Любишь Посейдона, люби и коридоры мыть

После веселой ночи в ее комнате творилось просто нечто невообразимое. Пепел вперемешку с мишурой, бутылки по всем углам и пустые пачки из-под орешков, чипсов, пирожных и сигарет. Весь стол просто завален хламом и Макс даже не могла догадываться откуда ее подруга это все приволокла и вообще, что это. От Хлои она ждала все что угодно, но то, что она пьяная завалиться к ней через окно в Рождество и предложит напиться, а потом поднимет на уши все общежитие, она ожидала в последнюю очередь. Дак эта синеволосая проблема еще смогла споить Макс, поэтому общежитие на уши поднимали они вместе. Максин всегда любила скромные семейные посиделки, но так как Рождество ей пришлось праздновать не с семьей, а в Блеквелле, она ограничилась вкусным ужином и парой гирлянд на стенке. Единственное, что радовало фотографа - почти все студенты разъехались по домам и их пьяные оры слышали только парочка тихонь, которые, наверняка, шум из-за этого не поднимут. А вот Девид, который установил камеры не только в самом колледже, но и в общежитии, может. Вообще у Колфилд осталось много вопросов после той ночи. Почему Прайс пришла к ней? Почему была пьяная? Откуда у нее сумка с пивом? Как она залезла в окно на 3 этаже? А самым главным вопросом был… Почему Макс после этого всего проснулась в одной рубашке, а Хлоя вообще была нагишом? Она, конечно подозревала, что они играли в карты на раздевание, но будучи пьяными отключились во время процесса. Но, увы, ни одной карты в своей комнате она не нашла, поэтому ее теория рухнула, как слон с шеста. Однако, девушка не могла смириться с тем, что возможно переспала со своей лучшей подругой. Будучи пьяной и не такое в голову может прийти. Да и тем более бунтарка ей симпатична. Сейчас девушка уже оделась в свою ночнушку и, попытавшись не разбудить Хлою, вышла из комнаты, держа под рукой банные принадлежности, которые, кажется, девушки вчера тоже не оставили нетронутыми. То, что она увидела в коридоре, с первых секунд ее немного шокировало. На полу была разлита вода, а от душевых до ее жилища тянулся след из высохшей пены и их одежды. От этого Макс была прямо сейчас готова открыть в себе способность проваливаться сквозь землю от стыда. Но все же, взяв себя в руки, она с видом серьезного пингвина пошла в душ. Чем дальше, тем хуже. Там ее ждала одна из тех тихонь, которые остались на каникулы в общежитие. Увидев Макс, та покраснела и отвернулась к зеркалу, продолжая чистить зубы. «Кажется, вчера мы хорошо оторвались, раз некоторым на нас даже смотреть стыдно», – пронесся неутешительный вывод в голове Максин. Дабы не выдавать свое беспамятство, обладательница голубых глаз показательно прошла в душевую, как будто ничего и не произошло и задернула за собой шторку. После она тяжело выдохнула и сползла по плитке вниз, а-ля амеба. Сейчас СуперМакс хотелось стать именно ей. Спокойно себе живешь, ни за что не отвечаешь, живешь и живешь и тебе насрать на все. Весело. Ее рассуждения о прелестях жизни амебы прервал носок, который был старательно надет на душ. И кажется это был носок «амебы». В первую очередь ее взволновал вопрос: «А где второй?». Увы, ответа на него она, пока что, не получила, но это пока что. И как они только его туда пришпандорили? Она прыгнула раз – не дотянулась, прыгнула второй – не дотянулась. На третий раз ей все же повезло и она смогла достать этот несчастный носок. Девушка, оставив беднягу в покое, смыла с себя следы вчерашнего позора, обидно, что их нельзя так просто смыть из памяти людей. Вот уже измученная за первые тридцать минут своего пробуждения Макс, приняв утренний освежающий душ, пошла к себе в комнату, где до сих пор дрыхла Хлоя. На этот раз она решила все же разбудить подругу, ибо «Я тут одна от стыда помираю, не порядок». Подругу у нее получилось разбудить только криком «Смотри, там косяки бесплатные раздают». Как ни странно, от этой фразы Прайс вскочила, как солдат. Но после ее неокрепший организм тут же соизволил уложить свою подопечную в кровать с ужасной головной болью. – Чего орешь, детка? – произнесла Прайс сонным голосом, немного непонимающе. Сейчас, после такой грандиозной пьянки, она вообще ничего не понимать должна. – Макс, ты можешь принести мне воды и чего-нибудь от головы… – Хлоя ответа не дождалась, в нее лишь полетела собственная одежда, подобранная по пути. – Ты чего, де… – тут до девушки дошло, что все это время она лежала голая, но, как и полагается безбашенному панку, на это ей было глубоко наплевать. – Тебя я смущаю своим видом? – она снова замолкла, увидев немного рассерженный и в меру смущенный вид своей подруги. – Ты намекаешь мне на то что мы… – Ни слова больше, Прайс, ни слова больше. – зло проговорила Макс и потерла виски, а после все-таки решила, что надо бы принести Хлое водички. Девушка ушла, оставив ее наедине со своей одеждой, которую совершенно не хотелось надевать. И зачем только люди придумали ее? Сколько времени можно было сэкономить на одних только переодеваниях. Возможно мы бы уже давно общались с пришельцами, если бы не это адское создание, которое тормозит нашу жизнь. Все же, переборов свою неприязнь, обладательница голубых волос оделась. Ее привычная одежда воняла вчерашней ночью, а точнее куревом, пивом и фисташками. Когда Макс вернулась, ее подруга уже пыталась, сидя в куче бутылок, что-то протрынькать на расстроенной гитаре. И когда они только успели испортить ей так звучание? Макс протянула неформалке стакан, в котором до сих пор шипела таблетка от головы. Хлоя любезно улыбнулась Безумной и аккуратно сжала ее ладони в своих. – Ты сказала «ни слова», но я все-таки скажу, хиппи, – видимо намечалось что-то серьезное. Брюнетке не очень нравилось такое развитие сценария, но и промотать время она не могла под таким пристальным взглядом своей собутыльницы. – Даже если между нами и было что-то этой ночью, я об этом не жалею, я давно хотела тебе признаться в своих чувствах, детка. – она сжала ее ладони сильнее. – Макс Колфилд, я тебя люблю, и пусть об этом знает каждый. Почему-то Максин не была напугана таким поворотом событий, для нее он был даже в какой-то мере предсказуем и приятен. Хлоя была приятна ей во всех смыслах, в какой-то степени они дополняли друг друга. На лице Колфилд заблестела улыбка, искренняя, добрая, нежная улыбка. Вместо ответа девушка получила ласковый, считай мимолетный поцелуй. Этого ей хватило сполна. Она поставила стакан на пол и потянула девушку к себе, желая заключить ее в объятьях, но их прервал стук. Почему люди приходят так не вовремя? Макс с тяжелым вздохом открыла дверь, а там была уборщица с шваброй и ведром, на лице ее читалась ненависть ко всему миру, а особенно к девушке, которая стояла напротив нее. – Молодежь! Как веселиться дак первая, а кто за вами убирать будет. Марш мыть коридор, а то визита к ректору вам не избежать. Вчера целую ночь… Целую ночь! Бегали по коридору, покоя бедным людям не давали, орали «Во славу Посейдону, грешницы» и обливали весь коридор и сами себя водой с пеной, мы еле вас угомонили. Сказали переодеться, да вы, бесстыдники, прямо по пути в комнату снимать одежду начали, зато спали сном младенца. – высказалась уборщица и, не требуя ответа, бросила ведро с шваброй у порога. Реакцию Максин сейчас никто не мог предугадать, может она будет смеяться, может плакать, может вообще со спокойным лицом пойдет убирать коридор. Примерно секунд пять в комнате стояла мертвая тишина, даже ветер их не беспокоил, слышались лишь шаги тетки. После они засмеялись. Правда по разным причинам. Макс от смущения, а Хлоя от той фразочки про Посейдона. – Ну что, любишь Посейдона, люби и коридоры мыть.