Crazy Little Thing Called Love

Джон проснулся среди ночи от странных звуков, доносящихся совсем рядом. Кто-то то жалобно постанывал, то что-то невнятно шептал, то тяжело дышал, со свистом втягивая воздух сквозь зубы. Басист сонно приоткрыл сначала один глаз, потом второй, зевнул и медленно огляделся по сторонам. Тишина. По соседству мирно дремал Спайк, едва слышно похрапывая. В кресле впереди по-королевски развалился Брайан, запрокинув голову назад и рассыпав вокруг себя длинные густые кудри. Слева, через два кресла от него, переливалась в приглушенном свете лысина менеджера Джима Бича. «Приснится же такое…», - недовольно буркнул про себя Джон, перевернувшись на другой бок и натянув повыше мягкий клетчатый плед, подаренный Вероникой на Рождество. Он уже был готов заново окунуться в крепкие объятия Морфея, как вдруг опять раздался он… Стон. Хриплый, протяжный, едва сдерживаемый. Джон вздрогнул и снова прислушался. Звуки раздавались откуда-то сзади, из хвоста самолета. Да, определенно именно оттуда. «Может, кому-то из персонала стало плохо?» - Дикон осторожно выглянул в проход, но толком разглядеть ничего не успел. - Фред… Фред… - вдруг лихорадочно зашептал какой-то до боли знакомый голос. Джон округлил глаза и в ужасе вжался в кресло: «Что? Роджер? Какого хрена?!» - Фредди… Пожалуйста, не надо… - судорожно всхлипывая, продолжал умолять барабанщик, - Вдруг кто-нибудь проснется. Ответом на эту просьбу был лишь подозрительный заглатывающий звук, будто кто-то что-то с аппетитом смаковал. Тейлор неприлично выругался, но останавливать ненасытного партнера больше не стал. Басист вытер рукавом рубашки выступивший на лбу холодный пот и шумно сглотнул ком, застрявший в горле. Все было очевидно. Слишком очевидно. Но мозг упорно отказывался воспринимать происходящее, как реальность. «Не может быть… Не может быть… Я сплю. Я просто сплю, и мне снится кошмар», – шептал Джон себе под нос, пытаясь унять бешено колотящееся в груди сердце. Но это самовнушение ему сейчас мало помогало. Тем более что возня в хвосте самолета все никак не прекращалась. Дикон, как маленький ребенок, крепко зажмурился и заткнул уши указательными пальцами, пытаясь абстрагироваться от творящегося в нескольких метрах от него безобразия. Минут через пять руки затекли и стали нестерпимо ныть. В тайне молясь, чтобы за это время ребята, наконец, угомонились, он вытащил пальцы из ушей. Но, к сожалению, поторопился, попав на самый апогей сексуальных игр драммера и фронтмена. - О, Боже-е-е-е… - задыхаясь, простонал Роджер, и кресло под ним на несколько секунд бешено задергалось. Джон скривился, от стыда закрывая лицо ладонями, и мысленно благодаря высшие силы за то, что этот ад для него, наконец, закончился. Наступила долгожданная тишина. Минута. Две. Три… Ничего не происходит. «Неужели и, правда, все?» - любопытство все же одолело совесть, и басист незаметно выглянул в проход, чтобы убедиться в своих предположениях. То, что он увидел, повергло его в шок. Фредди и Роджер… Целовались. Жарко, страстно, глубоко. Тейлор крепко обнимал «коллегу» за шею, прижимаясь к нему всем телом, нетерпеливо ловил его губы и язык своими, а тот в свою очередь дерзко, но ласково поглаживал голое тело барабанщика под расстегнутой гавайской рубашкой. Дикон заткнул рот кулаком, подавляя накативший рвотный позыв, и отвернулся. Он никогда не был гомофобом. Но видеть воочию двух самозабвенно целующихся мужиков… Точнее двух своих лучших друзей, одного из которых он считал, если не примерным семьянином, то точно стопроцентным натуралом, было выше его сил. Этот кошмар продолжался минут десять-пятнадцать, не меньше. Джон был просто в бешенстве, проклиная на чем свет стоит, парочку сексуально озабоченных любовников, пока не услышал до боли знакомый звук расстегиваемой молнии на джинсах. «Чего?! Опять?! Да вы, блять, издеваетесь что ли?!» - Дикон едва не взвыл от отчаяния. Если бы была возможность, он бы сейчас, наверное, даже из самолета выпрыгнул на полном ходу, только бы не слышать эти жуткие сладострастные стоны снова. - Нет, – с непоколебимой твердостью в голосе вдруг произнес Фредди, перехватывая шаловливые руки Тейлора. «Ура!» - басист чуть не захлопал в ладоши. Он хорошо знал эту интонацию в голосе фронтмена. В такие моменты его невозможно было в чем-то убедить. Ослиное упрямство Меркьюри порой было просто запредельным. - Ты не хочешь? – по-детски обиженно прошептал Роджер. - Поверь мне на слово, дорогуша, я обожаю минет в твоем исполнении, но сейчас мне хочется от тебя другого… Джон физически почувствовал, как внутри него что-то резко оборвалось. Последняя надежда на спокойный сон и прежнюю беззаботную жизнь в неведении о гомосексуальных отношениях коллег по группе, только что скончалась в страшной агонии. - Что прямо здесь?! – ошарашено прошипел Тейлор. И Дикон на мгновение представил, как его и без того огромные голубые глаза, округлились от предложения наглого парса еще больше. Впрочем, глаза самого Джона сейчас были ничуть не меньше. Фредди тихонько рассмеялся: - Я, конечно, извращенец и псих, но не настолько, – помолчав немного, он уже игривым голосом продолжил, - У тебя был когда-нибудь секс в туалете самолета, Родж? Барабанщик, ни на секунду не растерявшись, тут же подхватил слащаво-пошлую манеру разговора Меркьюри: - Миллион раз, Фред… – басист услышал звонкий чмок в губы, - И только с тобой. Любовники довольно захихикали. Пару минут спустя раздался звук расстегиваемых ремней безопасности и шуршание двух тел, протискивающихся между креслами в проход. Джон резко закрыл глаза и отвернул голову на бок, притворяясь спящим. Он слышал как Фредди и Роджер прошли мимо него, осторожно ступая, чтобы ненароком никого не разбудить. Прищурив один глаз, заметил, как по-хозяйски смуглая волосатая рука парса погладила упругую задницу барабанщика, предвкушая удовольствие. Видел, как за любвеобильной «королевской парочкой» плотно захлопнулась дверь туалетной кабинки. Как только Фредди и Роджер скрылись из вида, басист резво вскочил с места и схватил с верхней багажной полки свою сумку. «Где же он? Где же он, мать вашу?!» - шептал он, раздраженно копаясь внутри нее дрожащими от нетерпения руками. Но плеер никак не находился. «Бляяять…» - с досадой протянул Дикон, вспомнив, что в спешке оставил его дома, на прикроватной тумбочке. Басист снова плюхнулся на свое кресло, нервно барабаня пальцами по подлокотнику и опасливо поглядывая в сторону туалета. Но оттуда не раздавалось ни звука. Прошло, наверное, не меньше двух часов, прежде чем Джон пришел в себя от пережитого стресса. Он окончательно привел в порядок свои мысли, заново осознал все увиденное и услышанное, смирился с тем, что произошло сегодняшней ночью, мало-мальски успокоился и незаметно уснул. К счастью, Тейлор и Меркьюри к этому моменту из своего «любовного убежища» так и не вышли. Уже проваливаясь в глубокий сон, Дикон поклялся себе, что больше никогда в жизни не поедет на гастроли без лошадиной дозы снотворного или плеера с кассетой heavy metal в кармане.