Весёлая жизнь в департаменте смерти

      Прошло две недели после уничтожения алого художества. Автор уже забыл о нём, теперь он творил пьесу. Только вот…       Я прекрасно понимала, что у этого* писателя пьеса получится не лучше картины, но ничего не могла сделать. Этот красный партизан вёл свою писательскую деятельность в строгой секретности. И это просто бесило.       Первый раз, когда я пыталась украсть то, что уже было написано, чтобы остановить, он поцеловал меня, и я сразу обо всём забыла.       Во второй раз (это было ночью), он просто внезапно зашёл в комнату. Шевелюра этого существа, торчавшая после сна в разные стороны, заставила меня выпрыгнуть в окно.       В третий раз Грелль уже не выдержал, достал бензопилу, давая мне понять, что не шутит. Ну, я и обнажила катану…       В общем вдвоём мы разгромили квартиру. Теперь он со мной не разговаривает. Да. Любопытство, хоть и с добрыми намерениями, до добра не доводит. Мне страшно представить, какая там была пьеса, что Грелль так яростно её защищал, а ещё хуже было то, какую роль он мне сейчас там отведёт. Я была бы рада, если бы он просто выбросил меня оттуда, но интуиция говорила, что он никогда не сделает так просто.       С трудом я дотерпела до того дня, когда Грелль решил продемонстрировать свои труды департаменту. В кабинет Уилла я шла, как на казнь, причём свою собственною.       Мои страхи оправдались. Грелль заранее определил все роли. В общем, было так. На первой же странице описание персонажей.

ГРЕЛЛЬ САТКЛИФФ – прекрасная принцесса; УИЛЬЯМ Т. СПРИПС – прекрасный принц; РОНАЛЬД НОКС – младший брат принцессы; ГРОБОВЩИК – добрая фея; АНАСТАСИЯ РОМАНОВА – злая ведьма.

      Ну, чего-то такого, в принципе, я и ожидала.       По сюжету прекрасная принцесса сидит в высокой башне под охраной злой ведьмы. По ходу, начало этот писатель* стырил у сказки «Рапунцель». Да и сам он был ведь почти как Рапунцель. А дальше прекрасный принц, увидев принцессу, сидевшую у окна башни, влюбился в неё и захотел освободить её. Ища способ спасти возлюбленную, принц пошёл в город и нашёл её младшего брата. Вместе они вызвали добрую фею, и она подарила им оружие, способное убить злую ведьму. Ну, а дальше и так понятно…       Я, конечно, понимала, что он меня ненавидит после драки в его квартире, но не думала, что на столько.       - Мистер Сатклифф, - серьёзно сказал Уилл, почитав вслух пьесу, - Вы действительно думаете, что я позволю ставить это на сцене?       - Но, Уилли, - заныл Грелль.       Мне показалось, что начальнику не понравилась не столько пьеса, сколько поцелуй в конце её. Я тоже была рада этому недовольству. Я хоть и не на столько влюблена в себя, как Грелль, но ведьму тоже играть не хочу. Тем более ту, которую убивают в конце.       - Нет, мистер Сатклифф. Такая постановка неприемлема.       - Интересная история, - хихикнул Гробовщик, тоже вызванный в кабинет к начальнику. – Я бы поиграл в феечку.       - Вот, слушай мнение старших, - хмыкнул обиженный автор.       - Так, ладно, проголосуем, - попытался урегулировать ситуацию Уилл. – Кто за постановку этой пьесы?       Гробовщик поднял руку, продолжая улыбаться, как придурок. Грелль, до слов Уилла играющий со своими волосами, поднял обе руки, вместе с волосами. Это выглядело так, будто он хотел нас напугать. Я тихонько засмеялась, закрывая рот ладонью. Но Грелль зло посмотрел на меня, и желание смеяться отпало само собой.       - Мистер Сатклифф, у Вас один голос, - напомнил начальник. – Хорошо. Кто против?       Мы подняли руки почти синхронно с Уилом. Результат: 2 за х 2 против. Не проголосовал только Рон. Он сидел в углу и опять копался в своей косе смерти.       - Мистер Нокс, Вы за или против? – обратился к нему Т. Спирс.       - А? – Рональд так сильно увлёкся газонокосилкой, что не слышал, о чём мы говорили.       - Вы за или против этой пьесы? – повторил Уилл.       - Я? Гм… Ну, не знаю. Я…