Гермиона Рианна Поттер: сестра-близнец Джеймса Поттера

На наш одиннадцатый день рождения мы проснулись в семь утра. Первые несколько минут после пробуждения я пыталась понять, почему я уже не сплю. Но потом я осознала, что это за день. Сегодня наш с Джейми день рождения! Я очень волновалась, ведь теперь, когда нам исполнилось одиннадцать, мы получим письма из Хогвартса, получим волшебные палочки и получим незабываемое удовольствие от сегодняшнего праздника. Это будет волшебно. После этого я повернулась к Джейми, мы посмотрели друг на друга и закричали: -С днем рождения! Сегодня наш день рождения! Ура! Мы, взволнованные предстоящим днем, стали прыгать на кроватях, веселясь и хихикая. В конце концов, один из нас (подсказка: Джейми) начал битву подушками, которая переросла в щекотание, и разразилась беспалочковая магическая война. Естественно, выиграла я из-за моих обширных знаний беспалочковой и невербальной магии. Было действительно здорово, что я уже могла показывать чудеса волшебного мастерства. Но нам пришлось начать подготовку к сегодняшнему дню, так что мы пошли одеваться. Я надела платье мятного цвета с белыми вставками и вышивкой. На голове у меня была бело-золотая тиара гоблинской работы, в комплекте с которой был кулон, изображающий феникса, который зевал и иногда рычал. Эти старинные украшения могли защитить их владельца от зла. Они передавались в семье Поттер от матери к дочери, если такая была, если же нет - невестке. У Поттеров нечасто рождались девочки, такое событие было чудом. Девочки семьи Поттер имели огромный магический потенциал, больше, чем у обычных ведьм и волшебников, но я была особенной, даже если об этом знал только мой брат. Мои родители знали, что я отличаюсь от него уже через месяц после рождения. Если кто-то пытался мне навредить, вокруг меня появлялся щит, ничего не пропускающий внутрь. А этот кулон добавлял щиту силу, так что даже физические объекты не могли проникнуть внутрь. Еще я надела белые балетки с вышивкой, как на платье. Мои волосы были собраны и закреплены тиарой. Джеймс надел рубашку и брюки, и это выглядело так мило, он был таким маленьким, но мне нравилось. Это напомнило мне, что в моей новой жизни есть человек, которому я могу доверять. Он был моим лучшим другом как для Гермионы Рианны Поттер, и меня это устраивало. Мне очень нравилось иметь человека, с которым я могла поделиться всем, на которого я могла бы положиться, и кто не зависел исключительно от меня. Мы полагались друг от друга, но по-прежнему обладали способностью мыслить самостоятельно. Это было так волнующе и прекрасно, ведь у Гермионы Джин Грейнджер не было ни братьев, ни сестер, так что для меня все это было в новинку. Похожие чувства вызывали Гарри и Рон. Но разница между ними и Джейми в том ,что они полностью зависели от меня, а я не могла положиться на них. С Джейми я могла быть полностью откровенной, и между нами образовалась прочная связь понимания. И мне это нравилось. Сейчас мы спускались к завтраку. Я знала, что сейчас придут письма из Хогвартса, и это наводило на мысли о сортировке, о нашем возможном попадании на разные факультеты. Я боялась этого, в прошлый раз от попадания на Слизерин спас статус грязнокровки, но в этой жизни я полноценная чистокровная наследница. А что, если мы попадем на разные факультеты? Что тогда будем делать мы с Джейми? Если я попаду на Слизерин, будем мы так же близки, или отдалимся друг от друга как Сириус с Регулусом? Что ж. Я не должна падать духом. Пора вернуться в настоящее. Джейми обеспокоенно на меня смотрел, он знал, что я думала о распределении, которое произойдет быстрее, чем мы думаем. - Риа, ты готова спуститься? - он подошел и обнял меня, думая о том же, что и я несколько минут назад. -Да, готова, Джейми, - сейчас я действительно волновалась. – Готов идти вниз и вести себя как правильный одиннадцатилетний волшебник, ожидающий письмо? Мои глаза сверкали в предвкушении, он кивнул, и я продолжила: - Ладно, пойдем, а то мама с папой придут сюда, чтобы поднять нас, - Я больше утверждала, нежели спрашивала, затем схватила его за руку и потащила за собой. Мы дошли до той части лестницы ,с которой родители уже могли нас увидеть, я повернулась, посмотрела на Джейми, разгладила платье, и потащила (элегантно) нас дальше. Как только мы спустились, мама чуть не расплакалась, глядя на нас. - Я так сильно люблю вас обоих. Идите сюда, - она крепко нас обняла. – Когда вы поедете в Хогвартс, помните, что вы есть друг у друга, даже если попадете на разные факультеты. Особенно, если попадете на разные факультеты. Я очень сильно люблю вас обоих, и это просто замечательно, что вы так близки, потому что я не хочу, чтобы вы отдалялись друг от друга или от нас с папой. И всегда помните, что вы всегда можете поделиться с нами, мы будем рядом, чтобы выслушать. Мы так сильно любим вас. Мои детки растут, Чарлус, - в конце она расплакалась, поэтому было плохо слышно, но смысл ее слов дошел до меня. Папа откашлялся и произнес: - Кроме того, я надеюсь, вы оба знаете, что я люблю вас не меньше. Джейми, защищай свою сестру, - затем он повернулся ко мне. – Делай все возможное, чтобы удержать Джейми от неприятностей, - я кивнула, а папа отвернулся от нас обоих. – Я знаю, что вы не поете в Хогвартс еще несколько месяцев, но это время пролетит слишком быстро. О, вот и письма. Когда приблизится учебный год, мы сходим в Косой переулок. Вот отрывок из моего письма: Дорогая Гермиона Рианна Поттер, С радостью сообщаЮ, что вы зачислены в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Учебный год начинается 31 августа и заканчивается 31 мая. Список необходимых предметов прилагается. Надеюсь увидеть Вас в школе. С уважением, Альбус Дамблдор Директор школы Хогвартс Конец выдержки Мы с Джейми прочитали письма и список необходимых вещей, а затем стали радостно прыгать и кричать. Наши родители посмотрели на нас взглядом “Наслаждайтесь, пока можете”. Я засмеялась и могу поклясться, Джеймс не понял почему. Тогда я решила прояснить: - Так странно, я не чувствую разницы в том, что я делала вчера и сегодня. Но сегодня я достаточно стара, чтобы получить палочку и поехать в Хогвартс. Это здорово. Я убедила их сходить в город на маггловский фильм. Мы пошли на “Чарли и шоколадная фабрика”(П/а: Помните, что это фанфик, даты не всегда совпадают). Фильм нам очень понравился, и после выхода с кинотеатра мы с Джейми получили по мороженому. У меня был пломбир с шоколадной крошкой, а у Джейми – шоколадное с шоколадным сиропом. Мы ели их по дороге домой, мы ходили в кино в городе, а напротив находился небольшой магазин мороженого. Домой мы пришли где-то к трем часам, и нас с братом отправили готовиться к вечеринке, запланированной на вторую половину дня. Мы взяли необходимые принадлежности и направились в ванную. Я пошла в ту, которая примыкала к нашей комнате, а Джейми направился дальше по коридору. Когда я вошла, то восторженно ахнула. Ванная была огромной и величественной. Она была отделана белым мрамором с золотыми прожилками. Сама ванная была довольно большой, примерно как в ванной старост в Хогвартсе, но не совсем. Как по мне, она была более изящной. Было много различных кранов, но память бывшей Гермионы Поттер подсказывала, что я предпочитаю крайний справа смешивать с тем, что посередине. Правый кран был с запахом ванили, а тот, что посередине имел запах розмарина. Их сочетание настолько вкусно пахло, что невозможно в это поверить. А Гермиона купалась в этом каждый день: неудивительно, что я так благоухала! Я приняла ванную, вытерлась полотенцем и только затем надела нижнее белье. После этого применила беспалочковое заклинание, чтобы волосы легли идеальными колечками. Войдя в комнату, поняла ,что Джейми еще не вышел. Я надела бесподобное золотое платье, приготовленное мамой, с синей вышивкой по краям и на воротнике. Я уже была готова ,когда вошел Джеймс. Он, видимо, взял одежду с собой, так как вошел он уже одетый. На нем тоже была золотая рубашка, но с бордовой вышивкой, а не с синей, как у меня. Сейчас мы просто добавляли последние штрихи к нашим нарядам. Он надевал обувь и укладывал волосы, пока я искала тиару, медальон и туфли. У него были простые черные маггловские ботинки, а у меня черные туфли, тоже маггловские. Я надела тот же волшебный медальон, добавив золотую тиару с сапфирами в форме слезинок. Мы с Джейми знали, что мы, конечно, не королевских кровей, но произошли от самой старой волшебной существующей семьи: Певереллов. Не говоря уже о том, что в нас текла кровь Гриффиндоров ( с обеих сторон), Блэков ( мамина сторона), Поттеров ( папина сторона), Дамблдоров ( папина сторона), Лестрейнджей ( мамина сторона), Лонгботтомов ( папина сторона) и Малфоев (мамина сторона). В нас текла кровь всех самых Благородных и Древнейших домов. Поэтому в какой-то степени мы были королевских кровей, мы были не просто Чистокровными, мы были Поттерами. Поттерами, в которых текла кровь других, по крайней мере, семи Благородных и Древнейших домов в последних десяти поколениях. Больше ни у одного человека в Волшебном мире нет такой примеси чистой крови в поколениях. В принципе, нас и принимали за особ королевских кровей везде, куда бы мы ни пошли в Волшебном мире, ведь мы были пресловутыми близнецами Поттер, родившимися у родителей, которые не могли иметь детей, если бы не мы. Мы были для них подарком небес, поэтому мы получали (почти) все, что хотели. Мы не были избалованы, но мы не хотели чего-то обычного. Избалованные дети не понимают слова “Нет”, Джейми и я хорошо поняли его значение, потому что иногда родители просто должны сказать нет. Как, например, если вы просите единорога, который ест человеческую плоть. Тогда родители должны изменить свои представления о вас и твердо сказать “Нет”. Большинство Чистокровных просто разговаривают со своими детьми без каких-либо эмоций и ожидают выполнения своих указаний. У большинства детей Чистокровных никогда не было детства ,такого как у нас: веселого и беззаботного. Большинство должно было вести себя тихо и слушать частного репетитора, чтобы обогнать студентов в Хогвартсе. Возвращаясь назад к тому, что я говорила. Для большинства волшебников Великобритании мы с Джейми наподобие королевских особ. Я об этом говорю, чтобы объяснить, почему я надела диадему и почему должна была заставить надеть Джеймса корону перед выходом. Мы пойдем в бальный зал в восточном крыле, где уже должны были собраться гости, так как уже почти семь часов. Наш выход будет в 19:20, мы потанцуем, поговорим со всеми, а затем пойдем обратно в комнату. Сейчас было 18:50, так что мы с Джейми неспешно начали спускаться по лестнице. В нашем доме ( хотя, правильней сказать особняке или дворце) было шесть бальных залов разного размера и полезности. Обычно использовался зал в восточном крыле, так как он вмещал большое количество гостей, но остальные залы тоже часто использовали. Время было 19:15, и мы стояли перед огромной двойной дверью, ожидая ,когда объявят наши имена. Конечно, у меня были причины нервничать: первый прием, на который мы были официально допущены (до одиннадцати лет не разрешалось) , и я боялась, что мы сделаем что-то, из-за чего нас больше не допустят на подобные мероприятия. Я понимала, что это отличный шанс найти себе союзников в борьбе с Волдемортом. Многие из его будущих сторонников стояли по ту сторону дверей. И я знала, что должна либо сразу притянуть их на свою сторону, либо заставить их шпионить в стане врага. Лично я думала, что обе задачи одинаково сложны, но я должна была начать поиск союзников, не пытаясь всех оградить от темных искусств. Время пролетело незаметно, и уже глашатай объявил наши имена. Джеймс взял меня за руку, чтобы сопроводить вниз по лестнице в зал. Я нервничаю все сильнее, и он это чувствует. - Не волнуйся, мы справимся, - прошептал он мне на ухо. – Они полюбят тебя. А утром мы пойдем к Олливандеру за нашими палочками, хорошо? Я кивнула, и мы продолжили спуск. Мой отец подошел к нам со своим коллегой из Министерства Магии, представившимся Абраксасом Малфоем. Я вежливо улыбнулась и представилась в ответ, Джеймс тоже назвал свое имя. Мы проговорили где-то минут пять. Затем подошла мама с человеком ,назвавшимся Сигнусом Блэком ( отец Андромеды, Беллатриссы и Нарциссы). Он заметил, как царственно мы с Джеймсом выглядели, и предложил познакомить нас со своими дочерьми, для чего мы пошли в центр зала. Сначала мы увидели Андромеду, затем Нарциссу и Беллатриссу. Все они вели себя очень вежливо, даже Нарцисса с Беллатриссой. Возможно, Белла не всегда была безумна. Я думаю, это случилось во время учебы в Хогвартсе или после нее, может, я могу ее спасти. Она была самой младшей из сестер, ей было двенадцать, и она училась на втором курсе. Нарцисса вела себя довольно прохладно, ее больше интересовали ее друзья из Хогвартса, стоявшие невдалеке. Она поступила на четвертый курс, ей было четырнадцать. Андромеда была очень дружелюбна и любезна с нами, хоть и была старше нас на пять лет. Ей было шестнадцать, она поступила на шестой курс. Она рассказала нам о факультетах, о том ,что мы должны дружить с остальными тремя ,даже если мы не в Слизерине, или, как она, в Райвенкло. Кроме того, она сказала, что не быть на одном факультете с братьями и сестрами – еще не конец света. Но если что, можно сказать шляпе, что вы хотите быть вместе, в большинстве случаев она учитывает ваше мнение. В целом, все три девочки были хорошими и решили познакомить нас со своими друзьями из Хогвартса. Нарцисса, казалось, оттаяла при упоминании своих друзей, и мы направились в другой конец зала. Они представились нам: Люциус Малфой, Фабиан Прюэтт, Гидеон Прюэтт (оба Прюэтта были Гриффиндорцами и друзьями Андромеды), Рудольфус Лэстрейндж, и еще несколько человек, имена которых я не запомнила. После этого мы с Джейми впервые танцевали, и все вовсю смотрели на нас, что было непривычно для меня, потому что в душе я все еще оставалась Гермионой Грейнджер: книжным червем, не любившим быть в центре внимания. Джеймсу нравилось внимание, мы оба хорошо танцевали благодаря урокам танцев, которые мы посещали с раннего детства наравне с другими уроками, такими как магия, некоторые маггловские науки, типа математики, истории, науки, языки(естественно, английский, испанский, французский, латинский, арабский, немецкий, болгарский и русский, свободно мы не говорили, но кое-что знали. Назад к приему. Мы танцевали, и все смотрели на двоих одиннадцатилетних детей , в честь которых была эта вечеринка, затем на танцпол к нам вышли наши родители, остальные тоже поспешили присоединиться. Мы оба станцевали со многими людьми за эти два часа, затем все начали расходиться, и к половине одиннадцатого уже никого не было. Мама позвала эльфов, чтобы они все прибрали. Затем нас поцеловали в лоб и отправили спать, напомнив, чтобы не забыли сменить парадные вещи. Наверху Джеймс обнял меня и сказал, что надо переодеться сейчас. Мы отправились в ванные комнаты, чтобы переодеться в пижаму. Я надела шелковое платье серебристого цвета, сняла туфли, сняла диадему, сняла медальон. На Джеймсе были шелковые брюки и рубашка, но они были золотого цвета. Мы залезли в кровать и заснули ,как только наши головы коснулись подушки.