Нож, Вентилятор, Печеньки и мы

Майк проснулся от стонов, храпов, ора и прочей херни. Первое то он сделал: потянулся за бутылкой. Выпив он понял, что рядом с бутылкой лежал пакетик с надписью : Афродозиак. Майка поперло... Минут через 10 препарат начал действовать... Майк пошел на кухню и увидел трезвого ( вроде бы) Скотта, который заваривал себе кофе. Скотт, как последний лох, пролил на себя кофе. - Блять! Что за ху *ик* ня?! Майк подошел и обнял Скотта. Ему сейчас нужен был первый встречный. - Майк?! Какого х...ера ты тут делаешь?! - Скотт... Заткнись! - Майк заткнул Скотта поцелуем. Скотту понравилось, когда Майк делал это. Нетерпеливо, быстро, очень грубо - он нарочно или просто не умеет? Руки блуждают по бледному, покрытому родинками телу. Быть бревном? Лучшая тактика. Инициатива - такая чепуха. -Эй, Скотт, ты какой-то расслабленный, - доносится до слуха Телефона как сквозь вату. Все лицо пылает. Скотт переводит тяжелый взгляд на Майка, который, кажется, недоволен. -А каким мне еще быть? - произносит Телефон так жеманно, как сам не ожидал произнести. Растерял. Растерял приличие. Растерял стеснение. Майк хмурится, глядит сердито, и Скотт вдруг словно выпадает из теплой пелены. Когда Майку что-то не нравится, атмосфера вокруг мгновенно накаляется, и находиться рядом с этим созданием становится невозможно. Кажется, Скотт холодеет; он отползает на подушки. -Ты чего так смотришь? - молвит он слегка испуганно. -Хм, не пойдет, не пойдет. Было ясно, Майк сдерживается, строит из себя джентльмена. Он рвется с цепи. Уже готов освободиться. Но держится. Только ради чего?.. Майк отходит назад и указывает на пол. -Садись на колени. - говорит строго. -Что? - слишком резко начинает Телефон, и продолжает чуть тише - Ты чего удумал? -Немедленно, на пол. - повторяет Майк. Скотт перемещаться не желает. -Майк, ну что та... -Ты меня злишь, Скотт. Никакой издевки. Никакой иронии. Один холод. Одна жестокость. Телефонный парень чувствует, как внутри у него все сжимается от страха: Майк хватает его за светлые лохмы. -Доиграешься со своими капризами. И вправду, доиграется. Точнее, уже доигрался. Скотт перемещается на холодный пол, не по своей воле - его тянут за волосы. Никакого больше удовольствия, честно. Майк расстегивает брюки, и к горлу Скотта подкатывает липкий едкий комок. -Ты смышленный малый, понимаешь, что надо делать? - смеется голос Майк откуда-то сверху. Телефонный не может поднять голову и взглянуть на своего мучителя - рванется хотя бы разок, и ему точно конец. -Не я, так ты. Работай. Команда дана, остается выполнять... Скотт тянет время, не хочет приступать. В животе все крутится, это, кажется, не бабочки, это какие-нибудь змеи. Все импульсы идут вниз, вниз. В брюках становится ощутимо тесно. Майк хихикает, тихо стонет, подтаскивает голову Телефона ближе, входя чуть не до основания. Тянет за волосы и контролирует движения. Скотт почти не бьется, почти не вырывается; он приглушенно мычит, старается работать языком. Ему это нравится. Пусть и в груди поднимается нехорошее чувство. "А все-таки, вот что будет." - заканчивается в его голове мысль, когда Майк вдруг вздрагивает и сжимает пальцы в его волосах.