Okay, I Feel Better Now

POV Адам.       До сих пор не верю в то, что снова увидел её. Три года ненависти и непонимания. Борьба с собой и полное опустошение. Разрушила все мечты и все планы, которые я так хотел воплотить в жизнь, с ней. Эти планы, были самой маленькой благодарностью, за то, что она для меня сделала. Я хотел доказать ей, что она может быть счастлива со мной, я хотел защитить от всего. Хотел дарить ей только улыбку и постоянно говорить, что она необыкновенная. Потеряв её, я уже перестал чувствовать, что-то подобное. Больше не хотелось впутывать себя в отношения с женщинами, они создают слишком много проблем. Когда ты являешься частью музыкального мира, то не всегда понимаешь, как к тебе относится человек и что он хочет от тебя? Искренне ли его отношение к тебе или это всего лишь игра. Стараешься не заводить близких отношений, если только это не касается работы, но и тут не всегда можно угадать. Эмма, плакала всю ночь, мне казалось, что ещё немного и у неё просто разорвётся сердце. Я же был в смешанных чувствах, скорее всего я не до конца осознаю, что она вернулась и что она теперь рядом со мной. В душе, я её простил и более того, я ждал, когда она появится снова в моей жизни. И вот она пришла, полностью разбитая и потасканная. О том, что происходило, не хочу думать, как только представлю, моё сердце сжимается, а на лице появляется злость. Это моя вина. Я не смог её сберечь, я даже не спохватился, чтобы найти её и вернуть всё, как у нас было. При всём при этом, я ещё смею ей, что-то высказывать. Она ничего не говорила до последнего, потому что боялась, что её смогут найти, и что было бы тогда? Эмма, какая же ты дура, тебе нужно было мне всё рассказать. Если бы ты всё сделала правильно, мы бы сейчас были вместе, возможно готовились к свадьбе, делали детей и всё что с этим связанно. Я хотел показать тебе мир, хотел показать тебе всё. Сейчас, когда ты сломленная, стоит ли снова впускать тебя в свою жизнь? Могу ли я доверять тебе? Кольцо на её пальце. Значит, она помолвлена. Почему так много вопросов? Я все это хочу задать ей, но не хочу ворошить эти воспоминания, от которых она начинает плакать и психовать. Что-то с ней не так, теперь она тихая и спокойная, много молчит и переговаривается короткими фразами. Где та жизнь, которая била ключом? Где мечты? Где эмоции? Куда ты всё это дела? Вернись… Вчера, когда она успокоилась и уснула на мне, я гладил её кожу, и это была чужая женщина. Это не моя Эмма. Она просит помощи, но как я могу помочь, если я не знаю, от чего её нужно спасать. Кто, тот самый человек, который так издевался над тобой и который так изменил тебя? «D.H.», инициалы этого человека. Прокручиваю каждое имя, которое знаю, но не могу ничего подобрать. - Адам? – Тихий голос разрушает тишину. Разворачиваюсь к ней и притягиваю её к себе. Пытаюсь вдохнуть родной запах, но не могу. Даже после душа, она все равно кажется мне чужой. - Ты хочешь чего-нибудь? Может поесть или чай попить? - Адам, мне нужно тебе кое-что сказать, - Отстраняется от меня и отходит на шаг назад, прислонившись к столешнице. – Я беременна. – Шок, который проявляется в моих округленных глазах. - Это его ребенок? - Да, - Молчание, повисшее между нами, обдумываем всё, что твориться у нас в голове. Я не верю, нет, это не правда. – Мне нужно сделать аборт. - Как зовут отца ребёнка? - Ты уверен, что хочешь услышать его имя? - Да. - Его зовут Дэвид Пейден Пассаро. - Твою мать… - Она просто решила убить меня, нет слов, чтобы описать, как я себя чувствую, у меня нет слов, чтобы что-то сказать. - Адам, я вижу, что тебе тяжело сейчас воспринимать всё происходящее. Я вижу, как брезгливо ты ко мне относишься и переступаешь через себя, когда прикасаешься ко мне. Я понимаю из-за чего всё это, я заслужила, такое отношение к себе. Ты не сможешь меня простить, слишком много воды утекло, я изменилась, и такая я не нравлюсь тебе. Я сама себе не нравлюсь. Просто, помоги мне с абортом, и я уйду, обещаю тебе. Больше никогда не появлюсь в твоей жизни. - Почему ты хочешь сделать аборт? Почему не оставишь ребенка? - Потому что я не люблю его. И я не хочу его. Мне сложно дать ей согласие на аборт и помочь ей в этом плане. Я не сторонник такого рода убийств, но с другой стороны её понять тоже можно. Ребёнок, которого зачали насильно, без любви, которого не планировали и не ждали. Стоит ли ему мучиться в этой жизни? Я в большом сомнении. - Хорошо. Ты делаешь аборт, я помогаю тебе с этим справиться, а потом ты уедешь навсегда. - Как скажешь, - Не спеша направляется к выходу из кухни.

***

      Частная больница Нью-Йорка, куда я привёз Эмму, для того, чтобы она сделала аборт. До сих пор не считаю это хорошей идеей, нужно было отговорить её. Не могу поверить, Хэвок делал с ней все эти ужасные вещи. Так вот почему его личность фигурировала среди трех подруг и вот почему они вели себя слишком странно. Скорее всего, они думали, что я с Дэйвом заодно и мне нельзя доверять. Лишний раз обезопасили себя. Эмма на приёме уже больше сорока минут, врач сказал, что сегодня аборта не будет, ей нужно пройти полное обследование, сдать кровь, дождаться результатов и сделать узи. Для меня времени сейчас не существует. Собирая в голове все пазлы прошедших трех лет и состыковывая странное поведение Эммы. Пялюсь, в одну точку, а правой рукой тру бороду, надеясь, что мне это может лучше думать. - Адам Гонтье? – Быстро выхожу из раздумий и смотрю на чернокожего доктора, он не улыбается, а скорее чем-то обеспокоен. - Да. - Я, доктор Оллфорд, - Док протягивает мне руку и теперь уже улыбается уголками рта. – У меня для вас две новости. Присядем. – Жестом приглашает меня снова сесть. – У Эммы есть ряд проблем, которые нужно устранять, но есть такие проблемы, которые уже не исправить. - Что за проблемы? - Во–первых, это её первая беременность. Ей уже почти тридцать лет и я бы не советовал ей делать аборт, если она в дальнейшем захочет детей, риск того, что она не сможет забеременеть, очень высок. Плюс ко всему, группа крови у неё первая отрицательная, при таком резусе, аборт ей противопоказан. Во-вторых, булимия второй степени и сильные боли в животе, чем она питалась? - Я не знаю, она была в отъезде и мы долго не виделись, - Док с подозрением смотрит на меня. - Кем вы ей приходитесь Адам? - Друг, просто друг. – Подумав немного, доктор Оллфорд продолжил свой рассказ. - У неё низкое содержание форменных элементов в крови, по всем показателям. Кальций внутри зубов начал вымываться. Несильное обезвоживание. Да и сама по себе она, как ходячая открытая рана. Что с ней происходило? Вы не в курсе? – Услышав всё это, я просто не мог поверить. - Я, не знаю, доктор Оллфорд, я не видел её почти три года. Что происходило за это время и как так получилось, я не имею понятия. Простите, что ничем не могу вам помочь. - Вот к какому выводу мы придём Адам. Она должна оставить ребёнка, всё остальное, мы постараемся вылечить и постараемся заново заставить работать её организм на неё, а не против. Это будет тяжело, и я не знаю, как она перенесёт эту беременность. Сейчас я её отпускаю, следите за тем, чтобы она хорошо питалась и пила много воды, обязательно продукты с содержанием кальция и вот, - Дописывает, что-то в листе назначений, протягивает мне в руки. – Это витамины, которые она должна принимать. Я жду её через неделю на повторном осмотре и на УЗИ. - Я всё понял. Спасибо вам доктор Оллфорд, - Встаем со своих мест и жмем друг другу руки в прощальном жесте. - Берегите её Адам, всего хорошего. – Док, разворачивается и направляется в один из кабинетов, я сажусь обратно. Хватаю руками голову и устало тру лицо. Я и представить не мог, что всё будет настолько плохо. Не решительно Эмма выходит из кабинета, видно, что она разочарована и потеряна. Встаю со своего места, и жду, когда она подойдет ко мне. - Иди ко мне малышка, - Обнимаю её, она обхватывает меня своими руками. Я не знаю, как её помочь. Я не могу представить её боль. Но я понимаю, что не могу её оставить и позволить ей уйти. – Мы справимся, я обещаю тебе. - Я не люблю этого ребенка, и ты тоже не сможешь его полюбить. Он не твой и никогда не сможет стать тебе родным. - Если, это ребёнок от Хэвока, то почему ты думаешь, что он вырастет таким же, как и его настоящий папаша. Мы воспитаем его или её, это будет самый красивый, самый умный и самый творческий ребёнок. Давай попробуем, - Отстраняю её от себя и смотрю ей в глаза. – Эмма, послушай, ты должна родить, хотя бы ради себя. Я с тобой и я не отпущу тебя, постараюсь помочь тебе, только поверь в себя и в свои силы. Ты должна это сделать. - Он вернётся за мной, я не могу рисковать тем, что он может покалечить тебя. - Я разберусь с этим. Мы давно знакомы с Хэвоком, он не будет делать ничего такого, что вызовет резонанс и оставит пятно на его карьере. - А как же твоя карьера? Что, если он уничтожит твой проект? - Не сможет, наши компании и лейблы будут судиться друг с другом. Тем более вспомни, сколько людей поддерживает его группу и мою. Так просто нас не уберут. - Я всё равно не могу тебе позволить так рисковать. Ты сказал, что я должна буду уехать, подвезешь меня до вокзала. - Послушай, я дурак Эмма, испугался того, что не смогу тебе ничем помочь, больше всего меня бесит, что это не мой ребёнок. Дело в тебе. Один раз я отпустил тебя. Теперь понимаю, что не должен был отпускать, потому что вижу перед собой совершенно другую женщину. Добрую, сильную и красивую. – Пальцем вытираю скатывающуюся слезу с её лица. – Не плачь, я с тобой. Давай, просто поедем домой.