Истинная любовь

      После отъезда Менмы Наруто испытывал крайне смешанные чувства. Он был рад за сына и горд тем, что он решил подняться самостоятельно, но при этом жутко переживал. Сомневался, поступил ли он правильно, отпустив его туда, или стоило настоять на своём и устроить сына в свой магазин. Если он хотел попробовать себя, этого было бы достаточно для старта. Он понимал, что интересы сына с его деятельностью немного расходятся, но ведь если подумать, то их можно было бы и совместить. Однако Менму интересовала сама идея развиваться без отца, и это задевало.       На следующий день после его ухода блондин держался: сходил на работу, сделал даже больше, чем планировал, извинился перед Сорой за прогулы и старался не думать о сыне, хотя каждый час проверял телефон. Под конец рабочего дня он даже взял немного работы на дом, чтобы разгрузить своего секретаря, ведь у того намечался романтический ужин с альфой, о котором он упомянул вскользь. Уже дома ему показалось, что он взял маловато документов: они кончились спустя каких-то пару часов, и мысли Наруто снова атаковали его.       Дожидаясь Гаару, Намекадзе успел приготовить ужин, прибраться, протереть пыль, посмотреть телевизор, почитать книжку и залезть ненадолго в интернет. Была вероятность, что он не сдержится и сам начнёт узнавать про эту компанию, а ему не очень хотелось встречаться со своим прошлым. На следующий день всё повторилось, только теперь блондин взял немного больше работы, чем в прошлый раз, чем сильно удивлял своего секретаря.       Когда Гаара пришёл домой, он в очередной раз застал блондина за работой. Тот был уже в очках и изредка потирал глаза. Долго наблюдать за этой картиной было выше его сил и желаний. Подойдя со спины, он медленно опустил экран ноутбука вниз и, приобняв Наруто, уложил подбородок на плечо.       — Скажешь, что тебя беспокоит?       Вздохнув, Наруто откинулся назад. Он сам не мог сказать, почему его не отпускает беспокойство, но и расслабиться не мог.       — Не знаю, он даже не звонит. Знаешь, что я получил за всё время? «Мы долетели, пап, всё хорошо, погода отличная!» — передразнив интонацию смски, Наруто снова скис. Мягко поцеловав нежную кожу шеи, Гаара потянул того из-за стола.       — Тебе нужно расслабиться. Если он не пишет и не звонит, значит, с ним всё в порядке. На данный момент они бегают по новому городу и ищут приключений на свою задницу, ты же знаешь этих двоих, — увлекая добровольно идущего блондина с кухни в комнату, Гаара продолжил обнимать его со спины.       — Но он же мог делиться впечатлениями. Там, не знаю, с кем познакомился, нравится ли ему в целом этот город. Может, он хочет вернуться, но стыдно признаться? Или его поймали на какой-нибудь шалости, и он сейчас в обезьяннике отсиживается, — чем больше Наруто говорил, тем сильнее напрягались его плечи.       — Тшш, ты накручиваешь сам себя. Если бы случилось что-то страшное, тебе бы позвонили в первую очередь, — сев на кровать с краю, он привлёк Наруто к себе за талию, но тот остановился.       — Ха, конечно, ага. А ничего, что у него сейчас другая фамилия? А если таких людей вообще не существует? Или даже если они есть, но знать его не знают. Это ведь ты ему помог с этими махинациями, я знаю! — блондин обличительно тыкал пальцем в плечо рыжего. Это было правдой: он действительно помог Менме с документами, но при этом он заставил его взять с собой подлинные на всякий случай. Менма не собирался всё время скрывать свою фамилию, и Гаара понимал молодого альфу. Юный, способный, амбициозный. Любой альфа в этом возрасте захочет горы сворачивать.       — Да. Это сделал я, но лишь потому, что понимаю его желание. Тшш, — он видел, что Наруто хотел возмутиться. — Я знаю, что и ты его понимаешь, но как альфа я ему ближе. В его возрасте я так же желал уйти из дома и хоть по подворотням скитаться, но показать, что способен на всё сам, — задумавшись, он опустил взгляд с лица Наруто на его живот, на что блондин сделал пару шагов ближе, слегка зарываясь пальцами в короткие волосы своего мужа. — Но стоило мне разругаться с родителями и уйти из дома, как родителей не стало. И мне стало некуда возвращаться. Тогда казалось, что ты находишься один, а вокруг тебя пропасть, чёрная бездна, которая забрала всё то, что ты раньше называл домом, — не заметив, как стал поглаживать бока Наруто, он притянул того ещё ближе. Посмотрев прямо в лицо Наруто, который сейчас стоял, закусив губу, Гаара улыбнулся и незаметно выдохнул. — Он умный парень, Нару, и ему есть, куда вернуться в случае чего. Он это знает, потому сейчас он, может, и находится в обьезьяннике, но это лишь значит, что он смог ответить за свой поступок. Если он не звонит тебе, значит, он может справиться с этим сам. Да и к тому же, он не один: с ним поехал друг, вдвоём учиться самостоятельности легче. Тебе ли не знать, — забравшись ладонью под кофту блондина, он провёл пальцами по пояснице, привлекая того ещё ближе. Между ними были какие-то пару сантиметров. Наруто улыбнулся, представляя, как его сын преодолевает все маломальские препятствия.       — Ты правда думаешь, что с ним всё в порядке? — опустив ладонь и погладив мужчину по щеке, блондин заглянул в его глаза. Бирюза завлекала его и дарила покой. Пусть многие говорили о том, что эти глаза не выражают ничего, что они похожи на глаза рыб, такие же пугающие и пустынные, Наруто отчётливо видел в них эмоции, которые завораживали его.       — Если хочешь, давай завтра позвоним ему и убедимся в этом. Тогда ты развеешь все сомнения и наконец перестанешь работать двадцать четыре на семь, — показательно нахмурившись, рыжий показал, как он этим недоволен. — Ты мало ешь, а спишь и того меньше. Такими темпами это Менма скоро начнёт переживать за тебя.       Улыбаясь, Наруто выслушивал ворчание своего альфы. Забравшись на кровать, он попросту сел на колени Гаары.       — Ну ты же не дашь мне зачахнуть и уйти в депрессию, — блондин уже не так сильно переживал о сыне. Как бы странно ни звучало, Гаара умел его успокоить и вселить уверенность. Действительно, надо было просто позвонить, а не ждать звонка.       Оказавшись на одном уровне с рыжим, он дал волю рукам: оглаживая широкие плечи и подтянутый пресс альфы, он наблюдал за тем, как темнеют светлые глаза.       — Конечно не дам.       Гаара наслаждался прикосновениями, а юркий язычок привлёк внимание к полным, слегка влажным губам. Одна рука оглаживала поясницу, в то время как другая добралась до плеч. Немного подавшись вперёд, он уже было хотел поцеловать столь желанные губы, но Наруто немного отклонился, хитро улыбаясь. Ему нравилось дразнить этого альфу.       Наклонившись, он оставил нежный поцелуй на шее, заставляя отклонить голову. Рука в это время уже покоилась на паху, слегка надавливая и чётко ощущая наплывавшее возбуждение альфы. Если Гаара и остался недовольным от уловки блондина, то не подал виду. Отклонившись, он быстро стянул с того кофту, окидывая его тело взглядом.       Сколько бы времени ни прошло, казалось, на Наруто оно остановилось. Несильно выделяющийся пресс, который напрягался, стоило к нему прикоснуться, маленькие ареолы сосков, которые были весьма чувствительны, стоило провести по ним языком и куснуть, чтобы услышать резкий вздох и стон, наполненный страстью. Кто бы знал, как Наруто раскрывался в постели. Порой Гааре казалось, что ему всё это снится: то, что он позволял с собой вытворять… и то, что Гаара позволял Наруто делать с ним.       Продолжая наслаждаться поцелуями, которые спускались ниже, и ласковой рукой, которая не оставляла без внимания нижнюю его часть, Гаара провёл рукой по спине и обхватил шею блондина, шумно дыша поверх его головы. Он ощутимо провёл пальцем по коже за ухом для привлечения внимания, и, стоило Наруто поднять голову, встретившись взглядом с красноволосым, как его губы подверглись довольно страстной атаке. Альфа любил долгие и глубокие поцелуи, забирая весь воздух и не давая возможности вздохнуть. Такая сила, казалось, сводила Наруто с ума. Он сам не понимал, почему позволяет это, но именно в такие моменты в его голове не было ни одной мысли, только туманная пустота, которая обволакивала его не позволяла сопротивляться. Честно говоря, Наруто и не хотел.       Скорее почувствовав, чем поняв, что его паре осталось немного до обморока, он оторвался от этих пухлых, влажных губ. Гаара взглянул в затуманенные голубые глаза. Сейчас они больше походили на тёмную синюю бездну, это завораживало. Ещё раз прихватив его нижнюю губу и слегка оттянув, он хотел вернуть Наруто в сознание, так как чувствовал некую вину. Блондин вдыхал глубоко: он знал, что воздуха ему будет не хватать ещё не один раз.       Когда эти глаза более осмысленно посмотрели на него, он позволил себе улыбнуться. И чёрт, если это не был вызов, то Наруто ни черта не знал своего любовника. Нахмурившись и глубоко вздохнув ещё раз, он спустился с его колен на пол, провокационно глядя на альфу снизу вверх. Они оба знали, что им нравится, и если порой альфе казалось, что он перебарщивал, то Наруто всегда хотел показать ему, что он не так слаб, как о нём считают. Усевшись коленями на пол и расстегнув штаны рыжего, он снял их полностью с альфы и хотел было уже то же самое сделать со своими, но остановился, когда заметил, как отклонился Гаара.       Подняв взгляд, он увидел более расслабленную позу: альфа опирался на руки позади спины и смотрел на него. Что поражало Наруто больше всего, так это выдержка Гаары: как он мог спокойно держать себя в руках, не показывая ни лишней эмоции, ни лишнего стона. Блондину всегда хотелось увидеть, как сорвётся этот альфа, как он будет вести себя, когда отпустит внутреннего зверя. Будет ли он насиловать омегу до такой степени, что та не то что не сможет встать, а потеряет сознание, или не оставит на ней и живого места, удерживая в своих сильных руках и трахая так, как захочется? О да, Наруто очень хотелось не только посмотреть на это, но и ощутить, как бы это странно ни было для самого блондина. Он замечал за собой мазохистские замашки и пытался довести Гаару до точки невозврата, но каждый раз терпел поражение.       Он увидел, как альфа покачал головой в знак протеста. Это означало лишь одно: себя ласкать ему запрещалось. О да, как же он забыл про любовь Гаары к подчинению и приказам. Закусив губу, он сдержал судорожный вздох, ведь сам любил это не меньше.       Поправив штаны так, чтобы не сильно давили на вставшую плоть, он приподнялся, мягко проводя ладонью по внутренней стороне бедра, оставляя на нём влажные поцелуи. Добравшись до паха, он не сдержался: запах альфы мутил рассудок, а у этого места он ощущался очень ярко. Поведя носом по вставшей плоти через ткань, он прихватил её губами и сделал широкий мазок языком. Боже, он даже через ткань ощущал рельеф этого члена. Он слышал, как напряжённо дышит Гаара.       Кинув на того взгляд, не прекращая тереться о его плоть, он увидел полуприкрытые глаза, которые наблюдали за ним, и полуоткрытый рот, побуждающий продолжать. Слегка оттянув резинку, он тут же поймал губами головку, которая так и просилась в рот. Даже если альфа не показывал своей реакции, то ощутить он мог её сполна. Член дёрнулся и хотел уже выбраться из оков одежды, но Наруто оказался быстрее и, стоило ещё немного освободить плоть, тут же взял в рот глубже. Ему нравилась эта тяжесть во рту, крупная головка, которую не прикрывала кожа. Если провести языком по уздечке, то можно услышать сдержанный выдох, а если слегка прикусить, то послышится рычание. О да, от него Наруто тёк ещё сильнее. Не став испытывать и дальше терпение своего альфы, блондин вобрал плоть насколько мог, начиная интенсивно двигать головой. Он знал, что не сможет взять на всю, потому помогал себе рукой.       Гааре нравилась такая покорность Наруто, а то, как он игрался с его членом, вызывало лишь ещё большее желание: его не приходилось просить или спрашивать, он делал это так, будто сам наслаждался. И каждый раз, как блондин брал у него в рот, Гааре казалось, что он не выдержит: каждый раз он подводил его к грани. То, как он проводил языком по венкам, очерчивал головку или целовал… Что может быть сексуальнее этого, альфа не знал. Но то, как он старался заглотить… Каждый раз красноволосый боялся, что его могут оставить без достоинства, но эта мысль тут же улетала, ведь Наруто не давал думать ни о чём другом.       Перенеся вес на одну руку, Гаара запустил правую руку в светлые волосы, сперва нежно проведя, массируя кожу головы. Но когда Наруто в очередной раз прикусил его плоть, рука дёрнулась. Сжав волосы, тот стал насаживать этот похотливый рот на свой член так, как ему хотелось, так как Наруто нарывался. Всего на секунду позволяя вдохнуть, он возвращал его к своей плоти и заставлял брать глубже. Руки блондина крепко сжимали его бедро, щёки раскраснелись, а глаза снова были полуприкрыты от наслаждения.       Оторвав его от себя, он услышал, как шумно дышит Наруто, пытаясь восстановить дыхание. Наклонившись к нему, Гаара нежно приподнял его голову для легкого, даже целомудренного поцелуя.       — Сволочь, — дыхание Наруто всё никак не хотело восстанавливаться.       Альфа помог ему подняться. Онемевшие ноги плохо слушались, и он уже было чуть не завалился на своего партнёра, но Гаара сам потянул его на кровать, позволяя упасть на спину. Сев на ноги блондина, красноволосый расстегнул его штаны. Ощутимо огладив плоть через ткань штанов, он услышал шумный выдох.       — Гаара, — для Наруто это была пытка, и альфа знал об этом. Он старался не обращать внимание на то, в каких местах его штаны были мокрые, ведь если он даст себе слабину, то может запросто причинить боль этому омеге, своему омеге. Откинув ненужные вещи, альфа разместился между разведённых ног. Наруто всегда открывался ему, в каком бы настроении ни был, и это поражало и удивляло.       Оставляя на крепком теле нежные поцелуи, Гаара благодарил за доставленное удовольствие и давал минутную передышку. Наруто знал, что скоро это закончится, но он был благодарен Гааре за такое отношение: тот всегда понимал, когда ему нужна пауза. Добравшись до сосков, альфа стал терзать один губами, то обхватывая горошину, то слегка посасывая её, после чего последовал лёгкий укус. Со вторым он игрался пальцами, наслаждаясь стонами блондина.       — Гаара, пожалуйста… — поднявшись выше, к шее, альфа оставил пару отметин на тёмной, карамельной коже. Слегка отстранившись и достав из прикроватной тумбы ленту, под любопытным взглядом он спустил ленту вниз, провёл ладонью по животу, оставляя там нежный поцелуй, и спустился рукой ниже, обхватывая плоть и проведя ладонью вверх-вниз. Блондин тихо застонал, закусывая губу, сжимая в кулак одеяло, продолжая наблюдать за действиями своего Альфы. Он уже понял, для чего нужна эта лента, осталось только убедиться.       — Тебе понравится, — тихо заверил его Гаара и повязал ленту у основания члена, оставляя концы свисать на его поджавшиеся яички. От каждого движения они ощутимо касались нежной кожи, что вызывало новый рой мурашек. Улыбнувшись от такого специфического удовольствия, блондин развел ноги ещё шире, задирая руки вверх и скрещивая их над головой.       — Нам не хватает ещё одной ленты, — вызывающе улыбаясь, блондин не спускал синих горящих страстью глаз с бирюзовых, которые были сейчас темнее, чем обычно: он знал, как такое покровительство действует на Гаару. Нависнув над ним, альфа потёрся своим членом о его, ловя стон с его губ. Зажав скрещенные запястья своей рукой, он спустился губами к шее.       — Поверь, я найду, чем тебя обездвижить.       Тихий рычащий тембр на ухо пробуждал в нём новые волны возбуждения, ему было жарко, а ведь Гаара толком ещё ничего не сделал. То, как крепко были зажаты его руки, полностью удовлетворяло Наруто в его желании подчиниться этому альфе, хоть и было слегка неудобно. Но стоило тому начать его растягивать и погружать всё больше пальцев в его сочащуюся, мокрую дырку, он забывал о всяком дискомфорте. Он терялся в ощущениях: когда Гаара ласкал его простату, его подбрасывало вверх, где он встречался с возбуждённой частью альфы, и концы ленты тёрлись сильнее. Казалось, они спускались и двигались сами по себе, будто тоже желали доставить ему удовольствие, которого он ещё не знал. Стоны сдержать было сложно, и когда ко всему этому добавились губы красноволосого, Наруто думал, что потерять сознание — не такая уж плохая идея.       Пытка пальцами продолжалась ещё какое-то время, Наруто даже показалось, что Гаара увлекся его сосками. Он был больше чем уверен, что они после всего этого будут зудеть и побаливать, но остановить альфу не мог: ему было слишком хорошо. Отпустив его руки, альфа перевернул блондина на живот, приподнимая его зад. Пока Наруто привыкал к новой позе, он ощутил звонкий шлепок на своей ягодице и вздрогнул, не сдержав стона.       — Я не люблю, когда ты кусаешь губы, ты же знаешь это, — послышался тихий голос за спиной. Наруто ощутил всю глубину баритона, как будто он прошёлся внутри него, выйдя наружу в виде мурашек. Сжав руками одеяло возле головы, он постарался вспомнить, когда закусывал губу. Проведя по ней языком, он понял, что она достаточно сильно искусана. И когда только он успел?       Додумать не дал новый шлепок, обрушившийся на другую ягодицу. Вскрикнув, Наруто только сильнее сжал одеяло. Чёрт, да. Эти шлепки заставляли его напрячься так, что он забыл о ленте, ожидая и думая, куда снова прилетит. Порой ему хотелось прикупить плётку, но эти руки он любил больше, чем кожаную вещь.       — Я не кусал.       Блондин ощутил, как замер альфа позади него. Он знал, что делает: неповиновение или сопротивление, даже словесное, вызывало в Гааре такую жажду, после которой Наруто точно придётся брать денёк на восстановление. Сжав его волосы в кулак, Гаара приподнял его голову, склоняясь к самому уху.       — Что ты сказал? — альфе не приходилось повышать голос. Он шептал эти слова, но они доходили до самого нутра, вызывая новые волны возбуждения. Сглотнув, Наруто повторил фразу, ожидая, что будет дальше. Да, он ждал. Ждал хлёсткие удары или заламывание руки, фиксирующее его в определённой позе. Ожидал и каждый раз был не готов встретить эту страсть и силу.       Гаара прижал его голову к кровати, не давая вдохнуть. Кое-как повернув голову, Наруто смог это сделать, но, как оказалось, зря, ведь воздух тут же застрял у него в горле, когда Гаара опустил свою руку на шею. Приподняв опустившийся зад омеги, не заботясь о презервативе, альфа вошёл на всю длину, ощущая такое наслаждение, от которого закладывало уши. Или это было из-за стона Наруто?       Не до конца осознавая, Гаара начал двигаться. В голове не было других мыслей, кроме как наказать эту строптивую омегу. Он имел его жёстко, быстро, не давая времени на передышку, наслаждаясь хриплыми стонами, но вскоре ему захотелось сменить позу. Оторвав Наруто от кровати, он заставил того сесть на себя, облокачиваясь и держась за него. Стоны стали громче, но хрип так и не ушёл. Наруто ощутил, как Гаара сжал его волосы с такой силой, что, казалось, их оторвут с корнем. В такой позе Наруто сжимался ещё сильнее и давил на него, самостоятельно насаживаясь на его член, и Гаара знал, как тому это нравится. Он заметил, как блондин спускает руку к своей плоти, и резко поменял позу.       Уронив его снова на кровать, он взял его за руки и завёл их за спину. Удерживая его запястья, Гаара сам насаживал его на себя. Наруто тонул в своих же стонах и под напором альфы. Ему казалось, что ещё немного и его член взорвётся. Он хотел, желал, уже чуть ли не молил, чтобы Гаара снял эту чёртову ленту. Он кричал, просил, но слова так и не долетали до ушей альфы. Когда он держал его руки сзади, Наруто казалось, что он мог их вывернуть, ведь он буквально натягивал его на себя, входя быстро, размашисто и так жёстко, что выбивал весь дух. Каждый раз блондин забывал, что хотел сделать. Как безумный, он сам старался насадиться ещё глубже, ещё жёстче.       — Да… Гаара. Хн.       Отпустив руки и перевернув его на спину, Гаара увидел глаза, которые то и дело закатывались вверх, и бисеринки пота, спускавшиеся с висков и шеи. Снова войдя в расслабленное тело, альфа наслаждался его теплотой. Почти ложась на него сверху, он ощущал, как бешено бьётся его сердце, и это был не сравнимый ни с чем кайф.       Продолжая двигаться медленно, глубокими толчками, позволяя прийти блондину в себя, Гаара покрывал его шею новыми поцелуями, слизывая пот и оставляя засосы чуть ниже ключицы. Пытаясь отдышаться, Наруто поднял руку и запустил её в красные волосы, которые были слегка влажные от напряжения. Наруто ловил наслаждение, которое мог дать только этот альфа, после грубого, жёсткого секса. Эти медленные, наполненные чувством толчки заставляли его умиляться нежности своего мужа.       Притянув за шею к себе, Наруто поцеловал его, заставляя забыть о нежности, наполняя поцелуй страстью и желанием. Гаара понял без слов, возобновляя старый темп. Он потянул ленту за один из концов, давая волю плоти омеги, который от этого протяжно застонал в губы красноволосого. Поцелуй долго не продлился: с таким темпом Наруто и так терял возможность дышать.       Долго они не продержались, и блондин кончил спустя некоторое время, стоило освободить его член от сковывающей ленты. Через пару толчков Гаара не выдержал и кончил внутрь блондина, связывая их узлом не меньше, чем на полчаса. Ложась набок, альфа притянул к себе медленно приходящего в себя омегу.       — Эй, как ты? — он нежно поцеловал того в бровь, привлекая внимание. Он всё ещё тяжело дышал, но был в полной мере удовлетворён и расслаблен, а сцепка… Как же давно он не ощущал это чувство!       Забросив ногу на бедро и придвинувшись к своему альфе поближе, он позволил члену войти глубже. Оба не сдержали стона. Гаара строго глянул на блондина за такое самоуправство, но, встретив озорную улыбку, понял, что это напрасно.       — Прекраснее, чем кто-либо на этой планете, — Наруто поднял руку и огладил плечо обнимающего его альфы. Он действительно наслаждался этим единением. — Гаара, спасибо тебе, — голос был тихим, а глаза — прикрытыми, поэтому красноволосый не мог в полной мере ощутить, за что его благодарит Наруто. Но сам тон уже напрягал.       — Нару, я люблю тебя. За что ты меня благодаришь? — такая простая фраза и логичный вопрос. Подняв глаза, блондин взглянул на своего альфу. Он видел, как там зарождаются лёгкая обида и непонимание. Порой Наруто сам себя не понимал. Ему просто хотелось отблагодарить его, человека, который не дал потерять себя.       — Я тоже тебя люблю, Гаара, — Наруто был рад, что тот не стал больше ни о чём расспрашивать. Потянувшись к нему, он ответил на поцелуй. Он был ласковый, нежный и тёплый.       — Отдыхай, глупый, — прижав того к себе ещё сильнее, Гаара позволил своим глазам закрыться. — И губы ты всё-таки искусал.