Разорванные узы

      Двое детей лет семи сидели под деревом, прячась от палящего солнца и о чем-то тихо говорили. Маленькая розововолосая девочка сидела на коленках и вытирала слезы со своего лица белым платком, слушая красноволосого мальчика, который яро утверждал, что обязательно накажет обидчиков своей подруги. - Т-ты правда так думаешь? - все еще хныкая, осторожно спросила девчушка и украдкой посмотрела на свои ободранные коленки и слегка запачкавшееся платье, которое когда-то было светло-салатовым. Ее друг смешно надул щеки и сложил руки на груди. - Конечно! - с уверенностью начал он, смотря на заплаканное лицо розововолосой. - Они просто завидуют тебе! Если у тебя большой лоб - значит, ты очень умная, Сакура-чан. Мне бабушка так часто говорит.       Сакура скромно улыбнулась и вытерла последние слезинки, с благодарностью смотря на своего друга. Тот широко улыбнулся, слегка сузив серо-коричневые глаза. Этот мальчик всегда мог успокоить ее и поддержать в трудных для нее ситуациях. Возможно, через несколько лет она и думать забудет о том, что когда-то ее дразнили местные задиры, именно в тот момент эти насмешки казались чем-то до нельзя обидным. А красноволосый паренек был храбрым рыцарем, который никогда не бросит и всегда поможет. - Спасибо. - в последний раз всхлипнув, скромно пробубнила девочка. Красноволосый еще раз улыбнулся и поднялся на ноги, протянув руку подруге. Она с радостью приняла помощь и через несколько секунд они уже оба стояли под деревом, с улыбкой смотря друг на друга. - На это и нужны друзья! - с воодушевлением выдал он. - А мы с тобой друзья навеки! - Друзья навеки! - протянула девочка и слегка сжала руку Сасори, смутившись.       После дети еще долго смеялись, совершенно забыв, что несколько минут назад Сакура плакала. Тогда они действительно верили, что эти узы никогда не разорвутся, а их пути навсегда пересеклись.

***

Розововолосая девушка-подросток, шатаясь, шла по пустой улице родной деревни. Дождь беспощадно бил по хрупким девичьим плечам, которые слегка подрагивали от беззвучных рыданий. Сакура бесцельно шла вперед, раз за разом прокручивая в голове картинки вечера, навсегда изменившего ее жизнь.

Flashback

      Семья Харуно затеяла ремонт и на время решила поселиться в единственной гостинице, которая была в Конохе. Двухкомнатный, скромно оформленный номер их устроил и они вот уже неделю жили там, по вечерам встречая отца с работы. С начала они хотели сами сделать косметический ремонт, но потом выяснилось, что дом нуждается в основательной работе и поручили это дело бригаде. Сакура совсем недавно начала помогать своему учителю в госпитале и была полна энтузиазма и желания стать врачом и спасать людей, как это делала Цунаде-сама. Казалось, в ее жизни появляются отголоски взросления, а каждый день наполняется новыми яркими красками. И даже порой тяжелые поручения в госпитале были в радость.       В тот день она задержалась на тренировке и вернулась домой уже достаточно поздно, чтобы получить строгий взгляд отца и долгую нотацию от матери по поводу того, как опасно ходить четырнадцатилетней девочке одной по ночам. Однако, открыв дверь в номер, которая даже не была заперта, Харуно не услышала ни облегченного вздоха мамы, ни приглушенного бурчания отца. Она не услышала ничего.       Пройдя внутрь темной прихожей, Сакура щелкнула по выключателю и теплый свет озарил комнату. Ее мать лежала на полу и не шевелилась, застыв в неестественной позе. Подойдя, на шее женщины стали заметны синяки от веревки. На руках и ногах было несколько небольших ссадин. Она не дышала. Отец сидел на кухне с мясным ножом в спине. Вокруг трупа была небольшая лужица крови, постоянно пополняясь каплями красной жидкости, лениво стекающей по когда-то белой рубашке мужчины вниз по позвоночнику. Его стеклянные глаза были широко распахнуты и устремлены в дверной проход, в котором и стояла девушка.       Она смутно помнила, как рухнула на колени рядом с телом отца и громко зарыдала. Какая-то ее часть твердила, что все это сон и скоро она проснется в своей кровати и услышит тихий голос матери, провожавший отца. Но Сакура не проснулась. Ни тогда, ни через час, когда слезы уже перестали лить из глаз и началась истерика.       Будто в тумане, подросток добежала до кабинета Хокаге, где ее учитель сонно перебирала залежавшиеся на столе бумаги. Застыв в проходе, у нее не повернулся язык сказать о случившемся. Паника вновь охватила девушку и она пыталась выдавить из себя хоть слово, захлебываясь собственными слезами. Лишь получив большую дозу успокоительного, Сакура смогла рвано рассказать о родителях.

The end of Flashback

      Ее учитель была в гневе, поэтому подключила для поимки убийцы несколько отрядов шиноби. Через семь часов они нашли наемника, а буквально пару часов назад Сакуре сообщили имя заказчика.       Киоко. Эта девушка около полугода работала в больнице, насколько Харуно было известно. Так как сама она пришла в госпиталь совсем недавно, эта темноволосая девушка, которая была старше Сакуры на несколько лет, познакомила ее с персоналом и помогла освоиться. Они могли долго разговаривать в перерывах ни о чем и частенько помогали друг другу. Они были почти друзьями, а потом темноволосая заказала убийство.       Но самое страшное Сакура узнала потом. Киоко работала в госпитале лишь потому, что ждала, когда феодалы прибудут в Коноху, заранее зная, когда это случится. Ей нужно было создать себе нужную репутацию, чтобы выйти сухой из воды. Темноволосая имела личные счеты с одним феодалом и ненавидела его настолько, что решила убить. Этот мужчина много лет назад дружил с ее отцом и после его ухода из семьи поддерживал мать Киоко, которая была больна пневмонией тяжелой стадии из-за позднего обращения к врачу. В один момент он прекратил помогать им финансово, аргументируя свое решение тем, что эта женщина села ему на шею и стала требовать слишком много. Вскоре мать темноволосой умерла, а в Киоко зародилась лютая ненависть к феодалу.       Зная о хороших отношениях между Конохой и Страной Огня, она решила переселиться в деревню, скрытую в листве и ждать, когда наступит час расплаты. Вот только киллер, которого Киоко наняла, оказался дилетантом и срубил весь ее план на корню, допустив глупую, но слишком дорогую ошибку. Он просто перепутал номер в гостинице, в котором был феодал. А когда наемник понял, что убил не феодала, а обычного мужчину, решил не оставлять в живых и его жену, которая стала свидетелем.       Эта ошибка сорвала кровавый план Киоко и стоила Сакуре семьи. И от осознания всей нелепости ситуации становилось тошно. Еще несколько дней назад подросток мечтала о взрослой жизни, где ее не будут контролировать. Теперь же Харуно хотела оказаться вместе со своими родителями. Вновь услышать наставления отца и смех матери, которой причитания мужа всегда казались забавными. Но Сакуре оставалось лишь идти по пустой улице, вспоминая их лица и выть от безвыходности. Хотелось умереть. - Эй, А что она тут делает в такую погоду? - проходя мимо ворот Конохи, спросил молодой шиноби. Двое его сокомандников тоже обратили на шатающийся силуэт, бредущий по дороге. Хоть ее черты лица не были видны из-за ливня, на фоне серой массы ярко выделялась намокшая и немного потемневшая розовая шевелюра. - Сасори, это не твоя подружка? - Она самая. - мрачно ответил рядом стоящий красноволосый юноша, с легким недоумением смотря на силуэт вдали. - Я разберусь.       Глава команды кивнул и шиноби разбрелись по своим домам, оставив парня на дороге. Тот устало потер шею и не спеша направился навстречу своей подруге. Он дико устал на миссии и ему хотелось поскорее узнать, почему Сакура бродит ночью, да еще и во время дождя, чтобы потом со спокойной совестью пойти домой.       Прошло много лет после их знакомства, но они все еще были близкими друзьями. И пусть у них обоих появилось множество новых увлечений и знакомств, их пути все еще шли близко и тесно переплетались.       Подойдя ближе, красноволосый увидел, что его подруга мелко дрожит и едва слышно всхлипывает. Быстро сократив между ними расстояние, Сасори подошел к рыдающей девушке. Та, видимо, была слишком погружена в свои мысли и потому не заметила шиноби и врезалась в него. Подняв заплаканные глаза на друга, Харуно зарыдала еще сильнее и обняла его, доверчиво уткнувшись носом ему в плечо.       Они дружат уже много лет, но у Сакуры последние несколько лет были отнюдь не дружеские чувства к красноволосому шиноби. Еще лет с десяти она стала замечать, насколько он красив для мальчика своего возраста, а уже к одиннадцати годам она и вовсе потеряла голову. Она была уверена, что это - настоящая любовь, которая рано или поздно станет взаимной. И вот, он появился в самый подходящий момент, когда ей нужда была поддержка после пережитого. - Что ты тут делаешь? - устало спросил юноша. Он вот уже неделю был на миссии и, разумеется, ничего не знал о случившемся. А потому и поведение подруги казалось Сасори более, чем странным. - Т-ты тут, рядом. -словно в бреду прошептала Сакура, сильнее прижимаясь в подростку. - Спасибо. - Эй, ты чего? - слегка отстранив зеленоглазую от себя, спросил шиноби. Та даже не думала объяснять ситуацию и продолжала хныкать. От истерики все мысли путались и она не могла сложить все в одну картину. - Как хорошо, что ты тут. - бессвязно шептала Харуно, не понимая саму себя. Язык был куда быстрее мозга и руководил девушкой, опираясь лишь на слепые чувства и панику. - Не бросай меня, Сасори. Я люблю тебя. - Да что ты несешь, Харуно? - немного злобно сказал Акасуна и слабо потряс подругу за плечи. Усталость ломила с ног, и у него не было никакого желания разбираться с невменяемой девушкой. - Я люблю тебя. - снова повторила Харуно уже более отчетливо понимая свои мысли. Момент для признания был, конечно, не самым лучшим, но подросток боялась, что Сасори может исчезнуть в один день, как случилось с родителями. просто взяли и исчезли. - Ты несешь бред, Сакура. - более раздраженно ответил юноша, совершенно не разделяя чувств подруги. - Мы друзья, не больше. Все, что ты сейчас говоришь, полная чушь. Я никогда не видел в тебе девушку. - увидев, что глаза Сакуры расширились, Акасуна отпустил подругу и отвернулся. - Я очень устал. Поговорим позже, когда ты придешь в себя.       И Сасори ушел, оставив розововолосую на дороге. Сакура несколько минут стояла неподвижно, а после рухнула на колени, закрыв лицо руками. Через дымку паники и истерики ей казалось, что мир вокруг куноичи рушится. Будто не осталось никого, кто мог бы протянуть руку помощи. Наруто и Саске нет в деревне, родители погибли, друг бросил. И Сакура даже не смотрела на то, что Ино, Тен Тен, Хината и другие ее друзья все еще здесь, рядом. Коноха больше не казалась ей домом. Наоборот, каждый переулок, каждое дерево напоминала о родителях, о ее счастливом детстве, о ее красноволосом друге.       Поднявшись с земли, Харуно всхлипнула и посмотрела на ворота родной деревни, виднеющиеся вдали. В последний раз обернувшись, подросток посмотрела на пустые улицы и не спеша побрела в обратную сторону от них. Жить с призраками прошлого было выше ее сил.

***

      Акасуна хотел поговорить о случившемся с Сакурой утром. Он был уверен, что его подруга была не в себе и они смогут во всем спокойно разобраться. И пусть у них была разница в возрасте всего лишь на год в пользу красноволосого, он считал себя гораздо взрослее и мудрее своей подруги, которая порой бывала слишком эмоциональной. И это нелепое признание тоже казалось очередным всплеском, который быстро потухнет.       Утром Сасори уже знал о случившемся с семейством Харуно. И он тут же пожалел о том, что вечером так грубо оттолкнул девушку от себя. Нет, юноша бы не ответил взаимностью, даже в силу сложившихся обстоятельств. Он ненавидел ложь, из-за которой его родители разошлись, а самого Сасори спихнули на бабушку. Чие решила поселиться в Конохе, хотя родом они были из деревни, скрытой в песке, дабы увести ребенка подальше от семейных ссор, чтобы он не видел, как ему находят замену. Акасуна бы не стал бросать подругу на улице, а помог бы оправиться после потери, мягко отвергнув ее чувства и сохранив дружбу.       Но поговорить с Сакурой ему не удалось ни следующим утром, ни через месяц. Ему сообщили, что Харуно покинула деревню, не сказав, куда она уходит. Со временем маленькая розововолосая девочка уходила из его памяти, оставляя после себя лишь неприятный осадок и размытый образ плачущей девушки посреди дороги.