Сначала ребенок, потом муж

Раньше Нику казалось, что он успел забыть и запах, и голос, долго преследовавшие его после той ночи. Но теперь, когда носа коснулся едва уловимый аромат альфы, внутри что-то оборвалось. С трудом взяв себя в руки, он подошел к столу секретаря, который что-то терпеливо объяснял собеседнику по телефону. Бросив на Ника недоброжелательный взгляд, бета продиктовал в трубку несколько номеров и попрощался. - Я слушаю Вас, - нетерпеливо обратился он к Нику, роясь в документах. - Извините, - омега слегка растерялся, не зная, как объяснить суть своей проблемы. – Меня зовут Ник Тилдс. Я работаю в компьютерном отделе, но сейчас нахожусь в декретном отпуске… - Пока не вижу, как могу помочь Вам. Не могли бы Вы перейти к сути проблемы – у нас много работы. - Да-да, извините… Меня сегодня попросили приехать помочь с запуском сети. А затем мистер Уолтон в весьма грубой форме заявил, что я не могу идти домой. И пригрозил увольнением. У меня тут сын, которого мне не с кем оставить… - Молодой человек, - бета уже откровенно злился. Видимо сегодняшний день на корню убил весь запас терпения, которым располагал секретарь. – Это вопрос для отдела кадров, а не для приемной генерального директора. Вам так не кажется? - У мистера Уолтона в отделе кадров прочные знакомства, - Ник уже жалел, что послушался Линну и пришел сюда. – И мне бы не хотелось вернувшись из декрета получить расчет. - Грант, - раздался голос от двери в кабинет директора, и Ник вздрогнул, повернув голову. Сердце пропустило удар и захотелось либо свалиться в обморок от переизбытка эмоций, либо сбежать отсюда сию же минуту. – Попроси, пожалуйста, мистера Уолтона приготовить письменную объяснительную. Хочу знать, почему сеть вообще упала, и почему с этим не справился его отдел. А еще, кто дал ему право вызывать, не советуясь, из декретного отпуска сотрудника. Пусть также предоставит копии официального запроса. Может он не знает, что наша корпорация оплачивает такой труд по специальному тарифу. У него 2 часа. Потом я жду его и весь его отдел у себя. - Да, мистер Страйн, - секретарь немного удивленно переводил взгляд со своего начальника на перепуганного омегу. Интересно все же, что происходит? - Мистер Тилдс, заходите, - альфа отодвинулся, приглашая в кабинет. Ник сглотнул, сделав шаг назад, в противоположную сторону. - Я… Я наверное пойду… - Ну что вы, я настаиваю, - ладонь альфы легла на плечо и Нику показалось, что она дотронулась до оголенных нервов. Его подтолкнули по направлению в кабинет. Дверь захлопнулась и Ник невольно вздрогнул, чувствуя, что его снова начинает потряхивать от нервного напряжения. Да он за один день потерял больше нервных клеток, чем за последние пять лет! - Ну здравствуй, Ник Тилдс, - альфа немного хищно рассматривал омегу. – Что же ты так перепугался? Ник смотрел на мужчину и чувствовал, что в нем поднимаются слезы. Он не знал, что говорить, не знал, что делать. Как объяснить всю эту ситуацию, если он сам ее не понимал. Что известно альфе? Какое мнение о Нике у него составилось? Что он намерен делать? А Роберт Страйн впервые рассматривал омегу, близость с которым резко изменила его жизнь. Как же он жалел о том, что пришлось тогда оставить такое желанное тело, что не запер кабинет, позволив мальчишке уйти, что не включил, в конце концов, свет и не рассмотрел его лицо! И вот теперь тот, кого он безуспешно искал несколько месяцев подряд, тут. Симпатичный, но немного неухоженный и уставший омега. Без метки, но с сыном. Знал ли он, с кем тогда переспал, и если да, то почему не пришел к нему сам? Хрупкий самостоятельный мальчик, который сейчас смотрел на него, как на загнавшее его в угол чудовище. Тихий полузадушенный всхлип вывел мужчину из оцепенения и Ник, отчаянно, но похоже безуспешно пытавшийся сдержать слезы, внезапно замер, оказавшись прижат к груди альфы. Роберт зарылся носом в мягкие волосы омеги, отдаваясь своим чувствам. А потом, как будто по чьей-то подсказке, спросил: - Сколько лет твоему сыну? Омега вздрогнул. Что сказать? Да и смысл? Проверить дату можно без труда. - Два, - просто ответил он, зажмуриваясь. – Я не знал… Я не видел… Я… Роберт прикрыл глаза. Если он не ошибся в этом омеге… У него есть сын? К этой мысли надо было привыкнуть… В любом случае, сейчас, когда запах Ника приятно щекотал обоняние, уже не удастся убедить себя, что особенность этого омеги он просто придумал. Это было возможно тогда, после нескольких месяцев безуспешных поисков, но не теперь, когда спустя почти три года его внутреннее «я» снова вопило о том, что этот мальчик ЕГО… Слегка отстранив от себя омегу, Роберт мягко взял его за подбородок, легонько целуя горькие от слез губы. - Мистер Страйн, - оживший на столе селектор разрушил момент, заставив Ника нервно отстраниться от мужчины. – Выйдите, пожалуйста. Голос секретаря звучал странно и Роберт, нехотя отпуская омегу, подошел к двери. Ник заметил Линну, стоявшую у секретарского стола, но вряд ли она послужила причиной недоумения, написанного на лице Гранта, и уж явно не из-за нее гендиректор каменной статуей застыл на пороге своего кабинета. - Где папа? – требовательный и недовольный голосок Алана привел Ника в чувства. Ну что ж, вот сейчас все и решится… Роберт молча отодвинулся с прохода и, дождавшись, когда мальчик, радостно вскрикнув, подбежит к Нику, хмуро бросил «Никому ни слова!» и захлопнул дверь. - Папа! Ты плакал? Тебя обидели? – Алан нахмурился, косясь на странного взрослого альфу. – Пойдем домой! Ты обещал кушать и мороженое! Я с тобой поделюсь и ты не будешь плакать, да? Ник боялся смотреть в сторону Роберта. - Конечно, мы уже скоро пойдем домой. Ты у меня сегодня очень терпеливый, солнышко. Роберт наблюдал за активным ребенком, чувствуя, как у него самого на глаза наворачиваются слезы. Так странно было смотреть на этого маленького альфу, на свою крошечную копию. Смотреть и осознавать, сколько же он упустил. По собственной ли глупости или же из-за странного стечения обстоятельств, но его не было рядом, когда этот кроха рос внутри своего папы, когда родился, учился ходить или говорить. - Как его зовут? – он и сам не узнавал свой голос, хриплый и надломленный. Но Роберту было плевать на всю свою альфью гордость! Ник рискнул взглянуть на мужчину, поражаясь застывшей в его глазах боли. Такие чувства нельзя подделать или сыграть. - Алан, - он взял сына за руку и, решившись, наклонился к нему. – Алан, ты же знаешь, что у Сая и Мая есть папа Ян и папа Ричард? Сын серьезно кивнул. Он был еще очень маленьким, чтобы понимать все подробности семейной жизни, но даже сейчас чувствовал, что чего-то ему все-таки не хватает. - А у тебя есть папа Ник, и папа Роберт, - тихо закончил он, подталкивая сына к мужчине, и надеясь, что это принятое сгоряча решение окажется правильным. Роберт присел, протягивая малышу руку. - Привет, Алан. Алан внимательно осмотрел мужчину, немного принюхиваясь, решая, стоит ли доверять этому альфе. Потом он, что-то для себя решив, серьезно пожал протянутую к нему руку. - Папа плакал, - сказал он, нахмурившись. – Папу нельзя обижать. Роберт вздрогнул. На мгновение показалось, что этот малыш знает и понимает куда больше, чем любой взрослый. - Не буду. Мы теперь папу вместе будем защищать, хорошо? Алан кивнул, его лицо просияло. - А у тебя есть машина? А ты порулить дашь? А когда мы кушать пойдем? А у тебя глаза как у меня. А можно я на кресле посижу? Роберт смотрел на маленький ураганчик с умилением и гордостью. Да, ему еще придется долго наверстывать упущенные годы, но он обязательно справится! Переведя взгляд на Ника, непроизвольно сглотнул. То ли от стресса, то ли от близости к альфе, но у омеги, похоже, начиналась течка. Ник встретился глазами с альфой, замечая его расширяющиеся зрачки и начавшие трепетать ноздри. - Я… Мы наверное пойдем… - он сглотнул. Потом, немного подумав, решился. – Мои друзья должны сегодня вернуться. Я попрошу их забрать Алана к себе… Приходи…