Побег.

Ну какой придурок придумал будильник? Даже не говорите его имя, просто адрес и пару патронов. Черт. Почему за все хорошее нужно платить? Почему после превосходной пьянки с друзьями, приходит ужасное похмелье? А чего, собственно, мы вчера нажрались в ноль? Ведь, ни праздника, ни каникул, ни даже выходных не было… Божеее, голова как барабаны на рок-концерте. Немного пожалев себя, я все-таки встал с такой манящей постельки и походкой из «Ходячих» двинулся в ванную. Смотреть в зеркало не хотелось, ведь, я знаю ЧТО там увижу. А именно: синяки под глазами, гнездо на голове, а если повезет, разбитая губа. Но это были цветочки. Я уставился в зеркало в ванной и раскрыл рот от удивления. Под глазами черные следы от подводки, губа разбита, все лицо и шея в разных оттенках помады, начиная от бледно-розового, заканчивая — черной. И так, я — Фрэнк Айеро, мне 24, я студент-музыкант, а вдобавок, ужасный тусовщик. И судя по следам на лице, еще тот Казанова. Фак! Мне через 40 минут на занятия! Быстро смыв следы вечеринки под душем, я рванул на первый этаж. Где располагались гостиная, кухня, и, само собой, прихожая. Есть не хотелось, зато была ужасная жажда. Утолив ее, я схватил рюкзак, гитару и выбежал из квартиры. На пороге я вспомнил, что забыл телефон в спальне, рванул туда. Запнувшись на лестнице, я поцеловался с полом и с горем пополам, нашел телефон. Все-таки, люблю свою квартиру. Люблю за то, что она небольшая, хоть и двухэтажная, но уютная. А также за то, что находится она под самой крышей дома. Так, что-то я увлекся. Тряхнул головой, схватил аппарат и побежал на занятия. В заднице, что-то вибрирует. Телефон, чтоб его! Я почти добежал, и тут звонок. Пришлось остановиться, чтобы достать его из кармана и заодно, перевести дыхание. — Алло? — Айеро, сукин сын! Ты, блять, не забыл, что должен быть на занятиях?! — орала мне в трубку Лин — моя подруга и сокурсница. — И тебе доброго утра и крепкого здоровья, Баллато, — съехидничал я. — Где носит твою задницу?! — продолжала девушка. — Подхожу к воротам. Спускайся, давай, — и я отключился. Посмотрев на время в телефоне, я понял, что у меня есть время покурить. Кто-то медитирует, чтобы успокоиться, кто-то избивает боксерскую грушу, а я — курю. Для меня это что-то запретное, но в тоже время легкодоступное. О. Я заметил нервную Лин, и еще нескольких друзей на крыльце. Поднявшись с лавочки, на которую я уместил свой зад, пошел к ним. Боб и Майкос обсуждали новую супер-пупер игру, Рэй и Лин пожирали меня гневным взглядом. — Ну что?! — не выдержал я. Ну, а хули они так смотрят, как будто, я подстрелил их родную бабулю и всю вину скинул на них? — Как ты мог такое допустить? — Рэй покачал головой, и его кудряшки смешно запрыгали и я засмеялся. — Очень смешно.- обиженно изрек Торо, но гнев в его глазах потух. — Ой, да бросьте, ребята, — я махнул рукой, а Майки и Боб замолчали и посмотрели на меня, — Было же классно. Да и я не проспал, а здесь, с вами, — я улыбнулся самой милой, что у меня была (а их не мало). — Ладно. Согласен, засранец, — Рэй поднял руки, в знак того, что сдается, — Вчера было потрясно. А с чего ты решил закатить такую пьянку? — Я…- закончить мне не дал звонок. Да-да. Я серьезно. Даже в институте меня преследуют эти дебильные звонки на занятия. А ведь Рэй прав. С чего я закатил такую пьянку? Надо вспомнить вчерашний вечер. Я сел за свое любимое место у окна в конце аудитории, рядом со мной сел Майки. Мы всегда сидим вместе. Что-то типо традиции, что ли. И так, преподавания читает занудную лекцию, а чтобы не заснуть под нее, я решил прокрутить пленку памяти и все-таки вспомнить, с чего такая веселуха. Прошло минут 15, а воспоминаний так и не было. Отчаявшись, я решил взглянуть на доску. В это время, около нее стояла девушка. Энжи, вроде. Шатенка, губки бантиком, бровки домиком, в общем, типичная шлюшка. И тут, в мою голову пробрались воспоминания… Я звоню Мисси, и говорю, что бросаю ее, так как, она была всего лишь игрушкой для меня. Так же я поступил и с Бритни, Мерикой и Джамией. После, обзвонил друзей и с криком в трубку «Добби свободен! Несите сюда свои носки и задницы, будем праздновать!» организовал вечеринку. — Ебаааать, — тихо, чтобы не расслышал преподаватель, протягиваю я и кладу голову на парту. Майки, заметив мое состояние, настрочил что-то на полях тетради карандашом и пододвинул ко мне. На бумаге, кривоватым, характерным для Уэя почерком, было написано: Что с тобой? Взяв карандаш, я быстро настрочил ответ, чуть ниже первой записи. Я вспомнил причину вчерашней вечеринки. О! Это же прекрасно! Не просветишь? — так же быстро настрочил шатен. Я расстался со ВСЕМИ своими девушками, — ответил я, и снова упал головой на стол. Нижняя челюсть парня столкнулась с полом, а глаза чуть не покатились по парте. Это выглядело бы забавно. Я усмехнулся своим мыслям и повернулся в сторону друга. В его глазах читался немой вопрос: «Ты серьезно?». Я кивнул и уставился в окно.