Austausch

Du willst mein sein…*

Плюх. И я снова встречаюсь с твердой землей. Не знаю, что мне ударило сегодня в голову, но я задолбалась ходить везде пешком, поэтому, позавтракав вместе с Тобиасом, сразу же принялась за освоение велосипеда. Да только что-то не особо получается. Нет, я, конечно, не думала, что сразу же сяду и поеду, но я уже отбила весь бок, на который постоянно падаю. С раздражением встаю и пинаю упавший велик. Как же меня бесит! И почему я единственный человек на свете, не умеющий кататься на велосипеде? Со вздохом поднимаю вид транспорта и снова пытаюсь на него залезть. Так, сейчас я нажимаю на педаль и медленно еду. Да, у меня все получится. - Ммм, какое интересное кино, - я поворачиваю голову на звук голоса и снова падаю. Блин, я уже все грязная. А еще голова болит от постоянного битья тела о землю. Мой вестибулярный аппарат охреневает от таких поворотов событий. - И тебе доброе утро, - поднимаясь, язвлю я. Себастьян сидит на качелях и пьет кофе. Вижу смешинки в его шоколадных глазах. Он выглядит сонным, но очень довольным. Черные волосы в беспорядке. На нем домашние шорты и футболка. Наверное, он только встал. - Чего это ты не в духе? – наигранно интересуется он. Нет, чтобы помочь. - Действительно, - сквозь зубы выдавливаю я. – Чего это я не в духе? Пробую еще раз. Нажимаю на педали и медленно еду вдоль тропинки. Надо же! У меня получается! Только вот, когда я пытаюсь повернуть, нога соскальзывает с педали. Я с писком снова целую землю. Все, устала. Решаю немного полежать, потому что сил встать просто нет. - Эй, ты жива? – скорее для приличия, чем из беспокойства спрашивает меня парень. Поднимаю большой палец верх. Велосипед давит на ногу, но сейчас мне все равно. – Котенок, в следующий раз попробуй ехать быстрее. Чем медленнее едешь, тем сложнее, – советует он мне. Да еще с такой иронией. Серьезно? - Знаешь что? – выбираясь из-под велосипеда, начинаю я. - Иди в задницу! - Ой, как грубо, - да он смеется надо мной. Я снова смотрю на него и натыкаюсь на его усмешку. – Я же хотел помочь. - Да ладно? Серьезно? – с сарказмом переспрашиваю я. Отлично, весь бок противно ноет. Похоже с тренировками на сегодня стоит завязать. Да еще голова дико раскалывается. Медленно иду с велосипедом в сторону гаража. С каждым шагом болезненно морщусь. Нужно полежать или поспать, чтобы оклематься. В огромном темном гараже ставлю велосипед на место и снова обращаю внимание на две машины, стоящие рядом с мотоциклом Себастьяна. Одна из них черный мерседес, а вторая огромный темно-синий джип предназначенный для семейных поездок или шумных больших компаний человек на восемь. Зачем нужен мерседес? Себастьян же, вроде, только на мотоцикле ездит. Какой раз за все времяпровождение в Германии я задаю вопрос «Зачем» касательно дома Вальверде и их имущества? Правильно: хрен знает какой. Выхожу из гаража. Голова стала не просто болеть, а еще и кружиться. Замечательно! Медленными шагами иду в дом. Парень продолжает наблюдать за мной. Почти физически чувствую его пристальный взгляд. Обращаю внимание на руку, которой он держит кружку с кофе. Почему-то вспоминаю как вчера он меня обнимал. С удивлением замечаю на руке побитые костяшки. Снова. Он снова дрался? А вчера я этого не заметила, потому что было темно?! Почему он дерется? - На что уставилась? – как-то вызывающе спрашивает он. Я поднимаю глаза чуть выше. Теперь из глаз ушли смешинки. Коричневый холод почти осязаем. - У тебя снова побиты руки, - уверенно говорю я, ожидая объяснений. – С кем ты дерешься? Долю секунды он выглядит удивленным. Не ожидал, что я задам прямой вопрос, интересующий меня?! Однако он быстро берет контроль над эмоциями и надевает хладнокровную маску засранца. - Не лезь не в свое дело, - грубо обрывает он меня. У меня появляется ком в горле. Я его быстро сглатываю. Почему, когда он так реагирует, меня это задевает? Фыркаю и делаю еще один шаг, да только колющая боль в голове заставляет меня еще раз поморщиться. Глубоко вдыхаю и выдыхаю. - Что с тобой? – надо же, на этот раз отчетливо слышится беспокойство в его голосе. Даже не оглядываюсь на него. Мне обидно, что он так грубо отреагировал. - Не лезь не свое дело, - с усмешкой отвечаю ему я. Конечно, ничего получше не смогла придумать! Идиотка! Открываю входную дверь и облегченно вздыхаю. Снимаю уже порядком потрепанные кеды и поднимаюсь к себе в комнату. Снимаю грязные из-за земли лосины. Придирчиво смотрю на бок. Да, будет огромный синяк. А еще кожа где-то стерта. То есть синяк и ссадины. Локти тоже разбиты. Не помогла даже толстовка на размер больше. Снимаю ее. Достаю из чемодана аптечку и обрабатываю бок и руки. Ненавижу это делать! Сейчас еще больнее! Выпиваю таблетку от головной боли и плюхаюсь на кровать. Слышу звук мотора мотоцикла. Снова Себастьян свалил куда-то. Наверное, бить морду очередной жертве. Хотя я тоже хороша. Нечего было спрашивать. Беру из-под подушки айпед и наушники. Включаю лирику и закрываю глаза. Через три песни я погружаюсь в полудрёму. Или вовсе засыпаю. В общем, когда открываю глаза, дождь барабанит по окнам. Вытаскиваю наушники и подхожу к окну. Ходить немного больно из-за бока, но мне все равно. Да, действительно, за окном ливень. Тянусь и зеваю. Смотрю на время. Сейчас семь часов вечера. Надеваю домашние шорты. Они очень короткие. И сначала я думаю, что не стоит показывать свои жирные ляжки, но ведь у меня ничего другого из домашней одежды не осталось, поэтому приходится напялить их. С другой стороны так бок немного отдыхает от ткани. Тобиас сегодня утром уехал по делам до завтра, поэтому самой придется сообразить, чем поужинать. И с утра позавтракать. Беру планшет с собой и спускаюсь вниз. Я скачала новую книгу Джона Грина «Многочисленные Катерины», чтобы после ужина спокойно почитать в гостиной. На кухне пустынно. Себастьян еще не приехал. Интересно, где это он так долго пропадает? Достаю глубокую тарелку с полки, засыпаю в нее мюсли, открываю холодильник, достаю молоко и заливаю им содержимое тарелки. Включаю негромкую музыку на планшете, чтобы было не так одиноко. Вообще я не смогла бы жить одна в таком большом доме: здесь же так неуютно и пустынно во всех этих огромных комнатах. Однако сейчас я рада, что одна. Можно отдохнуть от всех этих бессмысленных разговоров за столом и Себастьяна. Не то, чтобы мне в тягость сидеть с Тобиасом и болтать с ним за едой. Наоборот, мне очень нравится с ним общаться. Тем более он тут единственный адекватный. Просто иногда хочется побыть в полном одиночестве. Поев, я мою посуду и ставлю ее на место. Иду в гостиную с бильярдом, чтобы потанцевать. Почитаю чуть позже. Включаю музыку почти на всю громкость и начинаю разминаться перед зеркалом. Потом переключаю песню и начинаю импровизировать под понравившейся мне трек. Недолго думая, стараюсь придумать хореографию под него. Песня мощная, качовая, нигерская. Как раз, чтобы выпустить всю злость и раздражение. Час еще где-то придумываю связку. Потом понимаю, что дико устала и вспотела да и бок болит сильнее обычного. Иду обратно на кухню выпить чай. Свет включить лень, да и не хочется. Завариваю напиток со вкусом мяты и сажусь на стул. В библиотеке планшета нахожу книгу и принимаюсь ее читать. Две главы я спокойно читаю, попивая чай из чашки. А потом слышу шум около двери черного входа. А он-то между прочим сразу за кухней. Пугаюсь и затихаю. Хотя я итак не создавала особого шума. - У тебя точно никого нет дома? – слышу приятный женский голос. Это еще кто? - Есть дальняя родственница, но она нам не помешает, - слышу знакомый язвительный голос. Снова бабу привел. Только вот сейчас это меня больше задевает, чем до этого. Вот нефиг было вчера меня обнимать и практически умолять остаться с ним на ночь. Да он вконец охренел. Похоже, у него из хобби идет только гонки на мотоцикле и развлечение с бабами. В проеме входа вижу, как он прижал ее к стене и поцеловал. Да еще так страстно. Хотела бы я быть на ее месте. Стыдливо перевожу глаза на планшет. Да что за мысли вообще?! Откуда они?! Я хотела бы, чтобы он меня также использовал?! Серьезно?! Нет! это просто я с утра сильно головой о землю ударилась. - Мышонок, а ты меня завтра с утра отвезешь домой? – интересно, какие у нее волосы на этот раз? Голос то гораздо приятнее прошлых двух, которых я видела. - Я же просил не называть меня так, - раздраженно одергивает он ее. – Нет, ты знала, на что идешь. Вызову тебе такси. - Ну, милый, - капризно начинает она, но он затыкает ей рот поцелуем. Я вижу, как парень лапает ее за грудь. Господи, надеюсь, тогда с симпатягой это не так же выглядело. Громко нарочито кашляю, чтобы они уже свалили отсюда. Девушка издает испуганный вздох, а Себастьян спокойно поворачивается ко мне лицом. - Это конечно снова не мое дело, - иронично начинаю, активно используя мимику. – Но не мог бы ты лизаться со своей новой бабой не здесь. – Темно, поэтому не вижу его глаз, но стараюсь вызывающе смотреть прямо в них. - Джессика, поднимайся пока наверх, - нарочито ласково говорит он девушке. Ломает комедию типа такой хороший? Кажется, история повторяется. В прошлый раз он тоже послал свою пассию наверх, чтобы поиздеваться надо мной. Делаю вид, что возвращаюсь к чтению книги. - Ты что тут так поздно делаешь? – Смотрю на часы. Десять часов вечера. Серьезно? – Вообще-то сейчас только десять вечера. И вроде не было запрета входить из своей комнаты после девяти вечера, - язвлю я. Себастьян подходит к столу, за которым я сижу, и опирается руками об него. - Читаешь, да? – игнорирует он мою фразу. - Нет, гадаю на кофейной гуще! Разве не видно?! – продолжаю язвить, - вали к своей бабе. – в голосе проскальзывает злость. Парень усмехается. Его глаза сейчас прожгут во мне дыру. А еще этот запах! Табак с одеколоном стали моим любим сочетанием. - Ты ревнуешь? – неожиданно спрашивает он. Руки резко потеют, а сердцебиение ускоряется. - Что? – с плохо скрытым презрением задаю вопрос, - Ты вконец охренел?! Парень обходит стол и приближается ко мне. Я сижу не шелохнувшись. Что это он удумал?! Себастьян подходит вплотную ко мне, наклоняется и чувственно шепчет на ухо: - Хочешь быть моей? – Дыхание сбивается, в ушах стучит. Я замираю, потому что каждая клеточка моего тела молит о каком-либо физическом контакте. Его дыхание щекочет нежную кожу на шее. Запах туманит рассудок. Я со свистом втягиваю воздух, чтобы успокоиться. - Предпочитаю более верных парней, - сквозь зубы посылаю его я, - Не дай Бог, если со мной будут обращаться так же, как ты с ними. Он даже отстраняется от удивления. Приходится поднять голову верх, чтобы не казалось, будто я боюсь смотреть на него. - Котенок, они не мои, - как будто объясняет ребенку не играть со спичками. Меня бесит этот тон. – Они просто секундное развлечение. - Так иди и развлекайся, - усмехаясь, говорю, - а меня оставь в покое. Себастьян пожимает плечами и наконец-то уходит. И что он только о себе возомнил? «Хочешь быть моей?» - проносится в голове. Не хочу. Не хочу я быть с таким засранцем, как он. И не хочу, чтобы ко мне относились как к игрушке. Все умиротворение как рукой сняло, осталась только непонятная злость и обида. Чего это со мной? Не стоит так реагировать на него. Он ведь действительно не мой парень. И если я думала, что после вчерашний слов, сказанных на пьяную голову, что-то изменится в наших отношениях, то я глубоко ошибалась. Вот еще один урок, который надо извлечь: не доверять ему, как бы он себя не вел. Мою чашку с недопитым чаем и поднимаюсь спать. Смотрю свое расписание на сайте школы. О! Мне завтра к третьей паре. Хотя бы высплюсь. Закрываю глаза, медленно проваливаясь в сон. На следующее утро у меня появляется заманчивая идея. Быстро собравшись и одевшись, спускаюсь вниз, чтобы сделать завтрак. Так, у меня пятнадцать минут до того как он проснется, поэтому остается только яичница с сыром. Как закоренелая домохозяйка стою у плиты, готовя завтрак. Кофеварку тоже ставлю. - Доброе утро, - вздрагиваю, слыша женский голос за спиной. Выключаю огонь и поворачиваюсь к Джессике. Да ладно? Я угадала! Она рыжая. И кудрявая. Ноги от ушей, модельная внешность, красивые искрящиеся изумрудные глаза. Да, не тягаться мне с его «увлечениями». Она еще и одета только в трусики и его рубашку, еле прикрывающую зад. Девушка подходит к столу и садится на мое место! Вот стерва! - Доброе, - заставляю себя мило улыбнуться, - как спалось? – Блин, что я несу? Расставляю тарелки и столовые приборы. - Да, не очень, - жалуется она мне. У меня чашка выскальзывает из рук от такой заявы. Да она тоже издевается надо мной?! – Слушай, я хотела спросить, а кем ты приходишься Себастьяну? Он назвал тебя дальней родственницей, но акцент у тебя не испанский. - А! я его жена, - мило говорю я, продолжая улыбаться. Наливаю ей в чашку горячий кофе, - Ты с молоком или без пьешь? - Как жена? – ошарашено переспрашивает она. Надо же, как у нее округлились глаза. - Да вот так получилось, - скромно начинаю я. – Он приехал в Москву по делам его семьи. Мы встретились в клубе. Как то все так закрутилось, что я оказалась беременна, - наигранно всплескиваю руками, стараясь самой не заржать. Теперь у нее еще и рот раскрыт. – Ну, а они же приличные. Вот и украл Себастьян меня беременную из дома, – глубоко вздыхаю, - А у меня еще папа армянин. Он вообще офигел, когда узнал, что я больна. Кто ж знал, что у Себастьяна СПИД. С малышом случился выкидыш, - я даже пускаю слезу. – А его измены я прощаю, я ведь так люблю его, - ага, до потери пульса просто. - У него СПИД?! – взвизгивает рыжая. И на этой веселой ноте на кухню спускается заспанный Себастьян. Девушка не может оторвать изумленного взгляда от него, а я поднимаюсь со стула и подхожу к нему. - Ооо, милый, ты проснулся! – радостно приветствую его я и чмокаю в щеку. Он удивленно на меня смотрит, раскрыв рот. – А я завтрак приготовила! Ты ведь так любишь яичницу, любимый. И тут начинается шоу: девушка встает из-за стола, с размаху залепляет ему пощечину и оглушительно кричит: - Негодяй! А я-то думала ты нормальный! Чурбан бесчувственный! Не смей мне звонить! И дорогу домой я сама найду! И она быстро поднимается наверх, наверное, чтобы одеться. Я тру ухо, потому что от ее писка у меня заложило. Потом как ни в чем не бывало иду к столу и спокойно сажусь завтракать. - Ну и истеричек ты в дом водишь, - наливая себе кофе, молвлю я. Себастьян до сих пор в шоке стоит и потирает щеку. Потом смотрит на меня. Я чуть ли не давлюсь. Во взгляде шоколадных глаз горит яростный огонь. - Что ты ей, твою мать, сказала? – рычит он, подходя к столу. Ой, кажется, переборщила чуток. - Ой-ой-ой, вот только мою мать трогать не надо, - язвлю я, прикладывая силы, чтобы не выдать собственного страха. – Я всего лишь поинтересовалась, как ей спалось, - мило говорю. А образ дурочки мне к лицу. Парень неверующе на меня смотрит. Потом подозрительно оглядывает стол. - Я, между прочим, завтрак приготовила, - обиженно заявляю. Надо срочно отвлечь его пока он прикапываться не начал. Парень садится за стол и все еще с подозрением на меня смотрит. А я улыбаюсь. Первый раз искренне улыбаюсь ему. - Ты все-таки ей что-то сказала. – с уверенностью говорит Себастьян. - Давай, ешь, - не отвечаю на его вопрос. Конечно, нет! Она просто так решила врезать тебе и наорать! Что вообще за тупые вопросы?! Мы молча завтракаем. Слышу стук закрывающейся двери. Вот она и ушла. Как все просто! Стоит только наплести чушь и готово. - Это же не отравлено, да? – как-то неуверенно он меня спрашивает. – Потому что на вкус очень даже ничего. Я удивленно приподнимаю брови. Он мне только что комплимент сделал что ли? - Нет, не отравлено, - усмехаясь, отвечаю, - если бы я захотела тебя убить, выбрала бы способ изощренней. После завтрака убираю посуду со стола и быстро протираю стол. Посуду помыть времени нет. Мне так лень идти до школы. Может попросить его подвезти меня? Тем более у меня бедро до сих пор болит. - Себастьян, - неловко начинаю. Он оборачивается. Собирался по-тихому слинять наверх. – Ты не мог бы подвезти меня до школы? – прошу я. Он смотрит на меня как на умалишенную. - Котенок, ты прогнала мою девушку, - раздраженно фыркает парень, - а теперь просишь, чтобы я отвез тебя? - Ээх, ладно, - понурившись, вздыхаю я. А на самом деле я зла, - попрошу Маркуса подвезти меня. Себастьян тут же напрягается при упоминании мужского имени. Эта реакция не может не радовать. - Это кто такой? – с надрывом спрашивает. А потом не дожидаясь ответа, бросает, - Хорошо, через пятнадцать минут выезжаем. – И быстро поднимается наверх. Хм, шалость удалась. И с его шлюхой и со школой. Интересно, а чего он так быстро согласился? Знает Маркуса или просто не хочет, чтобы я с парнями общалась? Деловой какой! Сам-то даже девушек в дом иметь приводит. Иду в прихожую, проходя мимо большого зеркала, заглядываю в него: на мне джинсы и розовая рубашка. Глаза подведены черным, губы накрашены вишнево-красной помадой, а волосы заплетены в аккуратную косичку на левую сторону. Надеваю кеды. Достаю мобильник и звоню маме. Через пару гудков слышу родной голос. - Алло, мам, привет, - радостно приветствую ее я. – Я так соскучилась, - хотя прошла только неделя. Но я действительно скучаю. - Привет, Дина, - что-то в ее голосе меня напрягает. Она усталая или… пьяная?! Снова?! Сейчас же только десять часов утра! У них там восемь получается. – Как там твои дела? - Мам, ты пьяная? – расстроено спрашиваю я. Хорошее настроение улетучилось, - ты почему не пошла на работу? – требую я от нее ответа. - Я заболела, - нехотя отвечает она. Ага, конечно, заболела. Она снова запила. И пользуется тем, что я не в Москве. - Все, пока, - не могу с ней разговаривать, когда она в таком состоянии. Не хочу и не могу. - У меня все хорошо, не волнуйся, – и вешаю трубку. Губы дрожат, а на глазах наворачиваются слезы. Почему она снова пьет? Ну почему? Я сажусь на ступеньки лестницы и закрываю лицо руками, стараясь не расплакаться. Я зла на нее. Она знает, что я в Германии и не могу ничего поделать с ее состоянием. Не могу взять и наорать на нее. Как же я беспомощна... У меня появляется безумное желание прямо сейчас взять билеты и улететь отсюда. - Котенок, что случилось? – Себастьян застает меня сидящей на лестнице и чуть ли не хнычущей. Надо взять себя в руки! - Нет, ничего, - избегаю смотреть ему в глаза, потому что он точно заметит слезы. Быстро моргаю, избавляясь от следов своей слабости. Снимаю с вешалки куртку и натягиваю ее. – Просто соринка в глаз попала. - С кем ты говорила по телефону? – требовательно спрашивает он меня. Я опускаю взгляд на свою руку, до сих пор сжимающую мобильник. Кидаю его в сумку и вешаю ее на плечо. - Это не имеет значения, - уклончиво отвечаю я и быстро выхожу за дверь. И что он пристал? Я же не докапываюсь до него с ответами! А если и докапываюсь, то он меня посылает... Через минуту он выходит в своей кожаной куртке. Я обращаю внимание на его одежду. Темно-синие джинсы подчеркивают его стройную талию, а в черной рубашке он выглядит мужественно и так… сексуально. Модные кеды, купленные в дорогом спортивном магазине, завершают образ крутого парня. Поднимаю взгляд выше: красиво очерченные губы, высокие скулы, густые черные брови и ресницы, иссиня темные волосы в творческом беспорядке. Напоследок я смотрю во внимательные карие глаза и тону в них. Они изучают каждую эмоцию, отразившуюся на моем лице. И тут меня кроет осознание того, что Себастьян Вальверде никогда не будет моим. Если есть какая-то малая вероятность, что он меня захочет видеть в роли своей игрушки, то шанс на нормальные отношения с ним просто нулевой. Да, если он очень сильно захочет, то я буду его, пока не надоем. А точнее пока мои два с половиной месяца не закончатся. Но моим он не будет даже день. И от этого понимания становится так тоскливо на сердце, будто я уже все это пережила. Но это понимание тоже полезно. Может быть, даже дает какую-то силу. Ведь осознавая свои слабости, я могу превратить их в сильные стороны. - О чем ты думаешь? – прищурившись, задает вопрос парень. Я вздрагиваю от его голоса. - О том, что я опоздаю на пару, - вру я и отвожу взгляд. Жду, пока он пригонит мотоцикл из гаража. Потом забираюсь на железного коня. Крепко обхватываю руками его талию и утыкаюсь лицом в спину. Вот как меня выбил из колеи звонок матери. Себастьян медленно едет по территории дома. Как только автоматические ворота закрываются за нашими спинами, он газует, и мы несемся на бешеной скорости. Начинаю ловить удовольствие от скорости и ветра. Сейчас не так страшно, как в первый раз. Думаю даже отпустить его талию, и поднять руки верх. Но быстро отказываюсь от этой идеи. Он меня потом заживо закапает, наверное. Через пять минут он осторожно тормозит на обочине. Вижу знакомое красно-кирпичное здание школы. Стараюсь грациозно слезть с мотоцикла, да что-то не особо получается. Глубоко вздыхаю. Погода пасмурная, сегодня, скорее всего, тоже будет дождь. - Спасибо, что подвез, - благодарю я и собираюсь перейти дорогу. - Дина, стой, - удивленно поворачиваюсь обратно. Он второй раз назвал меня по имени? – Скажи, что случилось? – да что ж такое то?! - Слушай, что пристал то? – раздраженно спрашиваю, - Ты достал меня! Себастьян усмехается. - Ну, вот если достал, то скажи, - не отстает он. - Да с чего ты вообще взял, что что-то случилось? – парень, наверняка, козерог по гороскопу, раз такой упрямый. - Потому что взгляд у тебя поменялся, - кажется, он тоже раздражается, - Ты стала резко грустная. Я устало вздыхаю. - Тебе показалось, Себастьян, - повторяюсь я, - Со мной все в порядке. Я опаздываю на пару. Пока. И снова вру. Никуда я не опаздываю. У меня еще пятнадцать минут. Я быстро ретируюсь, пока он снова не стал допытываться. Нет, про маму я ни за что не буду говорить. Это слишком личное. И кроме того мне стыдно. И вообще, с чего это я должна открываться ему, когда он не желает сам открыться мне?! И еще он странно ведет себя! Я его не понимаю и все тут! Достаю из сумки пачку сигарет и зажигалку. Это мне отдала Бирте, потому что я ее задолбала постоянно просить сигареты. Поджигаю сигарету и блаженно вдыхаю никотин в легкие. Вот, теперь мне точно гораздо лучше. Делаю еще один затяг. Голова медленно начинает кружиться, даря минутную эйфорию. Через пять минут все пройдет. Быстро докуриваю сигарету и иду на урок. У меня сейчас история, а, значит, сейчас встречусь с Маркусом. Захожу в кабинет и сажусь на свое место. Через минуту на стул рядом падает мужская сумка. - Привет, - Маркус приветливо улыбается мне, - как дела? - Привет, - выдавливаю я ответную улыбку. – Да потихонечку. Ты как? Он садится рядом со мной и накрывает своей рукой мою. Она такая теплая, а я так замерзла. - Я скучал, – На этот раз улыбаюсь искренне. Вот Маркус не такой как Себастьян. Гораздо проще и понятнее. - День же всего лишь прошел, - флиртуя, говорю я. Смотрю в теплые голубые глаза, поражаясь их чистоте. Они как весеннее небо. - Итак, урок начинается, - с порога начинает преподавательница. Маркус не убирает свою руку, а я как бы и не против. – Наш импульсивный, но всеми уважаемый директор решил устроить в пятницу фестиваль как агитация против наркотической зависимости. – Я пропускаю всю эту бесполезную информацию мимо ушей. – Времени мало, поэтому нужны готовые номера. Все равно что: танцы, песни или сценки. Кто-нибудь готов в этом участвовать? Замечательно. Школьный фестиваль. - Дина отлично танцует, - неожиданно заявляет Маркус, - Она может исполнить номер. Преподавательница оценивающе разглядывает меня, а потом медленно кивает. - Отлично! Тем более иностранные участники в наших фестивалях еще никогда не участвовали! Какого, твою мать, черта?!

***

* - Ты хочешь быть моей...