Достойная замена

       Лас-Вегас. В маленьком дворе собралась вся большая, дружная и немного странная семейка, не исключая нового члена семьи - Джека О'Конера. Вся семья только что убрала плохого парня, впервые действуя не против копок, а наоброт - за них. Теперь все празднуют не только победу, но ещё и возвращение Летти в строй семьи. А также оплакивают смерть своей подруги, ещё одного члена семьи, Жизель. Если бы не она, погибших было бы двоя.        Семья старается не думать о плохом, а только видеть во всём хорошее. Да, печально, что Яшар мертва... Но надо продолжать жить, учиться отпускать тех, кто ушёл. Но он не мог. Он не мог смериться с её смертью, ведь она была для него не просто всем, она была для него смыслом всей его жизни. Вот только судьба распорядилась иначе. У них было ещё много планов на будущее. Но, видимо, жизнь не захотела видеть их вместе. Хотя, чего они плохого такого сделали, что она наказала их союз, их любовь, и не дала сбыться с желаниями? Неужели они друг другу не подходили? Нет, этого и в голове не может уложиться. А вдруг, они просто где-то провенились?..        Он постоянно вспоминает тот момент, когда её рука выскальзывает из её. Он не слышит не собственного крика, не выстрелов, которые спасли его жизнь. Впрочем, зачем это произошло? Зачем она пожертвовала собою, спасая его жизнь, ведь она знала, что его жизнь без неё будет уже другой. Наверное, она видела его хорошее будущее, раз всё именно так произошло.        - Ты и вправду уедешь? - задал Хану вопрос Тедж и, сделав глоток из стакана, добавил: - В Токио?        - Да, в память о Жизель, - ответил тот. Каждое воспоминание о ней причиняло ему невыносимую боль, но он не мог сейчас вот так вот взять и сдаться. Он будет бороться с этой болью.        - Если что, мы поможем, только позови, - добавил Тедж. Он с благодарностью попытался улыбнуться, только можно было сразу заметить, что эта улыбка была лишь прикрытием и маской его настоящих чувств.        Теперь Хан понял, что выдавить из него настоящую улыбку будет не так уж и просто. Вряд ли, кому это теперь удастся, разве что не какое-нибудь хорошее воспоминание о Жизель.        - Мия, детский шампунь под угрозой, - сказал Роман, хотя почти никто не понял сначала, зачем он вставит эту фразу. Оказалось, что это просто пришёл Хоббс с документами.        - Ох, получишь ты у меня, толстолобик, - подколол негра тот. Надо было видеть лицо Теджа, как из него вырывается смех, а из-за рта брызгается пиво, которое он только что выпил.        Хоббс подошёл к Доминику и отдал ему бумаги с информацией о амнистии. "Все обвинения сняты" - эту фразу были рады слышать все. Хан не спорит, он тоже был в какой-то мере счастлив этому приговору, вот только, как ему, так лучше быть в бегах с ней, чем прожить всю свою жизнь без неё. Пройдёт время, и кто вообще вспомнит о ней, разве что не он? Он всегда о ней будет помнить, она всегда будет жива для него.        - Все к столу! - позвала Мия.        Все подошли к шикарно накрытаму столу. Хану в горло и кусок не лез, но Жизель хотела бы, чтобы он жил. Он будет жить, только ради неё. Роман взял кусочек мяса и засунул его себе в рот. Он не знал, что после этого последует.        - Начал есть - читай молитву! Закон этого дома, - указал на Пирса указательным пальцем О'Конер.        - Легко, - согласился тот. - Как будто я молитв не знаю. Я в детсве все молитвы знал.        - Ну, что, Роман, благослави наш стол, - присел Торетто, а вместе с ним и Летти. Все дружно взялись за руки. Закон - есть закон, и надо бы его соблюдать.        - Отец Небесный, спасибо, что собрал Ты вместе друзей! Благодарим Тебя за решения нами принятые, ибо они делают нас теми, кто мы есть! Помоги нам всегда помнить любимых, которых мы потеряли! Благодарим, что Ты послал нам этого ангелочка, ставшего новым членом семьи! Благодарим, что вернул домой Летти! Но больше всего благодарим за БЫСТРЫЕ ТАЧКИ!        Никто не сомневался, что такое тоже обязательно прозвучит. Все очень хорошо знают этого парня, чтобы сомневаться в его мыслях. Его мысли легкочитаемы.

***

       Закат. Хан решил проводить сегодня день именно тут. Говорят, что проводив закат, мы проводим всю прошлую жизнь, всю боль, что приченила нам эта жизнь. Лю решил проверить это, хотя он сомневается, что эта боль когда-нибудь пройдёт. Слишком уж она ядовитая, эта боль. Она так просто его не отпустит. Хотя, Хан сам понимает, что она, боль, отпустит его лишь тогда, когда он опустит её. Свою любовь. Но как он может это отпустить и забыть про это, если всё то время, что она была рядом, было самым счастливым временем в его жизни?        Завтра он будет уже в Токио. Завтра он уже встретить рассвет там, в Японии, в стране восходящего солнца. Он искренне надеется, что воспоминания о Жизель у него останутся, а боль - пройдёт, исчезнет бесследно. Хотя, он в этом немного сомневается. То, что он хочет, способно сделать только чудо. Хан верит в чудо. Он верил в него с самого появления Жизель, ибо она для него была чудом. Она всегда останется для него чудом, и он будет полагаться на это чудо. Он будет полагаться на неё. На Жизель.