Драбблы по эхо

Бэкхен от Чанеля сбежал. Просто так, позорно, без объяснений. А что он должен был объяснить? Что все слишком сложно? Банально. Что ему страшно? Не поймет. У него все всегда хорошо, а что не хорошо – решаемо. А может - что они двое… парни в конце-то концов? Вот это уже ближе к истине. Теплее. Но еще не горячо. Горячо - это когда ты чувствуешь его взгляд, упирающийся тебе куда-то в лопатки, несмотря на то, что он сидит на четыре ряда выше. И мурашки от этого взгляда волнами мигрируют куда-то… не туда. Когда он подсаживается за твой столик на обеде, обнимает одной рукой и улыбается тебе так невозможно искренне (любяще?), и ты замечаешь каждую деталь, каждую черточку на лице, которые хотел бы – уже не забудешь. Когда он впервые целует тебя в пустой аудитории, где вы вообще-то должны были делать лабораторную, но. Помнится, тогда еще и лампочки на потолке стали отчего-то мигать, и все как в кино, а может и еще лучше. Ярче, острее. Его руки на твоей талии, его запах, забивающийся на подкорку сознания, его губы – слегка обветренные, но напористые, снова и снова не дающие тебе вдохнуть кислорода… Когда в первый раз… И он же последний. Только ты и он. Без одежды, без стеснения. Возбуждающе, жарко и пошло. Он пересчитал все родинки на твоем теле языком (о некоторых ты и не подозревал), оставил ровно 18 засосов на бледной коже (ты не поленился пересчитать утром), досконально исследовал все твои эрогенные зоны, доводя до исступления, но до поры останавливаясь на грани. Чертов садист. И это было слишком для тебя. Это, и – бесконечная нежность после. И Бен Бэкхен сбежал. К брату, в Соннам. И нет, Бэк не рассчитывает, что Ель его найдет. Они – парни не из кино, да и Пак не суперагент, чтобы появиться на пороге его дома на следующий день. Он и не появляется. Проблема лишь в том, что Чанель уж больно общительный парень. И ооочень доставучий. Как оказалось, круг его знакомых не ограничился университетскими раздолбаями, а… да какая к черту разница теперь. Просто его знакомый, который знакомый другого знакомого, у которого двоюродный дядя работает в полиции… В итоге Бэка он нашел. Не на следующий день. Через три. И он даже благородно говорит ему – «я не буду уговаривать тебя вернуться». Бэкхену немного больно, но он думает, что это правильно. А потом Пак как всегда все портит. Скотина. «Но я вполне могу остаться с тобой здесь!» И улыбается искренне, светло и счастливо. Хотя Бэку кажется, что эта улыбка только что положила начало большущим проблемам в его жизни…