Я вижу тебя (Я хочу тебя)

Артуру действительно было интересно, как, черт возьми, Мерлину удалось перейти от едва способного попросить его член парня, к человеку, сделавшему ему лучший минет в жизни, и обратно - к робкой просьбе кончить ему на лицо, и все это меньше чем за час. Иногда ему хотелось, чтобы Мерлин, наконец решил, кто он: застенчивый маменькин сынок или уверенный в себе молодой мужчина. Каждый из них имел свои собственные достоинства. Первый был милым и нуждался в защите, другой был чрезвычайно горяч и мог позаботиться о себе сам. Мерлин, похоже, не мог переключаться между ними по своему желанию, но когда это все же происходило, все выглядело так, словно он с легкостью может обернуть Артура вокруг своего тонкого, манипулятивного пальчика. Какова мать, таков и сын, подумалось ему. Пендрагон вздрогнул от этой мысли, а вовсе не от температуры воды в душе. По крайней мере, ему удалось не сделать из себя дурака. Он был так близок к тому, чтобы начать кричать: «Да, Мерлин! Пожалуйста, доминируй надо мной! Шлепни меня, скажи, что я непослушный, грязный, сделай меня своей шлюхой! Вместо этого Артур легкомысленно сказал ему, что будет делать все, что Эмрис велит, если только тот сделает взамен одну маленькую вещь. И Мерлин сделал. О, как он это сделал. Артур подставил голову под струю воды. В его волосах еще оставалось немного спермы, что заставило их слипнуться и выглядеть ужасно. Он промывал их до тех пор, пока последние следы выделений не смылись полностью. Когда он начал мыть грудь, в его голову закрылась ленивая мысль: «А что Мерлин думает насчет пирсинга сосков?» *-*-* Войдя в дом, Мерлин прошмыгнул мимо матери, бросив ей через плечо: «Привет, мам», и пробежал по лестнице вверх, игнорируя ее оклик. Повернувшись, чтобы закрыть дверь своей спальни, он быстро втянул носом воздух и решил, что она, должно быть, говорила что-то о том, что обед будет скоро готов, и подумал том, что нужно как можно скорее запереть дверь. Он переоделся в свободные джинсы и футболку, пока ноутбук загружался. Время, определенно, играло против него; у него было всего несколько минут до того, как мама позовет вниз обедать, а после этого немногим меньше часа. Однако стоило ему открыть веб-браузер, он понял, что не знает, что именно искать. Через некоторое время Эмрис решил попробовать ввести в поисковик что-то простое, вроде «секс-игрушки». Через несколько секунд перед ним появились результаты поиска. Он нахмурился, разглядывая список сайтов. Они говорили о том, где купить, но не давали никакой толковой информации. Он сделал новую попытку, введя «виды секс-игрушек», и получил более удовлетворительные результаты. Мерлин выбрал наиболее перспективную ссылку на Википедию. Парень едва взглянул на остальной список, стоило ему увидеть «игрушки для сосков». В этом разделе было всего несколько пунктов, поэтому он тут же нажал на ссылку «зажимы для сосков», чтобы узнать, что это такое. Он подавил стон и сжал член через джинсы, когда читал о применении этой вещи: эротическое наслаждение, БДСМ – странные сексуальные взаимоотношения. Его взгляд затуманился, когда он представил себе Артура, связанного, извивающегося под ним, его черный галстук, который тот никогда не носил, теперь на нем в виде кляпа, почти душа блондина, его тело изгибается, умоляя о прикосновении. Мерлин посмотрел на цепи, прикрепленные к соскам женщины, и его сердце забилось как сумасшедшее, потому что это были те же цепи, что он видел у Артура. Стук в дверь заставил его вздрогнуть и захлопнуть ноутбук. - Мерлин? - Д-да, мама? - Я приготовила обед, если ты голоден. - Хм, - странные сексуальные взаимоотношения. – Я поел у Артура. Повисла пауза, и Мерлин буквально почувствовал через дверь ее неодобрение. Ей никогда не нравилось, если он пропускал приемы пищи вместе с ней. - Я скоро снова уйду, так что… сохрани его теплым, и я поем, перед тем как идти, - предложил он. Супа определенно не было достаточно, чтобы наесться, а ему нужны будут силы для той деятельности, которую он запланировал на более позднее время. - Хорошо, дорогой, - Мерлин подождал, пока не стихнут ее шаги, прежде чем снова открыть ноутбук. Он просматривал Википедию, одним глазом следя за временем. Там было так много всего, что он даже не знал, что из этого можно считать прелюдией к сексу. Эмрис нашел довольно подробное описание того, что Артур рассказал ему о простате, и, видимо, существовали целые клубы, посвященные тому, что он хотел сделать с блондином. Иногда они даже устраивали целые представления на сцене, перед людьми. Мерлин даже зарычал при мысли, что кто-то может увидеть Артура таким, каким видит его только он. А потом были разные вариации игр: пет-плей, эйдж-плей, пэйн-плей и подобное. Эмрис попытался представить Артура в каждой из этих ситуаций. Он раньше уже воображал, как тот задыхается от галстука, значит это, скорее всего, было бриф-плей. То, что делали эти люди на фотографиях, было, конечно, интересно, а иногда и возбуждающе… Мерлин, безусловно, хотел бы видеть Артура ходящим по дому в одном ошейнике, и идея стоп-слова тоже могла пригодиться, но он никак не мог применить большинство из этого к ним двоим. Так что, они, похоже, не смогут вписаться во все это. Но это даже подало Мерлину некоторые идеи. Прекрасные-прекрасные идеи. Парень провел большую часть времени, изучая, и после того, как его эрекция спала, он просто рассматривал, что эти люди делали друг с другом для сексуального удовлетворения. Некоторые из них были странными ("Золотой дождь? Серьезно?"), хотя, вполне вероятно, кто-то мог бы посчитать странными предпочтения самого Мерлина. Он действительно был не в том положении, чтобы судить. В конце концов, на часах было три-тридцать, и он закрыл свой ноутбук, чтобы пойти поесть. Спускаясь, Мерлин гадал, какие именно зажимы для сосков были на конце той цепочки. *-*-* - Куда ты идешь сегодня? – спросила его мама, ставя перед ним полную тарелку еды. - Смотреть, как Артур играет в футбол, - немного поколебавшись, ответил Мерлин. - Ох! Это очень… не похоже на тебя. Мне кажется, там будет много людей. Парень откусил побольше, чтобы получить немного времени на обдумывание, пока будет пережевывать: - Только несколько его друзей. Он сказал, что мне не нужно будет ни с кем разговаривать, если я не захочу. Она нахмурилась, садясь напротив него. Хотя Хунит и поела раньше, ей все равно нравилось сидеть рядом с сыном за одним столом. - Они ведь могут подумать, что ты не слишком вежлив. Не очень хорошее первое впечатление. Мерлин пожал плечами. - Может быть, тебе стоит подождать, пока ты не сможешь чувствовать себя более комфортно с другими людьми, прежде чем идти? Эмрис сглотнул. Только сейчас он понял, что мама всегда говорила с ним тихо, никогда не повышая голоса. Она только лишь намекала, зарождая в нем сомнения. Мерлин покачал головой: - Нет. Я могу поговорить с ними. Артур мне помогает. И… и будет помогать. Я прекрасно могу разговаривать с Уиллом. Может быть, я даже начну разговаривать с большим количеством людей на работе, - его речь ускорялась с каждым предложением, так как он пытался убедить самого себя. – Они такие же люди, как и я. У них есть свои истории, тайны, заботы и мечты. Я могу сделать это. Хунит посмотрела на него и печально вздохнула: - Ох, Мерлин, ты всегда был таким стеснительным… Парень хлопнул рукой по столу, повышая голос: - Нет! Я могу! Я не стеснительный! Его мать вздрогнула от крика, но посмотрела на него спокойно. Дыхание Мерлина было шумным и загнанным, так что он старался успокоить его. Его ноздри раздувались от гнева, а глаза неотрывно следили за матерью, когда та медленно поднялась из-за стола. - Мам? – крикнул он ей вслед, когда та вышла из комнаты. Он не встанет, чтобы пойти за ней. Нет. Вскоре она вернулась с мобильным и села рядом с Мерлином. - Что ты делаешь? – спросил он, когда она начала набирать что-то на нем. Она повернула телефон и показала ему: - Это номер твоего шефа, Мерлин. Я хочу, чтобы ты нажал на вызов, и когда он ответит, ты скажешь ему, что хочешь работать на кассе. У тебя ведь больше нет проблем с общением. И твоя мама будет рада увеличению зарплаты. Мерлин представил лицо своего шефа. Что он делает сейчас? Сегодня суббота, так что тот, скорее всего, наслаждается выходным днем. Он будет раздражен, если Мерлин позвонит ему сейчас. С чего бы ему начать? Что сказать? Он, наверняка, скорее расстреляет его, чем даст повышение. Он будет кричать, а Мерлин, заикаться, как всегда, когда нервничает. Нет, нет, лучше всего было бы не говорить с ним вообще. Он уже открыл рот, чтобы объяснить это своей матери, как она перебила его: - Никаких оправданий, Мерлин. Ты сказал мне, что можешь сделать это. Эмрис вдруг почувствовал, как что-то тяжелое обрушилось на его плечи. Мама была права с самого начала. Конечно, она была права. Она не могла ничего знать об Артуре, о том, как тот его любит, но она, определенно, знала все о Мерлине. Он ведь ее сын. - Я, - голос парня прервался, и он попытался снова. – Я не могу. Хунит не выглядела злой или расстроенной. Она просто отключила телефон и погладила его по колену, вставая, а потом поцеловала в макушку. - Все хорошо, дорогой. Я знаю. Потом она сделал то, чего никогда раньше не делала. Оставила Мерлина доедать одного. *-*-* - Хей, - окликнул Мерлина Артур, когда тот сел в машину. – Все хорошо? Парень старался не выглядеть слишком обеспокоенным, вздохнул, повернувшись к ремню безопасности. К тому моменту, когда он снова развернулся к Пендрагону, у него на лице появилась улыбка: - Да, все замечательно. - Ты решил взять свой iPod? - Да, он в кармане. - Отлично. Игра не займет много времени. Она, как правило, длится всего пару часов. Машина тронулась, и Мерлин вставил в уши наушники. Он позволил спокойным мелодиям The National успокоить себя, но, когда они подъехали к парку, сменил ее на Arctic Monkeys, более подходящих к его настроению. Он вытащил один из наушников, когда они приехали, и засунул плеер в передний карман. Артур все время держал его за руку, пока они шли туда, где другие люди уже играли в футбол. Мерлин улыбнулся, когда Гвейн подбежал к ним. - Ты сделал это! И ты привел Мерлина! – он протянул руку. – Теперь готов к рукопожатию? Эмрис покраснел и пожал ему руку. Та была большой, потной и полностью обхватывала его собственную. Мерлин был немного взволнован перспективой знакомства с другими, но, взглянув за плечо Гвейна, больше никого не увидел. - Привет, - сумел он выдавить наконец. - Ничего себе, а ты, и правда, не шутил, - Гвейн кивнул на него, при этом глядя на Артура. – Тихий, как мышь, - Мерлин покраснел еще сильнее и готов был провалиться сквозь землю. Ему, определенно, стоило остаться дома. Артур сжал его руку и подтолкнул локтем, солнечно улыбаясь: - Он разговаривает со мной, и мне этого достаточно. Кроме того, если бы он был дружелюбен со всем, я мог бы начать ревновать, - Мерлин закусил щеку, стараясь сдержать усмешку, и посмотрел себе под ноги. Гвейн вполне удачно изобразил рвоту: - Хватит на этом. Давай начнем игру? Мы ждали только тебя. - Хорошо. Одну минуту, - тот убежал, а блондин повернулся к Мерлину. – Садись там, где тебе понравится, только не слишком близко. Я не могу гарантировать, что по тебе никто не попадет, - он поцеловал его в щеку и убежал вслед за Гвейном. Эмрис осмотрел место для скамеек, и нашел две не слишком далеко от поля, но и не слишком близко. Одна из них была в тени дерева, а вторая наполовину под солнцем. На той, что под солнцем, сидела девушка и читала книгу, так что Мерлин направился к скамейке в тени. Он вернул второй наушник в ухо и, барабаня пальцами по бедру в такт музыке, посмотрел на игру. Артур на самом деле оказался очень даже хорош. Мерлин мог понять, почему друзьям не хватало его в команде. Между ними словно была негласная связь, потому что они, похоже, всегда знали, где находится на поле каждый из них. Хотя Мерлин даже не пытался следить за самой игрой. Он полностью сосредоточился на движениях Артура, на том, как выглядят его губы, когда тот задыхается от напряжения. Волосы на лбу блондина намокли от пота, щеки были ярко-красными, а глаза горели, пока он беспрерывно осматривался по сторонам. Мерлин ни разу не улыбнулся, хотя, зачастую, игра Артура и смешила его. Однако иногда были моменты, когда он хмурился: когда кто-то слишком долго обнимал Пендрагона, или когда кто-то слишком сильно толкал блондина локтем в живот. Эмрис был настолько увлечен наблюдением за Артуром, что не замечал того, что девушка с соседней скамейки перебралась к нему, пока не стало слишком поздно. Он подавил вздох, доставая наушники, чтобы услышать вторую половину ее приветствия. - …имя Гвен. Я девушка Ланса. Мерлин пожал ее протянутую руку. По крайней мере, это было не так плохо, как в случае с Гвейном. - Мерлин. - Приятно познакомиться, Мерлин. Ты здесь с Артуром, да? - Да. Она смотрела на него так, словно ожидала чего-то большего, но парень не знал, что еще сказать. Он поджал губы и снова посмотрел на поле, размышляя, насколько грубо будет, если он снова вставит наушники, когда она указала на парня, стоящего в воротах. - Это Ланс. - Хм. - Ты нечасто смотришь футбол, да? Мерлин покачал головой: - Действительно. - Ну, Ланс, вратарь… - Я знаю это, - сказал он, прежде чем успел себя остановить. К счастью, Гвен лишь рассмеялась: - Да, большинство людей знают хотя бы это. Ты знаешь, на какой позиции играет Артур? Мерлин повернулся, чтобы посмотреть, как Артур гоняет мяч по полю. Он перемещался мимо задней линии обороны и приближался к цели, но вдруг сделал пас Гвейну. - Нет. Я думал, что они просто по очереди бегают с ним. Гвен снова рассмеялась, и парень подумал, что ему нравится ее смех: - Вроде того. Есть нападающие и защитники, но в такой маленькой игре все эти роли довольно размыты. Артур нападающий. Это значит, что он забивает большинство голов. - Ох… Хорошо. - Гвейн – полузащитник, так что его задачей является получить мяч. Потом, как правило, он передает его Артуру, но если того нет поблизости, то старается забить в ворота. Артур быстрый и ловкий, так что, несмотря на то, что каждый раз противоположная команда ожидает именно этого поведения, оно все равно работает. Мерлин не мог не улыбнуться на это. Он, возможно, знал о футболе не много, но этого ему было достаточно, чтобы гордиться. - Там есть еще пара людей. Вон тот, в зеленом – центральный игрок. А вон тот – Персиваль, он играет в защите перед Лансом, с парой других ребят. Мерлин проследил за движениями ее пальца, но ему было сложно так быстро понять, кто где играет, потому что игроки все время находились в движении. Хотя Гвен объяснила ему основы: защитник, полузащитник и нападающий, прямо как в пирамиде. Поначалу ему было скучно. После того, как девушка сказала ему, на какой позиции играет Артур, он хотел просто вернуться к прослушиванию музыки, но, в конце концов, игра его заинтересовала. Гвен говорила, что внушительная физическая сила помогала Персивалю быть хорошим полузащитником, как быстро Тристан мог сделать передачу, если у Гвейна не получалось дать пас Артуру. Она объяснила, что иногда, когда набиралось больше людей, то появлялся и второй нападающий, роль которого, сейчас, по сути, исполнял Тристан. И рассказала, каким хорошим вратарем является Ланс. О последнем она говорила с явной гордостью, а Мерлин в этот момент наблюдал за выражением ее лица. Она все время не отрывала взгляда от Ланса, и в ее голосе явственно сквозила любовь к нему. Было очень интересно наблюдать за тем, как она говорила о нем, особенно с такого близкого расстояния. - О, это выглядит так, словно они закончили. Мерлин повернулся, чтобы посмотреть, и игроки действительно начинали расходиться. А Ланс и Артур как раз направлялись к ним. - Ты был великолепен, Ланс! – воскликнула Гвен, когда те подошли, и он сел между ними, справа от нее. - Спасибо, Дженни. Я не мог играть хуже, зная, что ты смотришь, - сказал он, положив руку ей на плечо. Артур приземлился слева от Мерлина и тоже положил руку ему на плечо. Тот тут же придвинулся ближе, ощущая знакомый, успокаивающий запах блондина. - Я так не бегал уже очень давно, - задыхаясь, выдал Пендрагон. – Я полностью вымотан. - Это означает, что ты не пойдешь с нами выпить? Артур глянул на Мерлина, который незаметно покачал головой: - Нет, думаю, сегодня я пас. - Ну, что ж, значит в следующий раз. - Ланс, это Мерлин, - махнула рукой в сторону парня, Гвен. – Мерлин, это Ланс. - Э-э, привет. - Рад наконец-то встретиться с тобой, Мерлин, - кивнул парень, не став тянуться через Гвен, чтобы пожать ему руку, чем тут же понравился Эмрису. Ведь чем меньше рук он сегодня пожмет, тем лучше. – Я слышал, что тебе удалось вытащить Артура на инди-концерт. Похоже, ты хорошо влияешь на него. Мерлин покосился на блондина и не мог понять, тот все еще красный после игры, или покраснел от слов Ланса, но все же глаза Артура его выдали . Эмрис рассмеялся, вспомнив, насколько у того плохой вкус в музыке. - О Боже, Ланс, - благоговейно прошептала Гвен. – Ты заставил его смеяться. Я пыталась сделать это в течение всего прошедшего часа. Артур сжал его плечо: - Мерлин вообще веселый парень. «О нет, Боже, не говори этого». - Да? – Гвен удивленно приподняла бровь. - Именно, - кивнул Пендрагон. – Но только для меня. Он весь мой. Мерлин просиял. Ему понравилось, как это звучит. - Как всегда, эгоистичный мерзавец, да, Артур? – заметил Ланс. – Ну, может быть, в один прекрасный день, Мерлин нам все расскажет. Нам уже пора идти. Гвейн всегда заставляет… - … последнего оплачивать весь счет, - закончил за него Артур. – Хорошо, еще увидимся. - Был рад снова поиграть с тобой. Без тебя на поле все было совсем по-другому. Придешь в следующую субботу? – они встали, чтобы идти. - Может быть, - уклончиво ответил Пендрагон, пожимая плечами. - Пока, Мерлин, - через плечо помахала ему Гвен. Парень помахал ей в ответ, застенчиво улыбаясь. - Ты выглядел таким сосредоточенным, - сказал Артур. – О чем же вы двое говорили? - О футболе. - Действительно? - Она объясняла мне правила. Я не очень в них разбираюсь. - Бьюсь об заклад, что больше всего она говорила о том, какой Ланс хороший вратарь, да? – усмехнулся блондин. - И о том, какой ты хороший нападающий. Она сказала, что ты быстрый и ловкий, и ни у кого не получается остановить тебя. Артур рассмеялся: - Гвен никогда не говорила этого мне. Ладно, пошли. Мне еще в душ нужно, - он поднялся со скамейки. - Нужна помощь в мытье спины? *-*-* - Когда-нибудь я установлю видеокамеру, чтобы показать всем, какой ты извращенец, - сказал Артур, когда Мерлин начал проворно снимать с него шорты. Руки парня скользнули по его бедрам, когда он вернулся в вертикальное положение, чтобы снять с блондина еще и рубашку. Эмрис тихо мурлыкал себе под нос, раздевая Артура.- Но тогда все также увидят, как ты, словно шлюха, просишь мой член, а я не хочу, чтобы это видел кто-то, кроме меня. Тело тут же отозвалось на эти слова усилившимся возбуждением. - О мой Бог, Мерлин, откуда это все берется? – тот начал раздеваться сам, и Артур смотрел на него, затаив дыхание. Эмрис лукаво посмотрел на него, стаскивая с себя джинсы: - Из моего рта. Вдруг Артур почувствовал, что безумно хочет поцеловать партнера. Он дернулся вперед, прижимая парня к себе и буквально кусая его за нижнюю губу. Руки Мерлина обхватили его за бедра, а потом переместились на задницу. Блондин потерялся в ощущениях, совершенно забыв, чем они занимались до этого. - Черт, Артур, - выдохнул Эмрис. – Дай мне сперва раздеться, а потом… - Да. Как только Мерлин разделся, блондин тут же притянул его обратно, и душ был совершенно забыт. Всю дорогу из ванной до спальни они не прекращали целоваться до тех пор, пока Артур не толкнул его на кровать. Парень упал на нее, смеясь. - Ты любишь меня? – спросил он, улыбаясь, когда Пендрагон наклонился, чтобы поцеловать его шею. - Да, - выдохнул Артур, оставляя засос рядом с его ключицей. - Любишь ли ты, когда я говорю тебе пошлости? Блондин застонал, потираясь о него: - Черт, да. - Любишь ли ты, когда я заставляю тебя просить? Пальцы Артура буквально впились в талию парня, так, что тот был уверен, что точно останутся отпечатки. - Да, да, я люблю это, - выдохнул блондин ему в шею. Одним пальцем Мерлин провел по его телу от колена до лопаток, вызывая у Артура дрожь. - Позволь мне связать тебя. Член блондина дернулся, и тот очень понадеялся, что тот жалкий хныкающий звук издал не он. При этом Пендрагон мысленно уже умолял: «Да, пожалуйста, свяжи меня, трахни как можно сильнее, пожалуйста, Мерлин». Но он не позволил этим мольбам сорваться со своих губ. Ему нужно было, чтобы Мерлин сам вытянул их из него. Встать и подойти к шкафу за наручниками вдруг показалось непосильной задачей. Он ни на секунду не мог заставить себя отпустить Мерлина. Поэтому оставил решение за ним. К счастью, или, возможно, все же несчастью, Эмрис действительно все решил за него. Он выскользнул из-под Артура и направился в противоположную сторону комнаты. Блондин понял, что происходит, только когда услышал скрип выдвигающегося ящика. - Ах ты, ублюдок, ты смотрел! Мерлин повернулся к нему с кожаными наручниками, болтающимися на пальце: - И что ты сделаешь? – с усмешкой поинтересовался он. Пендрагон сглотнул, изо всех сил стараясь, чтобы вид Мерлина, держащего предмет из его фантазий, не отвлекал его. - Так я и подумал, - заявил парень и бросил наручники на кровать. Они упали совсем рядом с ним, и, подняв их, блондин, закрепил один из браслетов на запястье, пока тот продолжал рыться в ящике. Артур взялся за второй, но его остановил сердитый голос Мерлина. Он еще никогда не слышал у партнера таких интонаций. - Сними. Блондин посмотрел на него. Глаза парня были холодны и излучали не просто гнев, а, что еще хуже, неодобрение. Артур почувствовал, как его желудок ухнул вниз от осознания того, что он сделал что-то, чего не должен был делать. Мерлин медленно приблизился к нему: - Я разве говорил, что ты можешь надеть их? – спросил парень. - Нет, - хрипло прошептал Артур. - Будешь ли ты еще что-то делать без моего разрешения? - Нет. - Передвинься к спинке кровати и подними руки. Артур моргнул. Неужели он правильно расслышал? Но стоило Мерлину приподнять бровь, как Пендрагон тут же передвинулся назад, чтобы сделать так, как ему сказали, прежде чем тот снова разозлится. По его рукам уже буквально через несколько секунд побежали мурашки. Ему казалось, что большая часть крови устремилась к члену, настолько сильно Артур был возбужден, лишь слыша голос Мерлина, но потеря чувствительности в руках все же подтвердила, что кровь все еще циркулирует по его телу. Мерлин тянул время. Раньше он имел возможность лишь быстро прочитать обо всем этом, поэтому теперь он неловко, но заинтересованно рассматривал каждую вещь, и Артур не мог сделать ничего, чтобы остановить его. Тот слышал звон цепей, шелест кожи и скрежет металла, когда парень брал в руки каждую игрушку. Каждый раз, когда блондин видел улыбку, появляющуюся на лице парня, его сердце начинало биться быстрее. Он не знал, что же именно Мерлин выберет, но точно знал, что это доставит им обоим много удовольствия. - Скажи мне свое второе имя, - внезапно сказал парень, даже не поворачиваясь от шкафа. - Говард, - мгновенно ответил Артур. Эмрис одобрительно хмыкнул. Блондин не знал, что чувствовал сейчас. Он понимал, для чего был этот спонтанный вопрос: испытание своей власти и его послушания. Но то тепло, что разлилось у него в груди, объяснить было невозможно. Он знал, что хочет большего. Когда Мерлин, наконец, вернулся, в его руках было только кольцо на член. Он забрался на кровать, вставая на колени, и надел его. Застегивая на Артуре наручники и тщательно закрепляя их, он сказал небрежно: - По-видимому, ты очень хорошо изучил мой член. Это кольцо не регулируется, и оно слишком велико для тебя. Покупая его, ты должен был быть уверен, что оно точно мне подойдет. Он передвинулся, вперед, чтобы закрепить второе запястье, и Артуру пришлось бороться с желанием податься немного вперед, чтобы взять его член в рот. - Чтобы быть настолько уверенным, ты должен был изучить его очень хорошо, - Мерлин потуже затянул браслеты, прежде чем закрепить их на спинке кровати. Только когда он сделал это, Артур понял, что те действительно туго затянуты, настолько, что могли даже поранить кожу, но он не мог, не должен был говорить об этом Мерлину. - Ты, Артур Пендрагон, шлюха, помешанная на членах. «Да, блять, я шлюха для твоего члена, да, это я». - Ты знаешь, кто я, Артур? – он пальцем приподнял подбородок блондина так, чтобы тот смотрел прямо ему в глаза. – Я девственник. И я собираюсь подарить свою девственность шлюхе. - Я… - Молчи. Мерлин наклонил его голову так, что Артур уперся подбородком себе в грудь, и тот держал ее в таком положении, несмотря на то, как сильно ему хотелось посмотреть, чем занимается Эмрис. Он явственно услышал, как тот достал из ящика смазку и презервативы, и его сердце заколотилось, как сумасшедшее. Артур оказался прав. Мерлин положил их возле его ног и снова направился к шкафу, вернувшись оттуда с тем самым черным галстуком, который блондин никогда не носил, и снова оседлал его. Первая трещина в его жестком поведении появилась, когда соприкоснулись их члены. Мерлин резко вдохнул, и на его лице проступило выражение явного удовольствия. Артур видел, с каким трудом тот удерживал себя от того, чтобы повторить это движение. Было приятно знать, что его милый, нежный Мерлин все еще находится там, внутри, просто сильный Мерлин взял контроль на себя. Не менее приятно было знать, что тот может стать таким, чтобы доставить удовольствие Артуру. - Закрой глаза, - хрипло приказал Эмрис. Артур закрыл глаза и сразу же почувствовал, как поверх них легла мягкая ткань галстука. Мерлин крепко завязал его на затылке блондина, временно ослепляя его. С завязанными глазами он начал гораздо сильнее ощущать прикосновения, движения и звуки. Артур чувствовал, как парень передвинулся на кровати, слегка задев его, а потом и вовсе встал с нее. Потом последовал скрип дерева, означавший, что парень снова полез в ящик. На этот раз он был быстр, как будто точно знал, что ему нужно. Сердце Артура бешено билось в груди. Мерлин нарочно завязал ему глаза, чтобы он не знал чего ожидать. Неизвестность убивала его. Пендрагон ,услышал звук открывающейся крышки баночки со смазкой, а потом ловкие руки парня раздвинули ему ноги и приподняли для лучшего доступа. Наконец, Мерлин был внутри него. Артур мечтал о его пальцах, двигающихся внутри него, казалось, годы, хотя на самом деле с прошлого раза прошло всего несколько дней. Теперь же каждое движение из-за завязанных глаз чувствовалось им намного острее, чем обычно. Даже миллиметр был сродни драгоценному дару. Блондин мог только воображать, как у него внутри будет ощущаться член Мерлина. Тот как будто практиковался, потому что нашел простату Артура как чертов эксперт, и звук цепей о спинку кровати был настолько же громким, как и стон блондина. Мерлин сделал это снова, сгибая пальцы и потирая это славное место, заставляя Артура напрягаться всем телом и бороться с наручниками, удерживающими его. Пендрагон почувствовал, как капелька смазки заскользила вниз по его члену. Перед его мысленным взором она оставила блестящий след на коже, медленно скользя вниз, как капля дождя по стеклу, но вдруг он почувствовал, как язык Мерлина слизал ее. - Тебе так сильно нравится это. Жалкий всхлип, прозвучавший в комнате, без сомнений, принадлежал Артуру. Ему нужно было больше, гораздо больше. Больше пальцев, больше влажного тепла вокруг его члена, больше кожи Мерлина, соприкасающейся с его собственной. Он бился в наручниках, хотя и знал, что это бесполезно. Он даже не мог видеть, насколько смешно он, должно быть, выглядит, потому что ему завязали глаза. Но Мерлин быстро успокоил его, резко добавляя еще один палец. Растяжение было достаточно болезненным, чтобы Артур прекратил бороться и сделал глубокий вдох. У него ничего не выйдет. Мерлин, определенно, не станет действовать быстрее. Он должен просто расслабиться и позволить тому делать то, что хочется… Прикосновение руки парня к бедру слегка утешило его. - Вот так, Артур. Отпусти. Отдай мне все, а я дам тебе то, что ты хочешь. Пендрагон попытался успокоить дыхание. Он полностью сосредоточился на звуках вдохов и выдохов, пока Мерлин медленно растягивал его. Он может сделать это. Он может отдать Мерлину все – хочет отдать ему все – и быть хорошим для него. И тогда парень развел пальцы в стороны, вырывая из груди Артура стон, переходящий в приглушенный всхлип. Блондин никогда в своей жизни не чувствовал подобного удовольствия, даже не думал, что оно вообще существует. Артур должен был напомнить себе, что это всего лишь пальцы и что скоро станет еще лучше. Он уже почти открыл рот, чтобы попросить его, но остановился. «Молчать». Это было последним приказом Мерлина. Артур может издавать какие угодно звуки, но не может сказать ни слова. Поэтому он принялся молча дергать бедрами. Он умолял парня, гремя цепями о спинку кровати и яростно тряся ее. В результате произошло самое страшное. Мерлин вытащил пальцы. Артур замер. В наступившей тишине он услышал, как парень смазывает что-то. Его сердце забилось быстрее, в то время как желудок ухнул вниз. Когда пробка протолкнулась внутрь, он подумал: «Нет! Я не хочу это! Я хочу твой член, дай мне его!» Как только Артур привык к вторжению, пробка проскользнула глубже, растягивая его гораздо сильнее, чем пальцы Мерлина. А тот передвинулся так, что оседлал грудь блондина, а затем пальцы коснулись его губ. - Открой. Артур открыл рот и не был разочарован, когда член Мерлина проскользнул внутрь. Он вошел слишком глубоко и слишком быстро, так что блондин подавился, но вскоре привык к гладкой, горячей, пульсирующей плоти на языке. Вздох удовольствия от Мерлина наполнил его гордостью. Кровать начала немного трястись, когда парень принялся трахать его в рот, что Артур с удовольствием позволил ему. Эмрис двигался медленно, беря все, что ему было нужно, от тела блондина и нежно поглаживая его волосы, словно в благодарность. Другой рукой он дотянулся до скованных рук Артура, и разжав одну из них, переплел их пальцы вместе. - Ты видишь, Артур? Я всегда дам тебе то, что ты хочешь, - тихо сказал он. - Доверяешь ли ты мне в том, что я знаю твои желания? Пендрагон кивнул с членом во рту. Мерлин обхватил обеими руками его лицо, очерчивая большим пальцем потрескавшиеся, растянутые вокруг члена губы. - Ты заставляешь меня чувствовать себя так хорошо, Артур. Я так счастлив. Как я оказался настолько храбр, чтобы сделать что-то подобное, когда прекрасно знаю, что я настолько жалок, что даже не могу позвонить по телефону. Что? Это был внезапный поворот событий. Откуда взялось это… - Я собираюсь заставить тебя чувствовать себя так же хорошо, Артур. Но я хочу, чтобы ты мне доверял, - пальцы парня сжались в его волосах, больно оттягивая их, так что на глазах у блондина даже выступили слезы. – Ты не будешь просить, пока я не велю тебе сделать это. Ты не будешь снова бороться против наручников. Тебе понятно? Струйка слюны потекла по подбородку Артура, когда он кивнул. Он мог сделать то, о чем просил Мерлин. Он не будет пытаться найти лазейку в его приказах. Он будет вести себя так, как это необходимо Мерлину. Но вдруг член Эмриса покинул его рот, и Пендрагон всхлипнул от потери. Артур чувствовал себя пустым без него, чувствовал, что не выживет, если тот не даст ему что-нибудь, чтобы сосать. Блондин облизал губы и вдохнул через нос. Доверять Мерлину. Мерлин знает, что ему нужно. Мерлин даст ему то, что он хочет. Он почувствовал, как парень сел ему на бедра, и их члены снова соприкоснулись. Его руки блуждали по груди Артура и вскоре остановились на плечах, а пальцы поглаживали ключицы. Пендранон чувствовал, насколько близко были их лица, по его дыханию. И тогда Мерлин поцеловал его. Пальцы Артура дернулись от желания коснуться лица парня, зарыться в его волосы цвета воронова крыла. Это был обычный поцелуй, только губами, без языка, хотя блондин и чувствовал, как дрожат у того бедра. Это напомнило ему, что происходящее не является «вставь в меня свой член немедленно» или «делай то, что я сказал, потому что ты моя шлюха». Это было что-то, в чем Артур нуждался, сам того не подозревая. Нежный поцелуй вывел его из тумана похоти. Когда он закончился, Мерлин прижался своим лбом к его и просто дышал. Блондин слышал дрожь в каждом выдохе, и это было еще одной трещиной в оболочке парня. Он очень хотел видеть, как сейчас выглядит Мерлин. Были ли нахмурены его брови, когда он взял лицо Артура в руки и собрал все силы, чтобы продолжить? Каким взглядом он смотрел на него? Может быть, его глаза вообще были закрыты? Это продолжалось всего мгновение, и вскоре тепло тела Мерлина снова покинуло его. Артур услышал шум разрываемой обертки презерватива, а потом - как парень смазывает себя. Блондин развел ноги и приподнял бедра, даже не осознавая, что делает. Пробка сильно ощущалась внутри. Но теперь он был спокоен. Его пульс успокоился, но только до тех пор, пока из него не достали пробку, потому что он знал, что ждет его дальше. Мерлин подхватил его под колени и задрал ноги так, что задница Артура, в конечном итоге, оказалась в воздухе. Пендрагон выдохнул. Он слышал, как парень дышит вместе с ним. Кончик члена Мерлина едва успел коснуться его отверстия, как тот вдруг заявил: - О, кстати, ты можешь говорить, - тогда он, наконец, скользнул внутрь, преодолевая первое кольцо мышц. Он не останавливался, просто медленно двигался все глубже и глубже. Каждый новый сантиметр был для Артура словно подарок, а стоны его становились все громче и громче с каждым толчком партнера. Блондин подумал о том, что тот просто не сможет войти еще глубже, когда почувствовал яйца Мерлина, вплотную прижавшиеся к его заднице. Они оба на мгновение замерли, осознавая, что Эмрис вошел в него до самого конца. Парень толкнулся разок и ахнул: - О, черт возьми, это так хорошо, - Артур был с ним полностью согласен и сильно сжал этот огромный член внутри себя. Боль от растяжения чувствовалась уже не так сильно, когда Мерлин снова толкнулся внутрь. Он начал двигаться, медленно и плавно, что, вероятно, было в интересах их обоих. Блондин не думал, что сможет выдержать, если Мерлин слишком рано начнет быстро двигаться. Но парень, будучи девственником, вероятно, хотел наслаждаться этим как можно дольше. Артур чувствовал все, и, хотя он был ослеплен, все равно ему казалось, что он может видеть. Руки Мерлина переместились на его бедра, притягивая ближе. Стук о стену, это бьющаяся о нее спинка кровати, шипящий звук, это Мерлин втянул воздух через сжатые зубы, и Артур буквально видел его поджатые от концентрации губы. Влажный хлюпающий звук, это парень движется в нем, и очень хорошо можно представить, как тот сконцентрирован на этом движении. Медленно, но верно Эмрис начинал ускоряться. Стук изголовья стал громче, его дыхание тяжелее, и все сильнее становился звук ударов кожи о кожу, когда Мерлин толкался внутрь. Цепи наручников гремели, пока парень таранил тело Артура. Вдруг блондин запрокинул голову и застонал. Мерлин снова нашел это место. «О, Боже, ебать, да здесь, нужно это, трахни меня, трахни меня, сильнее, проклятье, сильнее!» Руки Эмриса оставили его, и блондин почувствовал, как промялась подушка, когда тот уперся на них по обеим сторонам от головы Артура. Опустив ноги, Пендрагон обхватил ими талию Мерлина, чтобы притянуть того ближе. Парень наклонился, соприкасаясь с ним кожей, что было сейчас необходимо Артуру. Его член, наконец, получил так нужное ему трение, между их животами. Дыхание Мерлина опалило его ухо: - О да, о да, Артур… Он чувствовал, как член парня толчками выплескивает сперму у него внутри. «Когда он снял кольцо с члена? - подумал блондин. - Вероятно, когда надевал презерватив». Он как раз забеспокоился о том, что Мерлин может забыть о нем. «Нет, он бы не забыл, он даст мне то, в чем я нуждаюсь, я знаю это». Когда Эмрис отдышался, он скользнул рукой между ними и взялся за член Артура. Блондин ахнул, когда Мерлин дернувшись внутри еще пару раз, принялся быстро и грубо двигать по нему рукой, заставляя его кончить сильнее, чем когда-либо в жизни. *-*-* Мерлин чувствовал себя усталым, но это была самая приятная усталость из всех. Он сделал это: он трахнул объект своих фантазий, привязанный к кровати. Парень сказал Артур, что тот может говорить, потому что хотел услышать его мольбы, как тот часто делал в его фантазиях. Но ведь раньше он сказал блондину не просить до тех пор, пока он сам не велит ему сделать это. Он действительно был ужасен во всем, что касалось БДСМ, не так ли? Ему просто хотелось лежать и наслаждаться моментом, пока успокаивалось его дыхание, но руки Артура беспокоили его слишком сильно. Может ли тот хотя бы чувствовать их? Может быть, ему не стоило так долго заставлять Артура ждать, прежде чем они начали все это? Мерлин чувствовал вину за это, потому решил действовать быстро. Он вышел из Артура, снял презерватив и поспешил расстегнуть наручники, правда, оставил их висеть на спинке кровати, потому что ему понравилось то, как они висят там, намекая на повторение всего этого в ближайшее время. А почему бы и нет? Они в любом случае собирались принять душ, так что, все, что оставалось ему сейчас, это снять повязку с глаз Артура. В первую очередь Мерлин завязал ему глаза, потому что так ему было легче. Слишком трудно было постоянно выглядеть суровым и доминантным. Он не был полностью уверен, что смог бы все это время смотреть Артуру в глаза. Он не был уверен, что сможет посмотреть в них сейчас. Мерлин сделал глубокий вдох. Технически, Артур все еще находится под его контролем. То, что он не снял повязку сам, давало понять, что он ждет команды Мерлина. Это немного утешило парня. Он мог сделать это. С Артуром он мог сделать что угодно. Заведя руки под голову блондина, он развязал галстук, стараясь не дергать того за волосы. Когда он снял его и отбросил в сторону, Пендрагон еще несколько мгновений лежал с закрытыми глазами, прежде чем открыть их и осмотреться по сторонам. Мерлин улыбнулся ему, как он надеялся, уверенной улыбкой: - Привет. Взгляд Артура остановился на нем, и он улыбнулся в ответ, слабо, но искренне: - Привет. - Как твои руки? Блондин сжал и разжал их, а потом снова посмотрел на него: - Покалывает немного. - Тебе нужно пару минут, прежде чем пойти в душ? Мне точно нужно. Артур рассмеялся, и Мерлин почувствовал облегчение: - Да, определенно. Может быть, даже больше чем пару, на самом деле. Парень только собирался лечь рядом с Артуром, как услышал звонок своего мобильного. Только один человек сейчас мог звонить ему. Он застонал. - Не надо, - блондин схватил его за запястье. – Пожалуйста. Пускай звонит. Артур никогда не выглядел таким уязвимым раньше. Мерлин закусил губу, но кивнув, лег рядом с ним, за что был награжден довольной улыбкой. Но его мать не унималась. Она звонила снова и снова, и Мерлин знал, что если она не сможет дозвониться, то просто перейдет через дорогу и будет стучать в дверь, пока кто-нибудь не откроет. Со вздохом он выскользнул из объятий Артура и взял телефон: - Алло? Голос Хунит звучал раздраженно и взволнованно, но она не стала кричать: «Мерлин, где ты?» - Мне показалось, ты сказал, что пойдешь ненадолго. Прошло уже почти четыре часа. - Я сказал тебе, что пойду смотреть, как Артур играет в футбол. - Уже темно. Никто не играет в футбол в темноте. - Мы вернулись не так давно. - Ты должен был позвонить мне. Я так волновалась, Мерлин. Я думала, случилось что-то ужасное… - Я в порядке. - Да, хорошо. Тогда иди домой, Мерлин, ты проводишь с ним слишком много времени. - Что? Я не видел его почти неде… - Сейчас, Мерлин, - она повесила трубку не оставляя возможностей для возражений. - Угх! – парень отбросил мобильный на кровать, и тот, подпрыгнув, чуть не упал. Артур, правда, быстро среагировал, поймав его. - Я ненавижу ее! Ненавижу ее, ненавижу, ненавижу! - М-мерлин? Тот едва услышал Артура. Он развернулся и ударил стену так, что боль пронзила всю его руку, но и в стене остался внушительный след от кулака. - Чертова сука! – крикнул он. – Угх! – парень заскрежетал зубами. Он дрожал от злости всем телом, когда пошел в ванную, чтобы одеться. Подхватив с пола штаны и натянув их, он лишь смутно осознавал, что Артур наблюдает за ним из спальни. Когда он вернулся, Пендрагон уже встал с кровати и протягивал ему телефон: - Значит, ты уходишь? - Я должен, - Мерлин закусил губу и взял телефон. - Потому что она велела тебе? Мерлин сжал зубы: - Да. Она моя мать, Артур. - И тебе двадцать пять. - И? От этого она перестанет быть моей матерью? - Ты не должен делать все, что она говорит. Ты достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе сам. «Но я не могу. Просто мысль о том, чтобы позвонить кому-либо, заставляет меня нервничать». Мерлин отрицательно покачал головой, гнев стих, но не ушел полностью: - Я не могу. Я нуждаюсь в ней, а она нуждается во мне. Как бы я иногда не ненавидел это. - Нет, ты… - Мне жаль, Артур, но я должен идти. Он уже почти спустился с лестницы, когда Артур окликнул его, но на этот раз Эмрис проигнорировал его. *-*-* - Мерлин, дорогой… - Не смей говорить со мной, - парень прошел мимо нее. - Это для твоей же пользы, Мерлин, ты ведь знаешь, что не можешь долго находиться среди людей, - сказала ему в спину Хунит. – Ты слишком эмоционально реагируешь. Он промчался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и захлопнул дверь в свою комнату, сразу же запирая ее, а потом упал на стул и скрестил руки. Даже без телескопа он видел, что свет в спальне Артура включен, но нет никаких движущихся теней. Видимо, тот сейчас находился в душе. И Мерлин должен был быть там с ним. Он слышал, как мать медленно поднимается по лестнице и останавливается перед дверью. - Нам надо поговорить, Мерлин. - Убирайся! Ее вздох был слышен даже через дверь. - Ты помнишь Гаюса? – Мерлин помнил. Он был старым другом семьи, который иногда навещал их, после того как отец ушел. Хунит была настолько подавлена, что не могла ходить на работу, и Гаюс заботился о них. Но к чему она вспомнила о нем сейчас? Мерлин не видел его несколько месяцев. – Он звонил, пока тебя не было, - продолжила она. – Ему нужна будет твоя помощь завтра. Тебе придется рано встать, чтобы я могла отвезти тебя. Отлично. Даже свое свободное воскресенье он не мог провести с Артуром. - Скажи, по крайней мере, «хорошо», Мерлин. Парень сжал челюсти: - Хорошо. Теперь, пожалуйста, оставь меня в покое. Она снова вздохнула, но ушла. *-*-* Артур был удивлен, увидев Хунит на следующий день. Последний раз он видел ее пару дней назад, когда она выскочила к его машине, чтобы велеть Мерлину не пить слишком много. Но последний раз, когда они разговаривали, был тогда, когда он попросил у нее номер телефона ее сына. - Могу я войти? – спросила она с милой улыбкой. Артур хотел сказать «нет». Где сегодня был Мерлин? Сегодня был его выходной или нет? - Где Мерлин? - спросил он. - С моим другом. Очень старым другом, - пояснила она, когда Артур приподнял бровь. – Он живет в деревне и время от времени нуждается в помощи, так как уже стар. Мерлин сегодня ему помогает. Так я могу войти? Артур постарался, чтобы его недовольство не отразилось на лице: - Конечно. - У тебя прекрасный дом, - заметила она, когда вошла. Пендрагон провел ее в гостиную, где он до этого работал с документами. - Тебе что-то нужно? – спросил он настолько мирно, насколько мог. Она села в красное кресло по другую сторону кофейного столика: - Речь пойдет о моем сыне. - Что именно о нем? - Это… ну, он немного… неустойчив. - Что ты имеешь в виду? – нахмурился Артур. - Я имею в виду, в эмоциональном плане. У него были панические атаки, и… Он находился на домашнем обучении. - Я знаю. - Я однажды пыталась отдать его в старшие классы после того, как он нормально окончил начальную школу, - она погрустнела. – Это был кошмар. У него случился приступ паники в первый же день. Я сказала, что он должен попытаться закончить хотя бы одну неделю и посмотреть, понравится ли ему. Но он не хотел. У Артура не было никаких проблем с тем, чтобы представить себе нервничающего Мерлина и не желающего идти в школу. Когда они впервые столкнулись в магазине, тот опрокинул апельсины, и Пендрагон беспокоился, не случилась ли у него тогда паническая атака. Но Артур не думал, что они могут быть и у детей. - В самом деле? – спросил он с сомнением. - О да. Потом мы повторили попытку с колледжем, но с тем же результатом. Даже хуже. Поэтому он не пошел и туда. - Хорошо. И насколько же он неустойчив? Ее лицо смягчилось: - Он очень эмоционален. Он расстраивается, если что-то идет не так, как ему хочется, и плачет, если сталкивается с чем-то, что не может сделать. В это Артур мог поверить. У него была дырка, вернее, намек, на дырку в стене, подтверждающая это. И Мерлин едва не заплакал на концерте, хотя это и было от счастья. Это случалось иногда, но, как и все эмоции, испытываемые Мерлином, доходило до крайности. Голос Хунит прервал его размышления: - …пытался однажды заниматься рисованием. У него никогда не было друзей, и он так стеснялся, бедняжка. Он практиковался в течение нескольких месяцев, но так ничего и не смог добиться. Он пытался и пытался, а потом просто разрывал бумагу в расстройстве, и его губы дрожали. Я помню так хорошо, словно это было вчера, и я всегда узнавала за несколько секунд до того, как он начинал плакать, что это случится. Она сложила руки на коленях и вздохнула. - Он бросал карандаши в стену, бил себя кулаками по бедрам, и больше, и больше, и все, потому что ему не удавалось выразить на бумаге то, что родилось в его фантазиях. Артур иногда задавался вопросом, каким был партнер в детстве. Тот никогда не говорил о своем прошлом, говоря, что это скучно и что все, чем он занимался, это учеба и хобби. Блондин пытался представить себе маленького Мерлина с пухлым лицом, красным от гнева, бьющего своими маленькими кулачками по ногам. Он рассмеялся, несмотря на серьезность ситуации, потому что это было так похоже на Мерлина. - Конечно, сейчас это смешно, - заметила Хунит и даже сама немного улыбнулась. – И он научился справляться с некоторыми ситуациями намного лучше. Но он по-прежнему имеет ужасный характер и страдает от панических атак, если начинает слишком сильно беспокоиться. Я не говорю, что ты должен перестать видеться с ним. Я просто думаю, что ты должен быть в курсе, в случае чего. - В каком смысле? - В случае, если что-то случится, конечно. Если тебе покажется, что он слишком обеспокоен чем-то, то просто отправь его домой, я о нем позабочусь. Артур задумался. Мог ли Мерлин самостоятельно определить, нужно ему или нет, присутствие Артура? По крайней мере, он был способен принять это решение самостоятельно. Но, может быть, тот не хотел, чтобы Артур знал, насколько Эмрис на самом деле «неустойчив»? Может быть, он не хотел давать ему причину для беспокойства и думал, что должен скрывать это. Мерлин казался довольно смущенным, когда извинялся за дыру в стене, и блондин подозревал, что это как раз и может быть причиной его побега, то, что он стеснялся своей вспышки. - Спасибо, что рассказала мне, - наконец, сказал Артур. Даже если он подозревал, что что-то из этого было ложью, оно наверняка было основано на истине. – Я приму это во внимание. Если у тебя больше ничего нет, то… «Убирайся из моего дома, пожалуйста». - Ох, нет, это все, - она встала и широко улыбнулась ему. – Спасибо, что так сильно заботишься о нем. Он действительно нуждается в друзьях. «Ты сказала ему, что я уйду. Ты сказала ему, что все друзья уйдут от него». Артур улыбнулся ей в ответ: - Конечно. Это несложно. Я люблю его и хочу для него самого лучшего, - он посмотрел ей в глаза. – И всегда буду хотеть.