Как Локи решил человечество уничтожить...

Праздники. Никогда их не любил. Не видел смысла в таком веселье. А, вот, мой брат - гуляка еще тот. И в этот раз он снова, изрядно выпивший, пришел ко мне. Избегая всех я, по обычаю, лежал на склоне, близ дворца, и смотрел в бесконечный космос, что расстилался над Асгардом. Пьяный Тор сначала все крутился и пританцовывал рядом, напевая какую-то песню, а потом лег рядом. Лежал он надо мной так, что моя голова была параллельно его и когда он повернулся что-то сказать, я немного вздрогнул от его горячего дыхания у меня на шее. -Брат, ты снова не в настроении? - Услышал его тихий голос. Я повернул голову и посмотрел в его хмельной взгляд: -Ты знаешь, уже давно, что я не предпочитаю такое времяпрепровождение. - И снова уставился на небо. Тор лишь усмехнулся и тоже направил взгляд вверх. Прошло еще несколько томительных минут тишины. Кому-то могло показаться, что наступило неловкое молчание, но это не так. У нас с ним часто происходили такие «беседы». Брат снова вздохнул и его горячее дыхание вновь обожгло мне шею. Затем еще, на этот раз ближе. Меня это насторожило. И, только я собирался повернуться к Тору, как почувствовал прикосновение его губ. Поцелуй был горячим и мокрым. Я резко сел и повернулся: -Ты что дела... - мои слова прервали резким поцелуем. Хоть брат и был пьян, но быстро среагировал. Он впивался в мои губы и держал меня рукой, чтобы я не вырвался. «Что он делает?!» - это было единственное, что крутилось у меня в голове. Когда я уже стал задыхаться от столь пылкого поцелуя, Тор все же дал мне волю, но не отпускал. -Что на тебя нашло?! Мы же братья! Мы же мужчины!! Но Громовержец не слышал. Его поцелуи перешли ниже, и от каждого внутри все сжималось, из-за чего слова становились прерывистыми и неразборчивыми. Вскоре я уже сам не разбирал, что говорю. Я пытался сопротивляться, отталкивал его, но это было тщетно. С каждым поцелуем мои сопротивления становились слабее. Сильные руки Тора быстро расправились с верхней частью моего костюма. Как только он коснулся горячими губами моего соска у меня вырвался резкий вздох, а по нутру пронеслась волна жара. Я понял, что в подобных ситуациях какой бы сильный не был разум, воля тела его полностью перекрывает. С каждым прикосновением мысли уносились все дальше. Я запустил руку в его золотистую шевелюру, сжав волосы оттянул брата и уже сам впился в столь горячие и манящие губы. «Что Я делаю?» - было последним намеком на угасающее сознание. Поцелуй был долгим и страстным. Руки Бога блуждали по моей спине обжигая и распаляя все больше. -Ты такой холодный. Пробормотал брат хриплым голосом, когда мы оторвались друг от друга. Я его почти не узнавал. В хмельном взгляде блуждали искры, столь яркие, что не сравнились бы не с одной звездой из всех, что я видел. Тор снова стал целовать мою шею, ключицы, грудь. Я прижимал его к себе, ероша его волосы. Дыхание было сбивчивым как у меня, так и у него. Губы коснулись кожи чуть ниже пупка и я не сдержал тихого стона. Не в силах даже сидеть, я лег на траву, которая слегка охладила спину. Я не заметил как его руки оказались в моих штанах с силой сжимая мои ягодицы. Он чуть приспустил мои штаны, из-за которых показалась напряженная головка члена. Еще чуть ниже и я облегченно вздохнул, ощутив свободу. А от горячего дыхания на нежную кожу я забыл как дышать. Я ждал, но ничего не происходило. «Чего он медлит? Неужто начал сомневаться?» Тут брат резко встал и, пробормотав что-то про Землю и ее спасение быстро умчался прочь. Сфокусировав шальной взгляд я присел и увидел как Тор уже уносится по Бифросту в даль. «Какого черта?!» Я попытался привести чувства в порядок и начал понимать что произошло. Он меня кинул. В таком то состоянии! Угасающее возбуждение быстро стало перерастать сначала в злость, затем в ярость. Я ненавидел Тора то ли за то, что сотворил со мной такое, то ли за то, что умчался так и не закончив начатое. Я ненавидел себя за то, что поддался этому. Но особенно яро я ненавидел это чертово человечество, на спасение которого умчался брат. -Я уничтожу этих жалких людишек!