Любовь - это...

Что чувствует человек, когда умирает? Холод и опустошение, а что чувствует он, когда рождается? Раньше я не задавалась таким вопросом. Повода не было. А теперь, как ни прискорбно это говорить, но он появился. Комната, в которой я находилась, была уютной. Много красных бумажных фонариков, и на каждом китайский иероглиф. Два окна: напротив меня и слева. На них также навешаны красные шторы. Возле окна напротив стоял туалетный столик с небольшим зеркалом. Рядом находилась большая двухспальная кровать с красивым, опять же красным постельным бельем. Возле левого же окна стоял массивный шкаф. Справа от меня находилась деревянная лестница, ведущая вниз. Потолок был тоже деревянным. Наверное, и дом тоже. Ох, не нравятся мне эти иероглифы китайские. Нет, конечно я помню как на нем говорить! Там, в комнате, я как бы вспомнила все языки и многое другое, но не все. Я не помню прошлые жизни, ну кроме предыдущей. Это, наверное, сестры постарались. Ведь, что сестра Смерть сказала? Правильно, что родителей у меня не было и любви тю-тю. Помню лишь, то как жила на небесах до изгнания, да за что богиней прозвали, как появилась помню, как влюбилась в Люсю, как изгнали, а как вызывать крылья или управлять силой, хоть убей, ни херашечки не помню. И куда это меня Алекс закинул? Пространственник хоть и клевый тип, но никого лишнего в свои миры не пускает. Никого! Ни сестер, ни меня. А все потому, что миры созданы фантазией людей, если они в него верят, значит какой-то мир есть. Например книги. Люди прочитали книгу, поверили и бац,новый мир. И Алекс ох, как не любит, когда в эти миры кто-то сует свои крылья, он их и отрезать может. А тут ни с того ни с сего закинул в какую-то дыру. И в образе кого? А вы догадайтесь. Я. Мать. Твою. Младенец. Да, да. Маленький такой, новорожденный младенец, который ни встать ни может, ни сесть, ни нормально говорить. И это очень плохо, очень. Настолько плохо, что хочется взвыть. Что я и сделала. Мой плач раздался на всю комнату, проникая в каждый угол. Слезы лились ручьем. Но тут рядом раздался нежный, такой убаюкивающий голос: -Ну-ну, доченька. - Я резко успокоилась и открыла свои заплаканные глазки. Надо мной склонилась женщина, на вид лет двадцати пяти-тридцати. У неё ярко-рыжие волосы, а темно-карие глаза смотрели так ласково, что не осталось никаких сомнений. Это моя мама. -Лизи, ты чего там так долго. - со стороны лестницы раздался голос и звук шагов. Мама повернулась в ту сторону. -Ли просто плакала, а теперь успокоилась. - и с этими словами рядом с моей кроваткой встал мужчина таких же лет, что и мать. Подтянутый и стройный, чуть выше мамы. Небольшая двухдневная щетина покрывала щеки и подбородок, у него были длинные русые волосы, собранные в хвост, а светло-синие глаза смотрели в мою сторону. -Правда, наша малышка красавица? - проговорила мама и положила мне ладонь на голову. -Правда. - Сказал отец и обнял свою любимую, посмотрев в мою сторону любящим и нежным взглядом. -Спи, Ли. - сказал он и наклонился над моим лбом. Раздался звук поцелуя. И я послушно закрыла глаза. На душе стало тепло. У меня была семья. Нет, не так. У меня есть Семья. Мама и Папа. Которых у меня за несколько тысяч лет ни разу не было. Все-таки правду говорят: "Смерть - Это только начало."