Скелет в шкафу

В тот поздний вечер, они ввалились в квартиру Джунно абсолютно пьяные. Тагучи был пьян настолько, что с трудом мог стоять на ногах, и Уэда практически тащил его на себе весь путь от такси до двери квартиры. Свалив тело на диван в гостиной, Уэпи сходил на кухню и принес бутылку воды. - Тагучи, выпей воды. - Тормошил он тело, раскинувшееся на весь диван. В ответ раздалось только непонятное мычание, вероятно Джунно уже проваливался в забытье. Уэпи пожал плечами и сам присосался к бутылке, утоляя жажду. Как ни странно спать не хотелось и он, включив телевизор, начал щелкать кнопки каналов на пульте управления. Алкоголь уже потихоньку выветривался, хотя лучше от этого утром не будет. Под боком раздалось невнятное бормотание. Джунно хмурил брови во сне. Мигающий свет от телевизора делал его лицо непривычно бледным с тенью усталости. Уэпи посмотрел на него долгим взглядом, потом протянул руку и осторожно прикоснулся к его лбу кончиками пальцев, еле касаясь, провел ими вдоль брови. Лицо Джунно разгладилось. Тат-чан придвинулся ближе и, нависнув над ним, внимательно рассматривал его. Выждав немного, он склонил голову и прижался своими губами к его. Целуя его, Тат-чан тихо застонал от пьянящего ощущения, что он наконец испробовал вкус губ своей тайной страсти. Неожиданно глаза Джунно распахнулись. Пьяный, затуманенный взгляд, тем не менее, внимательно смотрящий прямо в глаза Уэды. Боясь пошевелиться, тот все также нависал над Тагучи. - Ты всегда так сверкаешь... Даже в моих снах. – С легкой улыбкой неожиданно прошептал Джунно, отчего глаза Уэпи расширились в удивлении. - Это так неправильно, но я ничего не могу с собой поделать... Его рука неловко погладила Уэду по волосам, заправив выбившуюся рыжую прядь за ухо. Неожиданно он схватил Уэпи за шею, и, потянувшись, поцеловал его. Со сжигающей страстью, властно, не давая вырваться. Да Уэпи и не пытался вырваться, после секундного замешательства, он ответил, напористо и не уступая в силе страсти. Полностью отдавшись чувственным ощущениям. Рука Джунно скользнула под футболку. Еще мгновение и Тат-чан уже был зажат между спинкой дивана и телом Джунно. Дыхание сбилось от быстрых требовательных поцелуев и того как Тагучи касался его. Судорожно, торопливо, почти грубо ощупывая, сжимая и возможно даже оставляя синяки, так, как будто хотел успеть запомнить все изгибы его тела и боялся, что тот исчезнет в любую секунду. Но Тацуе было все равно, сейчас он мог думать только об этих губах и теле, прижимавшемуся к нему. Тихий стон сорвался с губ, когда бедро Джунно коснулось его паха. Пальцы стремительно переместились к ремню на джинсах и начали быстро расстегивать его. Уэда удивленно распахнув глаза, замер. - Что? Что не так? - Прохрипел Джунно, снова с напором целуя его. - Ты когда-нибудь спал с мужчинами? - Нет. - Подожди. Сейчас ты пьян. Очень пьян. Завтра ты можешь пожалеть об этом. - Плевать. - Тагучи справился с молнией, и его ладонь скользнула в джинсы, накрыв возбужденный член Уэды. Тацуя забыл свои благие намерения и предупреждения, которые хотел сказать. Забыл о том, какие последствия всего этого могут быть. Сейчас он был просто человеком. Эгоистичным человеком, хотевшим получить немного удовольствия и счастья только для себя. Неважно, какова цена. Он протянул руку и запустил пальцы в волосы Джунно. Такие мягкие и шелковистые. Притянув его к себе, Уэда упивался каждым поцелуем, выгибаясь под его ласками. Он чувствовал возбуждение Джунно, который уже фактически подмял его под себя. Хотелось большего, ощутить его кожу своей, почувствовать его внутри себя. Но снова проснувшаяся совесть не позволяла ему сделать следующий шаг, не предприняв еще одну попытку облагоразумить Джунно. - Джунно... - Тихо пробормотал Тат-чан. - Послушай... Пока не поздно… Тагучи нависал над ним, пристально глядя в глаза. - Ты не хочешь меня? - Разве похоже, что я не хочу тебя? - Двинув бедрами, он теснее прижался к нему. - Тогда просто давай сделаем это. После секундного колебания Уэда обнял его за шею и захватил губы в нежном поцелуе. К черту все уговоры. К черту совесть. Руки блуждали по его спине, плечам, зарывались в волосы, взъерошивая их. Отстранившись, Джунно выпрямился и быстро стянул с себя футболку, бросив ее на пол. Замерев на коленях меж раздвинутых ног Тацуи, он смотрел на него голодным взглядом, от которого бросало в жар. Щеки Уэды пылали, рыжие локоны разметались, он нервно облизнул опухшие губы, и для Тагучи это было, как красная тряпка для быка. В одно мгновение вторая футболка оказалась на полу, за ней последовали джинсы и боксеры. Теперь Уэда полностью обнаженный лежал под обжигающим взглядом Джунно. Его глаза казалось, рассматривали каждую деталь тела. - Ты так смотришь... - Начал хрипло Уэда. - Ты красивый. Я даже не смел надеяться увидеть тебя таким… Прикоснуться к тебе… - Шептал Тагучи. Подушечки его пальцев нежно скользили по груди Уэпи, вокруг сосков, по ребрам к талии. Взгляд остановился на возбужденном члене Тацуи. Тот затаил дыхание. Что он будет делать дальше? Все таки остановится? Джунно коснулся головки, потом его пальцы сомкнулись вокруг плоти. Уэда против воли громко застонал, на секунду прикрыв глаза. Потом, приподнявшись, он потянулся к ремню на джинсах Джунно. Стянув их вместе с боксерами почти до колен, Уэда с возрастающим желанием смотрел на предмет будущего наслаждения. Он больше не хотел играть в прелюдии, он хотел получить сладость от самого действия. - У тебя есть смазка? - Тихо спросил он, поднимая на него горящий взгляд. - Нет. - Ответил Джунно, не отрывая взгляда от губ Уэды и проводя по ним большим пальцем. Тацуя протянул руку и, нащупав, на полу свои джинсы, достал из кармана бумажник. Вытащив из него презерватив, он протянул его Тагучи. Тот, быстро справившись с делом, снова придавил Тат-чана к дивану. - Давай. - Между поцелуями шепнул Уэда, шире раздвигая ноги. - Как узко... - Пробормотал Джунно в его шею, когда головка начала входить. Он медленно двинул бедрами, Уэда зажмурился и застонал от боли. - Прости. - Шептал Джунно в его приоткрытые губы и даря нежные поцелуи. Их переплетенные тела лежали неподвижно, привыкая друг к другу. Член Джунно пульсировал, тело требовало движения, но он сдерживал себя, пока Тацуя мягко не двинул бедрами, призывая к действию. И он начал двигаться, медленно и осторожно, в поцелуях ловя стоны Тат-чана. Уэда сходил с ума. Он никогда не испытывал ничего подобного. Джунно двигался в нем, полностью заполняя, касаясь всех потаенных мест. Он был нежен, но в тоже время напорист. Может быть ощущения обострялись тем, что Уэпи был неравнодушен к нему. Он не знал. Да и не имело это значения. Когда Уэда с криком добрался до верха наслаждения, уже ничто не имело значения, кроме человека, в руках которого он сейчас дрожал в экстазе. Человека, который нежно целовал его шею и ключицы. Спустя мгновение Джунно снова начал двигаться, ускоряя темп. Все его тело напряглось за секунду до пика, и именно в этот момент Уэпи обхватил его лицо ладонями и накрыл рот поцелуем, глотая громкий стон оргазма. Тацуя проснулся от того, что начал замерзать. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Его гудевшая от похмелья голова была прижата к чему-то теплому. Сфокусировав взгляд, понял, что это грудь. Голая. Мужская. Не двигаясь, он попробовал вспомнить хоть что-нибудь из того, что произошло ночью. Глаза его расширились, и он сделал попытку приподнять голову, чтобы убедиться в правдивости своих скудных воспоминаний. Пятерня, прижимавшая голову к груди, глубже зарылась в его растрепанные волосы, а потом мягко соскользнула на обнаженные плечи. Уэда, не веря, смотрел на спящего Джунно, потом окинул его и себя взглядом. Как и предполагалось, сам он был полностью обнажен, у Джунно были спущены штаны и боксеры. Сомнений не осталось, это был не сон. Они правда сделали это. Что теперь делать? За окном только-только занимался рассвет. Тат-чан осторожно встал с дивана и оделся, снова посмотрел на Джунно. Какова будет его реакция? Если он будет сожалеть, то это конец. Простояв какое-то время в раздумьях, Уэда принял эгоистичное решение за них двоих. Да и вспомнит ли он вообще, что произошло? Размышлял он. Голова раскалывалась. Думать ни о чем не хотелось. - Ладно. - Прошептал Уэда, потирая висок. - Потом… Все потом. Если вспомнишь... Приблизившись к дивану, он стал осторожно натягивать на Джунно боксеры. Взгляд остановился на его пенисе и щеки сразу загорелись ярким румянцем. Воспоминание о страстном сексе и удовольствии, которое Джунно подарил ему, заставило руки дрожать. Закусив губу, он справился наконец с нижним бельем и взялся за джинсы. Натянув их до середины бедра, решил, что этого будет достаточно. Подобрав с пола презерватив и обертку от него, он тихо прошел на кухню, где завернул их в салфетку. Засунув все это богатство в карман джинсов, он вернулся в гостиную и окинул ее взглядом. Больше ничто не говорило о произошедшем этой ночью. Почти. Подойдя к дивану, Уэда присел рядом с футболкой Джунно, все еще валявшейся на полу. Он замер, когда Тагучи зашевелился. Повернув в его сторону голову, увидел, что тот повернулся на бок. Его лицо было совсем близко и в минуты, когда Тацуя пытался убрать все улики произошедшего ночью, он снова не сдержался. Рискуя разбудить, он мягко прижался своими губами к его. Отодвинувшись, увидел улыбку на лице Джунно. Он что-то тихо пробормотал во сне. Тат-чан поднялся, положив футболку на спинку дивана, направился в прихожую. Может надо было оставить все как есть? Остаться самому? Но как себя вести с ним, как смотреть в глаза, если он будет сожалеть о случившемся? Остановившись перед зеркалом, Тацуя постарался привести в порядок свои волосы. Взгляд скользнул к засосу на шее. Прикоснувшись к нему, он посмотрел в сторону гостиной. Нет, он не сможет. Не сейчас. Надев кофту, он опустил на лицо капюшон, обулся и тихо вышел из квартиры. Выйдя из дома, он втянул свежий утренний воздух. Постояв пару секунд в задумчивости, он двинулся в сторону проезжей части, по пути выбросив в урну салфетку. Поймав такси, он уселся на заднее сиденье и назвал домашний адрес. Его разбудило жужжание телефона. Разлепив глаза, он перекатился на край кровати, открыл телефон и прочитал сообщение от Джунно. "Что вчера было?" Был ли там подтекст, Уэда не мог понять. Либо сомневается в произошедшем, либо не помнит, решил Уэпи, поэтому отправил такой же неопределенный ответ. "Ты напился" "Это я уже понял. А домой как попал?" "Я тебя привез" "Когда ты ушел?" Моментально пришло следующее сообщение. Казалось, Джунно пытался зацепиться за ответ. "Когда ты уснул". Все также туманно ответил Уэда. "Понятно". Больше сообщений в этот день не было. На следующий день группа должна была встретиться в раздевалке перед репетицией. Тат-чан отвечал на расспросы Юичи касательно прошедшей гулянки, на которой он сам не присутствовал. - ... Я его еле дотащил! А когда свалил на диван, он моментально уснул... - Все что услышал Джунно, когда вошел в раздевалку. Он смотрел на Тацую, замерев на пороге. Тот же смотрел на него сквозь темные очки. Что это? Что он сейчас видел на растерянном лице Тагучи? Грусть? Разочарование? - И все? - Донеся до Уэпи вопрос Юичи. - И все. Больше никаких приключений. Потом кое-как добрался до дома и завалился спать. - Резче чем хотел, ответил он. - Чтобы не расспрашивать, в следующий раз сам приходи. - Уже более мягко добавил и поднял руку с приветственным жестом в сторону Тагучи. Оторвав от него взгляд, Уэда старался вести себя как обычно. Он не должен выдать себя, тем более при других ребятах. Неосознанно он поправил шарф на шее. - Тагучи, привет. - Поздоровался Накамару, наконец, заметив его в дверях. - Ну ты даешь! Ты хоть что-нибудь помнишь? - Ни черта я не помню. - Грубо и без тени улыбки ответил Джунно, проходя в комнату и садясь на стул в дальнем углу. - Похоже у кого-то плохое настроение. - Шепнул Юичи, поворачиваясь к Тат-чану. Тот только пожал плечами, про себя сделав заметку того, что сказал Джунно. До полного сбора группы он наблюдал краем глаза за Тагучи, который закрыв глаза, тихо сидел на своем месте. Он поймал его в коридоре после репетиции и совещания. Схватив за запястье, втащил Уэпи за собой в пустой зал. - Эй! Ты чего? - Испуганно спросил Уэда, вырывая руку. - Скажи, что было после вечеринки? - Я же тебе уже говорил, точнее написал. - Сердце колотилось где-то в горле. - Это все? Больше ничего не произошло? - А в чем дело? Почему ты так обеспокоен? - Осторожно спросил Уэда, сознательно не отвечая на вопрос. - Нет, ничего... Просто... Я... Мы... - Джунно замолчал, подбивая слова. - Ты можешь говорить более внятно? – Раздраженно спросил Уэда, сам же затаил дыхание, ожидая его ответ. - Ну... Мы после вечеринки никуда не заезжали? – Из далека начал Тагучи. - Нет. - А ко мне приехали только вдвоем? С нами больше никого не было? - Никого. - Тихо ответил Уэпи. - А что? - Да я как будто с кем-то... - Джунно запнулся, краснея. – Нет. Забудь. Значит, ты привез меня, я лег спать и ты уехал? - Он смотрел на него немигающим взглядом. С кем-то? Забудь? Что он хочет от меня? Уэда кричал у себя в голове. Что я должен сказать? Правду или ложь? Узнав правду, что он сделает? Он хочет извиниться? Попросить держать в секрете? Или четко расставляя порядок действий, просто пытается убедить себя и меня, что ничего не было? Не хочет признавать, что имел связь с мужчиной? Но похоже, что он сильно сомневается в реальности произошедшего. Или вообще ничего не помнит. Почти ничего. - Именно так. - Тацуя подавил в себе вздох разочарования и повернулся к двери. - Я тебя привез, ты моментально уснул, я уехал. Это все, что ты хотел знать? - Спросил он, обернувшись к нему через плечо. - Да... - Еле слышно произнес Джунно. - Прости, что отвлек от дел. - Тогда я пойду? - Опустив голову, Уэпи схватился трясущимися пальцами за ручку двери. - Угу... Выйдя в коридор и закрывая за собой дверь в зал, он на секунду увидел Джунно, стоящего в центре комнаты, с опущенной головой, и почему-то рассматривающего свои руки. - Надеюсь, это поможет тебе успокоиться. - С грустью прошептал Уэда, направляясь в сторону раздевалки. А потом все было по-прежнему. Так, как будто ничего не случилось, как будто не было той ночи. Уэда много времени проводил в тренажерном зале, да и работа полностью поглотила его. Он много писал, как правило по ночам. Писал лирику и музыку. Много грустных слов и нот ложилось на бумагу. Большинство из этих листков, аккуратно складывались в коробку и вероятно им никогда не суждено увидеть свет. Чувства, запертые в этих словах не должны никого беспокоить кроме него. Он бережно хранил в памяти воспоминания о той ночи, но чтобы сильно не травмировать себя, старался избегать Джунно, хотя и тот не очень шел на контакт, соблюдал дистанцию. Конечно, они общались по работе и иногда даже за пределами, но никогда не оставались наедине. Остальные члены группы, если и заметили это, но никак не комментировали. А потом произошло то, что перевернуло в Тат-чане все чувства и мысли, заставило задуматься, а правильно ли он все делал до этого момента.