Love, hate or secret between us?

Луи думал, что это все злая шутка, всё просто против него, что это сон, простой кошмар. Ему было плевать на других в этот момент, он был поглощен воспоминаниями, эмоциями и мыслями. Томлинсон винил себя во всем, это он решил поиздеваться над бедным Стайлсом, напился и переспал, он сбежал, как трус... Но ведь Уильям не говорил, что будет продолжение, не давал повода надеяться! В этом был весь Луи Уильям Томлинсон - он паникер. Думал бы он сейчас здраво, то вспомнил, что шатен не такой безобидный. Может, это, Уильяма надо пожалеть? Синеволосый решил, что сейчас ему надо остыть и перекусить, адекватно разобраться и расставить все точки над "и". Так называемые аналитические способности нашего ума сами по себе малодоступны анализу. Мы судим о них только по результатам. Среди прочего нам известно, что для человека, особенно одаренного в этом смысле, дар анализа служит источником живейшего наслаждения. Подобно тому, как атлет гордится своей силой и ловкостью и находит удовольствие в упражнениях, заставляющих его мышцы работать, так аналитик радуется любой возможности что-то прояснить или распутать. Но Луи был не аналитиком. Ему нравилось постоянство, привычки... Но всякий раз как он более не менее успокоится и начнет вдаваться в мысли, его отвлекали то звонки, то сообщения. Голубоглазый думал, что это отец или Зейн и, поэтому после десятого звонка и сорокового сообщения он решил поднять трубку... Но тут его ждало маленькое разочарование, которое повергло в шок. Ему звонил неизвестный номер, но по SMS можно было догадаться, что звонивший - Гарри. Содержание сообщений было в принципе одинаковое. Писавший просил перезвонить, спрашивал почему Уильям ушел, напомнил о проведенной вместе ночи и о том, что он хочет его увидеть, так более того зеленоглазый приглашает на СВИДАНИЕ. Луи недоумевал, но потом шок сменился на некое безразличие. Он решил помучить младшего, пока тот сам не отлипнет от него. На SMS ничего не отвечал, а звонки сбрасывал, но Гарольд не унимался и звонил, не переставая, от чего бедный врун отключил звук. - Хей, Лу, ты чего сбежал?- неожиданно появился Зейн от чего Луи обронил сигарету. - Все впорядке, не пугай! - предупредил Томлинсон друга. - Чего-то ты в последние время странный. Случилось что-то? - беспокоился Малик. - Ты же знаешь, что можешь мне доверять. Зейн всегда приходил на помощь к другу и не осуждал, Луи ничего от него не скрывал, в прочем как и сам брюнет. Ведь так? - Эх, как сказать бы, - задумался говорящий, - я переспал с Гарри. Да уж, Томлинсон никогда не отличался особой деликатностью и умением преподнести информацию. - Что? - глаза цвета альпийского шоколада округлились, как пуговицы, они выражали шок, да что там, он был в сильной степени шока, обычно выражающую одним матерным словом, которое начинается на "ах", а заканчивается на "уеть".- Ты чего сделал с Гарри? Ты шутишь? Вы же ненавидите друг друга? Вопросы навалились один за другим. Выражение лица пакистанца вызвало дикий смех у англичанина. Он впервые смеялся искренне после этой ночи, в некотором роде Зейн помог Лу, ему нужно было выговориться. - Нет, я не шучу. Мы встретились с ним на вечеринке отца, он не узнал меня. А я будучи идиотом, решил поиграть с ним, но напился и трахнул его, то есть он меня... И я ему минет сделал. Еще мы целовались, - простонал рассказчик. С каждой сказанной фразой лицо друга Луи меня эмоции все смешнее и смешнее. Ну а действительно, как нужно реагировать, когда твой друг детства вещает о ночных похождениях с тем кого он терпеть не может... Что же, Томлинсон - это Томлинсон. - Я маленько в шоке. Это как? Ладно, что ты собираешься делать? - поинтересовался кареглазый парень. - Игнорировать, - тут голубоглазый задумался и улыбнулся. - Не хочешь мне рассказать о странных обменах взглядами с Лиамом. А, дружище? - Ой, да там это, - начал растерянно жестикулировать Малик, - Я ему кофе горячий на это пролил. - На что? - сдержанно хохотал собеседник. - Так на это. Ну как его. О, ноутбук, - выкрутиться брюнет. - А понятно. Это все объясняет. Ну, ладно, я пойду. По дороге в столовую Томлинсон все раздумывал о том, как он поступает с Гарри и стоит ли ему рискнуть, чтобы выиграть и раздавить морально зеленоглазого. Но его размышления прервались, как только он услышал знакомый противный голос, который немного охрип из-за стонов, весьма громких стонов. - Погоди, я не знаю никакого Уильяма Остина. Жаль, что я не пошел на эту вечеринку со своим отцом. Хотя София прекрасна и достаточно гибкая, - пошло улыбнулся Лиам. - Я еще не знаю, что делать с ним. Он игнорирует меня. С характером, чтоб его. Ну ничего, этот Остин будет моим. Так вы с ней опять встречаетесь? - Да, мы все уладили. Ладно, Хазз, иди. А я тут покурю. После услышанного Луи помчался в кафетерий, как прокаженный. Но, видимо, день сегодня наилучший в его жизни, поэтому он врезался в кого-то. И только подняв взор на того человека, Луи понял, что это лучше, чем Гарри... Перед ним стоят декан факультета. - Ой, я не хотел. Извините? - протараторил победитель по жизни, оглядываясь по сторонам. - Я надеюсь, Вы так спешите на оставшиеся десять минут лекции, а не в столовую? Вы красите волосы под цвет глаз? Что сейчас за мода, - недоумевал Мистер Коуэл. - Нет, это краска смывается,- пояснил студент. - Это хорошо! Значит в голове у Вас еще что-то есть. Не прожгите остаток мозгов, Мистер Томлинсон,- напутствовал Саймон, удаляясь в кабинет. Сидя за любимым столом в пустом кафетерии, Луи пил чай с малиновым пирогом. От скуки он решил проверить свою почту, но увидев количество звонков и SMS на дисплее, парень чуть не подавился пирогом, так он еще запивал это хлебобулочное изделие чаем. На экране телефона красовалось число звонков: 312, сообщений: 534. Это было просто невозможно за такое короткое время написать столько, так еще и звонить. Видимо Гарри сильно намерен заполучить чертова Остина, не подозревая, что Уильям находится в нескольких метрах от него в лице раздражительного Луи Томлинсона, но может оно и к лучшему или как? Интересно, а если бы там, на вечеринке, был Лиам, то узнал бы он того неформала, которого терпеть не может его друг, что бы произошло? Все бы осталось на своих местах в неподвижном варианте... Может это не Луи решил поиграть, а судьба или любовь? А может все это рок загадочных совпадений? А если это судьба, то будут они вместе, или они разрушат друг друга и исчезнут навсегда из жизни друг друга, оставшись в прекрасных теплых воспоминаниях, но таких болезненных? И что задумал Лиам, и что происходит между Маликом и Пейном? В спокойную тихую обстановку университетского общепита вошел Вождь и Повелитель, чертов Стайлс. Его взору предстал Луи. А кто еще? Именно его он и искал. Увидев нужного, Гарри как-то странно улыбнулся, вообще это было похоже на оскал животного. Глаза заблестели, как у маньяка, который заманил в ловушку очередную жертву, может так себя и чувствовал Джек Потрошитель в 1888? Томлинсон заметил недобрый прожигающий, словно лазером, взгляд. Еще чуть-чуть и от Луи останется только кучка пепла. Сглотнув ком, подступающий к горлу, старший хотел было встать, но реакция Гарри была мгновенной. - Сидеть! - Ты с дуба рухнул, идиот? - Не понял, это ты мне? Забыл уже, что меня боятся все, кроме тебя, конечно. Но мы это исправим! Так что ты там говорил?- переспросил младший. - Ты чего глухой? Уши прочисть, кретин,- синеволосый никогда не боялся Гарри, он с ним играл, ему это доставляло дикое удовольствие. Ругаться со Сайлсом это, как наркотик для голубоглазого. - Не волнуйся, малявка, я слежу за чистотой своего тела. А какого ты роста, миниатюрная сволочь? Хотя стой, мне плевать,- кудрявый обожал издеваться над Луи, особенно напоминая, что он выше его. - Если рост у тебя большой, то не факт, что член такой же. Может ты поэтому и бесишься? - кидал старший. - Что ты сказал? - после этих слов шатен подошел в плотную к противнику и нанес ответный словесный удар, - Ох, как ты меня бесишь, мелочь пузатая. Если бы я был садистом, то мучал бы тебя до конца твоей жизни. Хотя может я только с тобой садист? - Ты не садист со мной. Просто у тебя недотрах, гипопотам, - будто подытожил двадцателетний. - Что? - Ну, недотрах - это недостаток эндорфинов! Понял? По глазам вижу, что нет. Ну, на твоем языке это, когда ты не достигаешь оргазма. Ты наверное... - Заткнись! Вообще-то у меня есть девушка! Я не ты. Ты старше меня, но до сих пор девственник. Как Элеонор терпит, то что ее считают твоей девушкой. Я бы со стыда сгорел! - Не волнуйся, если бы ты был моей девушкой, я бы повесился. Они могли бы продолжать ругаться, если бы не вошел мистер Коуэл. Да уж они выплестнули много негатива друг на друга, но мысли у них оставались прежними, а после таких встрясок, все наоборот усугублялось. Особенно учитывая всю ситуацию... Луи пылал ненавистью и яростью. Он был готов содрать со Стайлса кожу живьем, но насилие не выход. Он решает поступить более по-человечески и причинить больше боли этому Гарольду, ведь ударив человека, у него появился синяк или шишка, ссадина заживет и все забудется, а вот слова, брошенные в лицо, затем высеченные в сердце и поступки, от которых весь мир перевернулся, от которых идет невыносимая боль, сильнее физической. Моральная боль убивает тебя каждый раз, но ты все никак не можешь умереть и не чувствовать ничего. Ты продолжаешь жить с этой неимоверной раной, которая все время кровоточит, он заживет со временем, но доверять ты не сможешь... - Ну что, Стайлс, спектакль начинается? Ох, попляшешь у меня в кардебалете, индюк! - проговорил себе Томлинсон, набирая сообщение от Уильяма. "Иди нахер. Поцелуй меня в зад!" И сразу печатает второе SMS: " Хотя я не могу забыть ту ночь... И я согласен на свидание, Кудряшка."