В ожидании чуда

Почти целый день Тор провалялся в постели, вставая только для того, чтобы утолить голод. А есть хотелось невероятно, будто внутри него поселился не крошечный ребенок, а ненасытный отряд асгардских воинов, вернувшихся из похода. Время от времени хотелось сделать хоть пару глотков крепкого меда или, на худой конец, вина. Но лекарь запретил такие вольности, и Тор решил все же следовать его совету — несмотря на то, что хотелось послать его подальше, как и всех остальных с Локи во главе. Локи... Валяясь на скомканных простынях, Тор предвкушал сегодняшний вечер. Интересно, мелкий сам соизволит явиться, или придется его разыскивать по всему дворцу и окрестностям? Тор попытался представить, каково сейчас брату. Небось сидит у себя в покоях и рыдает от предстоящего ему очередного унижения. Так ему и надо: будет знать, как глумиться над чужими чувствами. А еще Тор подготовил для братца сюрприз, который определенно должен его расстроить. Искать Локи не пришлось. Он явился в покои Тора, лишь только за окном забрезжили вечерние сумерки. Тихо постучав, братец вплыл в комнату, с головы до ног закутанный в темный плащ. Тор вдруг понял, что под плащом у Локи больше ничего нет. И одна эта мысль взбудоражила не на шутку, обдав жаром и скатившись горячим комком вниз. Тор быстро вскочил с ложа и приблизился к застывшей у порога фигуре: — Пришел-таки. — Если бы не пришел, ты бы расстроился, — спокойно ответил Локи и, не дожидаясь, пока Тор сорвет с него плащ, дернул застежку и повел плечами. Тяжелая ткань скользнула вниз. Под плащом действительно ничего не было. Тор ухмыльнулся и провел ладонью по обнаженной груди брата, задевая пальцами маленький сосок. — Какой ты послушный. Глядишь, и заслужишь мое прощение. — Мне больше не нужно твое прощение, — Локи обошел брата и уверенно направился прямиком к кровати. Тут же взобрался на постель и встал на четвереньки, оттопырив задницу кверху. — Надеюсь, это не займет много времени, у меня еще дел по горло. Тор ожидал чего угодно, но не такого. А когда он подошел ближе, встал сзади и немного раздвинул ягодицы младшего, то не поверил своим глазам: маленькая дырочка блестела от смазки и была немного растянута. — Ты подготовил себя? — Тор скользнул двумя пальцами внутрь. Он вдруг представил, как Локи все это проделывал в своих покоях. Картина нарисовалась настолько будоражащая, что Тор едва не задохнулся от накатившего возбуждения. — Какой предусмотрительный у меня братик... — Тебе что-то не нравится? — Локи немного обернулся, смерив Тора презрительным взглядом. — Можешь пользоваться. — Отвернись, придурок, и молчи. Твое дело — подставлять задницу. Теперь ты знаешь, где твое место, — Тор сам не понимал, почему вся эта ситуация и заводит его, и злит одновременно. Маленький говнюк оказался тем еще крепким орешком — но ничего, сейчас он ему покажет. Локи положил голову на согнутые руки и затих. А Тор, спешно избавившись от штанов и схватив его за бедра, засадил сразу на всю длину, звонко шлепнувшись яйцами о ягодицы. Локи немного дернулся, но не произнес ни звука. Тор вбивался в него так яростно, словно внутри у Локи поселился неведомый враг, которого Тор хотел забить насмерть своим членом. Он жаждал услышать хотя бы один стон или вскрик; хотел, чтобы Локи начал просить его о пощаде, умолять остановиться. Но слышал только частое хриплое дыхание. И это невероятно злило. Тор чувствовал себя распоследней сволочью, но остановиться не мог. Сотрясаясь от накатившего оргазма, он без сил упал рядом с Локи, заполошно ловя ртом воздух. — Понравилось? — Тор грубо схватил брата за плечи и повернул к себе. — Это имеет значение? — хрипло прошептал Локи, глядя ему прямо в глаза. Он смахнул с лица растрепанные влажные пряди, и Тор заметил на ладони Локи багровый след от зубов. Голова старшего Одинсона немного закружилась, и где-то в груди заныло, затрепетало, отдаваясь колющей болью в горле. Чтобы не схватить эту изящную ладонь, не поцеловать нежно и аккуратно пострадавшую, наливающуюся фиолетовым кожу, а затем не броситься к брату, не начать целовать его покрасневшее лицо, побледневшие тонкие губы, не сжать его в объятиях и не впиться губами в маленькую, быстро-быстро пульсирующую венку на шее, Тор оттолкнул его от себя и резво поднялся. Еще не хватало сейчас раскиснуть. Мелкий и так, судя по всему, возомнил себя страдальцем, что приносит себя в жертву научному эксперименту. Играет в благородство. Словно в подтверждение своих мыслей Тор услышал: — Так часто бывает при беременности: необоснованная агрессия, неодолимая похоть, резкая смена настроения. Потом все пройдет, брат. Нам обоим осталось терпеть не долго. Я могу идти? — Я что-то не понял, — Тор, подойдя к столу, взял тетрадь, которую подготовил заранее. — Ты что, меня психованной бабой считаешь? — Не совсем, — Локи медленно поднялся, держась рукой за живот. Тор понял, что он не напрасно старался — пусть этот умник немного покорчится от ноющей боли внутри. — Что значит «не совсем»? — Тор нахмурился и сжал кулаки. — Просто ты не хочешь быть сильным, не желаешь принять то, чем наградила тебя судьба. И ты когда-нибудь пожалеешь об этом. Вот увидишь. Тебе будет стыдно за все это, — Локи, скривившись от боли, нагнулся и поднял свой плащ. — Ах вот ты как заговорил! Строишь из себя жертву, мелкий говнюк? — Тор быстро подошел к брату и ткнул ему под нос тетрадь. На обложке красовалась надпись «Локи». — Я занимаюсь тем же, чем и ты, понял? Только провожу другие исследования! Можешь посмотреть. Локи, набросив на плечи плащ, взял тетрадь, покрутил ее в руках, затем открыл. — «ОИ — Локи Одинсон. Мелкий засранец, — прочитал он вслух и поднял глаза на Тора. При этом его губ коснулась едва заметная усмешка. — Цель исследования...» Ты не написал цель, — Локи снова посмотрел на брата. — Моя цель — превратить твою жизнь в кошмар. Потом допишу. — Понятно, — вздохнул младший и прочел дальше: — «ПА номер один — удовлетворительно. Объект должен сделать правильные выводы о своей никчемности и ничтожности. Следующий ПА запланирован на вечер». — Приятно чувствовать себя ОИ? — Тор пристально смотрел на мелкого, ожидая его реакции. — У тебя тут несколько ошибок в словах, могу сказать в каких... — Ты точно больной псих, пошел вон отсюда, — рявкнул Тор, выдернув из рук брата злосчастную тетрадь. — Завтра утром придешь. Только готовить себя будешь здесь — я хочу посмотреть, понял? — У тебя совсем плохо с головой. Надо бы лекаря вызвать, — Локи закутался в плащ и развернулся к двери. Тор, не помня себя от нахлынувшей ярости, схватил Локи за волосы, сжал в кулаке и с силой дернул, запрокидывая тому голову. Локи вскрикнул от неожиданной резкой боли, вцепился в руку брата, пытаясь освободиться. — Да как ты смеешь, тварь?! — прорычал Тор ему в лицо. — Будешь делать, что я скажу! Иначе не получите с отцом своего ублюдка, ясно? — он отпустил волосы Локи и толкнул в спину: — Пошел отсюда! Дойдя до двери, Локи остановился и обернулся. Откинул вдруг полу плаща и выставил правую руку вперед: — Сейчас я не трону тебя и буду выполнять все твои капризы. Мой ребенок не виноват в том, что его носит такой урод, как ты. Но потом, после... — Чего? — прищурился Тор. — Что ты там вякаешь? Давно тумаков не получал? Локи тем временем немного отвел руку в сторону и что-то прошептал. Тор не сразу понял, что произошло, он будто на мгновение ослеп: из ладони брата вырвался яркий зеленый луч. Он прошел совсем близко от головы старшего принца и, превратившись в огненный шар, с силой врезался в противоположную стену, прожигая ее почти насквозь. Тор ошарашенно уставился на зияющую в стене дыру. — Я кое-чему уже научился, — спокойно произнес Локи и скрылся в проеме двери. Какое-то время Тор стоял посреди комнаты, словно оцепенев. Он почувствовал, как на голове слегка зашевелились волосы, а внутри холодной змейкой проскользнул страх. Такой выходки от братишки он никак не ожидал. На непослушных ногах он двинулся к кровати и, тяжело усевшись, опустил голову. Немного успокоившись, он поднес к лицу тетрадь, которую до сих пор сжимал в руке. И в несколько резких движений изорвал ее на мелкие клочья. Из глаз покатились непрошеные слезы — настолько неожиданно, что Тор даже не успел понять, с чего это вдруг щеки стали мокрыми. А на душе было настолько гадко и мерзко, что захотелось провалиться сквозь землю. Что он наделал? Зачем? Ведь, как он ни внушал себе, что Локи — гад и предатель, где-то глубоко внутри все еще надеялся, что потом, пусть немного позже, все образуется. Думал, что Локи, наверное, любит его, неспроста же терпит побои и издевательства. И со временем, думал Тор, он сможет простить младшего, и тогда все наладится. Но теперь он понял, что заблуждался. Вспомнились слова брата, которые он пропустил мимо ушей: «Мне больше не нужно твое прощение». Локи больше не маленький беззащитный заучка, над которым можно было всласть поиздеваться еще пару месяцев назад. Он больше не бросится к старшему брату, не обнимет, не прижмется и не скажет, как любит его и их маленького сынишку... Тор всхлипнул и положил ладонь на живот, слегка погладил. Невидимый кроха отозвался на ласку, зашевелился внутри. — Все будет хорошо, мелкий, — улыбнувшись сквозь слезы, пообещал Тор.