Двое.

— Что здесь? — Похоже, на какую-то лабораторию... — Да, вроде того. — Смотрите! Эй, ребят! Все подошли к Роме. Он с отвращением на лице указал на банку, в которой плавало что-то темное и бесформенное. — Что это? – спросила Вика и тут же ахнула. Ее чуть не стошнило. Даша побледнела. — Это же... Комната, в которую попали ребята, ничем особым не выделялась. В общем, она была пуста. Только вдоль стен стеллажи, заполненные колбами и пробирками. Большинство были пусты. А некоторые с весьма сомнительным содержанием. — Да, — выдавил Андрей, — это чья-то почка. Помните, на записи?.. Конечно, все помнили ту пленку, где детям делали операции без наркоза и извлекали органы. Вика спешно отошла. Ей подурнело. — Но это было тридцать лет назад, — сказала Даша. — Да, — согласился Андрей. – Но мы уже поняли, что здесь по-прежнему что-то происходит. Они отошли от этой банки и стали исследовать другие полки. Но взгляд невольно так и тянуло обратно. — Слушайте, а может, взять ее с собой? – предложил Рома. – Максу покажем. первые после вчерашнего меж ними прозвучало имя Максима. Даша представила лицо Макса. А потом вспомнила банку с глазами, которую украли. — И куда мы с ней? – спросила она. – К себе на тумбочку поставишь? На чердак почти не попасть. Да и про глаза вспомни. — Верно, — согласился Андрей, — будет лучше, если они не узнают, что мы здесь были. Рома кивнул. Он и сам не горел желанием тащить с собой эту мерзость. А Даша снова задумалась о Максе. Даже здесь. И все после Роминых слов. Сидит там сейчас, один. Ему так плохо. А Даша здесь. Не с ним. Он хотел рассказать ей, своей девушке, о том свидетельстве. А она... «Что ж я натворила?» — в который раз подумала Даша. Ей было тяжело. А Максу еще тяжелее. Он сейчас сидит со своим горем и никого, абсолютно никого рядом. Даша смутно догадывалась, что значит эта справка. То, что Максим не родной сын своим родителям. А это ничуть не лучше, чем если бы они умерли. Сложно принять. Даша вспомнила судью, Савкину и ее слова сквозь слезы: « Так тяжело через столько лет узнать, что ты не родная своим родителям...» Бедный Макс! Зачем, зачем Даша ушла? Она должна была, просто обязана остаться с ним. А она бросила. Ради чего? Всех этих тайн? Очередного хождения на грани провала. С Андреем. «Нужно было остаться, — корила себя Даша. – Сюда можно было спуститься и потом. Нельзя было оставлять его в таком состоянии...» Дашины мысли прервал громкий звук. Она вздрогнула. Все замерли, боясь пошевелиться. Звук был оттуда, снаружи, из коридора. Даша переглянулась с друзьями. У всех в глазах было одно – отчаянный ужас. Сначала было тихо. А потом раздались осторожные шаги, гулко отдававшиеся от бетонного пола. Через щель между полом и дверью был виден мелькающий свет фонарика. Кто-то шел. Сюда. Оставалось надеяться только на то, что этот кто-то не зайдет именно в эту комнату. Сердце учащенно забилось. Пульс зашкаливал. А дыхание замерло, так и оборвавшись на полувздохе. Шаги остановились напротив этой двери. Даша поймала взгляд Андрея. Ей было страшно. Он хотел успокоить ее, но это не так-то просто, когда сердце бьется у кадыка, а в животе неприятная тянущая пустота. Но вот, после минутной паузы, которая показалась ребятам вечностью, шаги двинулись в конец этого коридора. «Наверно, в одну из тех запертых комнат в конце», — судорожно подумала Даша. Она осторожно повернулась и переступила. Левая нога, на которую опиралась девушка, затекла. Она оперлась на стеллаж, чтобы облегчить ноге нагрузку. Полки чуть покачнулись, но устояли. А вот маленькая колба, стоящая на самом краю, совершила пируэт и, с громким звоном упав на пол, разбилась на тысячу осколков. Даша вздрогнула. Звук разнесся по коридору с невероятной громкостью. Даша подняла глаза на ребят. Дыхание стало частым-частым, почти сменяющимся на истерические слезы. Шаги замерли. А потом так же осторожно вернулись назад и остановились около двери. Виднелась тень чьих-то ног. Ребята побледнели. Глаза Вики покраснели. Страх подкатил к горлу. И Даша с отчаянием подумала, что так и не помирилась с Максом. Но хоть с ним все будет хорошо. Счастье, что он не пошел с ними. Только... с ним Даше было бы не так страшно. С той стороны кто-то осторожно толкнул дверь.