Повторяй мое имя в ночи

      Турнир временно приостановили, так как новость о ранении Поттера быстро разлетелась по Англии, а продолжать Турнир без него было невозможно. Драко не находил себе места, постоянно срываясь на персонале, который толком ничего не знал, но пытался помочь. Гарри уже неделю не приходил в себя, а колдомедики разводили руками, говоря, что нужно провести еще исследования, и еще, и еще. Гермиона иногда подменяла его, чтобы он мог нормально искупаться, а Панси выбиралась с ним днем пообедать, следя за тем, чтобы Драко хоть немного питался. На работе подключили всех специалистов, узнав, что Поттера ранили. Все Министерство было поднято на уши, обыскивая чуть ли не каждый дом, здания и магазины, уделяя особое внимание бутикам артефактов. Они поймали главаря той банды, но он молчал. В итоге было решено применить Веритасерум, чтобы развязать ему рот, потому что другого выхода не оставалось, а сколько у Поттера было времени—неизвестно. В середине недели к Гарри пришел Кингсли. Драко читал Поттеру вслух, когда услышал звук открывающейся двери. — Министр? Что-нибудь удалось выяснить? — с надеждой в голосе спросил блондин, удивляясь, как она еще не умерла. Хотя, в Мире Магии было странно надеяться на чудо, но именно его Драко сейчас и ждал. — Нет, но у меня с собой разрешение на применение Веритасерума, я думал ты захочешь провести этот допрос. Я прав? — мужчина посмотрел на Малфоя, замечая его помятое состояние и синяки под глазами. Было видно, что тот не спал уже несколько суток, как минимум, что вызывало у Кингсли боль. Гарри был всем им дорог, но похоже этому парню сильнее всех. Удивительно, как меняет людей любовь. В этом прогнившем мире случай с Малфоем был лучиком надежды на искупление для всех. — С удовольствием, Кингсли. Спасибо тебе. Я попрошу подменить меня Гермиону или Панси и сразу отправлюсь в Министерство, — Драко встал, пожимая руку Министру и предчувствуя что-то хорошее. Если надо, он его утопит в Зелье, но тот все ему скажет. Видимо его взгляд все сказал за него, так как Кингсли почти перед дверью произнес: — Только не переусердствуй, он нужен нам живым. Его ждет поцелуй Дементора. Дай этому ублюдку шанс умереть в муках. Буду ждать тебя в допросной. Я уверен, все будет хорошо. После этих слов Кингсли вышел, а Драко позвонил Гермионе. Через пару минут волшебница была уже у него. — Драко, не давай ненависти затопить себя. Будь аккуратней, — попросила девушка перед тем, как парень трансгрессировал. ***       В допросной уже собралось несколько членов Визенгамота, Министр и секретарь, которому предстояло заполнять протокол и записывать весь допрос, конспектируя каждое слово. Они, как один обернулись на вошедшего Малфоя и по очереди поздоровались. За стеклом сидел темноволосый мужчина лет сорока и Драко узнал в нем того, кто напал на Гарри. Кулаки невольно сжались и блондин постарался выровнять дыхание, не позволяя эмоциям взять верх. Сейчас самое главное, чтобы Поттер вылечился. А уже потом все остальное. Он взял зелье и вошел в помещение, где сидел подозреваемый, закрывая дверь на ключ изнутри. — Драко Малфой собственной персоной, какая честь, чем обязан? — с издевкой спросил маг, гадко ухмыляясь. Блондину все тяжелее было взять себя в руки, но он справился и сел напротив, сохраняя холодное выражение лица. Уж в чем, в чем, а в этом он был мастер. — По решению Визенгамота было вынесено решение о том, что вы будете подвержены Веритасериуму. А если ты откажешься, я применю Империо или Круциатус, и поверь, мне никто не сможет помешать, - Драко подумал, что действительно мог бы сделать это, лишь бы спасти Поттера. — Вас посадят. — А ты сдохнешь. Меня будет устраивать такая концовка. До мужчины дошло, что Драко не блефует и он испуганно посмотрел на него. — Давайте ваше пойло, — брезгливо произнес он, понимая, что проиграл. — Но знайте, вам все равно его не спасти. Есть только один способ, и он вашей доброй душонке не понравится. ***       Гермиона вышла в коридор к сидящему там Драко, оставив Панси и Рона в палате, и погладила по плечу. — Мы справимся, найдем выход. Я уже обзвонила все подходящие организации и они постараются найти кровь единорога, как можно быстрее. Всегда есть шанс. Мы не отступимся, знай. Он наш друг и я не верю, что говорю это, но если надо я сама прикончу единорога, но спасу его. Малфой посмотрел на неё с отчаянием, граничащим с непреодолимой болью. Несколько литров крови единорога было слишком сложно купить или найти. Они были охраняемы и их убийство каралось арестом. Единственной надеждой был умирающий единорог, что при их продолжительности жизни тоже было маловероятно. — Ты сама-то в это веришь? Здесь нужно чудо, не меньше. — Отправляйтесь домой, я хочу немного побыть с ним вдвоем, если вы не против. Сегодняшний день меня вымотал, — впервые в своей слабости признался Драко. Девушка поняла, что тот пытается оставаться сильным, но видела, как надежда постепенно угасает у него в глазах, уступая место реальности. — Нет, сегодня ты отправишься к нам отсыпаться. Тебе нужны силы, чтобы мы могли бороться. Я знаю, что Гарри бы так легко не отступился. Ты и твоя вера нужны ему сейчас, как никогда. Ты, гребаный Драко Малфой, не смей опускать руки. Без возражений, Рон останется с ним. Драко хотел возразить, но промолчал, понимая, что она права. Они также переживают за него и им также больно, но они не теряют надежды. Тогда Малфою тем более непозволительно отчаиваться, ведь если он потеряет Поттера, он потеряет все.