Поверь в это!

Орихиме вздрогнула при резком звуке шипения и опасливо покосилась на рассерженного парня, который терпел болезненное обрабатывание полученных во время тренировки ран. Ну, терпел исключительно в своем понимании этого явления. На деле же он шипел, тихо ругался, яростно сверкая пронзительно голубыми глазищами, но оставался сидеть на месте. - Черт возьми, девка, почему ты не можешь вылечить меня по-нормальному?! - Потому что Урахара-сан забрал мои заколки для одной проверки, - в который раз терпеливо объяснила Иноуэ. – Пожалуйста, Гриммджоу-сан, прекратите шевелиться, я не могу промыть вашу рану. - Кем ты себя возомнила, чтобы командовать мной?! – прорычал бывший Секста, встрепенувшись. Но, нечаянно потревожив открытое ранение, он скрипнул зубами и замолчал. Очень не хотелось показывать свою слабость перед этой человеческой девчонкой, пусть его и потрепала Нел в тренировочном бою. Проклятая Неллиель! Она полностью оправдывала свой третий номер, и Гриммджоу бы проникся к ней уважением, но эти ее превращения в ребенка были неожиданными и невероятно выбешивающими. Особенно когда она лезла к нему с воплями, с ног до головы обмазывая соплями. От ужасных воспоминаний арранкара передернуло. - В будущем будьте осторожны, - отвлекая его от неприятных воспоминаний, заговорила девушка, осторожно обматывая бинтами мощный мужской торс. – Эти раны… - То ли еще будет, - фыркнул Джагерджак. – Эти раны покажутся царапинами. - Война, - выдохнула Орихиме, неосознанно стискивая в руках конец бинта. – Она будет ужасной… ужаснее всех прошедших. - Хватит ныть. Не будь такой жалкой, это раздражает, - поморщился арранкар, но от девичьих рук не отодвинулся. Видимо, привык за прошедшее время, что эта девушка возится с его ранениями. В ответ Иноуэ лишь опустила голову, прерывисто вздохнув. Конечно, она, будучи пленницей Айзена, успела узнать, какой у Сексты тяжелый характер, но сталкиваться с ним изо дня в день было практически невыносимо. Однако доброта и ответственность каждый раз заставляли девушку молча терпеть рычание и оскорбления несносного кошака. За прошедшее нелегкое время изнурительных тренировок и томительного ожидания, она смогла его понять и, к молчаливому недоумению друзей, умудрилась к нему привязаться. Бывший бунтующий слуга оказался на свободе, но совершенно не представлял, что с этой свободой делать. И эта рассеянность и возможность выбора делало его более… живым? Медленно качнувшись вперед, Орихиме осторожно уткнулась лбом в перевязанную грудь арранкара. Расширив от удивления глаза, Гриммджоу взирал на рыжую макушку. В первое мгновение он порывался оттолкнуть жалкого человека прочь, но потом его руки опустились, и он порывисто вздохнул. - Не хочу, чтобы кто-нибудь погиб, - едва слышно проговорила Иноуэ. – Эта война… она заберет многие жизни. А оставшиеся будут обречены на душевные страдания! Впервые в жизни я не хочу покидать Уеко Мундо. Бывший Эспада лишь хмыкнул. Странная она… Ей ведь так не хватало солнечного света и красок жизни, пока она была пленницей Айзена. Но тогда у нее не было выбора, даже не было шанса вырваться обратно в свой мир. Теперь она свободна, но не хотела уходить из этого мертвого места. Вот же дура! Как будто начало войны будет от этого зависеть… - Глупая женщина, - сказал Джагерджак, небрежным движением дернув ее за рыжий локон. – Лучше умереть в бою, чем подохнуть, как трусливая крыса. - Знаю, - Орихиме отстранилась и посмотрела на Гриммджоу непривычно серьезным и внимательным взглядом. – Знаю, что мои слова глупы, но я не хочу, чтобы кто-то умер… включая вас. Бывший Секста хрипло усмехнулся и на секунду закрыл глаза, пропуская через себя искренние слова девушки, а потом, ощетинившись в хищной улыбке, самодовольно произнес: - Я не собираюсь погибнуть от лап кого-то из этих ублюдочных квинси! Так что смирись и поверь в это! - Я верю, - слабая, но искренняя улыбка коснулась ее губ. Орихиме посмотрела в хищные голубые глаза, завораживающие своим необузданным пламенем. – Верю… - Вот и не ной, - Гриммджоу откинулся назад, позволяя себе на минуту расслабиться. Такие непритворные эмоции юной девушки разнеслись непривычной, но приятной теплой волной по всему нутру арранкара, придавая новые силы. Бывший Секста хмыкнул и посмотрел на вечно темное небо Уеко Мундо. Если раньше он был заинтересован только в том, чтобы разорвать на куски как можно больше врагов, то теперь хотелось все это пережить, не смотря ни на что. Чертовы шинигами и их друзья, теперь и он, бездушное существо, желал обрести эту веру: веру в жизнь, полную смысла даже после сокрушения всех врагов. - И я верю, - проговорил он, скосив взгляд на девичью спину, прикрытую волной рыжих волос. - Вы что-то сказали? – встрепенулась Иноуэ, обернувшись. - Ничего, - Гриммджоу искривил губы в нахальной улыбке, обнажая острые клыки. – Поторопись, девка! Заканчивай свое бездарное лечение!