Один день из жизни семьи Беликовых

На город опускался туман. На улицах не было ни души. Пели птицы и тыры пыры, но не спала лишь одна семья в три-то часа ночи... — Роооз, ну все же магазины закрыты... — Я ХОЧУ ОГУРЦЫ В МЕДЕ! НАЙДИ МНЕ ИХ. — Кричала девушка на своего мужа дуралея, пока тот валялся уткнувшись в подушку.— Ты меня совсем не любишь. — Что за странные сочетания, еще желудок посадишь, а тебе ведь еще рожать, — философски заключил Беликов, глянув на обиженную жену. — Может тебе лучше бутербродиков сделать? С чаем? С вареньем? С сахаром? Разбавленный водой? А еще борщ в холодильнике есть, вкусный... Глаза Розы заблестели, а на лице появилась ехидная улыбка. Беликова шмыгнула носом и посмотрела на мужа. — Я согласна, бутербродиков сделай мне с медом и колбаской, чаек мне с травками. — Девушка призадумалась.— И так уж и быть борщик. В комнате повисло молчание. Муж с опаской смотрел на жену, а та потирала подборок. — И ИСПЕКИ МНЕ ХЛЕБА — Счастливо крикнула Роза и похлопала глазками. Почему-то Беликову показалось, что "чаек с травками" прозвучал как-то до жути подозрительно, но он не стал это как-то комментировать, лишь наблюдал за Розмари, которая оглашала свой список желаний. Мимоходом пронеслась мысль, что неплохо было бы жить в деревне, где они могли бы посадить огурцы, выращивать "колбаску" и развести пчёл. Однако, такая "колбаса" в виде какого-то огромного животного могла до жути напугать Розу, не говоря уже о пчелах... — Хлеба? — Беликов чуть не подавился воздухом, правда, увидев не очень дружелюбный взгляд жены, исправился. — Милая, зачем печь, когда там свеженький лежит хлеб, вкусный.. Это было, как удар для девушки. Её глаза наполнили слезы и она надула губки. — Ты меня не любишь. — Захныкала она и встала с кровати. Беликова начала расхаживать в разные стороны, кидая взгляды на Дмитрия. — Боже, если ты меня не любишь, зачем ты женился на мне? Дмитрий сел на кровати, не сводя глаз с бегающей туда-сюда жены. — Но он же будет долго готовиться, к тому моменту ты уже пять раз перехочешь его есть, — сдержанно ответил он. — Ты уверена, что хочешь хлеб? — с надеждой в голосе спросил Беликов. — И я ещё от него рожать собираюсь.— Продолжала лепетать брюнетка, не обращая внимания на слова мужа. — Вот, скажи, ты меня перестал любить потому что я толстая? — Хлюпая носом, спросила она. — Я надеюсь, что это девочка, я не хочу, чтобы наш сын был похож на тебя. К таким ссорам уже многие привыкли, с тех пор, как Беликова забеременела, Дмитрий попрощался со своими нервными клетками. — НО Я ЕГО ХОЧУ, А ТЫ его не делаешь, значит ты не любишь ни меня, ни нашего ребенка.— Розмари села на кровать и начала рыдать. — Да встаю я, встаю, — ответил Беликов и поднялся с кровати. Сна и так уже не предвидится, так лучше бы сделать все по-быстрому. Сейчас Беликов был раздражён, ибо нервные клетки не восстанавливаются. Инфаркт тоже получать не хотелось. Рано или поздно каждый мужчина должен пройти это... — Не надо мне ничего — Шмыгая носом, ответила Роза, забираясь обратно в кровать. — Не делай мне одолжений.— Хезевей зарылась в подушку и прикрыла глаза. Беликов проигнорировал высказывание своей жены, понимая, что уже все равно не отделаешься, гормоны бушуют, есть хочется, нельзя нервничать и прочие прелести беременности, поэтому тот удалился на кухню, смирившись с тем, что ему предстоит несколько часов готовки. Тем временем Розмари окончательно успокоилась и здравый смысл вернулся к ней. Беликова встала и направилась к мужу, который что-то готовил. — Диииим.. "Господи, хоть бы не захват Болгарии, только не захват Болгарии" — молился Беликов про себя, когда услышал это протяжное, мелодичное "Диииим". — Да? - сохраняя спокойствие, поинтересовался муж. Роза подошла ближе к мужу и уже было хотела разораться за такое спокойствие, но вовремя вспомнила зачем пришла. Глубоко вздохнув, она опустила голову и начала рассматривать свои ноги. — Прости меня за истерику, я не хотела.— Промямлила Беликова, не поднимая глаз на Дмитрия. — С этими гормонами я стала сама не своя. Он удивленно оглянулся, посмотрев на Розу, которая сейчас напоминала маленького провинившегося ребенка. Брюнетка кусала губу и теребила свои пальцы, пока Дмитрий удивленно смотрел на неё. — Конечно, я понимаю, - ответил он, подходя ближе к жене. Конечно, буквально он не понимал, но... Понимал. - Скоро это пройдет, — заключил он, не став добавлять "и дальше будет еще хуже". Оставалось надеяться, что ребенок родится спокойным, но в большинстве своём дети далеки от спокойствия. — Напомни, что ты там хотела? — осторожно спросил он, потому что по пути на кухню уже успел забыть о том, что ему надо было готовить. Девушка улыбнулась и подняла глаза на мужа. Беликова закусила губу и прищурила глаза, сокращая расстояние между ними. — Тебя, в нашей постели. — Усмехнулась Роза.