Сладкая ложь

Скрипучий голос священника, сопровождаемый слабым треском свечей, мерно взрезает пыльный воздух католической часовни Британской императорской семьи. Сесиль рассеянно смотрит на крошечные пылинки, кружащиеся в чахлых лучах солнца, еле пробивающихся в украшенные витражами стекла. Порой Сесиль вспоминает, как подобает себя вести на такой церемонии, но ничего не может с собой поделать – ведь сердце, того гляди, так и выскочит из груди – неужели, неужели все происходящее это наконец-то не мечты, а реальность? Сесиль поворачивает голову и с обожанием глядит на Его Величество Шнайзеля. Кто бы мог подумать еще два месяца назад, во времена правления императора-дьявола Лелуша, что вскоре все сложится так? После того, как Наннали самовольно отказалась от поста императора Британской империи, новым императором единогласно был признан Шнайзель, что заставило Сесиль немало поволноваться, так как их с Ллойдом отдел всегда находился под покровительством Белого принца. Как следствие, все чаще Сесиль появлялась на людях в окружении нового императора, и постепенно начала со смущением отмечать знаки внимания Его Величества. Поначалу, пытаясь совладать с самой собой и не уноситься в мечты, Сесиль убеждала себя, что все это не более чем вежливость, и учтивость, но постепенно отношения Императора и его подчиненной становились все ближе. И Сесиль снова с нежностью глядит на Шнайзеля, чувствуя, как на глаза выступают слезы. Раньше бы она ни за что не поверила, что можно быть настолько счастливой и так любить кого-то! Его Величество стоит рядом, слегка опустив глаза, казалось бы, от неловкости и торжественности этой ситуации. Но на самом деле Шнайзеля мучают другие мысли. Тогда, когда его признали императором, ему пришлось принять сложное решение, которое далось ему с трудом. Но скрепя сердце, Шнайзель осознавал, что императору положено иметь жену, а в перспективе, и детей, чего, к сожалению, его преданный адъютант Канон Мальдини никак бы не смог ему дать. Не так тяжел был разговор новоиспеченного императора с самим своим возлюбленным, графом Мальдини, как были тяжелы его терзания. Шнайзель мог сколько угодно притворяться, обманывать людей, и играть на публику – но все равно в глубине души он не мог смириться с тем, что ему предстоит. Одна из самых больших человеческих подлостей. Игра на чувствах. Цинично, но справедливо, Белый Принц решил, что сотрудница технологического отдела, Сесиль Круми, каждый раз бросающая на императора при встрече смущенные взгляды, подходит на кандидатуру будущей императрицы больше всего. В конце концов, она хоть немного побудет счастливой, думая, что действительно смогла завоевать его сердце, принадлежащее другому человеку, стоящему рядом и смаргивающему слезы, когда приходит время самого главного вопроса. -Сесиль Круми, согласны ли вы взять в мужья Шнайзеля эль Британия? – приспустив пенсне, спрашивает священник. -Да! – счастливо выдыхает Сесиль. -Шнайзель эль Британия, согласны ли вы взять в жены Сесиль Круми? -Да, - отвечает император с улыбкой, но мысли его мрачны. Теперь отступать поздно, и эта игра уже не закончится.