтинг:
G
Жанры:
Ангст, Драма, Психология, Повседневность, Hurt/comfort
Размер:
Мини, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Имея целую жизнь за плечами, Вадим всё чаще вспоминал детство, то время, когда им с братом было хорошо и спокойно, когда они радовались тому, что за окном светит солнце, а Вадим чувствовал безотказную любовь Глеба.

Посвящение:
Братьям Самойловым.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Небольшая зарисовочка, навеянная ностальгическим концертом "Агаты Кристи" в Питере.
26 июня 2015, 15:05
      Что ты чувствуешь, когда смотришь на него? Тебе хочется, как и раньше, обнять его и прижать к своей груди, погладить по волосам и сказать, что все будет хорошо. Но так много времени утекло с тех счастливых дней, что даже не верится, что ты всё ещё дышишь. Небо уже никогда не станет голубым. Оно всегда будет серым. Даже когда ярко светит солнце, ты всё равно видишь эту серость, она повсюду. Такова плата за умершее детство.

***


      Глеб и Вадим, хоть и были братьями, вечно спорили и ругались, слишком разными они росли. Но Вадим всегда чувствовал свою ответственность за младшего брата, которого он очень любил.
      Глеб был очень непростым ребенком, и когда он вырос, ничего не изменилось. Он был вспыльчивым, властным, жаждущим внимания, но при этом оставался очень добрым человеком, способным на большое чувство. Вадим был его противоположностью - спокойный, уравновешенный, вывести его из себя было практически невозможно, правда, Глебу это всё же удавалось. Имея целую жизнь за плечами, Вадим всё чаще вспоминал детство, то время, когда им с братом было хорошо и спокойно, когда они радовались тому, что за окном светит солнце, а Вадим чувствовал безотказную любовь Глеба.

***


      Сейчас, сидя в гримёрке, перед питерским ностальгическим концертом, Вадим всё время поглядывал на Глеба. Было в его взгляде что-то такое, чего Глеб не мог уловить.
- Ты чего так смотришь? - спросил Глеб сухо.
- Да так... Ты хорошо себя чувствуешь? - в голосе Вадима едва ли были слышны тревожные нотки.
- Сегодня получше. Надеюсь, доживу до конца концерта, - усмехнулся Глеб, повернувшись лицом к зеркалу. Лицо его было белое, почти мраморное, а губы, едва заметного, синеватого оттенка.
      Вадима очень беспокоило здоровье Глеба, которое в последнее время давало сбой. А Глеба всегда бесила излишняя опека старшего брата. Прошли те времена, когда ему нужна была нянька. Желание сблизиться с братом и наладить отношения Глеб воспринимал как желание его приструнить и отвечал агрессией. А Вадиму оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь они снова будут общаться, как раньше.
- Ребята, пора, народ уже запустили.
      Вадим встал и подошел к брату.
- Ну что, готов?
      Глеб медленно поднял свои ледяные глаза.
- Конечно. Пошли.

***


      Народу в зале было много. Точнее сказать, зал просто ломился от количества людей; все кричали, хлопали и бушевали, а когда на сцене появились братья, зал просто взорвался. Глебу не в первой было видеть такое, однако в этот раз вокруг их концертов действительно создался бешеный ажиотаж. Он видел в глазах фанатов надежду, что они снова будут петь вместе с братом, как раньше, и "Агата Кристи" снова оживёт и заиграет новыми красками. Но он этого не хотел. Он не мог пойти против себя и променять ту свободу, что у него была на возможность вновь петь агатовские хиты. Слишком многое произошло с ним и братом, и группа "Агата Кристи" уже прошла свою точку невозврата. Как и их детство.
      Весь концерт Вадим пытался зажечь Глеба, то и дело подбегая к нему с гитарой и легонько пихая его в плечо, но получал в ответ прожигающий взгляд и отступал. На самом деле внутри Глеба была настоящая война, и всё его нутро тянулось к любимому брату, не смотря ни на что. Но он был слишком горд, чтобы признать это.
      Когда братья уселись за рояль и начали играть "Серое небо", зал замер. Глеб пел, сидя рядом с Вадиком, закрыв глаза. Пальцы бегали по клавишам, а Глеб пел и вспоминал их счастливое и беззаботное детство в Асбесте. Когда-то они были просто братьями, между ними не было никакой вражды, а только настоящая братская любовь, такая, какой она должна быть. Но жизнь очень сильно изменила их, и вернуться назад было невозможно. Серое небо не станет вновь голубым, как бы сильно ты этого не хотел.

***


      После концерта братья зашли в гримёрку. Остальные участники пошли по своим делам: кто-то пошёл курить, кто-то решил пропустить бокальчик пива после тяжёлого концерта. Глеб же буквально рухнул на стул. Он был опустошён.
      Вадим подошёл к нему и присел на корточки. Глеб снова почувствовал на себе его пронзительный взгляд. Эти глаза, казалось, могли заглянуть в самые потаённые уголки души и увидеть, что человек там прячет.
- Что с тобой? - его голос был шелковым и мягким. Глеб в очередной раз хотел разозлиться, брат опять начинает опекать его, но что-то в нём сломалось в этот раз, и от прежнего жесткого Глеба не осталось и следа.
- Я устал, - прошептал он, еле шевеля губами. Его, обычно, ледяной взгляд вдруг стал тёплым. - Когда мы играли "Серое небо", я вдруг так затосковал по Асбесту... По тому времени, когда мы были маленькими...
- Понимаю, - Вадим положил свою руку ему на плечо, - Я тоже скучаю по тому времени. И по тебе.
      Глеб не понимал, что с ним происходит. Он смотрел на старшего брата и не чувствовал больше ни гнева, ни злости, ничего того, что мучило его все эти годы. Только любовь. Поколебавшись, он рывком притянул к себе брата и обнял. Это было настолько быстро, что Вадик даже не успел придти в себя. Это объятие было недолгим, но Вадим успел почувствовать то, чего ему так не хватало все эти годы - любовь своего младшего брата.
      Придя в себя, Глеб отстранился от Вадика, испуганно взглянув на него.
- Ладно, пойду покурю, - процедил он сквозь плотно сжатые зубы и вылетел пулей из гримёрки, стараясь забыть свою минутную слабость. А Вадим сидел и улыбался во весь рот. Чтобы там Глеб не говорил, но он по прежнему любит его. Ничего не изменилось. И это было самое главное.

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.