Не бойся моих прикосновений

Дмитрий открыл глаза. Панель вытянулась, мерцая голубым свечением. Он приподнялся, смотря на сообщение. Кто-то незнакомый. Дмитрий потянулся, взглянув на часы. Всего лишь 7:10. Он сходил в туалет и отдал команду домашнему компьютеру включить кофемашину. Панель так и мерцала. Кто мог написать ему так рано? «Прости меня» Номер неизвестный. Но в исходящей информации было написано, что автор некий Бо Ритн. Фотография была задорная. Парень молодой, очень симпатичный. Дмитрий пожал плечами. Ошиблись номером, с кем не бывает. Мобильный завибрировал. Панель растянулась, начав мерцать. Парень взглянул на отправителя, сразу нахмурившись. - Эй, это важно? Лолита с любопытством уставилась на чужую мобильную панель, отвлекаясь от работы. Весь офис повернулся к Дмитрию. «Умоляю, прости меня!» - Это кто-то незнакомый. - А он красивый, - Лолита открыла профиль автора сообщения. – Бо. Забавное имя, не находишь? - Не трогай мою панель, - Дмитрий отвлёкся, - он просто перепутал номер. - Странно как-то, - девушка улыбнулась, - может, наш Дмитрий закрутил с кем-то романчик? Некоторые коллеги заулыбались. - Отстань, Лолита. У нас работы ещё очень много. Парень скрыл панель, делая вид, что смс его вовсе не волнует. - И представь, она там лежит, вся такая голенькая, - Итан тараторил, как заведённая игрушка, - а я стою столбом. Понимаю, что мой «леденец» не развёрнут и мягко говоря не готов. Друзья заржали. - Идиот. Что она сделала? – Блэк чуть не повалился на хихикающего Дмитрия. – Неужели ушла? - Нет, - Итан самодовольно поднял палец вверх. – Я сказал, что не против своеобразной помощи. - Ну, даёшь, - Дмитрий вновь засмеялся, смотря, как друг кривляется. В кармане завибрировал мобильный. Парень достал его, отсмеявшись. Панель сразу раскрылась. Вновь сообщение от этого психа. «Я знаю, как ты обижен, но не игнорируй меня, прошу! Я схожу с ума!» - Опаньки, - Блэк ошарашено посмотрел на панель, - неужели наш монах кинул кого-то?! - И вы туда же, - на выдохе, - нет. – Дмитрий потёр глаз. – Этот парень ошибся номером. Пишет мне, извиняется. Я уже не знаю, что делать. Потому что он не успокаивается. - А он хорошенький, - сказал Итан, смотря на фото отправителя, - Бо. Забавный мальчик. В твоём вкусе, кстати. - Что б ты знал, - Дмитрий стал серьёзнее, - с парнями у меня не было уже года полтора. Они приносят мне одни проблемы. И вот ещё одно доказательство. На эмоциях, он быстро стал строчить ответное сообщение: «Вы ошиблись номером, пожалуйста, больше не пишите мне!» - Грубиян, - Блэк цокнул, отпивая пиво. – Так подожди, - обратился ко второму другу, - она сама тебе отсосала, и вы продолжили? - Конечно! – Итан был рад, что разговор пошёл вновь о нём. Дмитрий посмотрел ещё раз на фотографию этого Бо и свернул панель. «Что мне сделать, чтобы ты простил меня? Я не ем, не сплю, сижу в четырёх стенах и просто жду, когда ты простишь меня» Дмитрий зарычал, запрокинув голову. Чёртов этот парень, он его изводит уже неделю. Целую неделю. Все семь дней приходят эти смс, и панель неизменно мерцает, показывая его профиль и сообщение. Вчера Дмитрий даже хотел запустить телефон в стену, потому что долго работал, ужасно устал, уже засыпал и тут этот гад написал. Он трижды дал понять, что тот ошибся номером, что пишет не тому человеку, но терпение его иссякло. «Вы ошиблись, сколько раз повторять? Я не тот, кому вы пишете, прошу, оставьте меня в покое!» И поставил номер Бо на игнор. Три дня были просто идеальными, никто без дела не писал, не звонил. Выходные прошли в интровертном спокойствии. Но потом… «Молю, выслушай меня. Давай встретимся сегодня? Я буду в кафе «Дэйл» на сорок пятой, в семь, хорошо? Буду ждать и не уйду до закрытия» Дмитрий подумал, что сейчас готов выкинуться из окна. Этот гадёныш написал с другого номера. Этому надо положить конец. Если он не понимает текстом, значит надо вразумить его словом. Может быть, при встрече, когда перед этим тупорылым появится Дмитрий, тот наконец поймёт, что он не предмет его воздыханий. В шесть он вышел из офиса и взял такси. Всю дорогу продумывал монолог, что не должен злиться и срываться на парня, с кем не бывает. Но эти смс порядком достали его. Было жаль парня, Дмитрий не раз задумывался, что у этого Бо трагедия, возможно, эта самая трагичная история из всех, что слышал Дмитрий, но сюда его впутали по ошибке, и быть наблюдателем чужой драмы он не хотел, так как в собственной жизни хватало бедствий. Было без пятнадцати семь, он узнал его сразу, хотя ни разу в жизни не видел. Через прозрачное стекло понурая хрупкая фигура бросалась в глаза. Он смотрел преданно на вход, как собака, ожидающая хозяина. Его тёмные волосы сейчас находились в страшном беспорядке, под глазами залегли круги, парень явно рыдал несколько дней подряд. Был жалким, потёртым жизнью. Его тонкие пальцы рвали салфетку, и, кажется, он не моргал. Рядом стояла чашка, скорее всего, кофе, но Бо к ней не притронулся. Дмитрий стоял как идиот на улице, смотря через стекло на парня. Вся решимость пропала. Ему даже сейчас неприятно смотреть на этого мальчика, на расстоянии, а смогут ли они вообще поговорить? Дмитрий боялся, что Бо повиснет у него на шее и будет ныть, что ошибся, что доставал его, начнёт ещё проклинать себя. Ему и так досталось, он сам довёл себя до такого состояния. И Дмитрий подумал, что ему просто духу не хватит сейчас сделать этому парню ещё больнее. Поэтому он ушёл, так ничего и не предприняв. «Ты не пришёл. Я ждал. Долго ждал. Пожалуйста, давай поговорим?» Дмитрий думал, что вытерпит все смс, будет игнорировать, ведь вечно этот псих слать их не будет. Но не тут-то было. Бо стал звонить. Несколько раз в день, утром и ночью, днём и вечером. Жизнь превратилась в ад. Пока он не пропал. В один день ни смс, ни звонка. Всё вновь стало тихо и спокойно. Дмитрий смотрел на панель, но новых сообщений не было. Он выдохнул, подумав, что Бо переболел своей любовью, как нормальный человек плюнул и решил жить дальше, больше не унижаясь. Было два часа ночи. Панель растянулась, предупреждая о входящем вызове. Дмитрий даже не посмотрел, кто его беспокоит, сразу же ответив. - Ты подонок! Подонок! – орала женщина. – Ты довёл моего сына, тварь! Как я ненавижу тебя, сволочь. Хоть бы совесть была! Дмитрий продрал глаза и уставился на панель. Вызов шёл от профиля Бо. Наверняка, это была его мать. И судя по её голосу, у неё были крупные к нему претензии. - Я вас не знаю, кто Вы такая? Голова просто разрывалась, спать хотелось зверски. - Бо! – вновь начала кричать та. – Бо! Ты понял?! – в её голосе слышались слёзы. Дмитрий тут же сел, протерев глаза. Внутри раскатилось мерзкое предчувствие. - Что с ним? - Он в больнице, - уже спокойнее продолжила говорить женщина, но плакать не перестала, - его нашёл в квартире сосед уже без сознания. Мне ничего не говорят, ничего! Мой мальчик даже может умереть, и всё из-за тебя, ублюдок! - Успокойтесь. - Да как ты смеешь? Это ты его игнорировал, это ты с ним не разговаривал, не дал объяснить ничего, не мог даже ответить на звонок! Бесчувственный! Если у тебя осталась хоть капля совести, то ты обязан приехать в больницу и быть рядом с Бо! Ты меня понял, урод?! - Говорите адрес, - устало попросил Дмитрий, смирившись со своей участью. Либо это закончится сегодня, либо так и будет тянуться неделями, выматывая его. Бо лежал в четвёртой больнице, Дмитрий сразу вбил адрес на панели, заказав себе такси. Уж лучше он эту ночь потратит на выяснение ситуации, а дальше будет спокоен, чем ляжет спать и промается до утра. Некую ответственность за ситуацию с Бо он всё-таки ощущал. Едкий стыд за нерешительность. Надо было войти в то чёртово кафе и всё выяснить. Она сидела в приёмной. Её было легко узнать по схожим чертам лица. Женщина утирала редкие слёзы салфеткой, смотря стеклянным взглядом перед собой. - Доброй ночи, - поздоровался Дмитрий, - я приехал. - Вы не Стюарт. - Нет, - с грустной улыбкой выдал тот, - не он. - Вот сволочь, сам боится сунуться! Присылает тут вместо себя дружков. Да таких сажать надо. Вы кто такой? - Я тот, кому Вы звонили и кричали в трубку, - Дмитрий достал свой телефон, развернул панель и указал на последний входящий вызов. - Не может быть, я звонила Стюарту, - она достала телефон и показала набранный номер. Дмитрий усмехнулся, сразу всё поняв. Он сел рядом с ней и рассказал о всех смс и проигнорированных звонках. Этот самый Стюарт просто поставил переадресацию на его профиль, и, вероятнее всего, свой номер заморозил, сменив на другой. Он сталкивался с таким уже, но лишь понаслышке. Когда человек избавляется от назойливых поклонников или врагов. Он перекидывает всё на другой профиль, сам меняет телефон, предварительно скопировав все нужные контакты. Проблему можно решить, обратившись в телефонную компанию. Женщина была растеряна, но слушала Дмитрия внимательно, не перебивала. И поверила, что самое главное. Он попросил у неё телефон Бо, скопировав номер Стюарта, и пообещал, что завтра с этим разберётся. Они посидели пару минут молча. - Всё-таки, что с Бо? - Обезвоживание, лёгкое сотрясение. Врачи думают, что был срыв. Он не приходит в себя. - Почему он довёл себя до такого состояния? – Дмитрий этого категорически не понимал. - Я мало что знаю сама, извините. Стюарт бросил его без объяснений, думаю, между ними что-то произошло. Бо не сказал мне. Я только знаю, что он с ума сходил от равнодушия Стюарта, а, как выясняется, писал вовсе не тому человеку. Дмитрий решил остаться с женщиной. Оказалось, её зовут Мария. Они сидели в приёмной, ожидая врача, который мог бы разрешить им повидать Бо, может быть, юноша пришёл в себя. Но время шло и никто не появлялся. В шесть утра Дмитрий извинился перед Марией, сказав, что ему надо на работу, но как только он закончит, то приедет сюда поддержать её. - Вы чужой человек, это не обязательно, - Мария слабо улыбнулась. - Я хотел бы сам всё рассказать Бо, может быть, тогда он одумается, прекратит страдать и постарается забыть. Женщина кивнула. Весь день чудовищно хотелось спать. И Дмитрий боролся с собой вплоть до вечера. Ему было не по себе от одной мысли, что придётся ехать в больницу, смотреть в глаза растерянного Бо и объяснять, что он терроризировал совершенно чужого человека на протяжении трёх недель. Он опасался реакции парня, что тому будет ещё хуже. Но когда Дмитрию разрешили зайти в палату к Бо, тот спал. Теперь можно было рассмотреть его на близком расстоянии. Юноша выглядел максимум на двадцать пять лет, волосы чуть отросли, были запутанными, как будто их не расчёсывали год. Под глазами залегли не просто круги – мешки, которые выдавали все бессонные ночи, проведённые, скорее всего, в слезах. Кожа была очень бледная, неестественного цвета. Губы больше были похожи на мочалку. Он спал довольно беспокойно, под веками были заметны движения глаз. Бо был хрупким мальчиком. Дмитрий почувствовал совершенно иррациональное желание защитить его. Никогда раньше он не чувствовал такого острого порыва. Ни с одним партнёром, ни с другом. Были моменты, когда Дмитрий хотел подставить под удар собственную щёку, чтобы только матери от отчима не влетело, но это же мама, и он был совсем ещё ребёнком. А тут совершенно другое. Он видел Бо второй раз в жизни, и это желание его просто затопило, как обрушившаяся на неумелого сёрфера волна. Дмитрий сел на стул рядом с койкой и вновь стал смотреть на Бо. Руки были мертвенно бледными, на шее виднелся синяк, часть которого скрывала больничная сорочка. - Вы пришли, - шепотом произнесла Мария, войдя в палату. Дмитрий вздрогнул и сразу же встал, почувствовав себя крайне неудобно, как будто он нарушил какое-то негласное правило. - Сидите, я возьму другой стул. Мария поставила принесённый стакан на тумбочку, пододвинув себе второй стул. - Он приходил в себя? - Да, - женщина грустно поджала губы, кивнув. – Но ему сразу вкололи снотворное. Единственное, он спросил, не давал ли Стюарт о себе знать. - Вы не сказали про меня? - Нет, хотя хотела. Бо слишком слаб пока, и ещё одно потрясение ему на пользу не пойдёт. Дмитрий кивнул. Он шёл сюда с мыслью, что всё расскажет парню и навсегда распрощается с ним, оставив одного со своей бедой и растоптанными чувствами. Но вышло иначе. За вчерашнюю ночь и за этот вечер, проведённые в разговорах с Марией, Дмитрий понял, что должен подождать, не торопиться, дать парню прийти в себя, очухаться. - Я приду завтра проведать его, Вы же не должны тут сидеть сутками, у Вас своя жизнь. Он под присмотром квалифицированных специалистов, и пока под препаратами, ждать его пробуждения бессмысленно. Я вызову такси и с удовольствием подвезу Вас к дому. Отдохните, Мария. Она согласилась. На следующий день Дмитрий приехал с букетом цветов, решив, что они не помещают. Бо не спал. - Здравствуй, - голос охрип, ладони отчего-то вспотели. - Здравствуй, - протянул юноша, смотря на Дмитрия. - Как ты? – он задал первый пришедший в голову вопрос, стоя в дверях палаты, не решаясь пройти вглубь. - Не очень, но спасибо, что спросили. А Вы кто? Дмитрий вздохнул, поставил цветы рядом с другим букетом, который, очевидно, принесла Мария, и сел рядом с койкой. - Меня зовут Дмитрий. Мы в какой-то степени знакомы. - Не припомню. - Бо, я тот, кому ты писал и звонил все эти три недели. - Вы что-то путаете, - озадаченно протянул юноша, немного скривившись от боли: задел локоть с вставленной в него иглой. - Нет. Ты пытался достучаться до своего, как я понимаю, бывшего парня, Стюарта, но дело в том, что все твои сообщения и звонки были переадресованы мне. Бо испугано посмотрел на незнакомца, попытавшись даже отодвинуться. - Вы врёте. - Не вру. Возьми свой телефон, - Дмитрий кивнул на мобильный, который лежал на тумбочке, - позвони ему. Бо недоверчиво взял телефон, развернул панель и голосовой командой набрал номер Стюарта. - Данный номер больше не обслуживается в связи с неправомерными действиями по отношению к другому абоненту, - сказал компьютерный голос. - Неправомерные действия были совершены по отношению ко мне. Он переадресовал всё на мой номер. Наверняка, просто набрал наугад первые пришедшие на ум цифры. Я не виню тебя сейчас, мне очень жаль, что ты стал жертвой бездушного любовника. Не думал, что всё дойдёт до больницы. Но все эти три недели это я игнорировал тебя, я писал, чтобы ты перестал докучать мне. И чувствую вину, что раньше не дал тебе знать об этом обмане, что не пошёл на встречу с тобой. Я наивно полагал, что ты устанешь, перестанешь писать и начнёшь жизнь заново, раз тебя игнорируют. Извини меня, Бо. Юноша отвернулся от Дмитрия уже в середине монолога, не в силах больше пошевелиться. Он горько плакал, стараясь, чтобы его слёзы остались незамеченными, ну или проигнорированными. Телефонная панель так и осталась развёрнутой. Дмитрий взял телефон парня, свернул панель и положил прибор на тумбочку. - Я навещу тебя, ладно? Ответа не последовало, только всхлипы от рыданий. - Бо, ты симпатичный мальчик, ты забудешь его и... - Уходите, - всхлип, - пожалуйста. Дмитрий встал, посмотрев на него ещё раз. Сейчас Бо не спал и выглядел в сто раз хуже, чем вчера. Горе убивало его. Дмитрий даже разозлился: нельзя быть таким мягкотелым. А, может, он просто сам так никогда не любил. В коридоре его подсекла медсестра, поинтересовавшись, родственник ли он пациенту. Дмитрий почему-то солгал, что кузен Бо. Тогда она попросила подождать его, так как врач хотел поговорить с кем-нибудь из родственников о Бо. - Здравствуйте, я доктор Перри, а Вы? - Дмитрий, - он протянул руку для рукопожатия, - Дмитрий Волкер. - Вы брат Бо? - Да, кузен, - даже не моргнул. - Хорошо, так как я не знаю, можно ли доверить эту информацию матери мистера Ритна. - О чём конкретно речь? - Всё дело в первичном обследовании, которое мы провели. У мистера Ритна есть кое-какие повреждения сфинктера и... - Он гей, доктор, - Дмитрий оборвал врача, даже выдохнув с облегчением. - Такие повреждения, мистер Волкер, добровольно не получают, - мужчина старался говорить как можно тише. – Если Вы не против, пройдёмте в мой кабинет. Дмитрий кивнул. - Мистер Волкер, ваш брат подвергся насилию, - мужчина сел в кресло, не медлив. – И довольно жестокому. Никаких наружных повреждений мы не обнаружили, кроме нескольких синяков, которые уже проходят, и заживших царапин. Но я думаю, что его били, хотя прошло уже много времени после этого инцидента. Моя помощница увидела у мистера Ритна заживающую глубокую царапину на внутренней стороне бедра и сразу сообщила мне. Мы провели обследование. Всё заживает само, хирургическое вмешательство не потребовалось. - Так в чём дело? - Мистер Волкер, Вы должны понять, что ваш брат – жертва насильственных действий. Он ничего не говорит, не признаётся. Возможно, ему стыдно, или он не видит в этом никакой проблемы. Но по опыту я могу сказать, что такие люди не остаются без шрамов. Как только Бо очнулся, он не дал к себе притронуться никому, кроме матери. Медсестре пришлось усмирять его, когда мой помощник попытался ввести снотворное. Он боится мужчин, мистер Волкер, мы не можем прикоснуться к нему, только Роза и Шона, медсёстры. Только женщины, Дмитрий. Вашему брату нужна терапия, я рекомендую записать его в группу поддержки для жертв насилия. Ему необходима помощь, в данном случае, только психологическая. Я дам направление на обследование у психолога и психотерапевта. Но общество таких же пострадавших, как он сам, помогает. Они сообща борются со страхом, с неуверенностью, стараются помочь друг другу. Поговорите с ним, я не думаю, что это надо было сообщать миссис Ритн. - Вы были совершенно правы. Ей незачем это знать. Я постараюсь повлиять на Бо, спасибо за ваше время. Дмитрий пожал доктору руку, выходя из кабинета. Чувство ответственности за этого мальчика крепло. С каждым часом, с каждой минутой. Теперь он знал тайну Бо и полагал, что обязан как-то помочь ему. Поэтому вот уже третий день после работы приезжал к нему. После разговора с доктором Перри, Дмитрий был у Бо дважды. Один раз тот спал (или делал вид, что спит), а второй раз не захотел видеть его, но буквально через минуту вновь стал плакать, отвернувшись от Дмитрия, хотя оба молчали. Медсестра попросила его удалиться, чтобы не делать хуже парню. Сегодня Бо выглядел лучше. - Привет, - Дмитрий поздоровался, указывая на букет цветов в своей руке. – Как ты? - Перестаньте ко мне ходить. Я уже извинился за своё поведение. Мне действительно очень жаль, что я вмешался в вашу жизнь, нарушил покой. Вашей вины в моём срыве не было, так что, ваша совесть чиста. Уходите. Дмитрий улыбнулся, выбросил завядшие цветы в мусорку и поставил принесённый букет в воду. Бо следил за ним, смотря зло. - Вы тупой? Уходите, прошу Вас! Вы ходячее напоминание мне о нём. - Не правда. Я это я, - лаконично ответил Дмитрий. – Ты ничего обо мне не знаешь, только то, что лез со своими сообщениями и звонками каждый день, портя мне жизнь. И ещё кое-что, - он сел на стул, строго смотря на Бо, - я знаю о насилии. Парень побледнел, сглотнул и отодвинулся к краю койки. - Нет, нет, - он завертел головой, - не может быть! Как?! - Доктор Перри сказал мне, я соврал, что ты мой кузен. - Как Вы могли? Зачем Вы лезете? Уходите же наконец! Я извинился, что Вам ещё нужно? - Я хочу помочь тебе, неужели ты так ослеп от собственного самобичевания и уныния, что не видишь искренности в моих действиях? Думаешь, я ради искупления вины прихожу к тебе каждый день? Или, по-твоему, мне заняться нечем? Бо промолчал. - Лучше было бы, чтобы твоя мама узнала? - Нет, - выдавил из себя юноша. - Тогда позволь мне вмешаться, раз ты сам вторгся в мою жизнь. Это от чистого сердца, Бо. Да, мне совестно, что моё равнодушие привело тебя сюда, я виноват не меньше этого Стюарта, но я-то здесь, совершенно незнакомый тебе парень, а его нет рядом. Я знаю, что с тобой, но как это произошло? Расскажи, ты можешь мне доверять. Бо сглотнул, прикрыл глаза и ничего не ответил. Они сидели в тишине довольно долго, пока не пришла медсестра и не выгнала Дмитрия из палаты. На следующий день его не пустила Мария, сказав, что Бо не хочет больше видеть его. Дмитрий упорно сидел у двери палаты, не думая даже отступать. Он знает то, что возложило на него некий груз. Поэтому уходить, забивать на мальчика он не собирался. На следующий день Бо молчал, никак не реагируя на присутствие Дмитрия. Это бесило. Придя на следующий день, Дмитрий застал Бо спящим. Он лежал на боку, а не на спине, как было до этого. Спал спокойно. За окном залупил дождь. Мужчина просто сидел, смотрел на затылок юноши и ни о чём не думал. - Я хочу помочь тебе. Это то малое, что я могу. Твой секрет останется только между нами. Только расскажи мне, Бо, расскажи, что с тобой случилось. Иначе помочь тебе будет сложно, - Дмитрий говорил тихо, смотря на стекающие капли дождя по стеклу. – Я сам не знаю, почему хожу сюда. Почему приношу тебе цветы и так упорствую. Да, мне жалко тебя. Очень жалко. Я до сих пор чувствую вину, но она просто колкая, терпимая. Знаешь, как будто затекает рука, если ты долго лежал на ней. Возможно, я пытаюсь уцепиться за что-то необычное, за эту ситуацию с тобой, дабы разнообразить свою монотонную жизнь. Будто помощь тебе поможет мне почувствовать себя иначе. Впервые в жизни я могу что-то сделать правильно, когда я нужен, когда во мне действительно нуждаются. Да, пусть я стал свидетелем твоей драмы поневоле, но я принимаю условия, Бо. Я допускал мысль больше никогда не приезжать, забыть обо всех твоих назойливых смс и звонках, но чувствовал себя при этом бестолково, будто бы сдаюсь, выбираю лёгкий путь. Мне надоело уже плыть по течению, понимаешь? Я никогда никому не был так нужен, как тебе сейчас. Я это знаю. И, может быть, мы никогда не станем друзьями, просто позволь мне хотя бы попытаться помочь тебе. Дмитрий замолчал, чувствуя себя глупо. Он уже подумал встать и уйти, когда услышал спокойный шёпот: - Я был в ночном клубе, - Бо начал говорить неожиданно, поэтому Дмитрий невольно вздрогнул, но не перебил, - я пошёл туда с другом, зная, что Стюарт должен прийти после работы. Мы выпили. Больше, чем следовало бы. Марк сказал, что на меня смотрит очень симпатичный мужчина за столиком вдалеке. Я был не прочь потанцевать с ним. Он оказался очень приятным, пришёл со своими друзьями. Угощал меня напитками, делал комплименты, хотя я сказал, что у меня есть парень. В какой-то момент я услышал крик Марка, чтобы меня оставили в покое. Был пьян как никогда в жизни. Меня несли на руках куда-то вниз. Я мало что помню. Подвал, качели для пыток, трое мужчин. У меня был кляп во рту, я не мог кричать, - Бо прикусил губу и начал плакать. – Боли я почти не помню. Меня брали по очереди. Хлестали какой-то специальной плетью, а если я брыкался, то били сильнее, пару раз даже рассекли кожу до крови. Я потерял сознание, наверное, от шока. Очнулся, когда меня тормошил Марк у запасного выхода из клуба. Я был в крови. Губа кровоточила, как и бровь, но я не помню, чтобы меня избивали. Все джинсы были в крови, живот болел, потому что там уже намечался огромный синяк. И сил не было. Марк помог мне добраться до такси, хотя нас взяли только на третий раз из-за крови и грязи. В больницу я не хотел. Не видел смысла. Дома лежал в ванне, отмокал. Марк продезинфицировал мне все ссадины и царапины. И зачем-то позвонил Стюарту. Тот понял всё сразу. Да кто бы не понял, - хмыкнул юноша, - когда перед тобой побитый парень сидит в ванне, а там вода розового цвета от его крови. Он дал мне пощёчину, обозвал шлюхой и ушёл. Утром я написал первое смс. Бо замолчал. Дмитрий решил для себя, что всё куда хуже, чем он думал. - Почему ты не обратился в полицию? - Дело бы всё равно заглохло. Я совершеннолетний гей, который сам напился и сам полез к мужику. Тут и расследовать нечего. Даже если их найдут, они скажут, что всё было по взаимному согласию, а обратное недоказуемо. У меня не было ничего сломано, лишь синяки да царапины. Это можно посчитать просто агрессивным сексом. Жестоким обращением тут и не пахнет, ведь люди трахаются и с двумя, и с тремя, и даже с пятью членами сразу. Я ненавижу их, но не потому, что они воспользовались мной, а из-за Стюарта, - Бо начал реветь, уже не просто тихо плача, - он не поверил мне, не стал слушать. Я оказался шлюхой, обычной блядью в его глазах. Меня это убивает. - Бо, - Дмитрий протянул руку, чтобы погладить парня по плечу, успокоить, - мне так жаль, но ты должен справиться... Рука легла на плечо парня, он резко повернулся к мужчине, загнанно задышал и громко, почти крича, на выдохе охнул: - Не трогать! Бо смотрел с ужасом на протянутую руку, желая спрятаться куда-нибудь от Дмитрия. - Уходи! Уходи и не возвращайся. Никогда не трогай меня. Никогда. У него участился пульс, и тут же прибежала медсестра. Дмитрий встал и попятился, не ожидав такой реакции. Бо всё ещё боялся. Ему вкололи успокоительное, но Шона выставила Дмитрия за дверь, так как он спровоцировал Бо. Мужчина был растерян, но сразу же пошёл к доктору Перри и попросил назначить сдачу анализов для Бо на ВИЧ и другие передающиеся половым путём венерические болезни. Доктор Перри позвонил Дмитрию сам, сказав, что Бо выписывают. Он не появлялся в больнице со дня той истерики парня, боясь рецидива. Даже думал забить, но не смог. Жизнь уже не была спокойной и размеренной. С самого начала прихода дурацких смс Дмитрий хотел избавиться от Бо, а теперь сам лез, докучая. Он приехал на выписку, Мария была рада его видеть, сказав, что для постороннего он принимает слишком большое участие. Юноша смотрел на него уничтожающе зло, ненавидя. Но ничего не сказал при матери. Дмитрий взял сумку, которую несла Мария, открыл им двери такси, сам сев спереди. Женщина благодарила Дмитрия за помощь, что он проявил благородство, так как всё ещё возился с её сыном, слушал его, навещал, хотя не должен был. Перед домом, когда такси остановилось, Дмитрий подал сумку, улыбнулся Марии и попрощался с Бо, пожелав ему скорейшего выздоровления. Юноша даже не посмотрел на него. Доктор Перри держал Дмитрия в курсе дел Бо, по его личной просьбе. Бо стоял на учёте как жертва насилия, поэтому должен был пройти обязательные психологические и психотерапевтические обследования. Только после них будет ясно, в каком лечении он нуждается. Дмитрий писал ему смс: «У тебя сегодня приём у психолога, не опаздывай» «Доброе утро, я заказал такси на девять, чтобы ты успел на тесты» «Как ты? Доктор Перри ждёт тебя на приём» «Ты помнишь про психотерапевта? Не задерживайся!» «Бо, сегодня у тебя невролог, пожалуйста, начинай собираться» И всё в таком роде. Бо игнорировал его, но как потом сказал врач, посетил всех, кого назначили ему. Слушался, сдавал тесты, покладисто выполняя указания, пил таблетки от стресса и депрессии. Пройдя обследование у невролога, Бо подтвердил, что с ним всё в порядке, тут нужна работа психолога. Дмитрий узнал, что парню назначили групповую терапию, он должен посещать собрания три раза в неделю и ходить к психологу на приём два раза в неделю. Не всё потеряно. Домофон пиликал мерзкой трелью. - Да, - раздался искажённый сигналом голос. - Бо, это Дмитрий. - Уходи! - Нет, собирайся, у тебя сегодня первое собрание, ты не должен пропускать его. - Оставь меня в покое, ты – маньяк! Я никуда не пойду. - Пойдёшь, иначе я позвоню твоей матери. Молчание. - Ты не посмеешь! - Посмею ради твоего здоровья, поэтому, пожалуйста, не заставляй меня, одевайся и спускайся. Такси уже подано. Он всё-таки сдался. Бо вышел, казался злым, сразу предупредив: - Тронешь меня, я брызну в тебя перцем, - показал баллончик в кармане своей куртки. - Я понял, не дурак. Дмитрий почему-то улыбался. Он даже сам не мог понять, отчего. Бо сел сзади, прижавшись к двери, чтобы быть как можно дальше от мужчины. - Ты всё ещё боишься меня? - Я могу подать заявление в полицию, сославшись на преследование. - Не можешь, - самодовольно сказал Дмитрий, повернувшись к юноше, - я не слежу за тобой, не фотографирую. Я лишь сопровождаю тебя на собрание. - Всё равно, ты знаешь о моей жизни всё. - А я Марии позвоню, - издевательски сказал тот. - Ага, козыри в ход пошли, - Бо чуть расслабился, но смотрел волком. - Конечно, - всё ещё улыбаясь, мужчина снисходительно смотрел на парня. Сейчас он не выглядел больным. Бледность была, но вполне здоровая. Синяки под глазами стали уже, превратившись лишь в небольшие тёмные полоски. Можно было сослаться на недосыпание. Бо отвернулся, смотря в лобовое стекло, сжимая в руке баллончик, а второй перехватил рюкзак, всё ещё держась на расстоянии. Он был симпатичным. С довольно правильными чертами лица, чуть вздёрнутым носом, который красноречиво говорил о его характере, но совершенно потерянным взглядом. Дмитрий ни разу не видел, как Бо улыбается. Конечно же, он сел как можно дальше от Дмитрия в кругу стульев, почти напротив. Ни с кем не поздоровался, отказался от предложенного кофе, сразу сел, насупился, смотря в пол. Бо явно чувствовал себя не в своей тарелке. Председатель представился, сказав, что у них сегодня двое новичков, и так как по правилам собрания никто ни на кого не давит, то они могут высказаться сегодня, а могут и позже, когда захотят. Дмитрий решил взять слово. - Здравствуйте, меня зовут Дмитрий, и я не жертва насилия. - Здравствуй, Дмитрий, - сказали все, даже Бо, который продолжал смотреть в пол. - Я пришёл сюда с этим молодым человеком, - он указал на юношу, - дабы поддержать его. Я надеюсь, что вы поможете ему обрести веру в себя, перестать замыкаться, так как он отвергает помощь тех, кто хочет помочь. Мне хочется верить, что смотря на вас, как вы продолжаете жить, он тоже начнёт. - Спасибо, Дмитрий, - сказал председатель, - кто хочет сегодня начать? – обратился он к другим. Целый час прошёл в разговорах о вере, надежде, что ничего не потеряно, а только впереди. Бо смотрел всё время в пол, но здоровался со всеми, кто брал слово. Хоть не уснул, и на том спасибо. Он шустро надел куртку, подхватил свой рюкзак и быстро вышел, надеясь отделаться от Дмитрия. Но тот не отставал. - Тебе что-нибудь нужно? – спросил мужчина, когда они сели в такси. Бо смотрел через стекло на улицу, молча. Зазвонил мобильный Дмитрия. Он вытянул панель, принимая вызов. - Друг, ты куда пропал? – спросил с ходу Блэк, не здороваясь. Привычка уже. - Я немного занят, а что ты хотел? - Встреча с парнями, помнишь? Пятого в семь. - Я не смогу, - Дмитрий прикинул, что это четверг, а у Бо в этот день психолог. – Мне нужно быть в другом месте. - Что-то важное? - Да, можно сказать и так. Передай ребятам от меня привет, встретимся позже. - Хорошо! Блэк отключился. - Зачем ты это делаешь? – спросил Бо, не поворачиваясь. - Что именно? Отвечаю на звонок друга? - Нет, нянчишься со мной, следишь, сопровождаешь, как инвалида? Я тебе никто. - Ты прав. Ты мне никто, как и я тебе. Считай, что я очищаю сам перед собой совесть. - Какая-то это дорогостоящая очистка, не находишь? Ты ничего мне не должен. - Хочешь избавиться от меня? - Да, - Бо повернулся и спокойно посмотрел на мужчину, - хочу, чтобы ты перестал это делать. - Хорошо, - кивнул тот, - давай заключим пари. - Какое? - Я от тебя отстаю, как только ты сможешь дотронуться до меня. Без боязни, без ужаса, просто пожать руку. Ок? Бо смерил его уничтожительным взглядом. Он дёрнулся, думая, что сможет это сделать сейчас, но потом быстро убрал руку, как будто обжёгся. - Ну вот и договорились, - злорадно сказал Дмитрий, улыбнувшись. В кабинет психолога Дмитрия не пустили. Он сидел в приёмной, изредка обращая внимание на намёки секретаря. Девушка всячески привлекала его внимание, наблюдала за ним сквозь компьютерную панель, где прокручивалось расписание врача. Ему было всё равно. О флирте он не думал. Бо немного потеплел к нему, теперь воспринимая Дмитрия как личную собаку-поводыря. Он старался скрывать свои эмоции перед мужчиной, но тот замечал грусть, тоску. Он видел пару раз, как Бо просматривает на телефоне фотографии, и судя по всему, там был именно Стюарт, которого юноша никак не мог забыть. Все физические следы насилия исчезли с тела Бо, оставив только шрам на бедре и небольшую отметину на животе, как будто светлое родимое пятно образовалось. Всё это он показал доктору Перри, а Дмитрий сидел в углу на приёме, слушая. Раскрывать обман Бо не стал, врач был ему симпатичен, пусть думает, что они с Волкером действительно кузены. Как тот и обещал, пока юноша держит пари, его мама остаётся в неведении. Дмитрий хоть и работал, даже уделял время друзьям, когда у Бо был свободный день, но не переставал думать о нём. Сперва он ухмылялся, копаясь в себе, пытаясь понять, а действительно, почему же он всё это делает. Потом походы с Бо к врачам и на собрания вошли в привычку. Юноша даже сам звонил или писал, что встреча переносится, или он опаздывает. Потом пришла какая-то апатия. Дмитрий делает, что делает, потому что так чувствует, и не стоит ковыряться в этих эмоциях: это больше похоже на ворошение осиного гнезда. А потом Дмитрий пришёл к выводу, что прикипел к Бо. Ему, правда, не безразлично здоровье юноши, его мнение о ситуации, он ждал откровения на собрании, не зная, как отреагирует на рассказ о насилии ещё раз, будет ли его реакция отличаться от первичной. Самое главное, Бо больше не отгонял, мирился с присутствием Дмитрия. - Ты нравишься ей, - Бо надевал пальто, смотря заинтересованно на Дмитрия. Тот отвлёкся, повернувшись к юноше. - А? - Она запала на тебя, - Бо хмыкнул угрюмо. Мужчина посмотрел на секретаря. Та действительно наблюдала, как они собираются уходить. Девушка уже ни в первый раз проявляет интерес, который не раздражал, но то, что Бо заметил, напрягло. - Мне не интересно, - выдал Дмитрий, открыв перед Бо дверь. - Отчего же? - юноша вызвал лифт голосовой командой, смотря на спутника. Тот стоял, смотрел перед собой. – Ты гей? - С каких пор ты мной интересуешься? – вопросом на вопрос ответил мужчина. - С тех самых, - язвенно. – И всё же, пусть будет хоть одна польза от того, что ты за мной таскаешься. Пока я выворачиваю душу перед доктором Ротт, ты мог бы трахнуть девицу в туалете, разве нет? - Мог бы, но не буду. Я уже сказал, что мне не интересно. - Почему? – не успокаивался Бо. - Потому, неугомонный ты ребёнок. Какая разница? - Нет, ничего, - пожал плечами собеседник, - просто на импотента ты не похож, вот и спрашиваю. Дмитрий так посмотрел на парня, готовый прожечь его глазами. - Я не импотент. - Значит гей. - Не значит, - нравоучительно, - ты не думал, что она не в моём вкусе? - Так бы сразу и сказал, - Бо поймал такси и больше к этой теме не возвращался. Они молчали. Но когда машина остановилась на перекрестке, Бо поменялся в лице, у него затряслись руки, рот приоткрылся от удивления. - Что случилось? Юноша опустил стекло и высунулся. Так резко, что Дмитрий успел испугаться. Он протянул руку и схватил непутёвого пацана за ворот пальто и заставил вернуть туловище в салон. - Не трогай меня! – истерично. – Не прикасайся!!! - Хорошо, хорошо, - мужчина показал руки в миролюбивом жесте, - только ты чуть не вывалился из авто, это ничего? – с сарказмом. - Отвали от меня! Его руки до сих пор тряслись, Бо был на грани срыва. - Я тебя не трогаю, не трогаю, видишь, даже прижимаюсь к своей двери, только успокойся. Парень уже держал в руке баллончик с перцем, это было видно по выпуклому карману. Как только они доехали до дома Ритна, Бо сразу же вылетел из машины и побежал к подъезду. Дмитрий расплатился, несясь за ним. - Стой, я не могу оставить тебя в таком состоянии! - Не лезь! – зло. - Бо, ты сейчас в истерике, я не имею никакого морального права уйти, ты это понимаешь? – как маленькому пришлось объяснять. Юноша молчал. Он только дышал шумно, пытаясь унять дрожь, а так казался просто раздражённым. - У тебя сегодня ещё собрание. - Никуда я не пойду, - он зашёл в лифт, голосовой командой указал нужный этаж. Дмитрий стоял рядом. Он никогда до этого не был в квартире Бо, он даже не знал, чем парень занимался, как он жил. Стало немного не по себе и чуть-чуть волнительно, как перед свиданием. Бо вылетел из лифта и широко шагая, двинулся по коридору. Он приложил ладонь к панели, открывая замок. Квартира была небольшой. Всего две небольшие комнатки и очень светлая кухня. «Мазохист», - подумал Дмитрий, увидев в уютной прихожей фото, где Стюарт обнимает Бо. - Не чувствуй себя как дома, - раздражённо сказал юноша, скинув ботинки и пальто. Он взял мобильный и ловким движением растянул панель, запросив видео-вызов. Звонил Марку, своему другу, с которым они были в том злополучном клубе. Дмитрий сел в гостиной на диван, чтобы не смотреть на фото, прислушался. - Ты не понимаешь, - кричал Бо, - он был с каким-то чуваком! И это не друг, он его явно трахает! - Бо, успокойся, не нервничай, - Марк говорил спокойно и добро, - прими таблетку и забей. - У него есть кто-то, да? Марк, скажи мне! - Да, Бо, есть. Забудь его, наконец, он не стоит ни твоего внимания, ни твоих чувств. Он бросил тебя в тот момент, когда был нужен как никто. - Ты всё равно не поймёшь, - Бо начал плакать. - Понимаю, друг, я всё понимаю. Я там был, я видел. Бо, посмотри на меня, - попросил тот. Воцарилось молчание. - Я люблю его. Я не могу без него. Ни тогда, ни сейчас. Сложно забыть того, о ком ты думаешь каждый день. - Он этого не достоин. И никогда не был. Бо, ты замечательный, слышишь? Просто забудь его, пожалуйста, вы никогда не будете вместе. Он забыл тебя, почему же ты себя мучаешь? Бо свернул панель неожиданно, громко хлопнув дверью спальни. Дмитрий посмотрел на нее, не решаясь войти. Он прошёлся по квартире, заварил чай, рассматривая предметы. Бо любил светлые оттенки. У него не было, кажется, ни одного тёмного предмета в квартире. Все кружки бело-жёлтые, занавески рыжие, стол цвета слоновой кости. Дмитрий выпил чай, посматривая на время. Когда до собрания оставался час, он постучал в дверь. - Бо, пора собираться. - Отвали! - Нет, ты должен пойти на собрание, нельзя их пропускать. - Бестолковая болтовня о надежде. Они все остались жертвами, мусоля в собственном сознании жалость к самим себе, потому что им это нравится. А я задолбался это слушать. Мне осточертело, что ты ходишь со мной, что ты слушаешь это нытьё. Я заколебался ходить к врачам, пить эти таблетки уродские. Моя жизнь мне больше не принадлежит. Я потерял Стюарта. Я больше никогда не буду с ним. Марк прав. Ты же даже не знаешь, что это такое, да? Ты никогда не любил. У тебя на роже написано, что ты ненавидишь людей. Тебе пофигу. Только я не пойму, - Бо повысил голос, - какого чёрта ты увязался за мной?! - Ты ни в чём не виноват, - спокойно ответил Дмитрий, не отреагировав на оскорбления. – Ты сильный, Бо, ты сможешь это преодолеть. Вставай, нам пора на собрание. - Отвали же ты от меня! Уходи, уходи насовсем! - Нет, и тебе придётся с этим смириться. - Урод! На собрание он всё-таки пошёл, но как всегда смотрел в пол. Дмитрий подумал, что надо дать ему немного пространства. На следующий день он не пошёл с ним к психологу, но узнал, что Бо там был. Весь день он маялся, не зная, чем себя занять, так как уже привык быть с парнем. По-хорошему, надо было съездить за покупками, заполнить холодильник, встретиться с Итаном и Блэком. Но ничего из этого делать не хотелось. Следующий день был тоже полностью свободен, так как у Бо не было ни приёмов, ни собраний. Дмитрий после работы решил пройтись по магазинам, но это занятие ему быстро наскучило. Когда он стоял у подъезда Бо на следующий день, то волновался. Они не виделись два дня, а это много, обычно у них бывает только день перерыва. Юноша всё не выходил. Мужчина стал звонить ему, набрав на домофоне нужные цифры. Никто не отвечал. Медленно, как подкрадывающийся хищник, в Дмитрии зарождалась паника. Бо почти никуда не ходил, даже еду ему привозила мама. Но парень вышел через минуту из подъезда, смотря недовольно на мужчину. - Чего вылупился? – вместо приветствия спросил тот. – Поехали уже! Дмитрий улыбнулся, открыв перед Бо дверь такси. Через три дня, когда они вышли с собрания, Бо предложил сходить в кафе. Ему осточертело сидеть дома, он хотел посидеть в людном месте. Был похож на воробья, весь подобрался, обхватив озябшими пальцами чашку какао. - Не смотри на меня так, - сказал строго. - Как? – Дмитрий улыбнулся, откидываясь на мягкую спинку стула. - Вот так, как на брошенного щенка. - А как мне на тебя смотреть? - Не смотри вообще. - Хорошо, - Дмитрий всё ещё улыбался, отвернувшись. Официант принёс вторую порцию какао, а когда собрался забрать кружку с остатками предыдущего, то она выскользнула из его рук. Попало немного на джинсы Бо, кружка с треском разбилась. Официант замельтешил, извиняясь, подзывая уборщицу. Юноша апатично смотрел за этими манипуляциями, отодвинувшись, чтобы не мешать. И тут официант повернулся с салфеткой к нему, протягивая руку. Дмитрий отреагировал быстрее, не ожидая от себя никакого выпада. - Не надо, - сказал он спокойно, перехватив руку официанта, - лучше не трогайте его, пожалуйста. Тот растерялся, кивнул, положив салфетку на стол, и быстро ретировался. Бо сидел, испуганно смотря на удаляющегося официанта, потом на Дмитрия. Взяв себя в руки, постарался оттереть капли какао от штанины. - Спа... – сглотнул, - спасибо. - Не за что, - мужчина отпил немного из своей кружки, смотря в сторону, чтобы не смущать парня. Свободный вечер Дмитрий думал полежать дома, подумать, может быть посмотреть сериал. Но когда он возвращался с работы домой, ему позвонил Бо. - Что-то случилось? - Нет, - он волновался. – Мама уехала к тётке, а я заверил её, что сам куплю себе еды. Но сейчас вот сижу у двери, как идиот, и не хочу выходить. - Почему? - Не знаю. Не могу, трясёт всего. Я таблетки принял и даже не думал ни о чём, оно само… так. - Понятно. - Привези мне молока, пожалуйста. - Хорошо, без проблем, скинь мне список, чего хочешь, по смс, куплю. - Спасибо, - пауза. – Спасибо тебе, Дмитрий. Бо редко называл его по имени. Мужчина мягко улыбнулся. Он действительно сидел под дверью, одетый и обутый. Дмитрий скинул ботинки и прошёл на кухню, уже зная, что пока Бо сам себя не расшатает, бесполезно к нему лезть. Мужчина разобрал пакеты, купив кое-что не по списку и поставил чай. - Ты будешь со мной чай или продолжишь медитировать у двери? – спросил он громко. Бо появился минут через пять, кутаясь в огромный свитер, который был явно ему не по размеру. - Не надо было всё это покупать, я просил молока и шоколада. - А я решил сымпровизировать. Дмитрий поставил перед ним чашку и налил чай, подавая кусок шоколадного торта. Он чувствовал, что Бо воспринимает его как приятеля. Не друга, конечно, но уже и не как собаку-поводыря. Их совместные походы на собрания не просто вошли в привычку, они стали неким ритуалом. То ожидание перед кабинетом доктора Ротт тоже приобрело другой смысл. Бо понимал, что Дмитрий единственный, кто верит в него безгранично, потому что для него самого это что-то значит, поэтому и не отстаёт. Бо решил не сопротивляться этим отношениям, ещё один друг ему лишним не будет. Хоть Дмитрий был по-своему замкнут, не разговорчив, но был хорошим. Его ладонь лежала на столе, он держал чашку одной рукой и смотрел в окно, как колышутся от ветра ветви деревьев. Бо уставился на эту ладонь, как на экспонат музея. Это всего лишь была рука человека, который пытается помочь. По-своему, иногда неуклюже, но всё-таки. Дмитрий заметил, куда смотрит Бо, и замер. Он мысленно подталкивал его дотронуться, перестать бояться, ведь он ему не враг. Бо смотрел, не отрываясь, даже забыл про чай, а Дмитрий волновался. Он хотел прикоснуться к юноше сам, но был этот чёртов спор и страх, который глубоко засел в Бо, как паразит, и грыз его, методично и целенаправленно. Юноша посмотрел на Дмитрия, сглотнув. В его глазах был испуг, но не такой, когда к нему тянул руку официант. Какой-то домашний, спокойный испуг, контролируемый. Бо ещё раз сглотнул и протянул свою ладонь, намереваясь просто положить её рядом. Дмитрий повернул руку, ладонью вверх, как бы открываясь. Бо замер, его рука застыла рядом с рукой мужчины. Они смотрели друг на друга. Парень уже начал опускать ладонь, уже готов был отпустить свой страх... но раздался звонок в дверь. Оба вздрогнули. - Ты кого-то ждёшь? – спросил Дмитрий. - Нет, - растеряно. Бо пошёл открывать, так и не дотронувшись до мужчины. Было досадно. Он заволновался, когда от панели послышалось короткое: «Я». - Кто это? Но вопрос Дмитрия остался без ответа. Бо открыл и застыл у открытой двери. - Привет, - раздалось буквально через минуту. Дмитрий не мог видеть, кто это, но заметил, как обе незваные руки гостя потянулись к Бо. Тогда он сам испытал ужас. Резко встав, полетел в коридор. Но чужак уже заключил юношу в объятия. И к удивлению Дмитрия, Бо не кричал, не просил, чтобы его не трогали. Он стоял как солдат на вахте, не реагируя, только моргал. Это оказался Стюарт. Дмитрий разозлился. - Это кто? – спросил тот, смотря косо на мужчину, отстранившись от Бо. - Не важно, тебе лучше уйти. - Что? – Стюарт опешил, приоткрыв рот. – Вы кто такой, простите? Это мой парень, Вас я не знаю. Бо, скажи... - Дмитрий, - юноша повернулся и с мольбой посмотрел на него, - не надо. Тяжело выдохнув, мужчина сжал кулаки, но промолчал. Стюарт прожёг его взглядом, разделся и прошёл в гостиную, сразу начав причитать, что был таким идиотом, не послушал, но Марк всё объяснил, и как он мог оставить Бо одного, не помочь ему, ведь тот был в больнице. Самое поганое, что они сидели на диване вдвоём, Стюарт держал Бо за обе ладони, смотрел в глаза и тарахтел, а Дмитрий прислонился к косяку, злился, сложив руки на груди. И всё это длилось минут двадцать, пока Стюарт не высказался. Смотрелся он жалко, потому что лгал. Но Бо, кажется, верил. Может, тоже заметил, но смотрел преданно. Дмитрий старался дышать тише, ведь вся эта ситуация его выводила. Он не мог понять, как этот парень так влияет на юношу, спокойно держит его за руки, а тот не реагирует, хотя если к нему притронется Дмитрий, будет орать и забьётся в угол. Не справедливо, по меньшей мере. Но пик достигнут был довольно скоро: Стюарт захотел поцеловать Бо в качестве примирения. Дмитрий чуть не взвыл, подлетел и отстранил его, смотря зверем. - Не трогай его, он не выносит прикосновений. Ты сейчас разрушишь всё, чего мы добились от терапии. Убери свои руки! - Дмитрий, - спокойно позвал Бо, хоть и видно было, что волновался. - Это ты от меня отвали, бугай, - Стюарт резко оттолкнул его. – Что хочу, то и делаю. Мы в паре, а ты никто. Что ты тут делаешь вообще? Бо, кто это? - Дмитрий, тебе, правда, лучше уйти. Мужчина не ожидал такой реакции. Это он тут к месту, это он был с Бо всё время, хоть и не знал его толком, это он покупал ему цветы, выслушивал его, терпел нападки, ждал в приёмной психолога, терпел нытьё в группе поддержки. Это он был рядом, поддержал. А не этот ублюдок. Дмитрий злился, решив, что подождёт окончания этой аудиенции на кухне, но Бо разрушил его планы, сказав, чтобы он шёл домой. - Нам надо всё решить, понимаешь? – спросил, смотря добро и спокойно. Это был удар ниже пояса. - Ты либо глуп, либо слеп, если веришь ему. Ты решил забыть его, сам решил отстраниться, не помнишь? – спросил Дмитрий, озадаченно смотря на Бо. – Всё, что тебе говорили врачи, что советовали в группе, ты всё позабыл, стоило ему появиться у тебя на пороге? - Свали отсюда! - Стюарт встал, озлобленно смотря на мужчину. - Мы должны поговорить наедине. Уходи, - попросил Бо, кивая. Дмитрий не стал больше ничего добавлять. Он накинул на плечи пальто и надел ботинки. Открыв дверь, повернулся, протягивая руку. Смотрел серьёзно, не шутил. Бо сглотнул, его глаза увлажнились. - Я не хочу прощаться. Но Дмитрий выше поднял руку, готовясь к рукопожатию. - Если ты хочешь, чтобы я ушёл, ты должен дотронуться, помнишь? – жёстко спросил. Бо не сдерживал слёз, кивнул, что-то обдумывая. - В самом деле, пожми ему руку, Бо, и закрой дверь. Юноша вздрогнул от слов Стюарта, как от удара, посмотрел мокрыми глазами на ладонь Дмитрия, затем ему в глаза. - Бо, что ты медлишь? – подстегнул его Стюарт. Юноша проглотил горький ком и пожал руку мужчине. Прикосновение было быстрым, коротким, всего секунду, не больше. Дмитрий резко отдёрнул свою ладонь и вышел в коридор. Стюарт сам закрыл за ним дверь. Они перестали видеться. Дмитрий окончательно решил прекратить нянчиться с Бо. Он самостоятельный, и его проблема, что он так глуп. Тем более, терапия явно давала свои плоды. Его присутствие в жизни парня больше не потребуется. К тому же, ради Бо он порядком подзабил на собственную жизнь, и надо было навёрстывать упущенное. Поэтому Дмитрий решил возобновить свой ритм жизни до прихода той первой смс. Встречи с друзьями хоть и отвлекали, но ненадолго. Шутки в офисе не веселили. Одинокие вечера всегда кончались размышлениями о прошедших событиях. Радости не приносило почти ничего. Доктор Перри продолжал держать его в курсе дел Бо, стабильно раз в неделю посылая отчёт. И может быть стало бы со временем проще, но Бо начал вновь писать. Первая смс пришла спустя неделю после их ссоры. «Прости меня» Дмитрий даже ухмыльнулся. Ошибся номером, не иначе. Но потом смс стали более развёрнутыми, показывая чувства Бо, которые он и не пытался скрыть. «Мне не хватает тебя» «Сегодня доктор Ротт сказала, что я делаю большие успехи. Хотелось бы разделить их с тобой, так как ты тоже являлся их причиной» «Дмитрий, ты мне нужен» «Если тебе интересно, я больше не виделся со Стюартом после того дня. Может, поговорим?» «Дмитрий, я прошу тебя, ответь мне, не игнорируй как тогда» «С сегодняшнего дня я принимаю только два препарата, разве не здорово избавиться от одного лишнего?» «Как ты? Я сегодня был на собрании, твой стул свободен» «Мама спрашивала про тебя, я наврал, сказав, что ты в командировке» «Наверное, я это заслужил. Второй раз. Но я всё равно буду писать тебе, пока ты опять не появишься в больнице, понял? Я упрямый, если ты ещё не понял» «Я стал безразличен тебе, когда ты понял, что исполнил свой долг? Я не хотел жать тебе руку. И не потому, что не мог» Дмитрий всегда читал эти смс, где бы не находился. Пару раз Бо ему звонил, но мужчина не отвечал. Постепенно пришло осознание, что он игнорирует не потому, что обижен. И не потому, что искупил вину. Он влюбился. Понял это резко, не ожидав от себя подобных эмоций. Когда он хотел быть с человеком рядом просто так? Сидеть друг напротив друга и знать, что тот рад твоему присутствию? Не стремясь что-то получить взамен. Очень давно, что казалось, будто бы никогда этого не было. Поэтому Дмитрия так задело поведение Стюарта, его присутствие в целом. Но больше всего то, что Бо не смог притронуться к нему по собственному желанию, лишь пожал руку, когда того захотел его бойфренд. Эта мысль была самой противной из всех. Хотя были и другие. Дмитрий знал, что если будет общаться с Бо, если ответит на смс или на звонок, он больше не будет смотреть на него, как прежде. Захочет сделать своим, станет навязывать своё мнение. Друзьями они не будут. Поэтому лучше вовсе игнорировать, замять в себе эти эмоции, перестать думать о нём и просто жить. «Ты не понимаешь, что причиняешь мне боль своим игнором, да?» Дмитрий устало выдохнул, не зная, как поступить. Можно было просто поговорить с Бо, сказать, что они не друзья, не приятели, что нет у них отношений и дальше тоже ничего быть не может. Попросту поговорить, чтобы парню легче стало. Встречаться бессмысленно, лучше позвонить и наконец сорвать этот пластырь, пусть даже будет неприятно. - Привет, - сказал Бо, когда ответил на вызов. - Привет. Я хотел сказать... - Я скучаю по тебе, - перебил мужчину тот, - не важно, что ты хотел мне сказать. Дмитрий, ты приручил меня, привязал к себе, а потом оставил, как щенка. Я добросовестно хожу к врачам, на собрания, но всё это как-то смысла не имеет, понимаешь? Дмитрий лишь выдохнул. - Если ты думаешь, что я выгнал тебя ради Стюарта, то это не так. Мне надо было выяснить с ним всё, понять, чувствую ли я к нему что-то. Я не хотел лишаться наших встреч, твоего присутствия. Ты ведь защищал меня, я даже этого не понимал, пока один в кафе не оказался. Ко мне начали клеиться, я чуть не сдох от ужаса, ведь чисто физически не смогу противостоять мужикам. - С тобой всё в порядке? - Да, обошлось. Дмитрий, только твоё отсутствие дало мне понять, что всё это для меня важно. Нет тебя – нет смысла ходить туда. Меня никто не поддерживает, всем на меня наплевать. - Не говори так, у тебя есть мама, Марк. - Да, согласен, - Бо вздохнул тяжело. – Это не то. Послушай, - он волновался, - не хочешь со мной возиться, не надо. Я не заставляю. Но не отталкивай, пожалуйста. Я начал лечение при тебе, и мне кажется, что без тебя я его не закончу. Ты был доказательством того, что я иду вверх, ты подталкивал, даже если не понимал этого. Дмитрий, - Бо замолчал. - Что? - Я не боюсь. Я хочу коснуться тебя. Сам. Подашь мне руку? Повисло молчание. Мужчина не знал, что сказать, а юноша выжидал. - Спокойной ночи, Бо, - ответил Дмитрий. - Спокойной, - добро отозвался собеседник. «Сегодня я им всё расскажу. Приходи» Дмитрий посмотрел на смс и улыбнулся. Он признается группе в насилии, значит, отпускает себя, борется. Если может поделиться, выходит, что хочет идти дальше, жить. Первым порывом было взять такси и поехать, но потом Дмитрий передумал. Он анализировал их разговор, думал о своих чувствах, об успехах Бо, о том, что он больше не общается со Стюартом. И решил, что пусть это откровение будет в стенах собрания, пусть услышат те, кто не слышал. А он уже знает, ему не за чем переживать это вновь. Когда он слушал эту историю, то не испытывал к Бо ничего, кроме жалости. Теперь же эмоций слишком много. Дмитрий подумал, что даст им шанс. Хотя бы спросит, как сам Бо относится к нему. Поэтому дождался конца рабочего дня, неторопливо собрался, взял такси и поехал к месту встречи. Пришлось ждать ещё полчаса на улице, но это прекрасный шанс подышать воздухом, ни о чём не думая. Все стали небыстро выходить. Бо был почти последним. Он говорил с Лоретт, явно подружился. Она была пленницей какого-то идиота четыре дня, её врач тоже направил на посещение собраний. Лоретт увидела Дмитрия, махнула рукой и сказала это Бо, потому что он резко повернулся и... улыбнулся. Впервые мужчина видел его улыбающимся. Он казался совсем ещё подростком, милым, трепетным. И очень красивым. Дмитрий раньше будто не замечал его внешности, насколько тот был красив, складен. Даже его вздёрнутый нос идеально смотрелся. Бо постоял недолго, простился с Лоретт и побежал к Дмитрию. Это тоже было неожиданное открытие. Он действительно скучал. Мужчина распахнул объятия, надеясь, что Бо попадёт в них, не испугавшись. Он налетел на Дмитрия, сразу сжав, сомкнув руки на его спине, уткнувшись в излучину плеча. Дышал шумно прямо в пальто, а мужчина улыбался, поглаживая юношу по плечам. - Ты не пришёл. - Я решил оставить это только тебе. Я слышал уже эту историю, а они нет. Это момент вашего единения. - Дмитрий, - Бо поднял лицо и посмотрел доверчиво на собеседника, - ты был так мне нужен! Даже не представляешь, как я изводился от мысли, что больше не увижу тебя. В этой фразе, в тоне Бо проскользнуло отчаяние, а глаза говорили так красноречиво, что Дмитрий засмеялся. Как он этого не заметил? Как мог упустить? Всё было на раскрытой ладони, до которой надо были лишь дотронуться. - Чего ты ржёшь? – юноша ударил того по плечу. – Волкер, я сейчас обижусь! - Ох, Бо, - Дмитрий притянул его к себе, кладя руку на щёку, начав поглаживать кожу большим пальцем. Он любил даже эту непосредственность в парне. Бо прикрыл глаза. Он глубоко дышал и молчал. Стоял, не шевелясь. Дмитрий улыбнулся, склонившись, легко поцеловал его губы, чуть касаясь. Бо охнул, но не отшатнулся. Поэтому мужчина приблизил его к себе теснее, обнял, углубив поцелуй, решаясь. Казалось, юноша был безучастен, но он лишь замер на несколько секунд, сразу ответив, обняв Дмитрия, принимая первенство старшего, сильнейшего, уступая. Раскрылся, позволяя целовать себя, вжимаясь в него. И думал, что захлёбывается, но это было так правильно. Они отстранились друг от друга, улыбаясь. - Ты больше не боишься моих прикосновений. - Наоборот, я их жажду. Дотронься до меня снова, - шепнул Бо, сам потянувшись к губам Дмитрия.