5х09
Стайлз изо всех сил сдерживаться пытается; Лидия своими глазами-лазерами чуть ли не насквозь смотрит, чуть-чуть еще и сама обо всем догадается.
Лидия сдается, когда во второй раз одно и то же место проходит: останавливается резко, силясь к логике Стайлза приблизиться. Лидия готова уже силу банши на чудеса гипноза обменять, лишь бы понять, что со Стайлзом не так.Стайлз движения Лидии зеркально отражает, в подобие призрака обращаясь. Стайлза собственные мысли душат, по ночам к кровати прибивая, спать мешая да мозжечок разрушая. Стайлз уже и сам не рад, что секрет так долго хранит: признание сейчас пора к самоубийству приравнивать.
— Может, все же поговорим с Пэрришем? — Нет. — Почему?
Стайлз взгляд вниз отводит, не решаясь на Лидию смотреть; под ребрами колет неприятно, все кости дробятся и перемалываются. Лидия верные вопросы задает, вот только любой ответ на них усугубит ситуацию в стократ. Стайлз никогда не любил в шахматы играть, но азы знает: цугцванг чистой воды, ни больше ни меньше.
— Потому что одно из тел… Одно из них… Оно может быть… — Может быть чем? — Одно из них может быть зацепкой.
Лидия глаза закатывает, прекрасно осознавая, что правды не дождется ни сегодня, ни когда-либо. У Лидии временная аллергия на игру в мамочку: она распространяется лишь на милых щеночков и то при смертельной опасности, лес же не входит в допустимую компетенцию.Стайлз на грани находится; скажи одно слово, Лидия, просто спроси, что со мной не так. Стайлз смотрит, как Лидия разворачивается и уходит; с каждым шагом жить все тяжелее становится, земля развертывается, только падать и остается.
Стайлз падает.
— Всегда лучше, когда люди в курсе происходящего!
Лидия и сама не понимает, что добивает куда сильнее аконитовых пуль, да и банальнейшего выстрела в висок.
