If You Know How To Read My Lover

– Энтони, сможешь ли ты, пожалуйста, помочь новому ученику, Йену Хикоксу? – раздался голос учительницы, указывающей на невысокого, бледного, тощего парня, чьи глаза, судя по всему, были закрыты. – Да, мисс Лазри, – прощебетал он, подпрыгивая к новичку, – Привет, я Энтони. Энтони Падилла. А кто ты? – он берёт руку парня и усаживает на соседний стул. – Я Йен Хикокс. Мне шестнадцать, я слепой, живу с мамой и немецкой овчаркой. – Я Энтони Падилла и я влюблён в искусство, – он улыбается, – А вообще, круто! Не про твою слепоту, мне жаль. Про собаку: люблю их! – Всё нормально. Я такой лет с двух, так что это не беспокоит меня. Энтони улыбается, рассматривая прелестную причёску Йена и его восхитительный нос. – Я тоже живу с мамой, люблю видеоигры и у меня есть кот по имени Пип, – он нетерпеливо ёрзает на стуле, – О, ещё у меня синдром дефицита внимания и гиперактивности. На лице Йена появляется ухмылка, он поворачивается в совершенно противоположную сторону от Энтони. Энтони борется с тем, чтобы не залиться смехом, когда он осторожно поворачивает Йена к себе. – У меня тот же синдром! – Йен смеётся, и его глаза на секунду открываются. Энтони мог бы рассказать, как прекрасен их блеск и сколько оттенков синего смешано в них воедино. Он почувствовал укол зависти. – Ты не в курсе, кто твоя родственная душа? – внезапно спросил он, нервно закусив губу. Он сам не знал, почему у него появилось такое стремительное влечение к Йену, которое он никак не мог игнорировать. Он чувствовал, что ему необходимо узнать, кто является родственной душой Йена. Любым способом. – Что такое «родственные души»? – переспросил Йен, поставленный в тупик незнакомым выражением. – А, так ты не в курсе? Ну что ж, я просвещу тебя, – Энтони улыбается, приготовившись к долгой дискуссии. – Обратимся к древним временам, когда в 2045 году доктор Джефиш ввёл новую практику, «душеписание». Душеписание – это вера в то, что каждый с момента рождения имеет родственную душу. Когда твоя родственная душа заговорит с тобой, на твоей руке появится первая фраза, сказанная ею. Вас окутает светом, и вы навсегда будете связаны бессмертной любовью. Йен был в восторге и немного шокирован. Он прошептал: – Это же невероятно… На твоей руке уже есть фраза? – Неа, думаю, я пока не встретил свою родственную ду… – Энтони замялся, обратив внимание на странное свечение, потрясшее его, – Йен, она появляется! Фраза, на моей руке! – прокричал он, в ужасе сжимая рубашку собеседника. – О Боже, что там написано? – Там написано… – парень прервался на середине предложения, и его глаза расширились в удивлении. – Ну же, что там? – Ты уверен, что хочешь знать? – пробормотал Энтони. Он был озадачен. – Да, – немного неуверенно ответил Йен, беря руки Энтони в свои, – Пожалуйста, скажи мне. – Хорошо. На лице Энтони появилась глупая улыбка. Он прочитал надпись на своей руке Йену, получая удовольствие от румянца на лице растерянного новичка. – У тебя тоже есть надпись, – тихо смеялся Энтони, осторожно рассматривая запястье Йена. – Заткнись, придурок. В этот день они вернулись домой не только приятелями, но и кое-чем большим. Они были родственными душами. «Я Йен Хикокс. Мне шестнадцать, я слепой, живу с мамой и немецкой овчаркой» «Я Энтони Падилла и я влюблён в искусство» Позже Энтони сожалел, что не мог сменить надпись на «Я Энтони Падилла и я влюблён в тебя».