Angeli della morte

      В резиденции царил траур. Трое из Хранителей были признаны мертвыми. Ламбо и Хаято сгорели, а Такеши разбился. Что теперь делать было непонятно. Тсунаеши строго-настрого запретил оставшимся выходить в город.       Но даже это не спасло ситуацию.       На следующий день проходило очередное совещание. Что делать дальше было не понятно. Десятый был мучим мигренью. Интуиция вопила не переставая, но через головную боль, недосып, нервозность, он не мог понять откуда придет опасность. Очередной смерти не избежать.       Перед глазами то и дело всплывала сцена похорон двоих еще таких молодых парней и совсем ребенка. Их детство и юность загубила мафия, а больше они не смогли ничего познать.       Все гробы были закрыты. Тсунаеши, после того как увидел останки друзей еще долго ходил бледен как мел. Ничего приятного в обгорелых почти до костей Ламбо и Хаято и переломанного, обезображенного до неузнаваемости Такеши не было. Пришлось даже проводить анализ ДНК, что б подтвердить истинность тел. Пригласили для этого самого Верде. Надежда еще жила в сердцах, но после слов второго Да Винчи она с оглушительным звоном разбилась.       Земля скрывала следы его ошибки. Босс должен был сказать прощальные слова о своих Хранителях, но горло сжал спазм и единственное, что он смог из себя выдавить было:       - Вы были лучшими. Покойтесь с миром.       Белые лилии, цветы смерти, упали на свежие надгробия.       Потом прием. Зал в траурных украшениях. Лживые сочуствия, что принимали Девятый и блудный отец, ведь Еши нагло ушел, заявив, что устал. Скинув осточертевший костюм, он вернулся на кладбище, где и сидел до самой полночи.       Собрание проходило однообразно – никак. Все были напряжены до предела. Не выдержав бесполезного занятия с места встал Хибари:       - Мне надоело здесь сидеть, бесполезные травоядные! – Облако никогда не страдал терпением.       Но не успел он пройти и пары шагов, как резко схватился за сердце и завалился назад. В последнюю минуту, над самым полом его подхватил удивленный Мукуро. Все сразу забегали, как испуганные крысы.       Парня доставили в лечебный отсек, привели лучших врачей… Через пару часов светила подпольной медицины констатировали смерть от неизвестного яда. Одинокое Облако было отравлено, значит враг подобрался вплотную.       Реохей был бледен как мел и даже перестал кричать свое вечное «Экстрим», Рокудо истерически хихикал. Каждый понимал, что может стать следующим.       - Интересно, как умру я? – спрашивал иллюзионист у своего Босса. Тсунаеши выглядел очень плохо. Бледный с черными кругами под глазами. Нервы у всех были натянуты как струна.       - Все будет хорошо, Року. Мы выиграем эту войну.       - Я уже не верю в это, мой ангел.       Не в характере Тумана было покорно ждать своей участи. Но когда он почему-то не смог удержать равновесия на крутой лестнице и почувствовав легкий толчок в спину покатился вниз, хотя никогда не страдал потерями координации, как любимый Босс, Мукуро даже не удивился.       Первым его нашел Савада и с ужасом констатировал смерть своего Хранителя. Тело для иллюзионистов всегда было слабостью. От перелома шеи и нескольких ребер, одно из каких проткнуло сердце не выжить даже гениальному Туману, что вновь и вновь возвращался из Ада.       - Я не смогу тебя защитить, - грустно улыбался Реохей.       - Не говори так, ты моя последняя опора, - возражал Тсунаеши, прекрасно понимая, что не сможет уберечь боксера.       Реборн с тревогой смотрел на свое Небо и впервые просил богов, в которых никогда не верил, помочь в защите своего чуда. Как враги умудряются проникать в особняк под самым его носом было предельно понятно – еще один шпион. Но кто он и как не начать подозревать всех окружающих? Реборн был еще тем параноиком, а сейчас напоминал разъяренного дракона, у которого наглые людишки пытаются стащить главное сокровище.       Хранитель Солнца умер до обидного просто – от пули в голову. Он как всегда тренировался, пытаясь заглушить удушливый страх и боль от потери близких знакомых. Его отвлек непонятный шум…       Снайпера конечно же не поймали. Все напоминало глупую то ли комедию, то ли трагедию, насмешку судьбы, фарс.       Хранители мертвы. Десятый в конце концов свалился с нервным истощением. Спал он только благодаря сильнейшему снотворному и то просыпался от ужасных кошмаров. Вонгола была на грани краха.       Враги торжествовали.

***

      - Мой дорогой Лихеро (Ligero), ты чудесно справился! Этот щенок ничто без своих шавок. Мир мафии склонит перед нами голову. А ты будешь рядом, моя любовь! Мы вместе будем править этими глупыми людишками.       Еральдо красочно расписывал своему спутнику будущее. Этот хрупкий мальчишка был очарован своим покровителем. Светлые, гладкие как шелк волосы, голубые, наивные и добрые глаза. Как только парень согласился на такую кровавую роботу, видно совсем потерял голову от сладких речей Экстремо.       - Я всегда буду вашим Солнцем, мой господин!       - Иди сюда, мой Лихеро, мой Свет! Я награжу тебя за прекрасно выполненные задания!

***

      Удовлетворенный своей личной подстилкой, Босс семьи Suprema насмешливо разглядывал еще одну предательницу.       - Что тебе нужно, Инга? Или тебе больше нравиться Наги, или может быть Хром Докуро?       - Отпусти меня. Мне надоела эта игра.       - Не смеши меня. Ты никуда не уйдешь! Или забыла условия нашего договора? – Еральдо разозлился. Уже не первый раз иллюзионистка пыталась сбежать. Девчонка не понимала своего счастья.       Отец спас Инганио Тиниблес и ее семью от множества долгов и ужасающей бедности. Родители новоявленной Хранительницы стали гарантией покорности, когда к власти пришел избалованный сыночек, что не имел ни малейшего понятия о чести и совести.       - Куда ты собираешься пойти? Вонгола тебя не примет, а твой обожаемый Мукуро-сенсей гниет в земле.       - Мукуро мертв? Но как? – Инга была в шоке.       - В резиденции такие крутые лестницы – одно не верное движение и смерть гарантирована, - парень открыто смеялся над своей подчиненной. Боль, что не смогла утаить девушка, приносила ему величайшее удовольствие.       Еле сдерживая слезы, иллюзионистка выскочила из комнаты. Не видя ничего от горя и безнадежности, она врезалась в еще одного Хранителя Экстремо.       - Что случилось? – подняв лицо значительно менее высокой девушки за подбородок и разглядывая заплаканные глаза, спросил Фалес. Облако давно стал равнодушным ко всему убийцей, но такое состояние Инги обеспокоило даже его. Она всегда мастерски скрывала настоящие эмоции, была воплощением Тумана. А тут такое неприкрытое стенание. Точно дорогой Босс постарался. Этот ублюдок всегда знал на что надо надавить. Видно только это он наследовал от отца.       - Я так больше не могу! – истерика полностью захватила девушку. – Он убьет всех, кто нам дороги! Мир захлебнется в пролитой им крови!       - Тише, тише. Не кричи так. Пошли, расскажешь мне все и успокоишься, - Фалес увел не сопротивляющуюся девушку в комнату.       «Все мы здесь потонем в кровавом море, а невинные мертвые отомстят своим убийцам. Мы на крючке. Как бы я хотел, что б эту сволочь отправили в Ад, пусть даже пришлось бы составлять ему компанию!» - думал Хранитель Облака.

***

      Что бы отвлечь Небо от страшной потери, Реборн решил развлечь его и одновременно стать ближе к предмету нежданной любви. Хитман не мог больше смотреть на мучения Тсунаеши, что угасал на глазах.       Десятый вновь сидел в кабинете, разбирая завалы бумаг. Королевская семья медленно катилась в бездну. Вся прежде могущественная структура напоминала запущенный паровоз, что набирая и набирая скорость мчится к мосту над пропастью. Но в том и дело, что рельсы посреди хрупкой переправы нещадно разрушены. А он, Босс, должен успеть то ли остановить эту разогнавшеюся махину, то ли починить мост.       Приход Реборна был радостью, а его как-то странно (неужели, неуверенно?) прозвучавшие приглашение на свидание – спасением от заедающей рутины и мигрени.       - Куда пойдем? – спросил Еши.       - Сюрприз, - бывший аркоболено хитро улыбался.       Настроение было прекрасным. Возлюбленный так легко согласился пойти с ним, погода чудесная, а впереди незабываемый вечер.       Сначала Реборн решил накормить свое чудо. Последнее время тот слишком мало ел. Тсунаеши был приятно поражен милым уютным кафе и столиком на крыше. Он действительно проголодался, и такая забота была очень приятна, особенно от сильнейшего киллера.       - Я думал ты приведешь меня в какой-то жутко дорогой ресторан. Я очень доволен нашим ужином.       Похвала парня медом разлилась по сердцу Хитмана.       Дальше по запланированной мужчиной культурной программе они пошли в гастролирующий по Италии известнейшей Cirque du Soleil. Еши опять был приятно поражен. Шоу было незабываемым, а после номера «Колесо Смерти» все слова резко пропали и остались лишь эмоции. Князь как будто вернулся в детство, окунулся в ту непередаваемую атмосферу дикого восторга всем миром.       Реборн был несколько раз крепко обнят и даже поцелован, жаль, что лишь в щеку. Но это уже был прогресс.       И чтоб окончательно закрепить эйфорию первого свидания разомлевший от нежности к своему чуду Реборн завязал Тсунаеши глаза. Выглядело это донельзя романтично, учитывая, что повязкой служил галстук киллера. Он нежно поддерживал хрупкого парня и усадил в заказанную машину.       Ехали они не долго, хотя Хитман, что умудрился притянуть Десятого в осторожные объятья, желал оставаться в этом положении вечно. Вновь нежная поддержка теплых рук. Повязка снята и перед парой раскинулось глубоко синее море. В нем отражалась полная луна и мириады звезд. Теплая ночь завладела сердцами влюбленных.       Теперь Еши не задумывался над своими чувствами к этому наглому и пафосному киллеру. Видя его заботу, нежность, ощущая легко прижавшееся к спине рельефное тело он был влюблен, очарован искренностью Реборна. Кафе, цирк, ночное море и звезды… Это были незабываемые мгновенья. Здесь стоял не таинственный Князь и не мудрый Самаэль, а просто парень девятнадцати лет, что впервые в жизни влюбился.       Мужчина больше не мог терпеть близость желанного тела. Он невесомо прикоснулся к кончику маленького ушка, спустился немного ниже, целуя белую шею, а потом, развернув любимого, поцеловал губы, о которых так долго мечтал.       В глазах своего чуда он впервые увидел отражение своих чувств. Реборн взлетал на седьмое небо. Сладкие, вкуса карамели, губы, неповторимый запах, блестящие глаза – все сводило его с ума. Хотя казалось, куда уж дальше. Реальность оказалась слаще мечтаний.       Так они и встретили рассвет: сидя на берегу моря, обнявшись, под одним пиджаком и медленно целуясь. Ночь пролетела как один миг, оставив после себя неизгладимые последствия.       Начинался новый день. Особняк встретил влюбленных мрачной атмосферой, кипами важных бумаг и крепким кофе.       А ближе к обеду Еши свалился без сознания посреди коридора, прямо на глазах Реборна… И как киллер не пробовал привести его в себя – все было бесполезно…