Аргентинское танго

— Вовка, а слабо мужика поцеловать? Его подружка Лелька с упоением целовалась с Галкой, герлой Виталика, в то время как тот, перебрав с алкоголем, обнимался в туалете с фаянсовым другом. — Витальку не стану. Владимир пьяно мотнул головой. — Во-первых, он мой друг, во-вторых, он не мужик, а парень, а в-третьих… — И что в-третьих? В дверях комнаты снятой по часам квартиры, где праздновалась удачная сдача сессии, нарисовался тот, о ком шла речь. — В-третьих… — Владимир с трудом сдержал рвотные позывы. «И чего это я так напился? — рассеянно подумал он, забыв, о чем только что разговаривали. — Наверное, вино было несвежим». — И вообще, о чем шла речь? — спросил Виталик, падая на кровать рядом с Вовкой. Девчонки выпили гораздо меньше, поэтому чувствовали себя несравненно лучше и готовы были пошалить. — Да вот, — Лелька снова впилась поцелуем в губы Галки… — Нам с Галочкой тут пришла идея в голову, смог бы Вовчик поцеловаться с мужиком, — продолжила она, когда невероятно страстный и крышесносный поцелуй закончился. — Целоваться с Вовкой не буду, — сказал Виталька, подскакивая с кровати и снова устремляясь в туалет, желудок опять взбунтовался, но на этот раз, похоже, от мысли, что его рот будут слюнявить мужские губы. — Значит, слабо, — сказала Галка ему в спину… Первым проснулся Вовка. Он скинул с себя ноги и руки Витальки, тот недовольно почмокал во сне губами, а затем взглянул на настенные часы — еще совершенно не поздно, можно сказать, даже рано, всего-то десять вечера. Самое время навести порядок в квартире и пойти в какой-нибудь клуб, потрясти мослами, чтобы из организма выветрились остатки алкоголя. Вовка приподнял голову и оглядел комнату — на столе, конечно, полный бедлам, а в остальном даже придраться не к чему. Мусор, пустые бутылки и остатки еды они выбросят в мусоропровод, а об остальном с хозяйкой не было договоренности — сама уберет. Надо проверить еще туалет, не сильно ли там нагадил Виталька. Вовка поднялся с кровати, подтянул сползшие с бедер джинсы, расправил на груди смятую футболку и направился на кухню и в места общественного пользования, чтобы убедиться, что и там все в относительном порядке. На диване в обнимку без задних ног дрыхли их подружки. Проходя мимо, Вовка пощекотал по голой пятке Лельку. Та лишь недовольно вздохнула и подтянула ногу к груди. «А в-третьих, я не гей, чтобы с мужиками целоваться», — подумал про себя Вовка. Но мысль, приятны или нет поцелуи с представителями своего пола, у него прочно засела в голове. Девчонки проснутся, решил он, обязательно у них спросит… «На слабо» Вовку все же развели, похоже, что и им эта мысль не давала покоя, а сможет ли их друг и приятель поцеловаться с мужиком. Они даже скинулись по паре тысяч, чтобы вручить ему после сладостного поцелуя, совершенного у всех на глазах. И лучшего места, чем городской гей-клуб, не найти, решили их не совсем протрезвевшие головы. Но потом отдали сразу, так как Вовка опасался, что его просто обманут — он поцелуется, а денег не увидит. Сказано-сделано. И после того, как они отдали ключи от квартиры хозяйке, бодро направились в сторону заведения, где, по их мнению, собирались лица нетрадиционной ориентации исключительно для того, чтобы снять партнера на ночь. Но чем ближе они подходили к клубу, сверкающему зазывно неоновой вывеской, их решимость улетучивалась прямо пропорционально расстоянию к вожделенной двери. А тут еще и секьюрити на входе… Молодой, красивый, высокий спортивного вида мужчина лет тридцати преградил им путь. — Ничего не перепутали, молодые люди? Первыми смылись девчонки — они промямлили нечто невразумительное и благоразумно перешли на противоположный тротуар, от греха подальше. Затем исчез Виталька, притаившись за кустом сирени, росшем на газоне рядом с входом в клуб. Перед охранником остался стоять только Вовка, которому страшно жалко было расставаться с легко заработанными деньгами, которые лежали у него в кармане. И если он не сделал бы задуманное, то к ним пришлось бы добавить столько же и отдать своим друзьям. И пусть это нечестно, зато справедливо, как сказала Галка, нечего лезть на рожон, да и следить за словами не помешало бы. — Не проси, все равно не пущу, — твердо сказал секьюрити. — Любопытство, конечно, не порок, — словно на лице у Вовки это было написано, — но делать тебе там нечего. И уже собрался повернуться к парню спиной. Но тот, видимо, сильно пожалев уплывающий из рук выигрыш, одним скачком перепрыгнул три ступеньки, отделяющие его от входа в клуб и мужчины, рывком привлек его к себе и впился в его рот поцелуем. Охранник опешил и первые несколько мгновений даже не шевелился — многое на своем веку повидал, но чтобы такое. Видно, парню очень хотелось попасть в клуб. Вот только делал все секьюрити хорошо — и от души приложился к челюсти парня исключительно на автомате. Тот взбрыкнул в воздухе ногами, отправляясь в полет… Очнулся Вовка в каком-то слабоосвещенном помещении. Последнее, что он помнил, как асфальт его больно стукнул по затылку. Но сейчас он лежал на кушетке животом вниз, а рядом на табурете сидел тот секьюрити, кулак которого совсем недавно находился в контакте с его фейсом. Вздохнув, мужчина снял с его головы салфетку, смочил ее в каком-то растворе и снова положил на то же самое место. — Ой-ой, — запричитал Вовка. На голове, похоже, была ссадина и ее сильно защипало. — Фух, — выдохнул мужчина, — ну и перепугал ты меня. — А вы зачем кулаками сразу махать начинаете? — возмутился парень, поняв, что больше бить не станут. — Привычка, — пожал плечами охранник. — Если что не так, сразу в челюсть. Иначе не получается разговаривать с местной публикой. Вовка, застонав, присел на кушетке. Бить не будут — уже хорошо. А шесть тысяч он отспорил — тоже неплохо. — Зачем целоваться полез? — спросил мужчина, готовый в любую минуту поддержать парня, если тот падать начнет. — Захотелось, — замялся Вовка. Не говорить же ему, что развели его друзья «на слабо», некрасиво как-то получится. — Ну, ты это того, не обижайся, — попросил охранник. — Запомнил я тебя, приходи в следующий раз, пропущу без проблем. — Спасибо, — поблагодарил его изумленный Вовка. — А сейчас? — Сейчас? — секьюрити хохотнул. — Пойдем в кабак, только не в этот, мне тоже захотелось, зальем желание. Я угощаю. — А на вахте кто останется? — не понял его Вовка, ему казалось, что мужчина на работе. Тот пожал плечами. Затем поднялся на ноги и, бережно придерживая парня, помог ему встать. — Мой напарник на входе подежурит. Жлоб здоровый, один справится, — ответил он. — Сегодня в клубе народу мало. Андрей, — представился он, обнял Вовку за талию. — Владимир, — ответил тот ошарашенно, но от приглашения отказываться не стал, да и шесть тысяч у самого было, которые он с готовностью пропил бы с таким приятным мужчиной.