Сверху.

      На улице была ночь. Небо было чистое, так что можно было разглядеть множество красивых звезд. Часы показывали час ночи. В гостиной на диване сидел молодой парень, и этот парень — Куроко Тецуя. Спросите что он делает тут так поздно? Он дожидается своего загулявшегося парня. Такое случалось не редко, что ужасно капало на нервы Тецуе. В руках он держал чашку с кофе, дабы не уснуть и все-таки дождаться его. Голубоглазый хищно улыбнулся, когда услышал шум открывающейся двери. Мгновенно вскочив со своего места, предварительно оставив чашку на столешнице, он облокотился о дверной косяк и с недовольным видом рявкнул: — Ну и где тебя носит?! Опять бухал что ли? — сразу в наступление, грозно, словно сейчас голову оторвет. А пришедшим был Акаши, что сейчас еле умудрялся снимать с себя уличную обувь — Ты в курсе который час? — Угу, угу. Не серчай, Куро, мы просто немного засиделись, даже не знаю как так вышло, — бубнил красноволосый парень. Разноцветные глаза были прикрыты и их застилала пелена сна. — Ладно, я пойду спать, сладких снов. Акаши хотел было проскочить мимо своего возлюбленного, но путь ему преградила рука и угрожающий взгляд лазурных глаз: — И ты думаешь что так легко отделаешься? Какой это раз по счету в этом месяце? Пятый? Или может быть шестой? — в голосе плескалась насмешка и плохо скрытое удовольствие. Тот, к кому обращались, невольно вздрогнул и поднял свой умоляющий взор к говорившему. — Я больше не буду, обещаю! — Это я уже не первый раз слышу. На этот раз тебя ждет наказание, — послышался глухой удар, а остальное для Акаши, было как в тумане.

***

Очнулся красноволосый с тупой болью в голове, до сих пор не понимая что произошло и почему Куроко так разозлился. В виске пульсировало, отчего тот болезненно сморщил нос. В глазах стоял туман, но Акаши все равно попытался встать, однако это ему не удалось, ибо завязанные сверху руки не позволяли себе таких вольностей. Запястья саднило из-за тугой веревки, наверняка после этого останутся довольно яркие отметины. И тут до его мутной головушки дошло, что вообще за фигня твориться? Сейчас гетерохромик обвел глазами помещение, где он находился. Стало сразу понятно, что это спальня, ибо он лежал на кровати, а руки были привязаны к ее изголовью: — О, уже очнулся? — Акаши повернул голову в сторону говорившего, что только что тихой тенью прошел в комнату — Я думал ты подольше так поваляешься, ну да ладно, чем раньше начнем, тем лучше. Светловолосый кошачьей походкой прошел к деревянному столу, где обычно стоял рабочий ноутбук, и задумчиво склонил голову к плечу, тем самым заставляя Сейджуро недоуменно прокричать: — Эй, Куроко, что тут вообще происходит?! Почему я привязан, если это шутка, то она совсем не смешная! — эта истерика заставляла Тецу улыбаться краешком губ и молчать на все задаваемые вопросы, в руке что-то брякнуло, вызывая испуганный вздох у связанного на кровати парня — Я с кем разговариваю, ты меня вообще слушаешь?! — в ответ тишина, в окне виднелись яркие звезды и блеклый свет луны, отчего все предметы мебели бросали длинные тени на пол. Его «мученик» скользил тенью то к шкафу, то обратно к столу, четких очертаний не было видно, лишь темный силуэт. Акаши с трудом проглотил ком в горле, когда его парень подошел ближе к спальному месту, с какой-то палкой в руках. — Знаешь ведь, как я не люблю, когда ты приходишь домой в таком состоянии, Акаши-кун, — с какой-то усмешкой тихо молвил хозяин квартиры — За все свои поступки надо отвечать, не ты ли мне это говорил когда-то? - тот, к кому обращались, дернул ногами, не давая собеседнику коснутся рукой, подозревая, что тут не все так просто — Не сопротивляйся, ты получишь удовольствие, — легкая пауза и улыбка — если, конечно, я не переборщу. Не успел бывший капитан команды и слово вымолвить, как холодные ладони развели колени в стороны, не давая сомкнуться. Сей-кун со страхом смотрел на палку, с укреплениями на концах, хотел было дернуться, но его вновь схватили. Чуть выше колена щелкнули ремни: — Это же..! — Верно, мой хороший, фиксатор не даст тебе свести ноги, и я смогу вдоволь насладится открывшимся для меня видом.- от таких слов гетерохромика резко бросило в жар, отчего на лбу появилась мелкая испарина. — Будешь громко кричать, заткну ротик, мы же не хотим разбудить соседей в столь поздний час.- Акаши словно впал в ступор, никогда тот и думать не мог, что Тецуя, его тень, может вот такое выкинуть, и уж больно тот разговорчивый. Это обычно происходило если он сильно потрясен, или же в полном бешенстве (скорее второе, нежели первое). И сам довод, что он уже успел раздеть и связать очень пугал его, ему пипец друзья, полнейший.

***

Легкий поцелуй в губы, словно предупреждение, последовал сразу после того, как Тецу снял с себя шорты и остался лишь в трусах и широкой футболке. Прохладная рука оглаживала зафиксированные, согнутые в коленях, ноги, отчего по телу пробежало миллион мурашек, вызывая легкую ухмылку у мучителя. У связанного нервно сводило живот от ожидания, пугало то, что началось все не так плохо, как он ожидал, но не зря говорят «Затишье перед бурей». Порывистое дыхание разлетелось по комнате, взор разноцветных глаз был устремлен куда угодно, но только не на парня. Впервые кто-то вот так запросто подмял Акаши под себя, ведь обычно он владеет ситуацией. Щеки пылали от румянца, а Куро лишь улыбался уголками губ, улыбался хитро и как-то двусмысленно. Снова наклоняясь и оставляя укус на шее, заявляя свои права на собственность, Тецу спускается ниже, покусывает ключицы, оставляя дорожку этих самых укусов, после резко захватывает один из сосков в зубы. От такого действия Акаши выгнулся в спине и негромко вскрикнул, отчего тут же получил шлепок около ягодицы: — Я же сказал тихо, — нервный выдох, было видно, что и мучитель не железный, но по сравнению с его жертвой, он был еще более расслаблен — Ты уже течешь, хотя я только покусал тебя, да и легонько поиграл с соском. — Тихо молвит «Тень», опуская глаза к члену парня, касаясь пальцами красноватой головки, вызывая сдавленный выдох со стороны его партнера — Можно приступать к самому интересному! — К че..? — в следующий миг Сейджуро был перевернут и поставлен раком. Руки еще сильнее затянуло, а фиксатор не давал принять более удобную позу. Теперь он видел только подушки и деревянную стенку кровати. Алкоголь все еще давал о себе знать, и капитан уже тысячу раз пожалел, что опять напился в хлам. Такая ситуация позволила немного отрезвить разум, и теперь он понял, во что вляпался — Что ты собрался-де..ать! — удар кожаной плетки не дал ему договорить, по спине резко пробежала пульсирующая боль. — Тсс… я не разрешал разговаривать, — снова удар, но тот пришел уже на ягодицы, теперь там красовалась длинная красная полоса. Теперь Акаши нервно сжимал кулаки, закусив губу он пытался сдержать рвущиеся на волю крики. Игры с плеткой долго не продолжались, ибо Куроко видел, что парню нужна разрядка, хоть и не спешил притронуться или что-то сделать. Слегка изогнув светлую бровь, он скатился с кровати и вновь побрел к столу, медля, заставляя парня ежиться и испуганно пытаться что-то увидеть через плечо. Что оба сейчас чувствовали? Акаши нервничал, не замечая боли от ударов, возбуждение же заставляло его скулить от нетерпения, хотя разум кричал что это не нормально. Куроко же чувствовал огромное удовольствие, как будто в его теле сидел демон. Трусы уже давно теснили вставший колом член, где уже выступали капельки смазки. В руках он деловито держал два тюбика (я думаю вы уже догадались что это). Вернувшись к своему возлюбленному, он специально положил один тюбик так, что бы Сей-кун мог прочитать, что на нем написано: — Не бойся, у меня еще много вариантов чем мы можем заняться, а это я так, заранее, — говоривший довольно улыбался, наблюдая реакцию. Он залез на кровать и сел напротив аловолосого, взглядом приглашая приблизится (прим: веревка довольно длинная) - Ну, давай же, возьми в ротик, или тебе вином полить, что бы вкуснее было? — понимая, что это неизбежно, начал потихоньку приближаться. Зубами оттянув резинку трусов, Акаши стал стягивать лишнюю деталь одежды вниз. Еще раз неуверенно глянув на голубоглазого, он слизнул выступающую смазку с головки, — Ты сегодня предельно молчалив, даже странно.- А тот продолжал, провел языком по всей длине, чуть прихватывая губами, вновь возвращаясь к головке. Влажные, слегка припухшие губы обхватили член, водя то вверх, то вниз. Причмокивающие звуки нарушил тихий стон, и взор разных глаз поднялся. Тецу прикрыл глаза и откинул голову назад, тем самым открывая вид на тонкую шею. Футболку он снял еще в походе за тюбиками, и мы можем лицезреть бледную кожу, плоский живот с в меру подкаченными мышцами. От остановки меж бровей пролегла легкая морщинка недовольства, руки резко легли на макушку Сейджуро, заставляя того еще глубже заглотить. Пошлые звуки заполнили слух, отчего у Куроко по телу пробежала дрожь, и он оттянул за алые пряди голову парня, чувствуя, что еще немного и он бы кончил. Рука погладила щеку, смотрящего на него жалобный взглядом Акаши, мол утешая. Для связанного все происходило слишком быстро, не успел он оглянуться, как чьи-то руки хватают за бедра и оттягивают назад. Щелчок, и что-то холодное и скользкое потекло по упругим ягодицам, заставляя их владельца невольно охнуть. Ладошка легла на одну из половинок, и стала легонько её поглаживать. Указательный пальчик спустился к заветной дырочке, массируя и вставляя лишь одну фалангу пальца, затем сразу же вынимая. Фантом понимал, что Сей-куну уже самому невтерпеж, не смотря на то, что тот снизу. Когда бледный палец резко проник полностью внутрь, Акаши прогнулся в пояснице и сдавлено зашипел. Лицо Куроко дрогнуло в легкой улыбке, когда палец, щупая стенки, задел комок нервов, отчего последовал громкий стон и ерзание. Смазка издавала характерные звуки, когда палец двигался внутри, однако в следующую минуту в анус был вставлен второй палец, и почти сразу же третий. Куроко чувствовал, как его бывшему капитану было не приятно, и как тот сжимал его. Движения были размеренные, губы же целовали вдоль позвоночника бледную кожу. Долго терпеть оба не могли, поэтому Тецу пристроился сзади, сжимая в ладонях ягодицы, слегка разводя их в сторону. Из ануса стекала смазка, которую он не пожалел на сегодня. Но он не стал входить, а лишь терся головкой члена меж половинками, заставляя партнера заерзать и слегка вильнуть попкой: - Черт, Куроко, хватит издеваться, войди уже!- в разных глазах была похоть и желание, даже если тот и был всегда сверху, и именно он трахал своего парня во всех позах. Заставлять не пришлось, Куро вогнал член резко, до упора, слыша шлепок кожи о кожу. Сейджуро тут же вскрикнул, слишком резко для девственной задницы, но он перетерпел, и пускай с глаз скатились парочка слезинок. Сначала движения были плавные, растягивая до нужного размера, потом темп стал быстро увеличиваться, задевая заветную точку в теле капитана. Наслаждение волнами накатывало на обоих, однако Акаши, спустя некоторое время, с громким стоном излился на простынь, слегка пачкая себе живот. Мышцы заныли, и он обмяк. Куроко же еще быстрее стал проникать в податливое тело, с рыком кончая внутрь. Что бы не упасть, он оперся на руки и перекатился вбок. Грудные клетки обоих тяжело поднимались и опускались, волосы взмокли от пота, и у обоих прикрывались глаза от усталости. Лежали оба молча, слов не надо было. Сейджуро понял, что отныне не будет так больше напиваться, ибо его лишили статуса "Всегда сверху". Сон заволок разум бывшего капитана, и буквально через пять минут он сладко спал, хоть и до сих пор был привязан. Голубые глаза скользнули по гибкому телу, а руки стали отстегивать фиксатор и освобождать руки. На запястьях были красные следы, а "Тень" легонько поцеловал все эти следы, будто извиняясь за принесенную боль. Постель перестелить уже не получится, поэтому Куро сбегал в ванную за полотенцем, и обтер своего любимого, удобнее укладывая на подушку голову. Тецуя чувствовал себя просто отлично, улыбка надолго задержалась на его лице: - Сладких снов, Акаши-кун,- и Морфей забрал его в свое царство сновидений.

***

Утро для Акаши было ужасным. Во-первых, он помнил все отчетливо, что произошло вчера ночью, во-вторых, при малейшем движении у него болела спина и задница. Кое как поднявшись с кровати, опираясь на все подряд, он шел на кухню, откуда доносились запахи бекона и яичницы. Сейчас-то он устроит этому засранцу, не сможет неделю сидеть, как минимум. Но как только он показался у входа в кухню, как ему приветливо улыбнулись: - Доброе утро, Акаши-кун,- бодрый голос еще больше раздражал. Значит ему вот так ходить с больной задницей, а он вон улыбается с утра. - Тецу, я тебя к батарее пристегну! - По-моему, Акаши-кун не сможет ничего делать ближайшие дня два-три,- спокойным голосом молвил Куроко. - Замолкни.