Имплозия чувств. Эксплозия разума

Мы долго спорили с бетой я настаивала на рейтинге нс-17, она на нс-21. прочитав эту проду, вы поймёте ,почему я с ней согласилась... Он вдавливает её своим телом в пол. Руки так же ловятся, смыкаются кольцом из его пальцев и придерживаются у пола над её головой. Свободная рука разводит ноги девушки в стороны. Она смиренно отворачивает голову от него, только лишь бы не видеть его лица. Ему такой расклад вещей не нравится и он, недовольно рыкнув, освобождает её руки и разворачивает ту лицом к себе. Та даже не шевелит предоставленными уже ей руками, держа их так же у себя над головой. Он пытается поймать её взгляд, но она усердно прячет от него глаза. - Посмотри мне в глаза,— звучит его требовательный, низкий и хрипловатый голос. Она собирает в себе остатки сил и гордости и обжигает его своим холодным и злым взглядом. — Прости, — шепчет он виновато, и, как бы извиняясь, легонько касается её губ рукой. Разум отказывается воспринимать всё происходящее и у девушки начинается безмолвная истерика и ещё этот жар, который всё нарастает и нарастает с тех пор, как она находится в интимной близости с ним... Он уже без всяких помех входит в её тело. Она не отторгает его. Ей уже плевать. Из-за высокой температуры губы пересыхают, внутри всё горит, тело как будто пылает. Ей жарко до такой степени, что она уже не чувствует ожога на своей руке. Тело покрывается испариной, чтобы хоть как-то сбить температуру. В глазах опять всё темнеет. К горлу подступает тошнота. Она начала стонать и от боли, и потому что такой реакции требовал её организм на секс с Драгнилом... Тело, прерванное и оторванное от получение истинного удовольствия, было раздраженно, так что когда он вновь почувствовал девушку изнутри. То не стал медлить и сразу же задал бешеный темп. Пик был всё ближе и ближе и на этот раз он не собирался прерываться и отрывать себя от получения удовольствия. Наоборот, чувствуя, что скоро уже конец, он, подогреваемый стонами девушки наоборот, ещё сильней ускорился, движения стали более резкими и импульсивными. Он хотел успеть и взять как можно больше. Сил просто дышать у него уже не было, и он начал постанывать. Зрение запульсировало. Напряжение внутри нарастало. Вокруг уже не было ничего только это вожделенное чувство и нарастающее напряжение, которое вскоре должно было разразиться истинным блаженством... «Боже, как же больно, я словно горю живьём!» — кричала про себя девушка, ибо иначе никак не могла выразить свою боль — из горла вырывались только стоны. Ей было действительно горячо. Тело ломило до такой степени, что даже как будто кости чувствовали жар плоти. Если бы у неё было достаточно физической силы, то она бы отшвырнула его и начала бы с себя сдирать кожу. У неё было такое чувство, что она отслаивается от мяса. Кровь закипает, дыхание учащается, сердце колотиться так быстро, что она ощущает уже не отдельные удары, а всё, слившееся в гул. Зрение мигает последний раз, перед глазами опять всё плывёт и темнеет, ритм сердца делает скачок, дыхание останавливается... Дыхание окончательно сбивается. Наступает самый пик, и он в исступлении кричит её имя: - Люси! – он не выходит из неё, потому что хочет просто насладиться ощущением их единства... Хочет упасть навзничь, но боится раздавить лежащую под ним девушку, поэтому он опирается на руку и в благодарность целует ту в плечо. Зрение всё ещё пульсирует, а тело слегка подрагивает от только что пережитого оргазма. Блаженство. Но просыпающийся разум начинает бить тревогу, намекая ему, что что-то не так... Он не почувствовал, как ритм её сердца, который был для него словно мелодией, нарушился, и оно пропустило удар. Он не заметил, как её дыхание остановилось, как взгляд ее карих глаз остекленел, как жизнь покинула её тело... Кое-какие пояснения автора. У Драгнила температура тела круглый год 43 градуса. Для человека же температура выше 41 уже считается критической, а за 42 фатальной— обратите свои внимания на медицинские градусники. Пока засим всё, понимаю ,что некоторые, кто расчитывал на хороший конец будут в шоке, но, но, но... не забывайте про моё "против" в посвящении Остался только эпилог...