О чём же ты мечтаешь?

Змиулан не нравился Ярису. Он его пугал. Этот замок заносил в душу страх, тревогу и некую темноту. Беспокойные мысли посещали голову, и ключник не желал здесь долго оставаться, а приходилось. В то же время Змиулан притягивал своей красотой и великолепием. Он зачаровывал и давал повод для того, чтобы им восхищались. Иногда Ярису хотелось изучить его и узнать все тайны замка. Да, противоречивые чувства одолевали юношу. И всё же желание о том, чтобы уйти из Змиулана и никогда туда больше не возвращаться, находилось на наивысшей точке. Однажды, после очередной встречи с Астрагором, он пулей вылетел из его кабинета и направился к выходу. «Не нравится мне он. Такой странный тип. Почему-то мурашки пробегают по коже от одного его взгляда. Брр…». Ярис бродил и бродил, думал и думал, пока не заметил, что он оказался в совершенно незнакомом ему крыле. Конечно, оно ещё было и нежилое. «Чёрт. Этого ещё не хватало». Произнеся теперь уже вслух ещё несколько ругательных слов, Ярис стал искать выход. Он был спокоен. По его мнению, паника — это зло. «А что тут дверь открыта?». Дверь одной комнаты действительно была открыта настежь, и юношу вдруг захватило жгучее любопытство. Желание о том, чтобы узнать тайны этого замка и Астрагора, теперь стало находиться на наивысшей точке. И Ярис зашёл туда. Внимание юноши тут же привлекло огромное зеркало, которое стояло посередине и было прикрыто грязной тряпкой. Странное чувство охватило Яриса Чаклоша, почему-то он не мог унять дрожь. «Обычное нуль-зеркало. Верно?». Чаклош убрал препятствие в виде тряпочки. Взгляд юноши устремился на зеркало. И сначала ничего не произошло, но затем в отражении зеркальца появилась она, снившаяся ему во снах в последнее время, одетая в сиреневое бесподобное платье и беленькие прелестные туфельки. Её глаза излучали счастье, она улыбалась, её тёмные волосы стали длиннее и были заплетены в милые косички. Это была Диана, девушка, которую зачасовал Ярис, девушка, которую он любил. — Диана! Диана! Ты жива! Ты здесь заточена, верно? Я сейчас вытащу тебя отсюда, попытаюсь вытащить. Подожди, Диана, подожди. Чувства взяли верх. Чаклош судорожно начал искать какой-то механизм, записку или хоть что-то, что помогло бы ему и ей. Он вновь посмотрел в отражение зеркала и вдруг отпрянул от него, как ужаленный. Теперь уже рядом с Дианой стоял он сам. «Что это такое?» Ужас, изумление отразились у него на лице, но в скором времени они сменились необыкновенным счастьем. Там Ярис обнимал её за талию, а она смотрела на него влюблёнными глазами и целовала в щёчку, а затем и нежно в губы. — О, великое время! Неужели, это моё будущее? Неужели, это моё будущее? Тогда я рад, я очень рад. Чаклош упал на колени и зарыдал. Всё: и страх, и надежда, и сомнения, и любовь — перемешалось в жуткую какофонию. Тело юноши содрогалось от всхлипов, он сжимал руки в кулаки и пытался остановить эти жгучие слёзы. А Примаро, наблюдавший за всей этой картиной в своём надёжном укрытии, жутко качал головой и бормотал: — Нет никакого будущего. Его нет. Он тяжко вздохнул и решил отвести Яриса от зеркальца подальше. Ведь это так необходимо сделать.