Наше лето

      Загорается зёленый свет, и люди ступают на дорогу, стараясь идти как можно быстрее. У каждого свои проблемы. Кому-то необходимо отвести детей в садик, кто-то спешит на работу.       Лухан улыбается, заканчивая телефонный разговор с папой, и следует тому же направлению, что и остальные. Парню до безумия нравится эта бесконечная суета мегаполиса, этот ритм жизни.       Сехун хмурится. Брюнет терпеть не может эти большие скопления людей. Вокруг снуют люди, заставляя альфу сморщиться от запахов, перемешанных между собой.       – Ой, простите! – раздаётся голос, заставляя альфу поднять глаза на возмутителя спокойствия. В нос ударяет тонкий запах цитрусовых, и альфа вдыхает полной грудью. Но он даже не успевает ничего сказать, как паренёк поспешно кланяется и убегает, даже не посмотрев на него.

***

      Прилавки, на которых полно разных восточных вкусностей и морской живности, арабы, сующие всё это тебе под нос, лишь бы ты купил. Лухан сморщил нос, когда ему под нос сунули что-то жареное и пахнущее не очень-то и аппетитно. Абу-Даби славился не только песчаными пляжами, но и различными вкусностями, каких больше нигде не увидишь. Вот только Лухан не очень-то рад этой поездке.       Это всё Бэкхён с Чанёлем, решившие, что их лучшему другу просто необходимо развеяться.       «Лучше бы я остался в номере», – мелькает мысль у блондина в голове, когда ему в очередной раз засовывают в руки полуживого осьминога.       – Господи, Лу! – бурчит Бэкхён, разглядывая украшения, и косится на блондина. – Не будь неженкой.       – Милый, он же омега, – Чанёль кладёт свою руку на плечо Лухана и пару раз хлопает по нему.       – Эй! Перестань, – дёргает плечом блондин и закатывает глаза. Бэкхён тихонько хихикает и показывает продавцу, что именно он возьмёт.       – А ты прикинь, твой альфа – это кто-нибудь из здешних? – Чанёль начинает громко ржать, осматриваясь вокруг, и наугад тычет в одного из прохожих, заставляя Лухана покраснеть, а Бэка засмеяться.       – Идиоты, – шипит Лу, недовольно смотря на парочку, бьющуюся в конвульсиях.

***

      Сехун радостно распахнул шторы, любуясь открывшимся из окна номера видом. Песчаный белоснежный пляж, омываемый волнами океана, лёгкий ветерок, из-за которого волосы альфы слегка путаются. Обжигающее солнце… здесь так прекрасно. Се запустил пальцы в волосы, поправляя их и вдыхая полной грудью. Вот она, долгожданная свобода. Парень так долго мечтал об этом отдыхе, что, кажется, до сих пор сам не верил, что он наконец-то здесь, в Абу-Даби. Вырваться из оков Сеула казалось невыполнимым, но Сехуну удалось.       «Надеюсь, ты хоть чуть-чуть загоришь», – альфа улыбается, вспоминая слова своего лучшего друга, Чонина.       Первым в списке дел было посещение рынка и покупка сувениров. Альфе хотелось поскорее снять с себя эти обязанности по покупке сувениров для друзей и родственников, чтобы потом больше не париться и отрываться на полную.       Местный знаменитый рынок встретил корейца привычным шумом. В Сеуле примерно так же. Проходя мимо стройных рядов с местными деликатесами и различными сувенирами, взгляд брюнета зацепился за двух парней. Они явно были азиатами, но издалека Сехуну не удалось разглядеть их лица. Рядом с ними, спиной к Сехуну, стоял ещё один, но альфа точно не мог утверждать, был ли он с этими двумя.       Нерешительно поджав губы, Сехун пошёл прямо к ним, всё же лучше, когда есть хоть кто-нибудь, говорящий с тобой на одном языке, но через пару шагов он был перехвачен одним из местных. Араб активно жестикулировал, показывая пальцем на прилавок и обнажая зубы, несколько из которых были золотыми.       Сехун непонимающее уставился на него, пытаясь понять, что именно говорит ему продавец. Спустя несколько минут, в течение которых Сехун безуспешно пытался понять темнокожего, с густыми бровями мужчину, он согласно кивнул и полез за бумажником.       Ткнув пальцами в безделушки и терпеливо дождавшись, пока ему их положат в пакет, альфа откланялся. Вот только тех двоих и след простыл.       «Значит, не судьба», – подумал брюнет и зашагал дальше.

***

      Лухан наблюдал за друзьями, которые перешёптывались между собой.       – Эй! Вообще-то, если больше двух в компании, то шептаться – это дурной тон, – заявил омега, ловя на себе непонимающие взгляды.       – Тебе рассказать о том, чем мы будем заниматься в номере? – кокетливо изогнув бровь, поинтересовался Чан. – Хочешь третьим?       Лу вспыхнул, сузил глаза и со всего маха ударил альфу в плечо.       – Да ладно, я же пошутил, – оправдывался Чанёль, наблюдая, как Лу, ещё раз напоследок бросив на него убийственный взгляд, скрылся в толпе.       – Ну и зачем ты его обидел? – Бэк укоризненно посмотрел на мужа и неодобрительно покачал головой. – Ты неисправим.

***

      Сехун устало осмотрелся вокруг и поправил ремешок рюкзака. Подарки были куплены и уже бережно упакованы в подарочные коробки, а сам брюнет ещё раз напоследок осмотрелся и повернулся назад.       – Ой, простите! – раздался голос, заставивший альфу поднять глаза на того, с кем он только что столкнулся. Напротив, виновато опустив голову, стоял парень невысокого роста со светлыми, чуть вьющимися волосами. А когда он поднял глаза и посмотрел на Сехуна, то альфа заметил эти больше оленьи глаза, обрамлённые пушистой россыпью ресничек, миловидное лицо и запах. Потрясающих запах цитрусов. Неужели это тот самый парень? Дежавю?       – Вы кореец? – Сехун спросил первое, что пришло ему на ум. В ответ блондин, изумлённо выпучив глаза, пялился на него.       Лухан скользнул взглядом по лицу брюнета, замечая остро очерченные линии подбородка, пухлые губы и белоснежную кожу. Широкоплечий, высокий, красивый настолько, что Лухану показалось, что мир вокруг замер, остановился. Остановился для того, чтобы дать омеге возможность налюбоваться этим красавчиком. А когда услышал его голос, то вовсе еле сдержался от того, чтобы томно вздохнуть. Этот парень пах еле уловимым терпким запахом горного чая.       – Нет, я китаец, – не своим голосом ответил парень, наблюдая, как у альфы на лице расцветает улыбка.       Самая прекрасная улыбка на свете.