Давай выпьем, Цунаде!

Тишину, царившую в окрестностях Конохи разорвал громкий вопль Шизуне: - Цунаде-сама!!! И в этом вопле было столько негодования и злости, что виновница так внезапно испортившегося настроения Шизуне резко обернулась и поспешила прибавить скорость. Да, даже такой сильной женщине, как Цунаде нужно иногда хоть чуть-чуть отдыхать. Даже если это идет вразрез с понятиями ее помощницы. Пока она шла, перед глазами проносились кипы бумаг, фотографии и оттиск печати, с которыми Цунаде ежедневно работает. На ладонях были заметны чернильные смазанные пятна и при ближайшем рассмотрении можно было увидеть малюсенькую царапину, которую сама женщина в пылу битвы с документами не заметила. Поскольку было раннее утро, людей на улице было немного, что снижало риск встретить своих подчиненных. И это нравилось женщине. Нет, конечно, она любит свою работу, свою деревню, жителей, но все равно потребность отдохнуть и расслабиться иногда перевешивала. Но всего лишь иногда. А что подразумевалось под отдыхом? Конечно же выпивка, так как с азартными играми дела в деревне обстояли намного хуже. Быстро шагая по улочке, Цунаде не заметила человека с белой гривой волос, выглянувшего из рано открывшегося паба. Когда мужчина понял, кто это, он воскликнул: - Йо, Цунаде! Женщина обернулась. Перед ней стоял ни кто иной, как Извращенный Отшельник, один из трех саннинов Конохи, ну или просто ее друг Джирайя. Мужчина был уже в слегка подвыпившем состоянии, что показывалось лишь чуть покрасневшими щеками. - Джирайя? Не ожидала тебя здесь увидеть. Мужчина хмыкнул. - А я то как не ожидал! Уловив скрытый намек, Цунаде хотела было ответить, но Джирайя ее остановил. - Ладно, не оправдывайся, - Цунаде снова было открыла рот, чтобы возмутиться, - заглянешь? Женщина устало выдохнула и вошла в заведение, Джирайя - за ней. Когда они сели за столик, мужчина спросил: - Неужели так не любишь работать, что начинаешь отлынивать с утра пораньше? В его голосе слышалась неприкрытая усмешка. Цунаде фыркнула. - Даже мне положено отдыхать, ты так не думаешь? Джирайя кивнул. Цунаде поднесла руки к глазам и осмотрела чернильные пятна. Джирайя заметил ту самую царапину. Он легонько коснулся ее пальцем и сказал: - Твоя работа такая травмоопасная. Женщина перевела взгляд на царапину. - Я даже не заметила, - она встала, - я сейчас вернусь. Цунаде пошла в туалет, чтобы смыть пятна, наказав мужчине пока заказать выпивку. Что он и сделал. Вернувшись и не обнаружив такой желаемой сейчас бутылочки саке на столе, Цунаде вперила грозный взгляд в Джирайю. Он только махнул рукой. - Не несут что-то. Тяжело сев на стул, Цунаде посмотрела на стоящую на столе тарелочку с данго. Она взяла палочку и съела один шарик. - Хоть закуска есть, - пробормотала она. Джирайя в это время рассматривал свою подругу. Его взгляд был серьезным и задумчивым. Но, поняв, что его рассматривания заметили, он сделал такой пошлый взгляд, что в отместку получил уничтожающий взгляд Цунаде. - Я - не экспонат в музее. - Просто не могу оторваться от созерцания твоих... Раздался грохот, и из-за стойки выбежал хозяин заведения. Увиденная картина так его шокировала, что он поспешил уйти обратно. - Ай-ай, прости, прости, - пробормотал Джирайя, отодравшись от поверхности стола. - Где же саке? Джирайя вздохнул. - Цунаде? - А? - Помнишь, я говорил насчет Акацуки? - Да. - Так когда мне выдвигаться? Женщина изумленно посмотрела на него. - В смысле? - Когда ты отправишь меня в деревню Скрытого Дождя? - Я... Внезапно к усталости прибавилось чувство страха. - С чего ты решил, что именно ты пойдешь туда? Джирайя почесал затылок. - Ну, не знаю... Есть другие варианты? Может, ты хочешь послать какого-нибудь юнца? Вроде Наруто. Или есть другие предложения? - Ннет, - женщина запнулась, - нет, я не собираюсь посылать на разведку детей, но... "Но тебя я тоже туда не пущу!", - договорила она про себя. - Что "но"? - Но... Это опасно... Джирайя расхохотался. - Ну, ты выдала! Разве бывают не опасные миссии? Даже вроде бы легкие всегда таят в себе что-то из ряда вон. А эта само собой. Я могу даже погибнуть, - не подумав, ляпнул он. Цунаде вздрогнула. - Нет. - А? - изумленно посмотрел на нее мужчина. - "Нет"? - Ты. Не. Пойдешь. Это звучало, как приказ, но голос Цунаде дрожал. Джирайя перестал улыбаться. - Эй, что с тобой? Ты отдаешь мне приказ? Мы же вроде отдыхаем. Глаза Цунаде расширились, а потом она крикнула: - Дайте саке! Джирайя хотел рассмеяться, но легкий испуг не дал ему этого сделать. Испуг, появившийся, когда он посмотрел на ее лицо. Опустошенное. Печальное. Испуганное. Между бровями залегла складочка. Глаза закрыты. Губы поджаты. - Цунаде? Как сказать, что она боится? Боится потерять друга, мужчину, который ей дорог. Внезапно она расслабилась, но сердце все так же медленно билось, будто сейчас остановится. - Я не хочу говорить на эту тему. Пока что, - сказала она, не смотря Джирайе в глаза. - Ладно, - ответил мужчина. - Я... Я обязательно сыграю перед тем, как ты уйдешь. - Зачем? - Чтобы знать, ждать тебя или нет. Джирайя посмотрел на нее. В это время принесли бутылочку саке. Джирайя осторожно разлил напиток по рюмкам. Цунаде взяла в еще дрожащие руки свою. - Цунаде, давай выпьем. - Да, давай. Сердце до сих пор билось медленно, но от алкоголя страх начал отступать.