А любовь ли это?

      – Рэйчи, вставай! – отбирая одеяло у подруги, вскрикнула Канди, но охранница даже и не думала открывать глаза и возвращаться в реальность. Ей снилось, будто она уехала далеко-далеко на остров, где царит покой и уют. Световласка возмущенно начала тихонько ругаться, затем выхватила у девушки подушку и закричала. – ПОДЪЕМ!       – А? Что? – сонно потирая глаза вскочила Рэйчи, не совсем удачно упав с дивана. Охранница присела обратно на диван, зевая и потирая ушибленное колено, и бросила вопросительный взгляд на Канди.       – У меня есть для тебя три новости! Две хорошие, одна плохая, – с милой улыбкой пояснила световласка, присаживаясь поудобнее в обнимку с мягкой игрушкой, готовясь сказать что-то очень важное, иначе она была так не светилась от счастья. Голубоглазка вся во внимание приготовилась слушать. Канди, немного поколебавшись, спросила. – Э-э... твоего отца звали случайно не Эдриан Моуринс?       – Да... это была его фамилия до свадьбы с мамой. А причем тут это? – затаив дыхание, обеспокоенно спросила охранница с замиранием сердца.       – Так вот... оказывается, у твоего покойного отца – Царство ему Небесное, – была младшая сестра по имени Паула Кэнрейт, – вздохнув, продолжила световласка, неуверенно глядя на подругу, с трудом сдерживающую слезы. – Рэйчи, ты только не волнуйся... просто сегодня, когда я ездила к родителям в гости, мне стало интересно, вот я и спросила про семейное дерево. И представляешь, мы с тобой двоюродные сестры!       – Подожди... То есть получается, что у меня есть хоть кто-то из родственников? – не веря своим ушам, закусив губу, изумленно переспросила Рэйчи. – Но если я племянница твоих родителей, то почему же они меня оставили в дет-доме?..       – Они сами ничего о тебе не знали... они вообще не подозревали, что у сестры Эдриана Саманты есть ребенок. Ты же погибла при родах, а им почему-то ничего не сказали. Хотя на тот момент они были в Сан-Франциско целый год... Но зато ты теперь знаешь, что не одна.       Заметив, что Рэйчи плачет, Канди тоже заплакала и дружески приобняла ее. На самом же деле девушки обе были очень рады такому известию. Вдруг охранница, немного успокоившись, вспомнила одну важную вещь:       – Ладно, допустим, это первая новость... Но ты говорила, что две хорошие новости.       – Ну да! Хорошо, что спросила, – восторженно заметила световласка, расплывшись в улыбке. – Представляешь, Фриц подарил мне этого мишку и пригласил на свидание! – с любовью обнимая игрушку, мечтательно протянула Канди.       – Ух ты... Здорово! – в мыслях тихо радуясь за подругу, восхитилась Рэйчи. Затем с какой-то опаской поинтересовалась, медленно произнося слова. – Боюсь спросить, тогда какая плохая новость?       – Рэйчи, только не волнуйся, – на одном дыхании предостерегла ее Канди. – Лучше, пойдем, сама все увидишь...       Девушка осторожно кивнула и последовала за кариглазкой, гадая, какой же сюрприз ее ожидает. Долго ждать не пришлось: Рэйчи заметила в прихожей выломанную наружу дверь. Эта картина очень сильно поразила охранницу, что она даже боялась предположить, что могло случиться. Минут через десять беспомощной жестикуляции и немого открывания рта, девушку все-таки посетил дар речи.       – Здесь что, побоище было или битва титанов! – шокированно высказала свою точку зрения Рэйчи, оглядывая место происшествия.       – И то, и другое, – уклончиво ответила световласка, глубоко вздохнув, но заметив пронзительный взгляд девушки, попыталась как можно понятнее объяснить. – Мы с Фрицом и Джереми как раз возвращались с прогулки и как всегда пошли на кухню поболтать... ну и попить чай заодно. И вот представь: мы с мальчиками говорим о том, о сем, как вдруг раздается звонок в дверь. И этот... Спир... При... тьфу ты, язык сломать можно... Ну ты поняла, о ком я. Он, короче, такой стоит там под дверью и трезвонит. Я, как интеллигентная дама, – а ты меня отлично знаешь. – вежливо попросила его уйти. Этот, ИмяКоторогоНемогуВыговоритьИбоСломаюЯзык...       – Его вообще-то зовут СпрингТрап, и по-моему, очень легко произноситься, – вставила свою реплику Рэйчел, уже окончательно выйдя из себя.       – Ну ладно, ладно, не обижайся... – быстро протороторила Канди и принялась рассказывать дальше. – Так вот, этот Спри... нгТрап. – Охранница опять хотела что-то возразить, но световласка поспешно продолжила. – Этот аниматорик...       – Аниматроник, – стиснув зубы, поправила голубоглазка, но тут же притихла, так как все-таки желала дослушать ее увлекательную историю.       – Он не стал уходить, а напротив – попытался проникнуть сюда! Вот нахал... А еще говорил, что хочет сказать тебе нечто важное. Ну мы и начали войну. – Послышался грохот и крики, вперемешку с нецензурной лексикой, заставившие девушек вглядеться вглубь лестницы. Канди взволнованно переглянулась с Рэйчи и испуганно прошептала. – Похоже, они там не справляются. Им каюк, если мы не вмешаемся...       – Так чего мы стоим, парней спасать нужно! Пропадут ведь! – зажмурившись, запричитала Рэйчи в полной потерянности. – Что ж ты сразу не сказала, пойдем, пока они не поубивали друг друга.       Подруги, хотя лучше сказать сестры, поторопились вниз. Как оказалось, там была целая война, причем Фриц уже лежал без сознания около лестницы, а Джереми, как и его товарищ, раненый, боролся со СпрингТрапом, но силы были не совсем равными. На помощь к другу пожаловала Рэйчи. Не найдя лучшего решения, девушка встала перед аниматроником, все еще тяжело дыша от бега.       – Рэйчел, ты специально приходишь так вовремя или это совпадения? – удивленно усмехнулся он, язвительно щурясь и убирая оружие.       – И зачем ты все это устроил? – недоумевала девушка, переводя взгляд с только что пришедшего в чувства Фрица на Канди, молящуюся, чтобы ее сестра не пострадала в словесной битве, затем на оттряхивающегося от пыли Джереми и только потом на стоящего рядом, совсем близко, что можно было услышать гулкие удары сердца, СпрингТрапа.       – Они первые начали, – бесцеремонно заявил аниматроник, с презрением ухмыляясь.       – Ты, кажется, хотел что-то сказать?.. – внезапно вспомнила охранница, ожидая услышать то, ради чего началась эта война. – Надеюсь, это что-то крайне серьезное?       – А знаешь, я тут подумал... не в моих принципах такое говорить, – шепотом задумчиво протянул СпрингТрап с лукавой улыбкой. – Так что, извини, мне пора в парк. Увидимся в...       – Да? Кто бы говорил, – закатив глаза, хихикнула Рэйчи. Затем подошла к аниматронику почти вплотную, чего тот несколько не ожидал. – То есть целоваться в твоих принципах?       – Что? Я не... да ты первая... – начал было он, но тут же прервался на полуслове. – Это не возможно контролировать! И вообще, зачем я начал этот разговор, – тихо добавил СпрингТрап, глядя в пол.       – Рэйчи, кузина дорогая, ой, как классно, что у меня теперь есть двоюродная сестра, пойдем, мне еще нужно познакомить тебя с родителями! – обрадованно воскликнула Канди, хватая подругу за руку. – А с этим... э-э... аниматориком поговоришь на работе. Все равно он толком и два слова связать не может.       – Поосторожнее со словами! – недовольно хмыкнул аниматроник, испепеляя ее гневным взглядом.       ***       Канди весело улыбнулась, быстро и уверенно зашагала впереди, радуясь, что наконец сможет познакомить лучшую подруг и кузину с родителями. На самом же деле они приехали три дня назад в этот город, ведь с момента совершеннолетия старшей дочери, родители вместе с малышкой Роуз отправились в другой город. А ее подругу детства они не очень хорошо помнили... Да и вообще им не было известно, что эта девочка. Та самая девочка, что приходила летом каждый раз с синяками на пару с их дочерью, их племянница.       Рэйчи даже как-то начинала сомневаться, что это не сон. Она в душе была как никогда счастлива, ее сердце радостно трепетало где-то в районе горла, словно мотылек надежды, поднявшийся в небо. Так же еще большее настроение прибавляла мысль, что сегодня она опять пойдет на работу. Пусть ей уже окончательно надоел этот парк, но теплые чувства, что она испытывала каждый раз, смотря в глаза СпрингТрапу, общаясь с ним, заставили ее полюбить это страшное на вид заведение, отпечатавшееся в ее памяти навсегда.       Наконец когда подруги, отворив калитку дома семьи Кэнрейт, очутились в небольшом саду, где было очень много различных цветов, вблизи которых находилось превеликое множество бабочек, пчел, муравьев и многих других насекомых, заселявших сад. Нельзя было просто пройти мимо, не подивившись таким чудесным видом и не понюхав цветочный аромат, наполнивший весь участок. Посередине стоял большой уютный дом, состоящий из одного этажа. Девушки поспешили по каменистой дорожке, все еще вглядываясь во двор. Канди весело открыла дверь и, ведя за собой голубоглазку, вошла в дом. Он выглядел чуточку шире, чем могло паказаться снаружи. Позже гостей пришли встречать родители Канди: женщина с темными шоколадными волосами по плечи и зелеными глазами в синем платье, мужчина же был в брюках и футболке, у него были светлые волосы, как у дочки и карие глаза. После небольшого чаепития Рэйчи успела познакомиться со всеми обитателями дома: Паула (тетя), Митчелл (дядя), Роуз (пятилетняя кузина с такими же золотистыми волосами и зелеными глазами) и Звездочка (кошка). Беседовали они очень долго. Родители световласки расспрашивали и без того измученную охранницу: "Где живешь?", "Где работаешь?", "Жених есть?"... Одним словом девушке приходилось отвечать на самые различные вопросы, потом они еще раз порадовались, что у них теперь есть племянница, рассказывали смешные истории из их жизни, даже показали фотографии ее родителей, попутно вспоминая хорошими словами и похвалами, мол, хорошие были люди...       Сидя на диване, Рэйчи вместе со всеми, со своей небольшой, но все же семьей перелистывала альбом с фотографиями. Как никак это было одно из ее любимых занятий. Вдруг девушка остановилась, поднеся альбом совсем близко, изучая фотографию. Паула несколько забеспокоилась, увидев, как Рэйчел сразу же поменялась в лице и, забрав у нее альбом, произнесла:       – А... это Винсент. По-моему, он от первого брака Эдриана. Теперь у тебя есть еще и брат, – мило улыбнулась Паула и потрепала ей волосы, словно маленькой, но девушка этого даже не заметила: радостно встрепенувшееся до этого сердце начало стремительно пикировать и, сильно сжимаясь, раскалываться на многочисленные осколки, глаза застилали липкие слезы, скатывающиеся по щекам и мгновенно падая на кофту.       – Рэйчи, ты чего? Это же хорошо, что у тебя есть кто-то родной, – попыталась как-то подбодрить кузину Канди, но Рэйчи еще больше зарыдала, закрыв лицо руками.       – А ведь мне еще сегодня идти на работу, – немного успокоившись, пробормотала девушка, но тут же слезы выплеснулись из глаз, обжигая кожу едкой водой и слипляя ресницы.       Паула и Канди пытались приободрить, говоря, что все хорошо, а световласка так вообще задушила в объятиях. Затем с улыбкой вспомнила:       – А что плохого в работе? Тем более, тебе же кое-кто еще, похоже, в любви признаваться будет.       – Ага, конечно, родной брат! – в отчаянии воскликнула Рэйчи и, вытерев лицо рукавом, поспешила уйти прочь, но Канди в недоумении окликнула ее.       – Рэйчи, куда ты?       – В парк аттракционов... – всхлипнув, бросила охранница и скрылась из виду.