Мега взрыв двойной сверхновой. Сила кровных уз

Отгорел фейерверк,

Перестала вертеться шутиха,

Блеск одежд карнавальных

Обернулся унылым тряпьем.

Опустел балаган,

И на рыночной площади тихой,

То, что было театром,

Становится нашим жильем.

Засыпай, Арлекин.

Поцелуй и прохлада ладоней —

Это всё, чем могу

Отвести от тебя непокой.

Балаган — наш дворец,

Наши ослики — резвые кони.

Если можешь, поверь

Этой сказке и спи, дорогой!

Мне не быть для тебя

Ни волшебной звездой, ни богиней,

Я твой друг, Арлекин,

Потому и доводится мне

Быть гораздо умней,

Чем положено быть Коломбине,

И гораздо добрей,

Чем положено просто жене.

Я до смерти с тобой

Поделю и очаг, и подмостки,

Если занавес поднят,

Я буду смеяться и петь,

И следить, чтоб завистник

В твой грим не подсыпал известки,

И любить тебя так,

Как никто не сумеет посметь

©

***

      Поздно вечером, выйдя из образов Хиллов после окончания съемки, мы наконец-то разъехались по домам на сутки. Завтра, где-то в это же время, пара эксцентричных родственников вернётся в отель и продолжит вести свою вызывающую и нестандартную жизнь, по легенде уехав сейчас на какое-то сборище рокеров. А пока можно ненадолго расслабиться и отдохнуть, ведя свой привычный образ жизни…       Не успела я переступить порог моего жилища, как затрезвонил телефон. Быстро нашла его в сумке, думая, что это звонит семпай.       «Наверное, хочет обсудить наши роли, обратить на что-то моё внимание, только очень надеюсь, что не на „тот“ вечер. А может, просто поговорить… Ведь все эти дни, живя в личинах Хиллов, мы не могли общаться как Цуруга-сан и Могами-сан. Он, возможно, тоже только добрался до дома», — мелькнуло в голове. Но краем сознания, отметив, что мелодия не соответствует его входящему, я раскрыла телефон и взглянула на дисплей — на нём светилась надпись: «Папа». Со счастливой улыбкой нажала кнопку «ответить».       — Здравствуй, папа! Я так рада тебя слышать!       — Здравствуй, дочка, как самочувствие? — бодро поинтересовался Куу-сама.       — Всё хорошо!       — Наверно, уставшая? Ведь ты сейчас работаешь круглосуточно, не выходя из роли.       — Ну-у-у, есть маленько, — замялась я. — Но сегодня мы с Цуруга-сан по домам. Так что высплюсь, отвлекусь и буду снова в абсолютной норме!       — Знаю, что ты дома… поэтому и позвонил… Кёко-тян, нам надо поговорить. Очень серьёзно! И не по телефону. Прости, но я считаю, что этот разговор не терпит отлагательств, несмотря на то, что мне очень не хотелось бы обременять тебя сейчас, отрывая от отдыха. Если ты не возражаешь, то я подъеду к тебе минут через двадцать... — Тон названого отца был очень серьёзным, встревоженным и, кажется, немного грустным.       — Конечно, я буду ждать… — ответила, находясь в полной растерянности.       «Что такое случилось, что папа ночью мчится ко мне? Да и говорил он так… взволнованно, мне показалось, даже испуганно. Точно, случилось что-то серьёзное! Только причём здесь я? Неужели могут быть какие-то проблемы у Хизури Куу-сама, которые могу решить я?! Уф! Ведь теперь не успокоюсь, пока не узнаю, что стряслось! Быстрей бы он приехал и всё разъяснил».       Я быстро пробежалась по комнате, приводя её в порядок, и, набрав воды, включила чайник.       Не прошло и двадцати минут, как в дверь постучали, и после приглашения в комнату вошёл Хизури Куу-сама, он же легендарный и приснопамятный Хозу Шухей — с недавних пор мой названный отец. Подбежав к нему, крепко обняла, а он обнял в ответ.       — Здравствуй, папа! Добро пожаловать! — сияя, поприветствовала, ведь так счастлива была его видеть — соскучилась.       — Здравствуй, здравствуй, — улыбнулся. Но улыбка вышла какая-то печальная.       — Чай будешь?       — Давай, пожалуй. Разговор предстоит долгий и непростой.       Разлив чай и устроившись за чабудай друг против друга, я ожидала начала разговора. Видя, что Куу-сама нервничает, не стала торопить. Немного посидев, глядя в кружку, и пару раз тяжело вздохнув, папа начал свой рассказ. Сперва я не понимала, какое это имеет ко мне отношение, но молча и внимательно слушала. По мере повествования, когда прозвучало имя, до меня стало доходить, на что он намекает.       — После того, как с тобой познакомился, узнал твою историю... стал часто вспоминать события восемнадцатилетней давности и сопоставлять тебя с образом девушки из прошлого — и всё настойчивее кажется, что вы похожи. И дата твоего рождения… Конечно, может я просто себя накручиваю и, так сказать, принимаю желаемое за действительное... Ты ведь не имеешь достоверной информации о своём отце? Или о его семье?       Я отрицательно помотала головой.       — Ох! Но слишком много совпадений... Последние несколько дней меня совсем не оставляет в покое эта мысль, поэтому и прилетел. Узнал у Такарада-сан, что сегодня вечером и завтра днём ты не будешь задействована в его секретном проекте, и мы сможем спокойно поговорить.       Я вскочила на ноги. Когда до меня дошло всё сказанное — преисполнилась неописуемым счастьем.       — Значит… значит, ты мой настоящий отец?! — сияя, улыбкой восторга на всё лицо, запинаясь, прокричала я.       — Что значит «настоящий»? А разве я и так тебе не папа? — с ироничной усмешкой спросил он.       «Куу-сама — мой родной отец! Самый, самый что ни на есть истинный, родной, кровный — а не названный! У меня есть мама — его жена Джулия-сама — красавица и очень хорошая, добрая и заботливая мама. А ещё у меня есть братик — старший, уже взрослый и просто замечательный братик…» — Моя фантазия унесла меня в елисейские поля — рай прекрасной, подлинной и полноценной, любящей семьи — семьи, которой у меня никогда не было, и которую я сейчас представляла себе, как сказку про принцесс. «А что? Хизури Куу-сама — неоспоримый король Голливуда. Джулия-сама — королева подиума. Их сын — Куон-сан — безусловный принц во всех смыслах. А я, как выкраденная принцесса, через много лет разысканная своей королевской семьёй и воссоединившаяся с ними».       — Кёко-тян… Кёко-тян… Кёко-тян! — Вернул меня на землю голос папочки. Посмотрела на его серьёзное и сосредоточенное лицо — и моя счастливая улыбка стала потихоньку меркнуть.       — Для меня ты есть и навсегда останешься любимой дочерью. Но больше не могу терзаться догадками. Прости, если посчитаешь это обидным или оскорбительным! И всё же для меня это очень важно… Хочу поставить точку в своих сомнениях.       — Я совсем не против, только как? — После таких новостей его слова поставили меня в тупик, голова совсем отказывалась думать.       — Всё очень просто, я уже всё подготовил. Нам надо сдать биологические образцы на сравнительный анализ ДНК. Через несколько дней он будет готов, и мы точно будем знать о родстве.       — Что нужно сделать?        Предполагаемый родитель поставил на стол небольшую пластиковую коробку, вынув из кармана, и раскрыл. Достал и надел перчатки, взял в руки пластиковую пробирку и пинцет.       — Мне нужно выдернуть у тебя один волосок, — он протянул руку, выдернул требуемое, затолкал в пробирку и, закрыв, взял другую, а во вторую руку — маленькую палочку с ватным тампоном. — Открой рот, я возьму образец слюны, — тампоном провёл по внутренней части щеки и опустил палочку в пробирку. — Видишь? Всё очень просто. А теперь ты. Сможешь сделать, как я?       Я кивнула и повторила все действия, проделанные им.       Сложив пробирки в коробку, а нестерильные уже принадлежности в пакетик, папа приблизился вплотную ко мне и обнял: — Уже очень поздно, опять не выспишься. Как только будет готов ответ, сразу тебе сообщу, а пока — спать! Спокойной ночи, девочка моя, — он чмокнул меня в макушку, потрепав по голове, и вышел.       — Спокойной ночи, — пожелала уже закрывающейся двери. Он ушёл слишком быстро, нервный. Я даже не успела нормально отреагировать и попрощаться. Растерянно моргнула, глядя на дверь.       Я была переполнена эмоциями и думала, что долго не усну. Однако только коснувшись головой подушки, провалилась в сон, и сны мне снились прекрасные.       Выспавшись вволю, встала в отличном настроении и пребывала в нём, пока…

Могами Кёко. Два дня назад

      Сегодня Каин не вредничал и не очень капризничал, поэтому семейство Хиллов добралось до съёмочной площадки с опозданием всего на пятнадцать минут — нонсенс!!!       Партнёры Каина по площадке запороли уже второй дубль, хотя это была только первая сцена сегодня. Началась съёмка третьего дубля, завибрировал телефон, я посмотрела на дисплей — там отобразился номер, а не имя, пожав плечами, сбросила звонок и захлопнула телефон, ведь Сецука Хилл не говорит с кем попало! Звонок мгновенно повторился и продолжал «трезвонить» несколько минут.       «Да кто же там такой настойчивый?! Этот номер знают всего несколько человек! Шотаро-кун уж точно не мог его заполучить, ну никакими путями! Блин, да кто же это?!» — меня начал раздражать столь настырный абонент, но и стало любопытно — кто?       Окинув взглядом снимаемое и поняв, что успею ответить на звонок, быстрым шагом вышла в коридор.       — Да-а-а, — протянула в стиле Сецу и на английском.       — Здравствуй. Это я — Куу. Я говорил, что как только будет известен ответ — сразу тебе сообщу. Знаю, ты сейчас работаешь. Но у тебя есть возможность в одиночестве поговорить со мной сейчас? — он тоже говорил на английском.       — Подожди. Дойду до нашей гримёрки, — услышав, что это Куу-сама, я вздрогнула всем телом, выпадая из роли, но раз Такарада-сан дал ему мой «рабочий» номер телефона — значит можно поговорить. Быстро дойдя до гримёрной Каина, плотно закрыла за собой дверь. Решила продолжать разговор на английском.       — Слушаю, — едва держащаяся, пока шла, личина мисс Хилл окончательно сползла. Да и не знает та никаких Хизури Куу-сама — её любовь, жизнь, мир и бог Каин Хилл, остальные пролетают мимо.       — Лучше бы лично… В свете открывшихся фактов это не терпит отлагательств… Ты всё поймешь… Просто это не моя тайна, но раз обстоятельства обернулись так, то… — речь была сбивчива, и понятно, что он сильно волнуется.       Я напряглась, приготовившись к разным сюрпризам и, вся обратившись в слух, присела на диван.       — Я внимательно слушаю.       — Результат анализа положительный — ты — моя дочь, и я безумно этому рад… Но есть одно «но». Ты не знаешь, что твой семпай, Цуруга Рен-сан, очень сильно и уже не один месяц в тебя влюблён!.. У меня есть сын — Хизури Куон — твой брат. Как тебе известно, он несколько лет не живёт с нами и не общается… Если он не открыл тебе эту тайну, то открою я! Цуруга Рен и Хизури Куон — один человек! Рен — это псевдоним Куона. Девочка моя, в тебя по уши влюблён твой родной брат! Вот почему сообщаю тебе так! И срочно! Ведь Куон может в любой момент решиться признаться тебе в своих чувствах.       Я не могла вымолвить ни слова.       — Кёко-тян, ты меня слышишь?       Голос не слушался, да я и не пыталась.       — Алло, Кёко-тян! Ответь!       Ответом была тишина. Моё шоковое молчание.       Хизури Куу-сама перескакивал с одной мысли на другую, но я всё поняла. Точнее — я усвоила информацию, но понять и разобраться в ней была не в состоянии.       Я вошла в транс и помню дальнейшее, как через пелену, или в замедленной съёмке.       Я нажала кнопку «отбой» и осталась сидеть с телефоном в руке. Сколько прошло времени, не знаю.       Вот рывком открылась дверь, и на пороге застыл взъярённый Каин. Посмотрев на меня убийственным взглядом, в два шага оказался рядом и внимательно вгляделся в лицо:       — Сец, что с тобой? Ты белее похоронного савана.       — Мне ещё утром не понравился салат… думала — показалось. Хорошо, что ты его не ел. Я неважно себя чувствую. Прости. Я вернусь в номер и отлежусь.       — Я скажу, что мы уходим, — как всегда безапелляционно заявил брат.       Моя рука схватила его руку, останавливая.       — Не надо, просто посади меня в такси.       — Не может быть и речи, я еду с тобой.       — Каин, пожалуйста! Такое бывает редко, но именно сейчас… Дай мне немного поболеть в одиночестве, ты закончишь через несколько часов. Если мне станет хуже, я вызову врача и сразу сообщу тебе, а пока приму необходимые меры и постараюсь поспать. Ты ведь скоро придёшь ко мне.       Слова, мимика, жесты и прочее… откуда бралось в моём, почти бессознательном состоянии, понятия не имею. Могу лишь догадываться — мозг и тело действовали по отработанной схеме поведения Сецуки — автоматически. Однако Каин внимательно посмотрев на меня, сказал: «Хорошо» — и, взяв за руку, вывел на улицу, посадил в такси, сразу расплатившись.       Перед глазами плыло, ноги, еле передвигаясь, несли тело по знакомому маршруту — к двери номера. Мысли налетали целой стаей, но при попытке выделить одну, мгновенно исчезали все, оставляя голову пустой.       Зайдя в номер, я упала на кровать. Сердце билось гулко и часто сбоило. Дыхание тоже было частым, как при удушье. Тело не хотело двигаться, голова — думать. Я просто лежала. Уснуть было невозможно.       Сколько прошло времени?       Много.       Не пять минут и не полчаса.       Сердце и дыхание приходили в норму. Голова прояснялась, но накатила усиливающаяся дрожь. И первые внятные мысли, появившиеся за несколько часов:       «Приготовилась к „сюрпризам“. Да у меня такого шока за всю жизнь не было! Вон, только сейчас отпускать начало…»        Я замоталась в одеяло да свернулась калачиком, стараясь не обращать внимания на бьющий озноб.       «Цуруга-семпай — это Хизури Куон. Бигль заявил тогда, что Цуруга-сан — ненастоящее имя...»        Поёжилась от неприятного воспоминания, укутываясь плотнее.              «Папа сказал, что Куон очень сильно влюблён в меня. Нет!.. Такого не может быть, чтобы семпай… Но зачем папе обманывать?..       „Но Цуруга-сан был расстроен, даже после того, как ты сказала, что это не ради мести? Похоже, его не очень осчастливил тот факт, что ты виделась с парнем, в которого была влюблена. Тебе не кажется, что это больше похоже на ревность? Возможно, Цуруга-сан любит тебя“ — всплыли в моей голове слова Моко-сан. — А ведь это было уже давно!»              Стала вспоминать отношение актёра ко мне, его поведение:       «Внимательный, проницательный, вежливый, учтивый и галантный. Только ведь Цуруга Рен-сан со всеми такой — настоящий джентльмен. Кого я обманываю? Уже давно подметила, что ко мне он относится не как к остальным. Это не очень заметно, но всё же чувствуется. Отношения стали ближе, мы много времени проводим вместе. А вначале он вообще меня ненавидел, хотя, это было взаимно. Сейчас нас связывают отношения семпай-кохай. Или… это только с моей стороны? Только я смотрю на него, как на своего семпая? А он скрывает свои чувства и просто „играет“ в семпая?»       Почему-то пришла на ум репетиция «Кацуки» — то, что произошло на кухне после моего падения. Как Цуруга-сан обнимал меня, как смотрел, его прикосновения и попытка поцеловать.       «Тогда я была в восторге от его профессионализма. Однако почему раньше, до этой репетиции, у него никак не получалось сыграть правильно? Почему репетировать позвал именно меня, а не „Мизуки“? Неужели это правда? Цуруга Рен любит меня? И тогда, лёжа на полу его кухни, Цуруга-сан не играл — ненадолго выпустил свои настоящие чувства ко мне, на мгновение снял маску, и после этого, прочувствовав всё, смог так блестяще отыграть роль влюблённого молодого сенсея?»       Промелькнули воспоминания о поцелуе за подарок на «Валентинов день»:       «На момент показалось: семпай хотел поцеловать меня в губы, но быстро отмела это нелепое смехотворное подозрение. — Озноб почти прекратился, и я села на постели, подтягивая ноги к себе, положила подбородок на колени. — А его выходки на вечеринке в честь завершения съёмок „Тёмной луны“? Если подумать: похоже на мужское чувство собственника. Ещё заявление Цуруга-сан, чтобы обращалась к нему, когда понадобятся дорогие наряды. Плюс тут же сказанное им: да, он мужчина и хотел бы получить от меня „кое-что“ — но сразу выданное за шутку. Так ведь как известно — в каждой шутке есть доля правды... большая! Коли смотреть на поведение Цуруга-сан с позиции, что он меня любит — многие ситуации и слова выглядят вовсе не так, как я воспринимала, не как внимание да забота о своей кохай. Они выглядят как ревность и тонкие, осторожные намёки на определённые чувства ко мне! Взглянув на поступки Цуруга-сан с такой точки зрения... учитывая давнее высказывание Моко-сан, прибавив знания Бо, что актёр влюблён в школьницу шестнадцати лет, а, возможно, что сейчас ей уже семнадцать, и которая даже не догадывается о его чувствах, добавив категоричное утверждение папы… О боги! Как это не кажется невероятным, но всё сходится!.. Цуруга Рен любит меня!!!» — осознание этого повергло в ступор на несколько минут. В мозгу мелькали картинки, оцениваемые в новом ракурсе и лишь подтверждающие ошарашившее понимание.       Немного успокоившись, разум даже не попытался отдохнуть, словно стараясь восполнить несколько часов своего фактического бездействия ранее. Усиленно протягивал в голове воспоминания и мысли, заставляя думать, анализировать, делать выводы:       «Талантливейший актёр, король импровизаций — актёр номер один в Японии. Молодой, красивый, обаятельный, харизматичный, самый сексуальный мужчина страны — Повелитель ночи. Умный, разносторонний, воспитанный, с хорошим доходом. И всё это — мой брат, который в меня влюблён... А я? Я влюбилась в Цуруга Рен — своего семпая! В Хизури Куон — своего брата! Мы любим друг друга, но нам никогда не быть вместе! — от понимания этой суровой правды, разрушительной истины, в груди всё сжалось до жгучей боли. А потом из меня словно дёрнули душу, вытаскивая. Слёзы брызнули из глаз. — Нам никогда не быть вместе!»              Я рыдала навзрыд, и в пустеющую оболочку, стремительной коброй, вползало отчаяние — чёрная дыра — поглощающее всё, даже желание жить. Моральные устои — рухнули в одночасье! Жизненные принципы — превратились в пепел! Былые ценности — прах! Привычки — тлен! Исчезло само моё мировоззрение до основания да и это основание тоже! В голове, оглушающе, колоколом билась единственная мысль: «Нам никогда не быть вместе!».       Прорыдала около получаса, потом слёзы кончились, и до меня стало доходить, что теперь, поняв, осознав, смотрю на всё иначе:       «Почему мы не можем быть вместе, если наша любовь взаимна?! Почему должны страдать? Я должна узнать точно, услышать сама: любит ли меня Рен-чан?! Хм, Рен-чан? Если любит — сделаю всё, чтобы мы были вместе! А если нет... смогу смириться и жить просто рядом с ним. В одном абсолютно уверена — такого мужчины, как Рен-чан, в жизни больше никогда не встречу, и точный способ узнать правду только один: поможет быть вместе, если чувства взаимны, или оставит воспоминания о любимом до самой смерти. Всё равно ничего не теряю. Только действовать надо быстро. Если Цуруга-сан узнает, что он — мой брат, уже не откроется мне и не допустит задуманного! Сегодня Сецука сделает всё, чтобы соблазнить Каина! Но надо подготовиться!» — Вскочила на ноги и посмотрела на время. «Ещё не поздно, должна успеть до прихода братика».       Воодушевилась озарением, расправив одежду, вышла из номера.       Зайдя в специализированный отдел для женщин, я окинула взглядом содержимое полок, бросила в корзинку упаковку прокладок и в растерянности огляделась.       «Что для „этого“ надо? Я совершенно не знаю... Всегда считала, что знания такого рода мне понадобятся только при подготовке к свадьбе. Ох».       Ко мне подошла молодая женщина в форменной одежде.       — У Вас затруднения? Можно я помогу Вам? — с поклоном обратилась ко мне.       Маску Сецуки я сняла ещё при входе и поэтому с лёгкой улыбкой, немного смущаясь, начала рассказывать:       — Понимаете, у меня скоро свадьба, и я решила подготовиться, но только придя сюда, поняла — совершенно не знаю, что мне нужно.       Женщина немного удивлённо посмотрела на меня, но доброжелательно поинтересовалась:       — Имеете в виду, для брачной ночи? Простите за вопрос, Вы девственница?       — Да, для брачной и на ближайшие после. И ещё... я пока не хочу беременности. Если Вам не сложно, и Вы знаете, то подберите мне всё, что может понадобиться. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — Я поклонилась.       — Не переживайте, мы знаем информацию о всём товаре, выставленном у нас. Обычно такими вопросами занимаются мужчины, но если Вы решили подготовиться сами — значит серьёзно относитесь к такому вопросу, и это похвально. К тому же, несмотря на Ваш внешний вид, очень милая и, видимо, порядочная девушка. Я с удовольствием подберу Вам всё необходимое и проконсультирую по применению.       — Спасибо большое...       Когда вернулся со съёмок Каин, его встретила радостная и довольная сестрёнка…