Итог игры - ничья.

Бэкхён не хотел себе признаваться, но тот факт, что в его жизни что-то неуловимо меняется, он ощущал с каждым днём всё отчётливее. Еще два месяца назад он был без ума от своей работы, девушки и даже от подростков, которые попадали к ним в полицейский участок. Всё это ему нравилось, но сейчас что-то было не так. Ладно, работа всякому могла надоесть, но Бэкхён и сам замечает, что слишком резок и груб со своей девушкой, хотя она того, конечно же, не заслужила. Что он может сказать ей? У него даже нет причин вести себя подобным образом, но он всё равно продолжает обижать её. - Ладно, друг, - Крис возникает перед столом Бэкхёна, кидая ему какую-то папку с очередным досье, - тебе нужно развеяться. - Поэтому ты хочешь отправить меня искать какого-то недотёпу, который не может разобраться со своей жизнью? – раздраженно интересуется Бэк, просматривая папку некоего Пак Чанёля. Что-то о нём он уже слышал, кажется его поставили на учёт за драку и употребление алкоголя, еще этот парень не ладит с родителями и в классе общается лишь с неким До Кенсу. - Он сбежал из дома прошлой ночью, - поясняет Крис и стойко выдерживает полный ненависти взгляд друга, - не смотри так, это начальство поручило его тебе, а не я. В конце концов, до этого дня ты неплохо ладил с озлобленными на весь свет детишками. Бэкхён молчит, потому что ему нечего возразить, он действительно довольно просто находил язык со всеми хулиганами, которые поступали к ним в отдел, но с тех пор, если Крис не заметил, Бэк переживает «творческий кризис» и не готов сейчас ручаться за проблемного старшеклассника. - Слушай, просто съезди к этому Кенсу, я уверен, что парень там. Отвезешь его домой и считай дело сделано, - напоследок советует Крис, оставляя адрес этого самого Кенсу на столе и возвращаясь за свой рабочий стол, продолжая копошиться в папках. Бэкхён молчит, хотя считает, что Крис прав, если уж он и мог к кому-то уйти, так это к другу, по крайней мере, Бён сделал бы именно так. Он убирает досье в ящик стола, забирает бумажку с адресом, снимает с вешалки куртку и махнув рукой на прощанье, выходит из кабинета. На улице уже середина января и Бэк старается как можно быстрее дойти до машины, пока не отморозил себе уши и руки. Он нервно барабанит пальцами по рулю автомобиля, пока машина прогревается и старается привести в порядок мысли. Что-то его нервы стали совсем ни к чёрту, а тут еще и этот ненормальный. Нашел время из дома сбегать! Не мог, что ли более благоприятное время года выбрать? В кармане звонит телефон и Бэкхён берёт трубку, тут же вздыхая когда на том конце провода, слышится голос Хэвон: - Милый, я уже дома. Ты снова поздно заканчиваешь? Я хотела поужинать где-нибудь и отметить мой приезд. Бэкхён молчит и внимательно следит за дорогой. Ему бы очень хотелось выключить телефон, так и не дослушав сообщения от своей девушки, но вместо этого Бэк просто прибавляет скорость, посильнее сжимая руль. - Ну так что? – снова интересуется Хэвон. - У меня много работы, - нехотя отзывается Бён, - может, на следующей неделе? - А может, вообще, через год? - Я же говорил тебе, что сейчас слишком много работы, - Бэкхён вздыхает, повторяя еще раз то, что говорил ровно месяц назад, - мне жаль, что мы так редко видимся, но постарайся меня понять. Вообще-то, какая-то часть его мыслей склоняется к тому, что Хэвон вовсе не обязательно понимать его, Бэк даже не обидится на закатанный скандал, если это поможет ему не видеться с девушкой еще хотя бы пару дней. Впрочем, насчёт работы он не соврал, он вовсе не по своей воле собирается прочёсывать весь город в поисках подростка, которому по большому счёту просто не хватает хороших оплеух. - Как обычно, - бормочет девушка, - ладно, позвони мне, как будет время. Она не дожидается ответа и скидывает, оставляя Бэкхёна наедине со своими мыслями. Мужчина сверяет адрес, написанный на бумажке и адрес на табличке, приходя к выводу, что он на месте. Обычный двухэтажный дом, почти такой же, как и все в этом районе. Бэкхён старается сделать наиболее непринужденное лицо пока идёт до двери и жмёт на звонок. По ту сторону слышится чей-то топот, и дверь открывается почти сразу. Черноволосый парень, примерно одного с ним роста, открывает дверь и Бэкхён почти сразу догадывается, что это и есть тот самый Кенсу. Тем не менее, он достает удостоверение и всё равно вежливо произносит: - Мне нужен До Кенсу. Парень перед ним чуть хмурится и кивает, пропуская его в дом. Он не кажется напуганным или напряженным, скорее его гложет обыкновенное любопытство. - У меня к тебе пара вопросов. - Я вас слушаю, - прислоняясь к стене, кивает он. - Твой друг Пак Чанёль, сбежал из дома вчера ночью, ты что-то об этом знаешь? - Нет, - спустя мгновение отзывается Кенсу, - последний раз мы виделись в школе. Планировали встретиться завтра около заброшенного здания спортивного комплекса. - Правда, и зачем, любите немноголюдные места? - Думаю, вы неправильно поняли, - тут же заверяет его парень, - раньше Чан проводил там много времени, когда ссорились его родители, поэтому это место стало нашим «укрытием». Недавно он потерял телефон и чтобы быть на связи, мы договорились встретиться там, куда рано или поздно он точно придёт. - Хорошо если так, - кивает Бён, но кое-что всё же настораживает его, - почему ты так легко выдаешь своего друга? - Он никогда не делал из этого тайны, к тому же, на улице не лето, будет не слишком хорошо, если он отморозит себе что-нибудь и сляжет с простудой, - как само собой разумеющееся отвечает Кенсу и Бэкхён снова кивает, принимая его ответ. - Что ж, спасибо, если узнаешь что-то, сообщи мне, - просит он, доставая из внутреннего кармана небольшую визитку и передавая её подростку. Кенсу кивает и провожает мужчину, закрывая за ним дверь. Что ж, по крайне мере друг у Чанёля оказался вполне адекватным и Бён уже благодарен, что у него есть хоть какая-то надежда. Он, вообще-то ,сомневается, что найдёт подростка именно в здании старого спортивного комплекса, потому что ни один умный человек не попрётся туда в такую холодину, но, тем не менее, его всё же нужно проверить и Бэкхён просто радуется, что это находится недалеко. Он то и дело посматривает на телефон пока стоит на светофоре, отмечая, что его рабочий день уже закончился. Бэкхён сворачивает влево, проезжает еще несколько метров и тормозит у здания. В темноте выглядит немного пугающе, но Бён быстро берёт себя в руки. Он, в конце концов, полицейский, такой ерундой, как темнота, заброшенное здание и крысы его не напугать, хотя приятного в этом мало. Он открывает дверь, которая издает такой жалкий скрежет, что Бэкхёну тут же хочется закрыть её обратно, но вместо этого смело заходит в здание, тут же оглядываясь. Куда идти не ясно, но Бэк полагается на счастливый случай и сворачивает в первый же коридор, который видит. Раньше это место было красивым, но от былой красоты осталось лишь воспоминание. - И какой нормальный человек сюда попрётся? – себе под нос возмущается Бэкхён, потирая замёрзшие руки. Где-то в соседнем коридоре раздается глухой кашель и Бён настораживается, стараясь ступать как можно тише. Он проскальзывает в приоткрытую дверь, всё еще не создавая шума, и старается рассмотреть силуэт человека сидящего у стены в конце зала. Это «нечто» сидит, сжавшись в комок, обнимая руками колени и кутаясь в тонкую куртку, очевидно, собираясь сидеть тут до тех пор, пока окончательно не одеревенеет. «Просто великолепно», - раздраженно думает Бэк, подходя к человеку, а как позже оказалось - к парню и сомнений в том кто это, у него уже почти не осталось, - «Ну замечательно». Он стоит так несколько секунд, ожидая, что подросток сам обратит на него внимания, но тот даже не поднимает головы, когда Бэкхён присаживается на корточки напротив него. - Пак Чанёль? – в полувопросительной форме уточняет Бён, хлопая парня по плечу. Тот слабо дёргается в попытке скинуть чужую руку и поднимает голову. - Вы кто? - Твой непосредственный конвой, - бросает он, поднимаясь и осматривая внешний вид своего подопечного. Сейчас он напоминает ему обычного бродягу, в грязной одежде и с засохшей кровью на лице. – Поднимайся, собираешься сидеть тут пока не заработаешь себе переохлаждение организма? Его игнорируют. Во всяком случае, именно на это и похоже, потому что Чанёль даже не шевелится до тех пор, пока Бэкхён не хватает его под локоть, заставляя поднять на ноги. Подросток немного качается, опираясь свободной рукой об стену и, явно простуженным голом хрипит: - Я всё равно не вернусь домой, можете оставить меня. «Лучше не придумаешь», - в конце концов, думает Бэкхён, стараясь принять решение как можно скорее. Он в любом случае скажет его родителям, что тот нашелся, вопрос лишь в том, насколько Чанёль задержится дома, если так сильно не желает туда возвращаться. Ничто не помешает сбежать ему еще раз. Бэкхён всё еще не знает, правильно ли будет разрешить подростку хотя бы сегодня переночевать у него, но тихие слова Пака, как-то сами собой решают проблему. - Даже если понадобится спать на улице в жгучий мороз – я не вернусь. Бэкхён кивает, давая понять, что он его услышал. Во всяком случае, если Чанёль будет ближе, ему не придётся постоянно мотаться туда-сюда, чтобы следить за ним. Хотя теперь ему понятно кое-что еще. Проблема не в Чанёле, а в его родителях. Очевидно, за семейными разборками им не хватает времени на сына. - Ну и что ты намерен делать? Будешь ждать, пока твои руки и ноги отмёрзнут и их просто ампутируют? - А вы бы захотели возвращаться в собственный кошмар наяву? - А ты собираешь отвечать вопросом на вопрос? - Не собираюсь, - отзывается Чанёль и выдергивает свою руку из захвата Бэкхёна, едва удерживаясь на ногах.- Ваш рабочий день уже закончился, не обязательно сторожить меня, это уже не ваши проблемы. - Да неужели? Считай, что я просто тут прогуливался. Так ты собираешься оставаться здесь? - Да. - Почему не у Кенсу? - Не привык перекладывать свои проблемы на друзей, - произносит он и тут же громко кашляет себе в кулак, заставляя Бэкхёна снова нахмуриться. – Оставьте меня в покое. - Это моя работа, знаешь ли, так что лучше поведай мне историю, почему сбежал из дома. - Это моё лично дело, но если вам так интересно, то стоило заехать ко мне домой. Уверен, они бы вам рассказали, - сообщил Чанёль, хотя больше было похоже на то, что ему действительно хочется выговориться. - «Они»? Не очень-то любезно называть так родителей. Впрочем, я не собираюсь сейчас читать тебе нотации. - Они не мои родители. Когда мне было двенадцать, меня усыновили. Бён прикусывает губу, потому что ему жаль, вот только навряд ли слова жалости это именно то, что сейчас нужно Чанёлю. Он устало вздыхает, а затем уточняет: - Когда в последний раз ты что-то ел? - Я не хочу. - По дороге захочешь. Похоже, ты действительно просто по ослиному упрям, даже если тебя не устраивает твой дом или родители, это не повод портить себе жизнь и уж тем более голодать. - Сказал же, не хочу. - Вот именно поэтому я и накормлю тебя. Мне за тобой смотреть до тех пор, пока с учёта не снимут, так что будь добр, не создавай мне лишних проблем. - А то что? - А то привяжу к стулу и буду кормить с ложки, - произносит Бэкхён, снова подхватывая подростка под локоть, когда у того подкашиваются ноги. - Всё еще будешь мне что-то доказывать? - А тогда вы оставите меня в покое? – недовольно интересуется Чанёль в ответ. - Оставлю, как только ты научишься не грубить людям, которые тебе помогают, - сообщает ему Бён, - так что пойти со мной в твоих же интересах. Чанёль недоверчиво смотрит ему в глаза, будто пытается найти в них что-то важно для себя, а затем неожиданно заявляет: - Откуда мне знать, что вы не заодно с моими опекунами? Что вы чем-то лучше них. - Наверное, потому что я уже двадцать минут с тобой церемонюсь, - изрёк мужчина, - а я в отличии от тебя всё же хочу попасть сегодня домой. Не поспособствуешь ли? Чанёль молчит, хотя признаётся себе, что нелепое чувство оживления поселяется где-то в его груди. - Пойдём домой, - устало просит его Бэкхён, осторожно утягивая в сторону выхода, и Пак послушно отстраняется от стены, позволяя себя вести. Ноги едва его держат и он почти не чувствует рук, но на душе всё равно какое-то умиротворение и Чанёль даже не боится себе признаться, что принёс его именно этот полицейский. Пускай он и отвезёт его туда, куда не хочется возвращаться, но Пак всё равно благодарен, что хотя бы на несколько недолгих мгновений ему удалось почувствовать позабытое чувство заботы. Бэкхён удерживает Чанеля, когда тот подскальзывается на выходе из здания, а затем открывает дверь, помогая подростку сесть в машину. Стараясь не обращать внимания на то, что Чанёль следит почти за каждым его действием, Бэк заводит мотор, тут же включая печку, чтобы хоть немного отогреть подростка. Теперь, когда они относительно договорились и оба находятся в тепле, Бэкхён позволяет себе немного расслабиться, краем глаза наблюдая за Паком. Сложно было понять, о чём именно он думает, потому что его лицо не выражает абсолютно ничего. Они ехали молча, возможно, потому что каждый из них устал, а возможно, просто потому, что им нечего обсуждать . Бэкхён изредка кидал взгляды на задремавшего подростка и ловил себя на мысли, что из них двоих Чанёль куда больше похож на взрослого мужчину, в силу своего большого роста. Бён даже почувствовал неприятный укол самолюбия, когда понял, что Пак выше его почти на целую голову. - Помоги, - еле слышно и различимо пробормотал Чанёль и мужчина снова непонимающе повернул голову в его сторону, замечая, что подросток всё еще спит. - Он еще и во сне разговаривает, - усмехнулся Бэкхён, а парень снова принялся что-то бормотать и среди множества бессвязных между собой слов, он снова бросил свое «помоги». - Помогу-помогу, - ему в ответ пробормотал Бэкхён, прибавляя скорость и мечтая как можно скорее оказаться дома. Собственно уже через десять минут он остановил машину у своего дома, снова поворачиваясь к Чанёлю и убеждаясь, что тот всё еще спит крепким сном. Вообще-то, Бэк не хотел его будить, но сил донести подростка до дивана в гостиной у него всё равно не хватит, поэтому он осторожно потряс его за плечо, не добиваясь никакой реакции. - Чанёль, - мужчина вздохнул, снова принявшись теребить школьника, но тот только отмахнулся от него, что-то вяло пробормотав. Бён отстегнул его ремень безопасности и застегнул до конца замок на тонкой куртке, прежде чем выйти из машины и открыть дверь Паку с другой стороны. Чанёль поежился от резкого холодного воздуха, завозился и открыл глаза, несколько долгих секунд вглядываясь в лицо Бэкхёна. - Где мы? – сонно уточнил он, чуть хмурясь и оглядываясь, засовывая руки в карманы и вжимая голову в плечи. - У меня дома, - хмыкнул Бэкхён, а затем махнул рукой, мол, давай уже, выметайся из машины. Парень нехотя покинул теплый салон автомобиля, ежась от холода, пока Бён искал ключи в карманах куртки. Мозг отказывался работать в полусонном состоянии, несмотря на то, что у Чанёля было множество вопросов. Он был неглуп, но все равно не понимал, какой резон взрослому мужику тащить его к себе домой и носиться с ним, как курица с яйцом. В конце концов, он мог просто отправить его домой, а остальное уже не его проблемы. - Ну, ты идешь? – вяло интересуется Бэкхён, вырывая парня из его мыслей и стоя перед распахнутой дверью. - Иду, - резко бросает Пак, перешагивая порог чужого дома. Мужчина удивленно приподнимает бровь и заходит следом, закрывая дверь. Ужасный день. Он раздраженно бросает ключи на полку и старается привести мысли в порядок. Теперь, когда Чанёль уже здесь, нужно решить что делать дальше, потому что даже если они проведут эту ночь вместе, могут ли они жить вдвоем? « Как двусмысленно звучит. Бэкхён, ты извращенец», - думает мужчина, мысленно ругая самого себя. Он ждёт, пока Чанёль снимет обувь и куртку, а затем кивком головы указывает ему на кухню, а сам направляется в гостиную в поисках телефона. - Загляни в холодильник и возьми себе что-нибудь, - командует Бён из соседней комнаты, пока пытается отыскать телефон. Ему в ответ прилетает согласное «угу» и мужчина пытается вспомнить номер одного из родителей Пака, правда, в конце концов, сдается и идёт на кухню, чтобы уточнить у самого Чанёля. Тот сидит за столом перед тарелкой с кимчи, молча гипнотизируя её взглядом. «Я бы на его месте тоже это выбрал», - думает Бэк, вспоминая, как недавно Хэвон принесла ему кимчи со словами, что если не она, то Бён совсем оголодает. Не то чтобы он не умел готовить, а просто не любил, да и времени на это у него не оставалось. Бэкхён молча подал подростку палочки, наблюдая за тем, как тот несмело пробует еду, а затем довольно жмурится. - Вкусно, - бросает он, спустя несколько мгновений и Бэк просто кивает. – Ты живешь не один? - Один, - бурчит мужчина, стараясь пропустить мимо ушей дерзкое «ты». Он никогда особо не придавал значения уважительному обращению, но в данной ситуации почувствовал себя не в своей тарелке. Он старше, а Чанёль всего лишь школьник, они сидят у него на кухне, и что-то в этом кажется Бэкхёну чересчур личным и интимным, о чём не хотелось бы рассказывать кому-то еще. - А лет сколько? – между делом интересуется Пак, пережёвывая пищу и не поднимая на мужчину взгляда. - Двадцать пять, - рассеяно отзывается он, не зная стоит ли указать Чанёлю на его дерзость или оставить всё как есть. «Докатился», - в итоге думает Бэкхён, теребя в руках телефон, краем глаза наблюдая за подростком. Неловко. Бён даже Хэвон не позволял оставаться с ним на ночь, несмотря на то, что они встречаются почти четыре месяца, а тут на тебе, снизошел до жалости и позволил незнакомому парню, к тому же несовершеннолетнему остаться с ним. Чанёль поднимает голову как раз в тот момент, когда Бён не отрываясь следит за его действиями. Парень вопросительно приподнимает бровь и Бэкхён вздрагивает, вспоминая, зачем собственно вернулся на кухню. - Мне нужен номер твоих родителей. - Да легко, - бурчит Пак, протягивая руку, и Бэкхён отдает ему телефон, наблюдая за тем, как быстро подросток набирает номер. – Готово. - Доедай, - бросает Бэк, прежде чем выйти из кухни. В жизни Бёна стало что-то неуловимо меняться, потому что до этого момента, он никогда не врал взрослым и не покрывал поступающих к ним в отделение хулиганов. В его жизни совершенно точно всё изменится и Бэкхён уверен, что Пак Чанёль сыграет в этом не последнюю роль.