Судьба или нет?

Клинт уже третий час торчал в тире, не уставая набивать руку. Врачи выпустили его из медпункта спустя месяц после ухода Натали. Впрочем, единственное, что изменилось для лучника после выписки, это то, что теперь он знал дату сегодняшней пятницы. Время на больничной койке не имело того значения, которое оно приобретало сразу за дверью медотсека. Ты начинал жить в прямом смысле этого выражения. Несомненным плюсом выписки было ещё то, что необходимость выслушивать дружеский трёп и сочувственные вздохи отпала. Невыносимо было лежать неподвижно и не иметь возможности унести ноги от всех этих «Ну ты как?», «Что говорят врачи?», «Чем занимаешься? Не скучно?». Эти все глупые однообразные вопросы выводили из себя и, наверное, если бы Бартон провалялся так ещё неделю, то его психика бы явно пошатнулась. Вот поэтому-то, получив выписку, он и спрятался ото всех в тире. Клинт здесь не был с тех времён, когда Блайт ещё от него пряталась по всем закоулкам базы. Воспоминания о девушке только ухудшили настроение: она была непонятно где и непонятно с кем. Вдруг ей нужна помощь, а он бездействует, потому что не знает, где её искать? От грустных мыслей отвлёк голос директора, раздавшийся из динамиков. - Мстители, соберитесь в командном центре, - потребовал Фьюри и отключился. Собрав свои стрелы, Сокол покинул тир. Идти наверх и встречаться с ребятами ему вовсе не хотелось. Если бы не надежда увидеть там Натали, Бартон, наверное, так и остался бы в обществе мишеней и лука со стрелами. Едва переступив порог комнаты, в которой помимо основного состава присутсвовали Хилл и Романофф, Клинт понял, что его надежды рассыпались в пух и прах: Блайт в комнате не было. В коллективе определённо творилось что-то странное: стоило ему зайти, как все резко замолчали и уставились на него, ожидая следующего шага. Первым нарушил неестесственную тишину Старк. - Привет, Леголас! Рад тебя видеть! - Если ты так соскучился, чего не приходил? – ухмыльнулся Клинт. Неловкость заметно спала. - Спроси у своего лечащего врача. Если ты понимаешь, о чём я... – подмигнул Тони. Все присутствующие натянуто рассмеялись. Бартона всё это уже начинало серьёзно напрягать. Ситуацию спас вошедший Фьюри. - Всем доброго вечера, - пожелал он и оглядел присутствующих. Заметив лучника, директор едва заметно кивнул, - рад видеть вас в строю, агент Бартон. Хочу сообщить, что за прошедшую неделю не произошло значимых инцидентов, требующих нашего вмешательства. - Процесс закончился? – поинтересовался Старк. Клинт почувствовал себя отставшим от жизни. Теперь он от части понимал Кэпа, проспавшего семьдесят лет. Заметив на лице подчинённого недоумение, директор решил пояснить. - Сегодня утром сестра мафиози, являющаяся по совместительству невестой другого мафиози, который посадил тебя на наркотики, - уточнил Фьюри для лучника, - решением суда отправилась за решётку вместе с новоявленым супругом. Теперь мы их ещё долго не увидим, - довольно хмыкнул директор, - спасибо за хорошую работу, агент Бартон. Клинт решил не упускать случая узнать побольше о происходящем: - Но я ведь работал не один, - покачал головой он, - где моя напарница? Фьюри вопрос не понравился, он помрачнел и стал прикидывать, что ответить. Ответила за него Романофф, чем спутала все карты директору и ухудшила положение: - Нету больше твоей напарницы, - флегматично заявила она, внимательно изучая свой маникюр. - Наташа! – возмутился Стив. - Мы потеряли с ней связь две недели назад, - сдался Фьюри, - поиски ничего не дали. Она ушла на задание и не вернулась. - Она может быть жива, Клинт, - попытался приободрить Сокола Тони. Оттолкнув друга, Бартон вышел. Зачем, зачем, зачем она ушла одна? Неужели всё было так срочно и секретно, что Ник отправил Натали одну и без прикрытия? Почему-то, казалось, что всё не так, как выглядит на первый взгляд, но в теперешнем состоянии лучник не мог трезво мыслить. Запершись у себя в отсеке, он практически упал на диван и просидел так несколько часов, тупо глядя в одну точку. Его одиночество самым грубым образом нарушил Старк. Он попросту взломал замок и вошёл в комнату. - Зачем ты убежал? Не стал слушать... - Слушать что? – поднял на него пустые глаза Сокол. – Как Фьюри скажет, что сожалеет о потере ценного сотрудника? Или эпитафию прочитает? А может он рассказал бы о том, как она из-за его прихоти... – договорить Бартон никак не мог. Слово «умерла» просто застряло у него в горле. Он не хотел верить, что Блайт больше нет. - Заткнись! – рявкнул на него Старк. Такое несвойственное миллиардеру поведение вырвало Клинта из цепких объятий отчаяния. В лучнике заговорила гордость. - Не повышай на меня голос!Ты не хуже меня знаешь, что Блайт пропала месяц назад, и никто не потрудился хотя бы попытаться... - А теперь послушай меня, - перебил гений. – Перед тобой стоит человек, который потратил на поиски твоей девушки больше недели. Я прочесал все места, где она могла появиться, подключался к дорожным камерам, камерам видеонаблюдения магазинов. Не хотел тебе этого говорить, но я проверил все больницы и морги. Её нигде нет. Я дошёл уже до того, что вижу её в абсолютно посторонних людях! Посмотри! – Тони бросил Клинту журнал, который до этого держал в руке. На обложке была фотография какой-то девушки, стоящей возле мольберта. Внимательно вглядевшись в фото, Сокол должен был признать, что брюнетка чем-то напоминает Натали, но прогнав наваждение, Бартон понял, что это лишь мимолётное сходство. Различия начинались уже с цвета волос, а продолжать их список можно было довольно долго. - Теперь ты меня понимаешь? – выдохнул Старк. Дикий огонёк в его глазах погас, даже от постоянного веселья не осталось следа. – Я не буду ни в чём тебя разуверять, только скажу одну фразу: «Не видел тела – не спеши хоронить»(С. Лукьяненко «Дозоры») Подумав над сказанным, Сокол и впрямь немного посветлел. Тони вырвал его из крепких объятий депрессии и хандры, но было ясно, что вытянет его только Натали. Гений верил, что та вернётся, но не хотел давать ложную, ничем не подкреплённую надежду доругу. В конце концов, Клинт и сам не сдастся. Оставалось только ждать... - Давай напьёмся, - внезапно предложил лучник, откладывая журнал в сторону. Старк понимал, что другу это нужно, и был не против. Хотя, он всегда был не против, когда дело касалось выпивки. *** Худшие опасения команды не оправдались, но и радужные надежды остались где-то на радуге. Клинт не впал в депрессию, никаких суицидальных наклонностей у него тоже не проявилось, и Мстители сначала даже успокоились, но присмотревшись повнимательнее поняли, что Бартон словно застыл. Он ходил на задания, выполнял свою работу, как всегда, безукоризненно, но с командой не работал. Общение с лучником сводилось к коротким пустым фразам типа: «Привет, как дела? Ты куда?» Сокол отвечал односложно и совсем перестал шутить. После заданий он запирался в своём отсеке и не выходил оттуда до нового задания. Все попытки залезть к нему в душу или, как это называли заботливые Мстители, «расшевелить», оканчивались звучными провалами. Бартон либо ссылался на чудовищную занятость, либо нагло врал, что у него всё хорошо. Единственным, кто знал, что твориться в голове Сокола, был Старк. Они иногда выпивали вместе, но чаще всего Тони просто отвлекал своей болтовнёй лучника. Пусть ненадолго, но Клинт становился собой, вылазил из-под одеяла безразличия к окружающему миру и оживал. В такие минуты гению казалось, что Бартон снова начинает дышать, после долгого отсутствия кислорода. На все предложения пожить некоторое время в башне Старка Сокол всегда отвечал отказом. Лучнику не хотелось объяснять гению, почему каждую ночь он подрывается, выхватывая из-под подушки пистолет, а потом долго не может уснуть, или почему проснувшись, он яростно взбивает под собой подушку, злясь на яркие, реалистичные, словно в бреду, сновидения.