Артиникида

*во-первых, автор хотел бы заранее извиниться за такую маленькую главу, и за столь редко появляющуюся проду. Просто мне очень редко удаётся посидеть в тишине и покое, дабы сосредоточиться на содержании, мысль постоянно ускальзывает или не появляется вообще... во-вторых глава не очень удачно получилась...совсем не так, как хотелось бы...как-то через чур мрачно и серьёзно...и в тоже время многим может показаться, извиняюсь хренью полнейшей...всё-таки вдохновение никак не может сдружиться и взаимодействовать с постоянной головной болью...так что простите и приятного чтения...автор надеется, что вышло не так плохо, хотя судить конечно же вам* А я ведь предполагал, что у нас могут возникнуть проблемы. Не стоило всё-таки Нику так бездумно демонстрировать, сколько у него денег в кафе. Как ни крути, а те, кто ошивается в «Тропиканке» большего достатка не имеют, и кто-нибудь из посетителей от зависти мог и проследить за нами, что собственно и произошло. Что делать дальше я понятия не имел. Сможет ли Ник постоять за себя? По виду не скажешь, но что я о нём знаю? Может, у него чёрный пояс по «карате» или он изучал какие-нибудь особые точки на теле человека? А с другой стороны, что если нет? Что если защитить себя он не сможет? Я ведь боюсь за него. –Стоять, я сказал! – опасность была уже совсем близко, когда Ник неожиданно остановился, повернувшись в сторону преследовавшего нас мужчины. Чёрт, он что, спятил? Зачем? –Вам что-то нужно? – поинтересовался парень совершенно спокойным тоном, слегка отодвигая меня назад, заставляя спрятаться за его спиной. –Гони деньги, богатенький буратино! – мужчина уже приблизился на достаточное расстояние, чтобы можно было рассмотреть его получше. Среднего роста в дутой серой куртке и чёрных брюках. На вид чуть больше тридцати, лицо округлое с трёхдневной щетиной, нос картошкой, маленькие глаза, густые брови. Волосы взъерошены. Типичный алкоголик с низким достатком работающий там, где вряд ли используют ум, а скорее физические способности. Какой-нибудь грузчик, строитель, максимум – водитель маршрутки, и то сомневаюсь. –Не понимаю, о чём вы. – Может мне показалось, но в тоне Ника была заметна доля вызова. Он злил мужчину, намеренно или нет, но ситуация постепенно продвигалась не в лучшую сторону. Так и до драки скоро дойдёт. –Ты, х**ло, не прикидывайся типа не в курсе! Гони бабки по-хорошему! – ну вот, о чём я и говорил. С этим алкашом и так не вышло бы договориться по-человечески, а теперь он ещё и агрессию начал проявлять. Ник, ну сделай же ты что-нибудь! –Хм, по-хорошему? И это мне говорит человек, на ровном месте переходящий на личные оскорбления? – Чёрт, Ник, «что-нибудь», а не огромную глупость! От одного вида перекосившегося в ярости лица преследователя (а теперь выходит ещё и вымогателя) я весь непроизвольно сжался, сжимая в кулак край куртки моего защитника (а защитника ли?). Хотя я и вёл себя как последний трус, но ничего не мог с собой поделать – мне правда было страшно, причём скорее за Ника, чем за себя. Мне пока вроде как ничего не угрожало…ну да, пока… –Ты чё, б*ядь, нарываешься? Так я тебе устрою, без проблем! Иди сюда! – а вот теперь уже точно конец «мирным переговорам». Мужчина в ярости кинулся в нашу сторону, размахивая кулаками в попытке зацепить Ника. Парень от первого удара ловко уклонился, хватая меня при этом за руку и буквально отбрасывая в сторону. Через секунду я уже довольно мягко приземлился на, судя по всему, мусорные пакеты, благо плотно завязанные. Быстро развернувшись, не желая упустить ни секунды происходящего, я продолжил следить за ходом событий. Ник продолжал уворачиваться от ударов с какой-то игривой улыбкой на лице. Ему совсем не страшно? Не знаю как ему, а мне было страшно от одного взгляда на этого разъярённого ничего не соображающего мужика, бросающегося на парня не жалея сил. Однако спустя ударов десять на Нике по-прежнему не было ни единой царапинки. Я уже было расслабился от такого расклада, когда внезапно мужик попал кулаком в лицо парня. Для меня это было такой неожиданностью, что я даже не сразу сообразил, что произошло. Ник не увернулся! Не устояв на ногах парень упал на асфальт, из разбитой губы шла кровь, стекая по подбородку. Чёрт! –Ну чё, допрыгался, сопляк! Строил тут из себя крутого, а сам не сильнее дерьма! – противник подошёл к Нику совсем близко, пнув ногой под рёбра. Я вздрогнул, будто ударили меня. – Отдашь деньги сейчас, и отделаешься парой переломов. Как тебе такое предложение? Меня от услышанного начало трусить. Он ведь не шутил, и это самое страшное. Вот это Ник влип! Надо что-то сделать, но что я могу? От наступившей паники отвлёк негромкий смех. Ник смеялся?! Блин, что же он делает? Неужели не понимает, во что вляпался? Да он либо бессмертный, либо идиот! –Тебе, сука, смешно? – полный злобы и ярости мужчина уже мало чем напоминал человека. – Посмотрим, как ты сейчас запоёшь! С этими словами он полез в карман, доставая оттуда раскладной нож. У меня от страха сердце пропустило удар. Он же может убить Ника! Нет, я не позволю! Совершенно не понимая, что делаю, я рванул в их сторону, быстро оказавшись рядом с парнем, и заслонил его собой с криком: –Не троньте его! –Шон, что ты делаешь? – удивлённо спросил Ник таким спокойным тоном, что даже нападающий опешил. Такого я уж точно не ожидал. Ник не орал на меня, чтобы я уходил, не пытался оттолкнуть в сторону, а лишь немного удивлённо смотрел на меня, пока мужик с ножом не отошёл от шока и не отшвырнул меня с яростным: «не путайся под ногами, щенок!». А я-то думал, он сперва меня пырнёт, но нет, видимо, на первом месте у него сейчас было прирезать Ника, умудрившегося за пару минут так вывести из себя этого и без того неадекватного алкоголика. Отлетев на пару метров, я приземлился уже куда жёстче, по сравнению с первым разом, когда меня аккуратно откинул Ник. Ладони, выставленные вперёд при падении, быстро исцарапались об асфальт и неприятно пекли. Но это была ерунда, на которую я не обратил ни малейшего внимания, так как сердце стучало в груди, готовое вот-вот проломить грудную клетку от одной мысли о том, что сейчас может случиться непоправимое. Я пропустил всего секунд пять, пока отходил от приземления, однако за этот промежуток времени Ник мог пострадать, ведь у нападающего нож. В панике я поспешил как можно быстрее развернуться, дабы убедиться, что с парнем всё в порядке, когда неожиданно послышался звон упавшего на асфальт металла. У меня перехватило дыхание. Стало непривычно тихо, будто все звуки исчезли, лишь глухие удары сердца эхом отдавались в ушах. Что произошло? Всё ли в порядке с Ником? Не зная, чего ожидать, я развернулся в направлении источника звука. Мужчина замер в полуметре от парня, нож лежал совсем близко к нему, у самых ног. Значит, оружие не было выбито из его рук в драке, а он попросту его выронил. Но почему он не двигается? Что произошло? Пара мгновений, и мужчина рухнул на землю и остался лежать без признаков жизни. Ник же спокойно стоял рядом, вытирая кровь с подбородка, и смотрел на побеждённого с каким-то презрением и едва заметным отвращением. Но как он победил? Что сделал? И жив ли вообще этот мужчина? Чёрт, столько вопросов. Я до сих пор не могу поверить, что всё позади. –Ты в порядке? – поинтересовался парень, глядя точно в мою сторону. Это удивило меня по той причине, что находился я в самой непроглядной темноте этого переулка, от чего рассмотреть меня среди ящиков и мусорных баков было нереально. Но он будто и не рассматривал, не старался найти меня глазами, не присматривался, а просто повернулся в мою сторону, словно и нет для него никакой темноты. Странно… –Да… – вяло ответил я, всё ещё пребывая в шоковом состоянии. Кое-как поднявшись на дрожащих ногах, я поплёлся к парню, стараясь не показывать, как я испугался. –Пойдём? – Ник оттряхнул джинсы, дожидаясь, пока я подойду. –А что с ним? Он жив? – спросил я, сам не до конца будучи уверенным, что хочу знать ответ. –Да. – Исчерпывающе ответил парень, глядя при этом на меня. Я не смог понять этого взгляда, что он выражал… –Что-то не так? –Ты мог умереть. – Ошарашил меня Ник, не столько утверждением, сколько своим спокойствием. Можно подумать, что на самом деле ему плевать, однако он об этом заговорил. Не понимаю его. –Но я ведь жив. Пошли. – Не хотелось сейчас говорить. Как-то всё слишком странно. А ещё я устал. Испуг забирает столько сил, что даже голова начала кружиться. Нужно спешить домой. *** Я много раз наблюдал за людьми со стороны. Не по заданию, скорее просто из интереса. И я их не понимал, как впрочем, не понимаю и сейчас. Столько ненависти, злобы, агрессии. Что делает их такими? Что толкает на этот путь? За этой пеленой ярости скрывается неистовый страх, страх что-то потерять. Они не понимают, как смешно выглядят, поднимая столько шума из-за мелочей. Всё, чего они так безумно боятся лишиться – мелочи. Даже их ничтожные жизни. Всё так не вечно. Люди такие хрупкие, их тела, их души, я даже не определился, что слабее. Их так легко сломать, так легко ими манипулировать, в порыве ярости они считают себя сильными. Ерунда. Мне их даже немного жаль. Столь многого не знают, что живут словно муравьи. Слабыми рождаются и слабыми умирают, борясь всю жизнь ради материальных благ. Да если бы они знали, как коротка жизнь их тел в сравнении с вечностью их душ, то поняли бы, насколько пустым является всё то, за что они так отчаянно борются. –Тебе, сука, смешно? – отвлёк от раздумий голос, полный этой самой ярости. Только не наводил он ужас, как ни крути. В нём не было даже уверенности в собственных силах, каждое слово сквозило страхом. Вряд ли кто-нибудь со стороны сказал бы, что нападающий на меня чего-то боится. Этот страх не под силу увидеть простому человек, но я его ощущал. Густой серый дым, клубнями кружащийся над мужчиной, окутывающий его силуэт. Казалось, этот тип уже давно прогнил изнутри. Оттого мне и было смешно. Я даже не заметил, как рассмеялся. Его угрозы были столь забавными, что воспринимать их всерьёз я просто не мог. –Посмотрим, как ты сейчас запоёшь! – клубни серого дыма вспыхнули бордовым и вмиг увеличились в размерах. Его страх коснулся даже меня, и это прикосновения было неприятным, скользким, вызывающим лишь отвращение. Мужчина достал нож, собираясь напасть на меня. Собирался меня убить. Только вот человек передо мной не был убийцей, и это я знал наверняка. В глазах лишь страх, скрываемый яростью, но нет и тени озорного огонька в глазах, что бывает, когда желание убить исходит из глубин подсознания. Так у именуемых сумасшедшими, не имеющих страха, управляемых лишь собственными желаниями. Такие люди не размениваются на мелочи, признанные ценными в этом мире. Такие люди у меня не вызывают сочувствия. Их души на самом деле сильны, но сломлены. Только речь не об этом. Тот, кого я видел сейчас перед собой, не желает убивать. Спугнуть, заставить уважать себя, добиться поставленной цели, всё что угодно, только не отнять жизнь. –Не троньте его! – это было так неожиданно, что я даже не сразу сообразил, что произошло. Но когда сообразил, моё лицо наверняка выражало лишь удивление. Я не мог поверить, что мальчишка бросился меня защищать. Но почему? Его поведение стало полным опровержением моего представления о людях. Зачем ему это? В конце концов, я ведь сам нарвался на неприятности и Шону в этой стычке мало что угрожало. –Шон, что ты делаешь? – я не смог сдержать удивления, совершенно не понимая его действий. Только глупый вопрос сам сорвался с моих губ, так, что я не сразу понял, что озвучил его. Меня всё больше поражала эта ситуация, Шон, видимо, посчитал своим долгом защитить меня. Меня, хм, как забавно. И это не смотря на страх, что исходил от мальчишки не меньше, чем от нападающего. Только этот страх оказался совсем другим. Это не было чем-то холодным, скользким и вязким, нет, такой страх мне приходилось видеть впервые – он был тёплым. Да-да, именно тёплым, а ещё мощным, способным, казалось, разрушить всё на своём пути. Такой странный страх, страх на грани решительности, ужас, превращающий слабость в силу. То, что я ощутил, находясь в этот момент рядом с Шоном было выше моего понимания. Отрезвило меня, возвращая к реальности то, что мальчишка был с силой откинут в сторону, а затем мужчина в ярости рванул на меня, размахивая ножом. Пора было уже заканчивать эту глупую игру, тем более что Шон сейчас на пару мгновений отвлёкся. Момент самый подходящий. Один взгляд, и нападающий замер в полуметре от меня, выронив оружие, после чего и сам рухнул на асфальт. Ничего необычного, нет ни ярких вспышек света, ни особых заклинаний, ни духовного оружия и прочей ерунды, что изображают люди в фантастических фильмах. Всё намного проще, вся наша магия неуловима для человеческого взора, лишь другие боги смерти способны уловить эту едва заметную ниточку, тянущуюся от моего сознания к сознанию противника. Пришлось, конечно, истратить последние силы, что оставались после воздействия на сестру Шона, но другого выхода у меня сейчас не было. Физических сил мне бы уж точно не хватило, хотя по большому счету вреда нанести мне этот человек всё равно не мог. Как ни крути, а я всё-таки бессмертный в каком-то смысле, а значит, человеческим оружием меня ну никак не убьёшь. А кровь, что наверняка весьма зрелищно текла из моей якобы разбитой губы – не более чем иллюзия. Убедившись, что нападающий на меня уже не способен причинить вреда, замечаю, хотя нет, скорее ощущаю где-то в непроглядной темноте растерянный взгляд, принадлежащий Шону. Даже на таком немалом расстоянии слышу бешеный ритм его сердца. –Ты в порядке? – чисто ради приличия интересуюсь я, ведь состояние Шона на данным момент ощущаю чуть ли не лучше собственного. Его переживания так сильны, что буквально проникают в меня, однако я по-прежнему не могу рассмотреть такого важного – его ауры. И почему, почему даже сейчас я её не вижу? –Да… – тихо отвечает мальчик, поднимаясь с асфальта и медленно направляясь в мою сторону. –Пойдём? – зову я, оттряхивая джинсы в ожидании, пока Шон подойдёт. –А что с ним? – мальчик кивает в сторону уже не способного напасть мужчину. – Он жив? –Да. – Честно отвечаю я. Надеюсь, о подробностях моей победы мальчик спрашивать не будет. Шон подходит ко мне. Выглядит он каким-то подавленным и всё ещё напуганным, что мне, признаться, не очень нравится. Будучи в таком состоянии Шон вряд ли пойдёт на контакт… – Что-то не так? Наверно, я слишком пристально его рассматривал, в надежде, что мальчик всё-таки решит выговориться, поделиться переживаниями, которых явно было немало. –Ты мог умереть. – Чёрт, это не должно было прозвучать так, словно мне плевать. Теперь-то он точно не захочет со мной поговорить, замкнувшись в себе. Последний огонёк надежды начал стремительно угасать… –Но я ведь жив. Пошли. – Его голос показался мне очень уставшим. А может, мне и не показалось вовсе. Как ни крути, а денёк у него сегодня сложился – не позавидуешь, так что отдохнуть ему не мешает. А мне остаётся лишь надеяться, что отдохнув, Шон станет чуть разговорчивее…